Скоростная любовь. Speed

– Я так устала! – простонала я, усевшись на скамейку в столовой. – Да брось! Сейчас не самая жаркая пора еще! Вот экзамены! Это да! – Аверина! Не напоминай даже! – я еле-еле держалась, глаза периодически самостоятельно закрывались. – Полинка, да что с тобой? Ты опять не спала полночи? Вам с Пашей пора заканчивать болтать ночами напролет! Он должен понимать, что ты все-таки учишься в выпускном классе! – Ага, – отговорка о ночных разговорах с Мятежным – это первое, что пришло мне в голову, когда среди недели Сашка еле добудилась до меня на уроке литературы. В ту ночь я спала всего лишь четыре часа, поскольку за уроки села только около двенадцати. До этого мы с Димой упорно тренировались и отрабатывали мою способность быстро и резко переключать скорости, а также, разгоняясь, резко тормозить. При этом я не должна была терять контроль и должна была уметь резко стартовать, вновь набирая рекордную скорость. Самое ужасное – это был момент, когда я возвращалась домой. Возможно, из моих уст это звучало ужасно, но тут мне здорово помогала Ломоносова, которая в последнее время решила поселиться у нас. Кир частенько пропускал момент моего возвращения домой, они сидели у него в комнате за закрытыми дверями, и я предпочитала не думать, что же творит там мой брат с этой оторвой. Но вот в тот самый вечер Кирилл умудрился спалить меня при входе и, набросившись, потребовал объяснений. Пришлось врать о том, что я вновь провела весь вечер у Саши за уроками, готовясь к какому-то школьному проекту. По-моему, брата это не слишком успокоило, он потребовал более подробного рассказа, как тут произошло совсем нечто феерическое. – Ну, что ты пристал? Ты же знаешь, что твоя сестра безответственна! Нам этот проект по школе еще два месяца назад задавали! Я вот его уже сделала! Я молодец! А они с подружкой до последнего тянули! Вот и досиделись! – Но я могу знать, что это за проект такой, верно? – пожал плечами Кир. – Малыш, я тебе все расскажу сама, не стоит тебе портить настроение, опускаясь на разговоры с сестрицей! – она состроила мне гадкую физиономию за его спиной. Я уже хотела ей качественно ответить, но она взяла Кира за руку и потащила к ним в комнату. Теперь же я сидела с подругой в столовой и пыталась вникнуть в ее рецензию на какое-то произведение, заданное нам пару дней тому назад. – Берг! Ты невыносима! – Сашка ударила меня книжкой по голове и, прихватив с собой кошелек, пошла за новой порцией чего-нибудь вкусненького. Я поковырялась вилкой в своей порции голубцов, которые выглядели, словно их переварил гоблин до того, как они попали ко мне в тарелку, и отставила еду в сторону. – Малина! – приземлился Макс. – Ну, как дела? – Бывало и лучше! – зевнула я. – Держи! – он протянул мне стакан с водой, закинув туда большую круглую таблетку, от которой содержимое стакана мгновенно вспучилось и начало менять свой цвет. – Это витаминка. Очень вкусная, она хоть как-то приведет тебя в норму. – Ха-ха-ха! Спасибо, малыш! – Я не малыш! – мгновенно возмутился он. – Ха-ха-ха! Ладно-ладно! Ты мужчина мечты! – Ага! Жаль, что не твоей! Я потрепала его по волосам. – Ну, почему же? Подрастешь, увидим! – Хватит издеваться, Малина! Дима вчера вернулся за полночь… Как у вас дела? Он ничего не рассказывает мне никогда, – с сожалением произнес Макс. – Жду не дождусь, когда я наконец-таки доживу до восемнадцати, и тоже буду кататься! – Нормально все… более-менее! – Неужели? Ты даже ни разу не врезалась? – Ты обалдел? Конечно, нет! Ну… – я прикрыла лицо руками. – Ха-ха-ха! Разве что фару ему разбила. – Ха-ха-ха! Я так и знал! Во вторник, да? – Кажется, да! Я уже и не помню! – Ага-ага! Во вторник! Он вернулся особенно злой! – Ха-ха-ха! – Я не помешаю? – возле нас остановилась девушка, одетая по последнему писку моды. – Еще как помешаешь! – одарила я Ломоносову уничтожающим взглядом. – Спасибо! – проигнорировав меня, она уселась напротив нас с Максом. – Тебе что-то надо? – поинтересовался смелый Макс. – Заткнись мелочь! – Слышь? – рыкнула я на нее. – Забей, Малина, я пойду! – Максимка поднялся со скамьи и пошел к своим одноклассникам. – Ты оборзела? Тебя не учили вежливости? Шлюха, – нагнулась я к ней. – Ты долго будешь горевать по идиоту, на которого я открыла тебе глаза? - поинтересовалась она. – Фе-фе-фе. Открыла глаза? Давай, еще выверни все так, как будто бы это был жест милосердия с твоей стороны! – Это был жест заботы! – Пошла ты! – Берг, мне не охота с тобой цапаться! – С чего бы? Кажется, еще недавно ты бы с радостью утопила меня во всей грязи мира. – Поверь, я бы и сейчас от этого не отказалась бы. Но… так вышло, что… я влюби… – Так-так-так! – крикнула я так громко, что половина народа в столовой обернулись на наш столик. – Не смей произносить эту пакость вслух! – Почему? – Потому, что… потому, что я не знаю, зачем ты крутишь моим братом, я устала его спасать от тебя! Меня достал он и его поведение, делай с ним что хочешь, но, если в итоге ему будет плохо, поверь, я отомщу тебе в самый неожиданный для тебя момент! – рыкнула я. – О брате, значит, беспокоишься? Что-то незаметно! – Это не твое дело! – Нет, мое! Он мой молодой человек! – Я на это не поведусь! – махнула рукой я. – Ну и дура! – Слышь? – Берг, хватит разговаривать со мной на своем пацанском языке! Да что вообще мог в тебе найти этот московский парень, если ты и можешь только бычить и бычить? – выпучила она глаза. – Ебать я хотела, что ты там думаешь обо мне. Мне надоел этот разговор, и я решила уйти. – Уйдешь – я заложу тебя перед братом так, что он перекроет тебе кислород на твои ночные прогулочки, – тихо прошипела она, когда я уже почти выкарабкалась из-за стола. Посмотрев ей в лицо, я решила вернуться. – О чем ты? Будешь мешать мне заниматься уроками? – Я думаю, доказать ему, что ты не у Авериной все время бываешь будет не очень сложно. – Ну-ну… – Я согласна прикрывать твой романишко с его другом, если ты наконец-таки позволишь мне спокойно пребывать у вас и наслаждаться своими отношениями с твоим братом. – Чего? – я не могла решить для себя, что из ее слов меня больше покоробило. То, что она всерьез просила меня дать ей шанс с моим братом или же… – Что-что прости? Что ты там про меня сейчас сказала? – Брось! То, что ты дура, это мне всегда было ясно. Я не хочу даже вникать в то, каким образом ты умудрилась вскружить голову одновременно двум парням, но то, что ты якшаешься, пока твоего московского принца нет рядом, с этим высокомерным дружком Кира, несложно заметить! Радуйся, что брат пока не желает особо вникать в твою жизнь из-за обиды; я, кстати, не совсем поняла какой именно, он все твердит, что ты поссорила их с другом, но он… не в курсе, что из них двоих ты предпочла не его, а этого дебила. – Ты несешь околесицу! – Берг, я лично видела, как Франк привозит тебя домой поздно ночью. Будешь отрицать? – Эм. Он встретил меня по дороге и подвез, вот и все! Не лезь не в свое дело! – Что? Встречает тебя по дороге каждый день? – усмехнулась она. – Ты что, следишь за мной? – возмутилась я. – Это бывает очень полезным и интересным занятием! – Будем считать, что я сохраню твой секрет от брата и от твоего москвича, который, наверняка, к тебе скоро прикатит, в обмен на то, что ты хотя б при Кире будешь вести себя прилично и не станешь перечить любому моему слову. – Ха-ха-ха! Иди ты. – Ну, как знаешь! – пожала она плечами. Ломоносова встала, и, поправив волосы, направилась к выходу. – Что этой идиотке тут понадобилось? – вернулась Сашка. Я смотрела в спину девушке своего брата и понимала, что у меня нет особого выхода. – Аверина, подожди меня тут! Я направилась вслед за белобрысой и, нагнав ее в коридоре, схватила за локоть. – Поосторожней! – Слушай… – я отпустила ее руку и, убедившись, что никто нас не слышит, поинтересовалась. – Почему ты так сильно вцепилась в Кира? Я так и не знаю, как у вас с ним все это началось, но если это из-за мести мне… – Ха-ха-ха! Берг, уймись! Ты слишком много думаешь о себе! Наша история с Киром тебя не касается, хотя, возможно, когда мы станем родственницами, знай… – она помахала руками. – По мне бы лучше этого не произошло, но, что поделать, раз его угораздило состоять с тобой в родстве… я, возможно, расскажу тебе… все… что чувствую к нему, – закончила она с серьезным видом. – Это кошмар! – Я не отцеплюсь от твоего брата! – Я уже поняла, – кивнула я. – Так может, нам заключить дипломатическое перемирие? М-м-м? – протянула она мне руку. – Эм… я не готова для этого, – отойдя немного назад, отказалась я. – Очень жаль, надеюсь, до тебя скоро дойдет, что уж лучше мы будем оберегать его вдвоем, сообща, нежели рвать на части между собой. – Возможно. Но не сейчас. Тем более… он на данный момент считает меня врагом мира, вряд ли он оценит мою заботу о нем. – Полина, – она скрестила руки на груди. – Я тебя совсем не знаю, а то, что мне известно, оставляет желать лучшего. Но… все-таки наблюдая за тобой, я надеюсь, что… все, что ты сейчас делаешь, имеет оправданную цель, поскольку я не замечала в тебе способности настолько ярко выраженного предательства. – Ты это о чем? – О том, что сейчас происходит в твоей личной жизни. – А это не твои проблемы! – Согласна! Но все-таки… я думаю… – она решила закончить наш разговор и направилась к лестнице, произнеся напоследок. – В общем, ты разберешься со всем этим. Брат всегда тебя поддержит, ты должна это знать, но предательство со стороны друга он не переживет. Я не очень поняла смысл ее фразы, да и не хотела особо вникать. Ломоносова напрягала меня своей внезапной заботой. Меня бесило ее хорошее отношение к Киру, а еще больше бесил ее положительный настрой на меня. Как не печально, но это была меньшая из бед, которая заботила меня на сегодняшний момент. Вернувшись к Сашке, я вновь углубилась в ее литературные рассуждения, полностью игнорируя неловкие вопросы о том, что за дела у меня с нашей ненавистной белобрысой. Все дни напролет я впитывала в себя знания, которые вываливал на меня Дима. К концу первой недели я уже и думать ни о чем не могла, кроме как о том, на каких оборотах переключать ту или иную передачу. Теперь я за секунду могла настроить под себя свою четырехколесную малышку, руки сами собой ложились на руль, ноги жали педали самостоятельно. Еще неделю назад, я бы не поверила тому, кто сказал бы мне, что через такое небольшое время я не буду задумываться о том, что конкретно мне стоит делать, сидя за рулем. Мое обучение резко шло в гору, это радовало Франка, это радовало и меня. Мы проводили очень много времени вместе, я замечала за собой, что непроизвольно стараюсь запомнить все его слова, все его замечания. Я изо всех сил старалась подражать его поведению за рулем автомобиля, хотя, естественно, это получалось у меня пока что очень слабо. Мы до сих пор не выезжали за пределы территории гаражей, но на площадке, подобранной им для наших занятий, я уже летала, как птица в небе. Поскольку диапазон доступных для меня скоростей значительно вырос, меня уже мало удивляла стрелка спидометра, остановившаяся на ста километрах в час. Началась вторая неделя. Видимо на небесах решили поиздеваться надо мной, потому что она совпала с неделей итоговых контрольных по всем предметам перед окончанием четверти. Я откровенно дремала на всех занятиях, только упорные Сашины толчки не давали мне окончательно вырубиться. – Да что такое! Полина! – Ничего-ничего! Из-за плохой подготовки я сдала физику только на слабую четверку, что расстроило бы меня еще несколько месяцев назад, ну, а сейчас я не придала этому особое значение. С алгеброй и геометрией дела обстояли немного получше, по крайней мере, по геометрии я умудрилась получить отлично. Дела с русским и литературой обстояли гораздо хуже, но я предпочитала пока не думать об этом. Во вторник мне позвонил Паша, который казался немного обеспокоенным. – Полина… как твои дела? Надо признать, мы достаточно много общались с ним по переписке, по ночам, когда я возвращалась домой с тренировок, но мне все равно отчаянно не хватало его заботы и ласки. – Да так себе… я устала! – Слушай, мне тут доложили… я не догадывался, что… мешаю тебе. Прости, что напрягал с перепиской по ночам… надеюсь, ты не завалила свои контрольные. – Не поняла? – я серьезно не поняла, на что это он намекает. – Кто там тебе что доложил? – Я не могу распространять подобную информацию! Но знай! Что с этих пор ты спишь по ночам, а не болтаешь со мной! Зато я приеду к тебе на все выходные! – Что?! – не сдержавшись, выкрикнула я. – Ты рада? Ха-ха-ха! – А-а-а… – смутилась я. – Но… Паша… Это были последние выходные, которые оставались мне на подготовку, и я рассчитывала полностью погрузиться в тренировки. – Берг, ты не рада, что я приеду? – недовольно поинтересовался Мятежный. – Нет-нет! Конечно, довольна! Я рада! – спохватилась я. – Просто… Паша! Понимаешь… у меня контрольные! Действительно важные! Я думала, я буду сидеть, и готовиться к ним! – Слушай! Мы справимся с подготовкой вместе! Я вообще-то не простак! Смогу помочь во многом! Не расстраивайся! Я приеду, и мы качественно тебя подготовим! А потом весело проведем оставшееся время, хорошо, малышка? – А-а-а… – Берг… – Да-да-да! – мгновенно согласилась я, прикрыв в ужасе рукой рот, пользуясь тем, что Паша не видит моей реакции. – Умничка! Я рад, что смогу быть для тебя полезным, хорошо, что у тебя есть подруги, способные позаботиться о тебе в сложный момент! – О чем ты? – Да ни о чем! Я приеду в субботу утром! Люблю тебя. – И я тебя!! Повесив трубку, я невольно посмотрела на Аверину, сидящую рядом и слушающую наш разговор. – Аверина, мать твою! – Что? – возмутилась она. – Сашка, кто тебя просил? Как ты его номер достала? – Кто тебе сказал… что это я? Ха-ха-ха! – Иди в задницу! – Ты что, не рада, что он приедет? – Я? – выдохнув полной грудью, произнесла я. – Ну… очень рада! – выдавила я из себя. – Тогда это замечательно! Я рада, что ты проведешь время с близким для тебя человечком, тем более тебе не придется не спать ночами, он в курсе, что мешает твоей учебе и не будет беспокоить тебя до выходных! Круто я придумала? – Ага, – кисло ухмыльнулась я. Как мне выйти из подобной ситуации? Франк придет в негодование, узнав, что на выходные я не смогу полностью посвятить себя его занятиям. Я с ужасом ехала к нему после уроков, пытаясь привести грамотные аргументы. В конце концов, я набралась смелости, решив, что все-таки имею право на свободное время, я поделилась с ним своими соображениями и потребовала дать мне два выходных. Ответ был очень красноречивым: – Нет! – Франк! – вскрикнула я. – Это даже не обсуждается! – в это время он вытирал лобовое стекло автомобиля. – Дима! – Берг! – Франк! – Нет! – Ну, пожалуйста! – Это почти последние дни перед твоей поездкой. Так что, нет! – Франк… я не смогу! – Что ж так-то? – съехидничал он. – Думай, что хочешь, но я не смогу прийти к тебе! – вскрикнула я. – Что мешает-то? – Ничего. – А-а-а… понятно, тогда я займусь своими делами, сейчас, пожалуй. Он демонстративно помахал перед моим носом ключами от Рено и, убрав их в карман, зашел внутрь гаража. – Ты бесишь меня! – зарычала я. – Ты что-то сказала? А… ты, наверное, захотела объяснить мне причину своего отсутствия на выходных, ведь так? – Франк! – Разговор окончен! – Ну… ты не понимаешь! У меня много дел по школе! У меня контрольные работы! – развела я руками. – И что? – И то! У меня подготовка! Мне надо хоть пару дней уделить учебе! Прошу! Иначе я вылечу из школы! – Что-то совсем как-то слабо верится! – Придется поверить! – уперлась я руками в бока. – Ладно, – согласился Франк, – в субботу можешь позаниматься. – Нет! В субботу и воскресение! – Только в субботу! – Ты бесишь! – Ты бесишь меня еще больше! Сказал, только в субботу! Если у тебя настолько большие проблемы с учебой, я так и быть потрачу свое драгоценное время и помогу тебе, договорились? Я совсем недавно еще школу заканчивал, многое помню, раз уж я более-менее смог усадить тебя за руль, то с какой-нибудь физикой тем более справлюсь. Вы посмотрите! Какие галантные, заботливые мужики пошли! То от них не добьешься ничего, хоть всю жизнь жди, а как не надо – лезут и напрашиваются в помощь! – Сама справлюсь! – Значит, осилишь и за один день! – рявкнул он. Мы приступили к тренировке, но большую часть времени молчали. Я отлично справлялась с поставленными передо мной задачами, поэтому к концу дня у Франка более-менее восстановилось настроение. – Слушай… тут такое дело, надо бы нам поездить среди машин, среди хоть какого-то движения. – Я только за! Вот только, у меня нет прав, и насколько мне известно, я и тут-то садиться за руль не имею право! – Предоставь это мне. Но… загвоздка в том, что я… я хочу выехать с тобой ночью. В это время довольно мало машин, безопасней, ментов, опять же, меньше. Никто мешать не будет. – Ночью? – я обернулась на него. – Смотри, куда едешь! – почти взвизгнул он. – Да потише ты! Я и так нормально все делаю! – Ха-ха-ха! Тебе еще рано так говорить. – Я не могу ночью! Франк, это нереально. Кир меня прижмет! – И что? Это твои проблемы, что ты до сих пор не ввела его в курс дела, помнишь об этом? – усмехнулся он. – Ты издеваешься? – возмутилась я. – Короче, ты поняла. Нам надо, примерно… завтра прокатиться по улице, там посмотрим, как ты себя будешь вести на дороге. А уж как отмазаться от Кира – это твоя проблема, малышка. – Не смей меня так называть! – рыкнула я. – Ха-ха-ха! Немного подумав, я взвесила все за и против и, рассмотрев все возможные варианты, предложила ему: – Окей, я согласна, завтра я буду кататься ночью. – М-м-м? – Но с одним условием. – Это, с каким же? – поинтересовался Дима. – Ты отпустишь меня не только на субботу, но и на воскресенье! – О, Господи! – Иначе никак! Франк засел в раздумьях, но, поняв, что тут он не сможет перегнуть мои требования, наконец, выжал из себя согласие. – Окей, по рукам. Мы поездим с тобой, а в выходные ты свободна. Занимайся, сколько влезет. Но в понедельник ты будешь тут целый день, я же упоминал, что день икс – это вторник? – Что? – я резко нажала на тормоз. – Эй! – он едва не столкнулся носом с приборной панелью. – Вот так делать никогда нельзя! – Ты ничего не говорил про вторник! – А что ты хотела? К тому времени уже две недели с лишним пройдет! – Но я не готова! – запротестовала я. – Как же? Ты собралась на выходных гулять! Значит готова! – Это нечестно! – воскликнула я. – Блин, это уже совсем скоро! – Берг, прекрати панику! – Это пипец! – ударила я по рулю. – Это через неделю! – В общем, готовься морально, но не слишком запугивай себя; этот день еще не скоро! Меня не слишком утешило его заявление, но, кое-как взяв себя в руки, я заставила себя временно не думать о постороннем и попыталась насладиться оставшимся от нашего занятия временем.