Тайна
29 октября 2015 г., 21:37
Перед моими глазами белый потолок. Эту картину я рассматриваю уже в течение часа, лежа на своей кровати. Думаю о Линарес. После пожара я ее не видел. У меня выходные. Мой мозг отчаянно борется с мыслью о том, что мне придется через пару дней с ней разговаривать. Придется объяснить свое поведение. Что я ей скажу? Если бы меня год назад спросили, спасу ли я Линарес, если ей будет угрожать опасность? Я бы от души посмеялся и, не раздумывая, ответил - «нет». Продолжать ей мстить даже смешно. Утром я ее ненавижу, а вечером боюсь потерять. Парадокс. Но становится в одночасье любящим опекуном я не хочу и не буду. Она слишком близко подобралась ко мне. Мне хочется убежать от нее, стереть из своей памяти прошлое, и вместе с ним воспоминания об этой девчонке.
***
Половина дня позади, я все так же лежу, созерцая потолок. Слышу стук в дверь. Недовольно поднимаюсь с кровати и спускаюсь вниз по лестнице. Кого еще принесло на мою голову? Открываю и вижу перед собой Линарес. Хочется захлопнуть перед ней дверь, и уйти обратно. Какого черта ты пришла? Ты же знаешь, что я не хочу тебя видеть. — Можно пройти? — Она шагает вперед и старается пройти мимо меня. Но я, обхватив талию рукой, возвращаю ее в исходное положение. — Зачем пришла? — Поговорить, — она снова проходит в мою квартиру, отшвырнув мою руку. Если я сейчас спрошу, о чем она хочет поговорить, разговора избежать не получиться. Да и зачем спрашивать? Я знаю о чем. А еще я знаю, что ответа у меня нет. Выглядеть перед ней глупо не хочу. Я всегда должен доминировать. Повернувшись к ней, принимаю закрытую позу — скрещиваю руки на груди: — С интересом бы выслушал тебя, но мне некогда. Я собираюсь уходить. — Указываю на дверь, намекая, что ей пора. Она бросает свой рюкзак на кресло и садится рядом. — Я подожду. До чего упрямая девчонка. Я ненавижу тебя за это еще больше. — Кем ты себя возомнила? Выйди из моей квартиры! — начинаю закипать. Нужно успокоиться, а значит прибегнуть к методам, которые всегда выручали, показать ей, что она никто. — Не хочу, чтобы к моему возвращению ты выставила квартиру. Бродяги, вроде тебя, только и ищут повода, чтобы нажиться. — Болтай, что хочешь. Я не уйду, пока не поговорим. Продолжать дискуссию не вижу смысла. Поэтому не нахожу никакого выхода, кроме как убежать. Открываю дверь и выхожу на улицу, надеясь, что ей надоест сидеть в одиночестве, и она уйдет. Мой внешний вид заставляет всех вокруг оборачиваться. Ну, конечно, я же иду в футболке, которую ношу только дома, и в потертых джинсах. Пора бы их давно выбросить, но мне в них удобно. Куда можно податься в таком виде? Разве, что в магазин за булочкой. Туда я и направляюсь. Рядом с домом есть такой магазин, но я иду в тот, который находится через пару кварталов. Зная насколько упертая Линарес, я хочу больше времени пробыть вне квартиры и дать ей возможность уйти до моего возвращения. Было бы целесообразно стоять рядом с домом, спрятавшись где-нибудь в кустах и своими глазами увидеть, что она ушла, но это смахивает на ребячество, не допустимое для моего возраста.***
Уже не зная куда идти, я возвращаюсь в свою квартиру. Наверняка Линарес ушла. А если нет, то я как обычно силой выставлю ее за дверь и никаких разговоров. Почему мне не хватило духу сделать это сразу? Пакет с булочками, швыряю в сторону после увиденной картины. Моя медицинская карта находится в руках сиротки. По ее испуганным глазам я понимаю, что она все знает. Моя тайна раскрыта. Она снова лезет в мою жизнь. Я ее ненавижу!!! — Что ты делаешь? — выдернув папку, я отшвыриваю ее в сторону. Мои руки сжимаю горло Линарес. Я хочу придушить ее, чтобы она больше никогда не появлялась в моей жизни, но пальцы не слушаются, не дают сдавить ее шею. Я чувствую свою слабость и кидаю ее в сторону двери. — Убирайся из моей жизни. Убирайся! Она смотрит на меня сочувственным взглядом. Я срываюсь на слезы, вспоминая то, что я с таким трудом пытался забыть. Но она своим любопытством сломала меня, снова напомнив об этом. Я падаю на кресло, и неосознанно начинаю рассказывать ей, все, что со мной происходило. Чувствую, как она обнимает меня, стараясь успокоить. Как же приятно когда есть человек, который сможет тебя вот так утешить. Только мне этого не надо. Я никогда не испытывал чувство быть кому-то нужным, когда о тебе заботятся. Я не привык к этому. — Оставь меня. Я хочу быть один. Я привык быть один. Закрываю лицо руками, чтобы она не видела моих слезливых глаз. Слышу, как дверь хлопнула. Она ушла.
