Скоростная любовь. Speed

Повезло мне или нет, я не знала, но оказалось, что вакансия уборщика до сих пор открыта. Не сказала бы, что Кир испытал особую радость, узнав, чем я собираюсь заниматься по вечерам, но все-таки взвесив все за и против, не стал особо возражать против моего решения: − Главное, не запусти учебу, − это волновало его больше всего. Пообещав брату, что справлюсь со всем одновременно, я попросила его замолвить за меня словечко и попытаться ускорить процесс устройства в их мастерскую. На следующий день после нашего разговора Кир сказал, что обо всем договорился, и мне надо наведаться к его другу, чтоб обговорить все детали. Было не очень понятно, почему именно с ним я должна была обсуждать свою работу, но раз уж мне предстояло общаться на тему трудоустройства именно с этим человеком, пришлось сделать вывод, что Дима занимает гораздо выше должность, чем хотелось. Он явно не был рядовым мастером. − Как мне кажется, Димон сейчас в своем гараже, сходи и узнай все, − сказал брат. − К нему в гараж? − я не испытала ни грамма радости. − Ну, ладно. А где он находится? Брат написал адрес и продолжил: − У меня нет времени тебя везти, поэтому не задерживайся особо. − Договорились! Схватив бумажку, я переоделась в более удобную одежду и выбежала на улицу. Добираться пришлось на автобусе. В данное время весь общественный транспорт был переполнен возвращающимися с работы жителями, поэтому я несказанно обрадовалась, услышав от контролера, что нужная мне остановка достаточно близко. Потратив полчаса на то, чтобы найти среди тысячи гаражей нужный, я растерянно замерла перед слегка прикрытой дверью. Вот черт. И что мне прикажете делать? Зайти и сказать: «Эй, привет, Димка, дружище! Как поживаешь? Ты знаешь, что я с тобой теперь работать буду? Да-да! Это очень круто! Я рада, что ты обалдел от счастья, узнав это! Юху!». В этот момент в гараже что-то заскрипело и с грохотом рухнуло. − Блять! Ай-ай-ай! − угрожающе завопил голос из темноты. − Сука! Как больно. − Черт, − я не могла остаться равнодушной и, вдохнув как можно больше воздуха, вошла в гараж. − Ау! Фу! Мою голову полностью опутали какие-то явно не очень чистые тряпки. − Фе! − замахала руками. Лучше бы я этого не делала. Одна из откинутых мною тряпок не замедлила вернуться и ударить меня прямо по лицу. − Фу! Преодолев преграду, я протерла руками лицо и осмотрелась. Гараж был довольно большого размера, сюда свободно могли поместиться две машины, да еще и место оставалось. По боковым стенам были развешаны сменные колеса, к дальней стене был прибит стол, который служил подставкой для кучи инструментов, некоторые из которых угрожающе свисали на пол. Около меня стояло пару ведер, в одном из них была вода, другое же предоставляло уютное жилище для хранившихся там тряпок. Немного левее от входа, вдоль боковой стенки, бурчал холодильник, а еще дальше шумела печка, которая позволяла находившемуся тут человеку не бояться зимнего холода. Как я заметила ранее, гараж был рассчитан примерно на две машины, именно столько тут и находилось. Правда, насчёт второй не смела дать стопроцентную гарантию, она была покрыта тяжелым брезентом, и поэтому оценить ее я не могла никаким образом. Та, что не была скрыта от глаз, представляла собой «Шевроле» темно-зеленого цвета. Эта машина стояла ближе к выходу, заслоняя собой вторую, при этом у нее было снято заднее колесо. Поднятая домкратом, она нелепо замерла в перекошенном состоянии. Видимо, что-то пошло не так, и колесо, которое должно было быть насажено на машину, лежало в стороне. Парень, возившийся с ним, потирал явно ушибленную руку. − Фак! Как я умудрился? − Дима поднес руку ко рту и повернулся к выходу. − Берг? Впервые я смогла застать его врасплох. Дима удивленно уставился на меня, но не переставал лелеять ушибленную руку в другой ладони. − Ты что тут забыла? Не знаю, как это можно объяснить, но я сразу же почувствовала, что вот он, такой, какой есть на самом деле, а до этого была маска холодного идиота. Эта неподдельная обида на ударившее его колесо, это искреннее удивление! А этот добрый, живой, пронизывающий насквозь, увиденный мною впервые взгляд? Ого! Он подошел ко мне и повторил свой вопрос: − Ты вообще откуда? Как сюда попала? − Я? Я вообще-то пришла к вам на работу устраиваться. − К нам? − видимо, у него начался мозговой процесс. Вдруг он ехидно улыбнулся и засмеялся. От былого человека не осталось ни следа. Он вновь стал прежним. Прежним дебилом. − Ха-ха-ха! Хочешь сказать, это ты та самая идиотка, которая вздумала у нас поработать? − Что в этом смешного? − Ха-ха-ха! Ничего! Ха-ха-ха! − он продолжал угорать. − Ясно! Кир не предупреждал. Он, конечно, сказал, что кое-кто выразил желание, но не уточнил, что это ты. Черт, я же ему уже пообещал. Он специально не сказал, что это ты, а то я бы послал его далеко и надолго. − Пф! Можешь меня не пугать этим. − Да? Ха-ха-ха! А что так? Ты не из пугливых? − Пошел ты. Я вот лично не понимаю, почему это должна именно с тобой об этом говорить. − Ну как же? Я ответственный за набор персонала, − пожал плечами Дима и направился обратно к машине. − М-м-м… ну, ладно. Так и что? − я пыталась сдержать все свои мысли по поводу того, кем он является. Надо быть ласковой и спокойной. Мне же это надо. − Ну… − Дима поставил валяющееся колесо вертикально. − И сколько ты планируешь работать? − До Нового года! Могу прям до тридцать первого, если надо. − А потом что? Потом уходишь? И нафиг мне временный рабочий? − Ну, наверное, потому, что даже такого у тебя нет. − Ха-ха-ха! − он оглянулся на меня. − Сколько ты хочешь получать? − Я? − черт, это были какие-то странные вопросы. Я не была к ним готова, потому что по своей детской глупости не подготовилась и только сейчас осознала, что даже толком не представляю, сколько получу. − Ты, ты! Ты что, даже примерно не ориентируешься? − Ориентируюсь, конечно! Я не идиотка, − огрызнулась я. − А сколько мне положено? − как бы невзначай поинтересовалась я. − Я сравню со своими желаниями. − Ты, я смотрю, совсем не далекого ума. Ха-ха-ха! − Да пошел ты! − Ха-ха-ха! − он опустился на колени и глянул под машину. − Ты не возникай особо, а то я отправлю тебя гулять. − Пф, − оставалось лишь прошипеть мне. − Давай так. Ты, выходит, не так уж долго будешь работать… сейчас посчитаю, − он призадумался. − Получается… я смогу выдать тебе в лучшем случае десятку. Это в самом лучшем. Устроит? − Десять тысяч? − Да. Для работы не в полный рабочий день, а лишь по вечерам, это очень неплохо, тем более не умственный труд. − Окей. − Завтра тогда ждем тебя. Брат тебе более подробно расскажет, что да как. − Ладно. Я пошла к выходу, решив, что больше нам разговаривать с Димой не о чем. Он окликнул меня, когда я уже шла по дороге: − Берг, погоди, − он вышел наружу и подошел ко мне. Несмотря на окружающий свежий воздух, я почувствовала, как пахнет его одежда, да и он сам был пропитан машинным месивом: бензином, маслом и подобными жидкостями. На лице была засохшая грязь так же, как и на руках, которые он потирал от холода. Волосы, взлохмаченные и запутанные, торчали во все стороны. − Я что-то запамятовал, это тебе для чего? − А тебе какая разница? − А мне интересно, − ухмыльнулся он. Прекрасно понимая, что злить его не стоит, я почти честно ответила: − Чтоб иметь возможность подарить подарки близким людям. − Ха-ха-ха! И все? − А что еще? − поинтересовалась я. − Ну, не знаю… твой брат пару раз упоминал о том, что ты любишь лезть не в свои дела. Ладно. И кто эти близкие люди? Я туда вхожу? Ты и мне подарок будешь покупать? − Ха-ха-ха! Я бы скорее купила мясо собаке, которая меня укусила, − не выдержала я. − Ты думаешь, десять тысяч хватит на подарок твоему богатому москвичу? Ха-ха-ха! − А это совсем не твое дело! − Ну да, конечно, куда мне. Ха-ха-ха! Я вот слышал очень печальную весть, что он будто бы бросил тебя на этот праздник. А ты ему аж подарки даришь! − Пф. Не бросил, а просто у него не выходит, и он оставил меня лишь на пару дней. Я бы на твоем месте покрывалась потом от зависти, ведь тебя даже оставить на праздник некому, ты и так один! Ха-ха-ха! − Да ты что? − усмехнулся он. − Ты так думаешь? − Мне и думать не надо. Это и козлу понятно, кто с тобой вообще свяжется? − Берг, одно могу сказать, если нашелся человек, способный с тобой встречаться − я боюсь за нашу нацию, − спокойно проговорил он. − Ты меня специально выводишь? Чтобы потом послать подальше? − разозлилась я. − Так вот, знай: пошел ты в жопу, дружок, но я не поведусь на твои разводы никогда! Ни сейчас, ни в какой любой день! − Ха-ха-ха! Не зарекайся. − Так бы и долбанула бы тебя! − Попробуй! Оп! − он резко и неожиданно махнул передо мной рукой, чтоб я среагировала и стала защищаться от него, а после, подставив мне подножку, усадил в сугроб. − Ты совсем чокнутый? Придурок! − Ха-ха-ха! Недолго ты без оскорблений выдержала. − Идиот! Отпусти меня, − Дима держал меня и не давал вылезти из снега. − Сука, я же простужусь и не смогу работать! − Ну что ж, мне придется тебя уволить. Ха-ха-ха! − Пусти! − Ха-ха-ха! − Я тебя убью потом! − Берг, − он присел со мной рядом и взял в руки немного снега. − Я тебе так скажу: мне все равно для чего ты работаешь, надеюсь, кроме как денежной причины у тебя нет ничего за душой, но раз уж я делаю тебе такое одолжение, учитывая наши с тобой отношения, ты будешь обязана сделать кое-что для меня. − Что же? − я уже устала пытаться встать и сидела с мокрой задницей на верху сугроба. − Я, конечно, понимаю, тебя парень отшил на праздники… − Ничего он меня не отшивал! Р-р-р! − Не перебивай! Так вот! Я не знаю, что ты там придумала, как праздновать… − Дома! Естественно, я буду дома праздновать! − опять, не сдержавшись, вставила я. − Как раз таки насчет этого... Кир − мой близкий друг, зная, что ты наверняка будешь со своим москвичом, он принял мое приглашение отпраздновать этот праздник в нашей компании. − И? Я тут причем? − При том что теперь, когда ты остаешься дома, твой брат, несомненно, решит составить тебе компанию. − И что? Тебе что, жалко? − Да, жалко! Кир работает с утра до ночи, устает он в два раза больше, чем ты, он заслуживает нормальный праздник, а не выслушивание твоих жалоб и плача по поводу умерших родичей. − Родителей! − Да все равно кого, − посмотрел он мне в глаза. − Поняла? Я не хочу, чтоб он кис дома в праздник, в день, когда все должны веселиться. − К чему все это? − недовольно поинтересовалась я. − К тому, что когда твой брат скажет мне о том, что останется дома из-за тебя, я предложу ему прихватить с собой сестру, а ты, когда он это предложит, как маленькая послушная девочка, согласишься. Поняла? − Чего? Я не собираюсь праздновать семейный праздник с людьми, которые меня бесят или же которых я не знаю! − Тогда вали отсюда. Он поднялся и пошел назад. − Завтра можешь не приходить, я передам твоему брату, что ты нам не подходишь. − Какого хрена? − еле-еле выбравшись из снега, я пошла за ним. − Это нечестно! − Многое в нашей жизни нечестно, чтоб ты знала. − Ты не имеешь права заставлять меня что-то делать! − я схватила его за рукав. − А ну отвали! − он вырвал руку. − Не люблю, когда нарушают мои личностные границы! − Мы уже договорились насчет работы! Ты дал обещание! − Ха-ха-ха! Ну прости! − усмехнулся он. − Я сейчас закрою ворота, слишком холодно, если у тебя все, то до свидания! Шуруй отсюда! Он начал медленно прикрывать вход. Черт! Черт! Я его ненавижу! Я-то уже подумала, что он не так уж плох! Как же теперь мое расследование? Как же подарки? О боже! Черт с ним! − Стой! − пнула я дверь. − М-м-м? − Неужели ты не понимаешь, что это слишком по-детски?! − Ты это мне хотела сказать? − Ладно! − Что? − Хорошо! Я сказала, хорошо! Я соглашусь провести с вами Новый год! Ты доволен? − Ну, так себе, а теперь повтори это еще раз десять, чтоб на твоем лице сияла правдивая улыбка, − высунулся он наружу. − Я тебя ненавижу! Так бы и обрезала тебе голову этой дверью! − схватилась я за ручку. − Давай, детка, повеселее! − Пф… Кир, я согласна! − по-идиотски улыбнулась я. − Ха-ха-ха! Порепетируй еще, в общем. − Сволочь. − Ты что-то сказала? − Нет, что ты? − Ха-ха-ха! Молодец, завтра в шесть как штык, а теперь топай отсюда. Не сказав больше ни слова, он захлопнул передо мной дверь. − Ах! Скотина! Чтоб тебя машиной придавало! Чтоб ты лишился всего, чего только можно! − крикнула я. Сильно замерзшая, я поехала домой, где целый вечер просидела в ванне, отогревая обмерзшую пятую точку.