Никто не сможет сломить меня

Я схвачу эту тварь, я отрежу ей голову ржавым ножом, как делает это продавец рыбы на рынке, с легкой небрежностью убивая тех, кто не дышит на суше. Нет-нет… Я поймаю эту тварь и выдерну её длинный хребет, сотру его в металлическую стружку. И в который раз я с ужасом осознаю то, сколько раз эта скользкая тварь убивала людей, черт побери её слизкую душонку… Его ярость была очень глубока и настолько же тяжела. Тяжелее мириад нейтронных звезд, которые, казалось, отражались в мертвой оптике отвратительной рыбины. Эта массивная, мерзкая тварь хищно скалилась в самодовольной и диковатой усмешке. А из нее к подбородку стекал энергон, срываясь струйками на пол и гадко шлепаясь о него. Где-то позади ощущалось бешено пульсирующее жаром поле совершенно обезумевшего Старскрима, который пережимал себе культю, за которую этот хищник его знатно потаскал, в качестве предупреждения. И сейчас хищная рыбина сократил сотни мощных поршней челюстей, что бы с треском перекусить отодранный манипулятор в дентах. Но не то причина злости Лорда, а в неготовности к подобному. Приземляясь на газового гиганта очередной системы двойной звезды, название которой — сплошная непосредственность и набор сухих цифр, он даже не мог предположить, что тут может что-то обитать. А если и Это нечто существовало, то в форме жалкой органики. Как максимум — полу органика. А эта механическая химера будоражила процессор капитана не первый цикл своей гротескностью — будто Кракена, кибертронца и большую акулу слепили вместе и вылепили его. Нечто придало ему конечности морского гада, но он прекрасно ползал. Мегатрон лично видел как быстро он подобрался к Скорпоногу, лязгая металлом чешуи по полу палубы, и откусил бедолаге половину шлема. Так легко, будто эта тварь просто перекусила никелевую панель. Тварь могла бы быть ростом с самого Мегатрона, если бы не хвост… Лорд отмирает. Гадина бросилась вперед, оставляя драные следы и вмятины на металлическом полу, с такой силой толкая массивную тушу вперед. Два гиганта сталкиваются, сцепившись манипуляторами и нагрудными. Шея химеры вытянулась вперед, раскрывая пасть и раздался дикий хруст пролома металла. Это капитан тяжелым шлемом столкнулся с рыбиной, ломая тому нос и разбивая в брызги металл лицевой. Сзади кто-то бросился помочь Лорду, потому что понимали все, что эти исполины равны по силе. Но бедолагу сбил мощный хвост и химера извернулась, выкручиваясь из хватки Мегатрона. И почти не складываясь пополам, гадостно зашипел, ломая разбитые губы в усмешке. Он свое взял — пища. И потому бросился за борт, утаскивая с собой того солдата. Но как бы он не кричал и не бился, Мегатрон даже не подумал остановить хищника, стирая тыльной стороной ладони побитую скулу. Перед самым шлепком тяжелого корпуса о воду, послышался хруст, с которым солдата просто сломали в нескольких местах, зажимая в смертоносные объятия. Это был не первый раз, когда Мегатрон терял солдата в стальной хватке этой химеры. Но впервые так грубо, нападая в открытую. Хищник совершал свои налёты во время рассвета, когда горящая звезда еле-еле окрашивало небо. И каждый цикл похищала одного члена экипажа. Но не Скримера, который опалил твари морду и бросился за спину подоспевшего Мегатрона. Правда вот, отдавая злополучной твари свой манипулятор, который Мегатрон отломал в два удара, что бы химера не смог забраться на заместителя или хоть подтащить его ближе — верная смерть. В таком случае его было бы уже не спасти. Они пытались ставить часовых, но всё равно эта адская рыбина с постоянным усердием избавлялась от них, то сжирая их живьем, то топя в море. Десептиконы, лучшие из лучших головорезов, во главе с, не много не мало, Гладиатором, несли огромные убытки. И был виноват в этом сам десолидер. Он оказался в этом закрытом секторе. Он посадил корабль с повреждением варп ядра на адскую планету и тем самым украл у твари нечто ценное — территорию. Как оказалось, химера очень ревнива до своего куска и не прошло и солнечного цикла, как их впервые атаковали. Но сетуя на взрыв под средством давления нижних ярусов, они так и открепили блок, потому что его уже нельзя было спасти — пробоина была громадной. Старскрим орал на то, что пробоина была пластами внутрь и что их атаковали снаружи, но кто станет слушать вечного суетящегося Скандалиста? Вот и Мегатрон не стал. И он же впервые встретился оптика к оптике с химерой, когда та засветилась публично. Лицевая к лицевой. Показательное рычание, перекушенные провода и забитые хвостом насмерть смотрители мостика. Хищник утверждался перед единственным — истинным альфой — Мегатроном. Но не спешило забирать его, вместо этого извращенно прекращало жизни моряков.

***

Эти кадры так и останутся бессмысленным набором нулей и единиц бинарного кода на флеш-носителе какого-нибудь коллекционера, скорее всего. Это так удручало. Потому что этот короткий видеоряд не был очередной диковиной, что бы позабавить господ. Это предупреждение. И оно не должно быть скрыто от людей. «Копирование… завершено» И Кибертронец нервно оглянулся назад, вынимая свою флеш и быстро, будто неопытный грабитель, спрятал ее под броню. Теперь стоило только затереть следы и уйти. Самое страшное позади, но мигающие желтым, локаторы этого меха передавали его неописуемое переживание. Это волнение было таким явным и понятным. Узнай о его проступке начальство, то не последовало бы даже выговора, Уилджека бы просто стерли, как затирали неугодных в пору расцвета функционализма, умелые мнемохирурги. Он быстро оглянулся, не следит ли кто за ним, не притаился ли кто в темноте сотен ячеистых стоек, что длинными коридорами разграничивали все пространство архива? А потом просто растворился на базе, поспешив удалиться так быстро, будто его тут и не было. Потому что одно только присутствие здесь могло стоить добропорядочному гражданину, к которым теперь Уилджек не относился, свободы.