***
- Смотри, здесь можно зажать еще вот эту струну. - Да, давай вместе теперь,- гитаристы никак не унимались. - Как думаешь, нам дадут выпустить совместный альбом? - Я не знаю, надо будет посоветоваться с менеджером. И вообще не отвлекайся, давай на раз, два, три…. - И что это такое? – послышался голос со стороны двери, когда та с грохотом открылась. - Это песня, мешаешь, оставь нас, - сказал Джонхен из CNBlue. - Я сейчас оставлю…. Тебя отправили за мелким смотреть, а ты что делаешь?? – Енхва рвал и метал. – А ты? Тебя отправили и за моими детьми следить, а ты, я уверен, даже не знаешь где Хонки, - уже обращение ко второму гитаристу. Парни, наконец, оторвались от своего занятия и посмотрели на ооочень уж злющего лидера. - Хён! – уж чересчур радостно воскликнул гитарист группы CNBlue, но тут же подутих, потому что понял, что приехало его наказание. - Ну-ка, Джохёнсходи погуляй, Хонки заодно найди, а мы пока поговорим…. Лидер FTI конечно мог противиться, но не стал нарываться, и быстро отложив гитару, удалился.***
Хонки долго ворочался в кровати, пытаясь заснуть, но сон все никак не шел. После того, как ушел Сонгю, стало совсем одиноко. Раньше хотя бы было слышно дыхание с соседней кровати, а так…. Дверь тихо отворилась и кто-то тихо подошел к кровати. - Что, не приютил тебя Ухен, вернулся все-таки? - Двигайся давай, – Донесся до него голос кого-то с вверху. И этот голос явно не принадлежал Сонгю. - Там соседняя кровать свободна. - Двигайся, Хонки. - Нет, Джонхен, ты можешь вернуться обратно к своему любимому гитаристу. - Ну, Хонки…. – Тихо произнес лидер FTI, садясь перед кроватью на корточки. - Ты совсем меня забыл, - заныл Хонки, поворачиваясь к лидеру. - Ну милый, мы просто немножко поиграли. - НЕМНОЖКО??? Уже два дня прошло! - Ну, затянулось немножко. - А ты ко мне даже без гитары пришел. Что же заставило тебя бросить свою любимую?? - Енхва… вернее я пришел к тебе, - быстро исправился Джонхён. - Так значит, ты и не по своей воле приперся, - сказал Хонки, садясь на кровати и обиженно надувая губы. – Так, стоп, а что здесь делает Енхва – хён? - Я не знаю, но по-моему он очень не доволен тем, что ему пришлось сюда приехать. Джонхён-хёну будет, ой как несладко. Как хорошо, что ты у меня такой понимающий, ведь ты простишь же меня? - Прощу, - тихо сказал Хонки, укладываясь обратно на кровать и освобождая своему лидеру место.***
- И что тут такое происходит? – прошипел сквозь сильно стиснутые зубы Енхва. - Енхва, а что ты тут вообще делаешь? - Да приехать решил. Мне тут сообщили, что вы с другим Джонхёном даже из комнаты не выходили, и теперь я этим слухам верю.. - Мы просто сочиняли песню.. – сказал парень, откладывая гитару и вставая с кровати. - Заткнись Джонхён, - ответили ему, подлетая к гитаристу и хватая того за волосы на затылке. – Ты хоть представляешь, ЧТО я себе там на придумывал? - Енхва…. – осторожно произнес Джонхен, боясь даже пошевелиться. Енхва тем временем аккуратно оттягивал волосы, тем самым закидывая голову парня назад, и оголяя беззащитную шею. А потом Джонхен почувствовал на ней горячее дыхание, и такие мягкие и желанные губы. Енхва осторожными поцелуями прошелся по нежной коже, а потом сильно прикусил, ставя при этом засос. Джонхен тяжело сглотнул, двигаться по-прежнему не хотелось. Енхва слегка прикусил кадык и провел губами до подбородка, осторожно прикусывая и его. Джонхён тяжело вздохнул. Хотелось большего… далеко большего. - Енхва….. – снова тихий шепот, почти мольба. - Молчи, - сказано приказным тоном, не требующим возражений. Рука парня же тихо пробирались под футболку, едва прикасаясь к животу, дразня и все больше распаляя желание в обоих, вторая в это время переместилась на шею, притягивая ничего уже не понимающего Джонхёна для поцелуя. Момент, и тот отталкивает от себя Енхву, быстро избавляясь от такой уже ненавистной тряпки, и расстегивая пуговицы на рубашке парня. Почти ничего не получается. Пальцы дрожат, не справляясь с отвратительной застежкой. Хочется почувствовать горячее тело, прикоснуться, прижаться. Енхва же это время стоит и ничего не предпринимает. - Совсем изголодался? – с усмешкой говорит Енхва. И вот, наконец, стянув рубашку, Джонхён сам притягивает лидера к себе, падая при этом на кровать.