Никто не сможет сломить меня

Что-то теплое коснулось щеки автобота и это вывело его из легкой дремоты, заставляя зевнуть. А потом еще раз, окончательно раздувая потоком воздуха слипшиеся тонкие мембраны вокодера. Родимус подставлял обе щеки под прикосновения, прижимаясь к ладоням и медленно разжег оптику. Видеоряд складывался из пикселей, улучшая качество очень медленно, но уже вырисовывывая черты лица кого-то улыбчивого. И он сам улыбнулся. От ощущений… От того, что видит сладкую улыбку со вкусом моря и радости. Ей хотелось подражать. Датчики на корпусе фиксировали приятные ощущения, когда их невесомо гладили и даже почесывали микроскопическими уколами волн М-полей. Это вынудило меха подставляться и потянуться к источнику тепла. Приятное пробуждение, как не посмотри. Тонкого металла чейсплейта коснулись со всей осторожностью, почти невесомо водя кончиками когтей. — Десептикон! — вспыхнула мысль, заставляя температуру корпуса скакнуть и напрячь все сервоприводы в корпусе, что бы лишь дернуться. У корпуса были свои потребности. К примеру, после сильной встряски медленно включаться. Так что быстрый рывок казался смешным. Пустоту в голове заняли самые страшные из предположений. Страх за себя, страх за своего друга. Где Магнус? Но стоило оптическому ряду сфокусироваться и захватить изображение, то Родимус весь вжался в платформу. Опасность все еще была другого плана. В него уперся взгляд выбеленного хищника заставляя замереть. Родимус вытянулся в струнку, отводя шлем в сторону и назад. Но полностью уйти от контакта не вышло. — Праймус, — перспектива быть разодранным даже самого бы ярого атеиста направила на путь веры, — скажи мне, что это не от этого чудовища веяло таким спокойствием. Как говорит большинство: «Внешне серийный убийца может выглядеть вполне обычным гражданином». А на деле… На него смотрела бледно-голубая пара линз, будто выискивая слабость своей рыбьей оптикой. Влажный хвост мертвым грузом свисал с края, по змеиному извиваясь, когда хищник решил склониться ниже. Немигающий взгляд механической рыбы буравил шлем Родимуса насквозь и с каждым тяжелым мгновением этот хищник поднимал все больше микропластинок на плечах. Будто вот-вот бросится на него, исказив страшную непроницаемую морду в оскал и зашипит гадюкой. Тугой ком подкатил к горлу. Это был липкий страх перед безэмоциональной доисторической машиной для убийств. И было не важно, что в данный момент эта машина сохраняет видимое спокойствие. Мертвый взгляд пробивал на дрожь. Движения ладони возобновились. — Настолько сильное давление на внутреннюю начинку не могла пройти бесследно, — до Ро донесся далекий звук, тяжелый, проходящий будто сквозь толщу воды, — пойду проверю его, он должен был уже выйти в эфир. Нет-нет, ты идешь обслуживать нашего большого гостя. Сидевший на краю платформы хищник не причинял вреда, а услышав шум, так вообще отпрянул. Но все равно было не по себе. — Дрифт, уйди! — рявкнул Рэтчет еще спускаясь по винтовой лестнице, — Родимус, ты в порядке? Как самочувствие? Жалобы? — Это… — он осторожно отгородился от рыбины ладонями, — он точно не будет меня рвать на куски? Очень уж мне не нравится этот их обычай. — Приходилось сталкиваться с ему подобными? Родимус не однозначно повел плечами и глянул вверх, на вставшего рядом медика. Долгий взгляд прервался кивком. Он солгал, на самом деле нет, он не встречал диких особей и все его предположения насчет них строились на стереотипах. Дикие сродни значению «опасно». Рэтчет не стал продолжать тему и приступил к осмотру, проверяя его полную активность, заставляя поворачиваться с одного бока на другой, поочередно поднимать манипуляторы и выполнять другие бестолковые, как Родимусу казалось, телодвижения. Бестолковые, потому что чувствовал он себя в полном порядке и волновал его эти долгие минуты только одно: — Где Ультра Магнус? — Рэтч посмотрел в сторону, заставляя проследить за взглядом. Родимус только сейчас понял, что находится в центре отсека на… широком столе? Да, это был он — стол, переоборудованный под временную платформу. Взгляд метнулся по помещению, цепляя рядом расположенные механизмы медицинского назначения и, ох! Родимус наткнулся на здоровенный, занимающий едва не ¼ комнаты, вертикальный аквариум цилиндрической формы, за толстым затонированным бронестеклом которого крутился разыскиваемый объект. Аквариум был явно ему не по габаритам, так что полноценный заплыв УМ внутри пришлось бы отложить до лучших времен. Даже опустившись ко дну и свернувшись там беспокойно вздрагивающим кольцом, Магнус занимал половину поверхности. — У этого гиганта были трудности с пребыванием на суше, — пояснил Рэтчет. — За размещение его, в аквариуме позже поблагодаришь Уилджека, какими он только способами не заталкивал его туда, хах. — Да? — Родимусу помогли сесть, — хорошо, только… ах, точно! Рэтчет, ты должен сообщить на материк и запросить поддержку. Я думаю, что мы привели за собой хвост. И боюсь, они не остановятся, пока не заберут Магнуса у меня. Я влез в одно дело, с последствиями которого мне приходится сейчас справляться. Просто поверь мне. Это долго объяснять. — Мне ткнуть тебя носом в то место, где ты сам назвал причину моего будущего отказа запрашивать разрешение на транспортировку вас обоих? В общем, не думаю, что это правильное решение сейчас, Родимус, — подскочившего было меха остановили за плечо, — Я разбираюсь в ситуации даже больше, чем ты можешь себе представить. Только скажи кто именно вас преследует и я свяжусь с нужными людьми, хорошо? Но не могу обещать, что не расскажу кому-либо о вашем местонахождении, я помогу. — Погоди, что? Ты… Рэтчет, — меха подавился возмущением, — Рэтчет, я не знаю. Мы не смогли идентифицировать их личности, только знаем, что они имели в своем распоряжении угнанный боевой корабль. — Так… — медбот кивнул, готовый слушать дальше, — не останавливайся, может, они связывались с вами? Стреляли? — Взломали систему и бросили маяк. Единственным решением было эвакуироваться с корабля и как можно скорее, пока вирус не обесточил корабль полностью, передавая в руки противника… я получил некоторые кадры от Ред Алерта со шлюза, к которому противник провел «коридор». И не сочти меня за параноика, но я отчетливо видел там что-то большое и быстрое. Оно разорвало технический персонал. И что бы то не было, но когда мы уже отступали к спас-капсулам, то мой комм разрывался от щелканий отключающихся одного за другим солдат. Так что — да! Нам было не до идентификации, когда каждая секунда на кону. Понимаешь? Ответный кивок нисколько не успокаивал и Родимус отвернулся. Тогда протоколы безопасности велели бежать, что шло в разрез с возможностями корпуса. — Ладно. В общем, твое состояние удовлетворительное, но я настаиваю на отдыхе. И ты должен отбросить все свои планы на орн вперед. И не вынуждай меня следить за тем, что бы ты действительно отдыхал. Повторять еще раз не пришлось. Родимус отключился сразу, как только шлем коснулся поверхности платформы. Но на всякий случай док перестраховался и подхватив Дрифта, подсадил его вновь на стол. Из него вышел хороший охранник, пусть и странно себя показавший. Его нельзя в этом винить, ведь ему интересно так же, как и самим ученым. Он так редко видел двуногих, что не мог упустить возможность изучить, потрогать, взять воздух на пробу. — Ты слышал? — Ага, — кивнул Уилджек, спускаясь на первый этаж, сопровождаемый тяжелым взглядом громадной рыбы, — такая сильная проникающая способность… Саундвейв? — Если есть предположения получше, я бы их выслушал с интересом. Потому что описание тех «ищеек»… — Их уже несколько? — Я так полагаю, что мы оба думаем на одного и того же меха. — Я должен тебе в споре, оке. Но факты неутешительные — он собирает Шестифазников? — Если уже не собрал. А теперь займись-ка нашим молодым капитаном, мне нужно освободить стол.

*

В рот отправился еще один желеобразный мешочек лилового цвета. И Дрифт щелкнул челюстями, неотрывно наблюдая за слабыми пальцами, державшие эту липкую сладость. В этот раз челюсти издали особенно громкий звук, что бы отвлечь Родимуса от размышлений. И тот опустил взгляд. Родимус сейчас являл собой недовольного и расслабленного препаратами добродетеля, восседающего на диване и обмотанный термоволокном по самую нагрудную. Увлеченный такой реакцией, Родимус скривил губы в улыбке. И с интересом, протянул манипулятор вперед. Но Дрифт еще очень скептически относился к этому, решая понаблюдать. Раньше он питался исключительно другими трансформерами — неразумными носителями энергии, отходами. Но разве это ровня тому что… ох, он даже сам не заметил, как ловко слизнул предложенное угощение, которое пришлось ему очень даже по вкусу. И вот, он уже осмелел для попытки выпросить еще. — Ты чертовски голодный, да? — заметил Родимус, наблюдая, как рыба вылизывает поднос до чиста, — Понимаю. Дрифт протянул ему поднос обратно на колени. — Очень хорошо, — этот хитрый бот явно что-то удумал, судя по растянувшейся сильнее улыбке.

*

Как смотритель, Дрифт не оправдал себя, потому что они уже битый цикл мотались по базе, наводя шороху, да поедая какие-то отложенные запасы. А сейчас так и вовсе являлся подельником в криминальном деле. — Давай, держись там, — сжав нагрудную Дрифта в кольцо ног, Родимус поерзал бампером на его плечах и опустил ладонь с энергоформами вниз. Несмотря на страшную пасть, Дрифт щекотно чистил ладонь кормильца и вновь подтолкнул ее носом, что бы тот достал еще немного топлива из запаса. Такое положение тел дел устраивало обоих: Дрифт ухватился за поручень, усадив кормящегося, и явно очень голодного, автобота у себя на плечах, пока тот ему честно скармливал 30% добытого. — О, ты обязан это попробовать, — Дрифту провели ладонью по чейсплейту, выискивая пасть и тут же протолкнули туда желешку, — аха, пальцы отдай! Хэй! Дрифт усмехнулся, лизнув влажные подушечки пальцев на прощание и разжал губы. Его тут же потрепали по шлему, нисколько не злясь на такую вольность и продолжили опустошать тайник. Родимус хороший бот. И веселый, он редко хмурился, а еще приятно пах. Ох, этот слабый сладковатый запах полироли вышибал процессорную активность, когда тот прижимался особенно тесно. Как сейчас, выгибаясь вперед и вверх, крепко сжав хищника ногами, что бы не грохнуться с такой-то высоты. И в то же время, от него жутко несло запахом того здоровяка, мешая приятный тонкий аромат с терпким собственным. В какие-то бриймы они в два рта смели с полок все имеющееся. И заслышав шаги, Родимус поспешил расцепить хватку ног вокруг торса Дрифта. И соскочив с его плеч, он спрыгнул вниз, придерживаясь за корпус альбиноса, будто за страховочный трос. Дрифт в этот момент действительно испугался. И одновременно переживая дикий азарт. Его искра горела огнем, а затем тяжело наполнилась страхом, от осознания, что Родимус-то спустится…, а ему самому придется лететь до пола несколько метров. Отключив оптику, он разжал пальцы, утащенный притяжением  вниз в свободном падении. И буквально в паре метров от пола, в секундах от удара, почувствовал, как его приняли на руки. Дрифт тут же включил оптику, смотря на чуть присевшего Родимуса Таким взглядом, будто он ему жизнь спас. — Поторопимся, Дрифт, — шепнул Ро, будто поделился страшной тайной и надежнее перехватил рыбину за хвост, бросился драпать. Хвостатый только и успел поджать плавники, обхватить двуногого за плечи и просто засмеялся, похлопывая Родимуса по плечу, будто желая поделиться видом изумленного Рэтчета. Тот явно не знал, то ли бросаться в погоню за расхитителями энергариумов, то ли еще чуток позависать и подумать над тем, КАК туда добрались эти два меха? Но как оно и бывает за кадром неудавшихся пранков — их поймали и принялись отчитывать. Рэтчет встал в позу непреклонности и готовности отвесить каждому по паре подзатыльников гаечным ключом. Но это подождет, пока они с Уилджеком не проверят еще кое-что на Ультра Магнусе. Отстрочка разговора в пару минут, не более. — Так… — Родимус бухнулся на диван в обнимку со своим приятелем и принялся почесывать ему оттопыренные назад зубцы, уже разузнав, что так рыбе приятно, — ты сыт? Дрифт показательно развалился вдоль дивана, лениво мерцая оптикой. Ему были приятны прикосновения, которыми Родимус изучал его своеобразное строение шипастого со всех сторон шлема. — У Магнуса же совершенно иной, — подумалось вскользь. Все в нем было гладким и удобным. За его торчком стоящие локаторы было удобно направлять движение морды у себя между ног… к примеру. — Отлично, — откинув шлем назад, заулыбался Ро, даже не заметив, как Дрифт перевернулся и потянул воздухозаборниками тот приятный странный запах у него над нагрудной. — Твоя поправка идет полным ходом, раз ты уже начал тут устраивать беспорядки, а, пацан? — Ро больно ткнул пальцами в затылок Дрифту от неожиданно близко раздавшегося голоса, а потом из-за за спины вышел Рэтчет. Тот обогнул лежанку и сел в кресло напротив. — Если так, то мы могли бы с Магнусом… — Нет. Вы останетесь тут на неопределенный срок, пока не подтвердятся кое-какие доводы. — Что это за невозможность отправить нас под наблюдение комитета внутренних дел? Еще немного и я подумаю, что это домашний арест, — в голове Родимуса явно читалось негодование. — Очень не желательно, что бы вы светились на границах. Если наши догадки правильные, то есть риск, что вас прям там и повяжут. Хочешь отдать им Магнуса или сохранить безопасность вам обоим? Потому что именно так поступают с похитителями, пацан. И это не в коем случае не арест с моей стороны, а попытка прикрыть тебя. Дрифт почувствовал, как пальцы Ро сжимают его детали сильнее. Тот молчал, опустив задумчивый взгляд в пол. Он не хотел ничего творить противоправного в отношении государства или частников, только освободить это загнанное животное. Родимус жаждал справедливости в мире, в котором не будет стыдно перед собой и окружением. Это несоизмеримо с проблемами нынешнего поколения, замученных пропагандой и лишенных чувств. Когда-то Родимус тоже был юным, обнимая свой страх в ожидании, как Кибертронцы станут друг по другу стрелять. Тогда это были «миротворцы» — именно так они себя называли, таковыми считались. Но по окончанию войны почему-то не многие смогли сохранить в себе это качество. Родимус смог и действовал именно по принципу мира и справедливости. Наверное, по этому не пожелал пройти мимо этого загнанного зверя с отсутствующим взглядом. Рожденный, но не наученный жить. Именно таким Его забрал от туда Родимус. Если не он, то кто бы спас Магнуса и его личный рушащийся мир? И после этого кто-то смеет говорить ему, что он поступил неправильно?! Какое-то надуманное правосудие, которое сначала пусть разберется со своими внутренними проблемами общественности, а потом рвется уже говорить с единицами. Он просто трансформер, его можно судить, посадить на цепь или просто ткнуть носом в прописные правила. Один шлак. Но чувство сострадания не задушить. Это где-то внутри и рвется наружу. — Так я и думал. — Рэтчет поднялся с места, направляясь к лестнице, — Как вариант, вы можете переждать тут, пока ситуация не уляжется и мы пытаемся связаться с Проулом… Думаю, он должен что-то придумать.