Naughty

      Следующую неделю я официально мог назвать лучшей неделей года. Люк будто с цепи сорвался, желая трахаться больше, чем я, но я и не сопротивлялся. Когда мы понимали, что нам не удастся побыть наедине в моем доме после дополнительных занятий, мы уединялись в школе во время обеда. Все было просто волшебно, и Люк ничего не говорил о людях, которые заметили отсутствия у него кольца. Это делало меня счастливым, ведь, я думаю, это означало, что он не виделся с Алисой неделю.       Пятница наступила быстрее, чем я ожидал, и вот я уже шел с Калумом к выходу со школы, уже представляя, как напьюсь на вечеринке Анжелы. Я убедил Худа пойти со мной, и сейчас он выглядел намного более уверенно, чем я. Возможно, я поделюсь с другом хозяйкой намечающегося праздника, но об этом лучше не думать прямо сейчас.       — Майкл! — уже хорошо известный мне голос разнесся по коридору, заставляя некоторых учеников (включая меня) повернуться в сторону его обладателя.       — Вы что-то хотели, мистер Хеммингс? — спросил я шепотом, игнорируя взгляды, которые на нас бросали многочисленные зеваки. Калум облокотился на шкафчики, делая вид, что не обращает внимания на наш разговор.       — Ты придешь сегодня ко мне на ночь? — спросил он шепотом. Его улыбка заставляла все вокруг светиться.       — Я не могу, — я ответил, и его улыбка вмиг потускнела. — Вечеринка у Анжелы, помнишь? — он нахмурился и кивнул. — Может быть, завтра?       Он фыркнул и закатил глаза, бормоча что-то вроде «так долго ждать», и я был готов наклониться, чтобы поцеловать его, но он отстранился прежде, чем я совершил эту ошибку. Нам повезло, что люди, до этого пристально наблюдавшие за нами, уже нашли более интересные занятия. Когда я повернулся к Калуму, он смеялся, прикрывая рот ладонями. Я даже ничего у него не спрашивал, просто прошел мимо, и уже у выхода он нагнал меня.       — Вы будто женаты, — он засмеялся, и я закатил глаза, не желая слушать это. — Серьезно, ты почти чмокнул его в щеку.       — Да не было такого, — сказал я, но Кэл только похлопал меня по плечу.       — Пусть будет так.

×××

      Музыка была оглушительная, дом полон людей, а я уже пьян. Я напился еще до того, как приехал на вечеринку, просто мы с Кэлом решили заскочить к Крису, нашему другу из футбольной команды. Вместе с Худом мы ехали, высунув головы из окон машины, чтобы никто из нас не блеванул на автомобильную обивку.       Я был не тем, кто любил трясти своим телом на танцполе. Мне больше нравилось сидеть в углу, смотреть на танцующих людей и выбирать свою следующую жертву. Я наблюдал за Анжелой, но она, кажется, не замечала моего интереса, потираясь задницей о бедра какого-то парня. Мне следовало выбрать кого-то другого, чтобы насладиться этой ночью. Диван рядом со мной занимали Калум, Крис и его брат-близнец, чье имя я постоянно забываю. Они говорили о чем-то, что было мне совсем не интересно, как вдруг я уловил глазами парня с кудрявыми волосами и зелеными глазами, который вошел в комнату только что. Эштон. Его глаза встретились с моими, и он улыбнулся, махнув мне рукой.       Я покинул компанию своих друзей и пошел прямо к нему. Я все еще четко осознавал свои действия, но если выпить еще бокал пива, эта граница будет пройдена. Несмотря на это, я сделал глоток из бутылки в своей руке, и протянул руки к Эштону, чтобы обнять его.       — Что ты делаешь здесь?! — спросил он, смеясь.       — Напиваюсь, — я пожал плечами. — А ты?       — Мы с Анжелой учились в одной и той же школе, — пояснил он. — А теперь вдвоем учимся в университете Сиднея.       Я кивнул. Мне было наплевать на школу, в которой он учился, я просто хотел поцеловать его. То, как он посмотрел на мои губы, сказало мне, что он хочет того же. Я наклонился вперед, чтобы сделать это, и чуть не упал, но Эштон словил меня, автоматически оборачивая руки вокруг моей талии.       — Я думаю, тебе стоит прилечь, — сказал он, смеясь и помогая мне твердо стать на ноги.       — Только если ты пойдешь со мной, — прошептал я ему на ухо и почувствовал, как мурашки пробегаются по его коже.       Он кивнул, все еще держа руки на моей талии, и повел меня к лестнице, которая вывела нас в коридор. Парень вел меня к самой последней двери. Кажется, он хорошо знал этот дом. Едва он открыл дверь, я толкнул его, накрывая его губы своими и прижимая наши бедра. Он не собирался особо медлить, а потому ответил на поцелуй, отставляя мою бутылку пива в сторону и сжимая мои ягодицы руками. Он простонал, когда наши языки сплелись, а я запустил одну руку в его волосы, а второй уже расстегивал пуговицу на его джинсах.       Прежде чем я успел что-то сделать, его штаны очутились на полу рядом с моими, и Эштон дотронулся до моего вставшего члена через ткань боксеров. Мы рухнули на кровать, и он начал оставлять засосы на моей шее, прокладывая дорожку из поцелуев по груди, животу, пока его губы не оказались на резинке моих боксеров. Прежде, чем он успел сделать что-то еще, дверь открылась, и на пороге показался Калум с широко распахнутыми глазами.       — Хочешь присоединиться? — спросил я, ухмыляясь и зная, что он откажется.       — Хочу, — ответил он, задыхаясь и стягивая свою футболку.       Я никогда не был возбужден так сильно, как сейчас. Эштон стянул мое белье, и обвил пальцами основание моего возбужденного члена. Он посмотрел на Калума с усмешкой, жестом говоря тому, чтобы он подошел ближе. Худ немного колебался, а затем сказал, что не знает, что нужно делать, на что Эштон ухмыльнулся и сказал ему повторять за ним.       Они устроились по обе стороны от моих бедер, и их языки оказались на моем члене. Парни не отрывали глаз друг от друга, синхронно двигая головами и изредка целуясь, когда их языки достигали головки моего члена. Я обернул пальцы у основания и начал двигать рукой вверх-вниз, заставляя их оторваться и взглянуть на меня.       — Может, перейдем к чему-то более приятному? — спросил я, и оба парня кивнули.       Рука Калума уже была в боксерах Эштона, и делала медленные движения в том же темпе, что и я сам. Ирвин застонал и потянул Кэла за волосы, чтобы оставить пару следов на его бледной шее. Когда Эштон расстегнул ширинку Худовских джинс и стянул его белье, я не смог сдерживаться. Подняв свои скинни с пола, я достал из заднего кармана презерватив, который всегда ношу на случай чрезвычайных ситуаций. Я толкнул Калума на постель, и передал серебристый квадратик Эштону. Он ухмыльнулся, почти мгновенно разрывая его.       Я стоял на коленях перед бедрами Калума, целуя основание его члена и сжимая пальцами мягкие бедра, тем самым заставляя его хныкать. Я обхватил губами головку, и двинул головой вниз, пока не почувствовал, что член моего лучшего друга упирается мне в горло. Я застонал, когда почувствовал пальцы Эштона, проникающие внутрь меня. Они скользили просто превосходно, и я на миг замер, думая о том, где он смог раздобыть смазку, но мысль улетела, когда нечто намного более толстое, чем пальцы, проникло в меня.       Я застонал с членом Калума во рту, и брюнет застонал тоже, от вибрации, которую я непроизвольно создал, а затем запустил пальцы в мои волосы и начал двигать моей головой в том темпе, в котором ему этого хотелось. Эштон обернул пальцы одной руки вокруг моего члена, поглаживая его. Комната была наполнена нашими вздохами, стонами и мычанием, а также тихими шлепками бедер Эштона о мои ягодицы. Калум все еще двигал моей головой, а я вырисовывал языком круги и восьмерки, пока не почувствовал горьковатый вкус его спермы в своем рту. Я проглотил все, немного пододвигаясь (и заставляя Ирвина пододвинуться тоже), чтобы поцеловать Худа в губы.       Калум смотрел на нас широко распахнутыми глазами. Он наблюдал за тем, как Эштон дрочил мне, продолжая вколачиваться в меня с безумной скоростью, каждый раз попадая по простате. Он смотрел на наши тесно прижатые друг к другу тела, на то, как кудрявый целовал мою шею. Буквально через несколько секунд я увидел, как щеки моего лучшего друга заливаются красным. Я думаю, он наконец-то пришел в себя, понял, что происходит и смутился. Через несколько движений и шлепков по моей заднице, я кончил в кулак кудрявого и на живот Худу, а Эштон — в презерватив, выходя из меня и выкидывая использованную резинку на пол. Уставший, я упал на постель рядом со своим другом, и с ухмылкой наблюдал за тем, как Ирвин слизывает мою сперму с живота Калума и целует его в губы.       И теперь, лежа в одной кровати с двумя голыми парнями, я мог думать только об одном: Люк. И почему я чувствовал себя так, будто совершил самый дерьмовый поступок за всю жизнь?