Глава 3: "Красный Тримус"
25 марта 2016 г., 02:40
В любом медицинском блоке или кабинете обязательно есть плакаты об опасности туберкулеза, разнообразных гепатитов и прочих невидимых тварей, убивающих людей изнутри, подтачивая их здоровье, словно ствол огромного дерева, чтобы в один день оно наконец-таки упало. Еще один неотъемлемый атрибут врачебного святилища – таблица Сивцева. Нет-нет, не стоит утруждать себя поисками значения этих слов, я объясню: это именно тот плакат с уменьшающимися буквами, которым врачи проверяют зрение пациента.
Однако в медицинском кабинете тридцать восьмого этажа генштаба КЗОМа самой заметной вещью, бросающейся в глаза прямо на входе, были огромные красные часы с маятником, висящие на стене. Их тиканье... раздражало любого, но только не МагВрача с номером "38". Это была женщина лет сорока пяти, неплохой наружности, которую не портили даже синяки и мешки под глазами от постоянного недосыпа. На ней всегда был мешковатый свитер, на котором лежали ее длинные русые волосы, белый халат, широкие брюки и домашние тапочки. Этому человеку раздражающий стук шестеренок в странных часах лишь помогал думать и быстрее писать, заполняя строчку за строчкой в очередной справке или отчете.
- Так... - протянул заскучавший Дима, сидящий на стуле напротив Тридцать Восемь. - Эм...
- Тсс! - приложила она палец к губам и продолжила писать. Несмотря на ее нелепый наряд, такой жест показался Дмитрию весьма сексуальным, отчего он нервно сглотнул.
Каждый час красная машина громких раздражающих звуков делала еще одну ужасную вещь: она начинала играть "Танец Маленьких Лебедей" приглушенными звуками музыкальной шкатулки. Час дня.
Как только мелодия затихла и тишина снова наполнила кабинет, врач покашляла, прикрыв ладонью рот, и отложила в стороны все лежащие в беспорядке на ее столе бумаги.
- Ну, жалобы есть? - Она посмотрела на Диму пронзающим, словно выискивающим что-то в лице юноши взглядом.
- Никак нет, товарищ врач! - отрапортовал Дима, хоть и в шутку, но с вполне серьезным лицом.
- Какие-то изменения есть? - со скучающим видом продолжила допрашивать пациента женщина.
- То есть? - Тот чуть склонил голову набок.
Врач принялась рыться в выдвижном ящике стола, не ответив на вопрос. Спустя несколько секунд она вытащила оттуда амулет для призыва и кинула его Диме.
- Лови. - Юноша ловко поймал орлиную голову, выточенную, по-видимому, из зуба какого-то животного.
- Прямо тут? - вскинул бровь маг.
- Я же не раздеться тебя прошу, ну.
Пробурчав нечто несвязное, Дима перехватил зуб и сконцентрировался, чуть прикрыв глаза. Рядом с ним из дыма тут же возникла черная лиса, сверкая белыми глазами.
- Хм... - протянула Тридцать Восемь и, взяв со стола раздвижную линейку, подошла к зверьку. Однако перед тем, как начать его замерять, она достала из кармана халата кольчужные перчатки.
Как оказалось, она это сделала не зря. Только Тридцать Восьмая попыталась коснуться черной поблескивающей шерсти лисы, как та вцепилась ей в руку мертвой хваткой, крепко сомкнув на ней челюсти и раздраженно рыча.
Врач же со спокойным видом подняла руку вместе с лисой, или, вернее будет сказать, лисом, заставив того вытянуть свое тело в воздухе, и принялась прикладывать к нему деревянную линейку.
- М-м-м... Нет, увы, не дотягивает до третьего разряда, хотя четвертый вы, считайте, получили. Набирайтесь сил, товарищ Траков, а когда собачка ваша станет одинакового роста с вами, когда будет становиться на задние лапы, приходите за квалификацией.
Услышав такие слова, Дима опустил голову в отчаянии: получил ранение, перенес операцию и лежал в постели две недели, а ему даже разряд до ветеранского не повысили, ироды!
- Это лис, - отрезал он, взглянув на врача.
- Ага. А теперь можете быть свободны, отдыхайте, - махнула она в ответ рукой и снова уселась на свое место.
- Да хренушки, у него нет времени отдыхать, работы много! - радостно воскликнула взявшаяся откуда-то из другого измерения Маша, схватившая Диму за воротник пальто. - Спасибо, док!
Никакой реакции со стороны женщины не последовало – она просто положила голову на стол и уснула, по видимому окончательно лишившись сил из-за бесконечных бумаг.
Выходя из кабинета вместе со своим подчиненным, Маша громко хлопнула дверью. Снаружи, в выкрашенном в зеленый с белым коридоре, уже ждал Иван, который, завидев боевого товарища, улыбнулся от уха до уха и обнял того, похлопав по спине. Стоит сказать, что в этот момент грудная клетка паренька хотела совершить суицид через самосожжение, ибо это было бы куда менее мучительным, чем объятия великана, однако Иван, поняв, насколько сильно он сжал своими лапами Диму, тут же отпустил его, смущенно почесав гладкий затылок.
- Так-с... Думаю у нас есть что обсудить, так? Как тебе врач наш, м? - залыбился следопыт.
- Ух... И не говори! - кивнул Дима, а затем схватился за бурчащий от голода живот. - Только давайте обсудим все за обедом, а? В госпитале еда вся такая... Буэ... - подкол Ивана он, по видимому, просто проигнорировал.
- О, понимаю, дружище! - засмеявшись, Иван похлопал его по плечу. - Ну что-с, капитан, идем жратаньки?
- Идем жратаньки, отряд! - подняла сжатый кулак вверх Маша с совершенно серьезным и решительным лицом, и, громко топая, зашагала вперед.
И бравый отряд устранителей двинулся на новое, несомненно важное боевое задание по изничтожению запасов съестного в столовой тридцать восьмого этажа, по пути перекидываясь незначительными фразами.
- Капитан, - обратился к Маше Дима, но был перебит ею же.
- Маша. Мы тут все как одна семья, так что Маша, - улыбнулась она, повернув голову к магу.
- Маш... - словно пробуя слово на вкус, протянул паренек. - А скажи, Маш, каждый этаж имеет свою инфраструктуру вроде медкабинетов и столовых?
- Агась, каждый этаж выделен для двух отрядов. На нашем, тридцать восьмом, располагаемся мы и отряд "Микарда". Ну как отряд... Она одна всегда сражается. Вроде как она патрульный, но точно не знаю, не принято спрашивать.
- Одна? Девушка? Но ведь правила предписывают как минимум троих людей в отряде, разве нет? - продолжал сыпать вопросами Дима.
- Она очень сильна, Дим. Сильнее меня, хотя и не дотягивает до первого разряда. Такой как она, другие маги только мешаться будут. Она там какая-то то ли улучшенная какой-то матерью, то ли из пробирки...
- Вот оно как... - протянул юноша и замолчал.
Больше вопросов не последовало, и корридор с бело-зелеными стенами был наполнен лишь звуками шагов трех человек. Идти пришлось не так уж и долго, так как столовая находилась недалеко от кабинета врача, поэтому вскоре голодные солдаты добрались-таки до своей заветной цели.
Стоит ли описывать самую что ни на есть типичную столовую? Гладкие столы с салфетками и перечницами, стулья, кафельный пол и белые стены — ничего необычного. То же можно было сказать о запахе, витавшем в воздухе: ощущалось нечто мясное и ярко выраженный аромат гречневой каши. Классика.
Подойдя к окну выдачи, маги услышали грубый женский голос: "До обеда полтора часа! Гуляйте!"
- Э! - Иван ударил кулаком по стене так, что звук от этого удара эхом прокатился по столовой и коридорам, вылетая в распахнутые двери. - Тут человек после ранения, ему сил набираться надо! Давай жрать!
Ответом было лишь ворчание и шелест газетной бумаги, доносящиеся из-за закрытого перегородкой окошка выдачи.
- Да ты не так делаешь, дурак твердолобый! Надо к любому делу с умом подходить, - улыбнувшись до ушей, тихо произнесла Маша. - Ну... Ну теть Галь... Кушать хочется, с задания, устали... Уж прости этого дылду, теть Галь... - жалобно протянула девушка.
- Ой, Машка, чего ж ты сразу не сказала? - Окошко распахнулось, и с кухни еще сильнее повеяло запахом еды. - Сейчас, сейчас! Девки, на троих накрывайте, быстро!
Из двери, что была правее окна выдачи, выбежали две девушки лет двадцати пяти, одетые в слегка грязные фартуки и классические для кухарок косынки в горошек.
Эх, косыночки... Никогда не задумывались почему они есть у каждой рабочей женщины в союзе? Это удобно, ведь так волосы не мешают трудиться за станком, на кухне или еще где-нибудь. А вот почему именно красные в белый горошек — загадка похлеще египетских пирамид и английского стоунхенджа. И вот так года летят, мир развивается, технологии... Но такие косынки из союзов никогда не исчезнут. Даже когда впервые женщина советской крови ступит на поверхность другой планеты, знайте: под шлемом скафандра на ее голове будет надета ярко-красная в белый горошек косынка.
Иван нагнулся, и Маша снова дала ему звонкий щелбан по макушке. Видимо, традиция такая.
- Вот видишь, - коварно заулыбалась она. - Аккуратно это надо, с умом, а не как ты: "Эвэвэээ, дайтэ пожрааат!" - передразнила она голос здоровяка. Ну как передразнила... Попыталась. Выглядело это довольно забавно и мило, ведь хоть Мария и была солдатом, но все же оставалась девушкой.
Наконец отряд уселся за стол. Обед был довольно-таки простым: суп с капустой, гречка и две сосиски. Ко всему этому великолепию также прилагался и граненый стакан, доверху наполненный киселем.
- Ну, рассказывай, Димка, - Капитан дала юноше не слишком много времени, чтобы спокойно поесть. - Как ты это сделал, а?
- Хм? - почесал затылок он, прожевывая за щекой еду. - Ты о щем?.
- О том, как ты своим фамильяром акроцентратор использовал! Признавайся, как ты это сделал? - она сурово посмотрела ему в глаза.
- Не жнаю. - пожав плечами ответил Дмитрий, состроив невинное лицо.
- Чего? Как так не знаешь? Колись давай! - Ацманн хлопнула его по спине так, что у того все пережеванное вылетело изо рта. На своих местах чудом остались глаза, хотя уже были готовы покинуть свои орбиты и перейти в режим свободного падения.
- Я не знаю! - выкрикнул он, сплевывая смятые и разорванные внутренние органы, кости, душу... Разумеется, это преувеличение, но оспаривать физическую силу девушки было бы глупо.
- Ну и не надо! - надула щеки Маша и, топнув ногой, выбежала из столовой.
Иван приглушенно, со свистом из легких, засмеялся.
- Что? Что я сделал не так? - недоумевающе пробубнил Дима, глядя вслед удаляющейся девушке.
- Хах, не так? - усмехнулся великан. - Все очень даже так. Давно ее такой не видел... Хе-хе...
- И долго обижаться будет? - Дима посмотрел на товарища.
- Минут пятнадцать. - пожал плечами лысый.
Дальнейшее их пиршество прошло довольно тихо, не считая редких замечаний по поводу самых разных вещей: от неудобных тарелок до слишком страшных дирижаблей над городом. А когда мужчины вернулись в комнату, выделенную отряду, Маша сидела за столом и, взяв в руки настоящий боевой нож, резко била им по деревянной столешнице, на которой лежала ее раскрытая ладонь. Очевидно, она пыталась не попасть им по пальцам или руке.
- Сто три, сто четыре, сто пять...
- Привет, Машка! - радостно воскликнул бородатый, ворвавшись в комнату.
- С#@А!!! КТО ТЕБЯ ЗВАЛ СЮДА?! ПОШЕЛ ОТСЮДА НА#@Й, П?*#@%$С ОБ#$!*Й, ДА ЧТО Б ТЫ СДОХ ОТ МАЛЯРИИ, Е&*$ЫЙ УБЛЮДОК! БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТ!!! - столь же радостно закричала в ответ Маша, хватаясь за кровоточащую, пробитую насквозь ножом ладонь.
- Черт! Медиков! - испугался и уж было закричал Дима, но Иван его остановил, ехидно улыбаясь.
- Ненавижу тебя, дылда... - пробубнила капитан, перевязывая руку... которую вновь положила на стол. - На рекорд ведь шла... Кхм. Раз, два, три, четыре, пять, шесть...
Траков так и остался стоять в проходе, белый как смерть. Причем непонятно было, чего он испугался больше: гнева капитана, ее ранения или того, с каким безразличием она продолжила свое дело. Впрочем, можно вполге логично предположить, что все эти факторы сильно повлияли на психику юного мага, открутив в его думалке пару винтиков.
День прошел довольно весело: сначала маги всем отрядом играли в карты на раздевание, но когда на Иване оставались одни трусы, Дима поспешно покинул комнату, не желая более в этом участвовать. Затем капитан достала откуда-то бутылку водки, вечером они, разумеется, ее распивали. Ну как они, в основном все та же Мария, по ее словам, "для исцеления ранений". Верить в это или нет, решать вам самим, но Дима отметил, что раны на ее руках действительно быстро затягивались. Когда же целебный нектар закончился, Маша начала стрелять сгустками магии через открытое окно по дирижаблям в небе, поясняя свои поступки как "борьбу с тоталитарным режимом и кровавым диктатом". Кое-как двум взрослым мужчинам удалость затащить ее в комнату, где она, свернувшись калачиком на своей кровати, забылась крепким сном и больше не беспокоила нормальных граждан.
Дима с Иваном еще какое-то время посидели в "гостиной", разговаривая и просматривая передачи по телевизору. Впрочем, ничего интересного не показывали, поэтому разговор у парней завязался довольно оживленный. Основными темами в этот раз стали девушки.
- Да я тебе говорю что и сюда этот феминизм проберется, Димка, и вот тогда будь готов, - со взглядом маньяка проговорил Иван, взяв в руки нож, но потом засмеялся. - Да шучу я, не напрягайся ты так. Всех сразу под расстрел и делов-то, хех.
- Фух, ну ты, черт лысый, хах... - усмехнулся юный маг, громко выдохнув.
Так прошло еще полтора часа, пока по всей башне не протрубили отбой. Тут уж точно ничего не поделаешь, пришлось ложиться, так как в комнатах отрубили электричество, оставив включенными лишь тусклые ночные огни.
Уснуть, однако, Дмитрию так и не удалось: мешал сотрясающий стены басовитый храп. И только он собирался ткнуть Ивана локтем в бок, как его кровать затряслась от очередного храпа, но при этом Ивана даже не было в комнате. Да, нарушителем общественного спокойствия опять же была Мария Ацманн, капитан отряда устранителей.
Но вот отсутствие третьего члена отряда заитересовало Дмитрия, и тот, по-быстрому одевшись и нацепив кобуру с акроцентратором, выдвинулся на поиски товарища.
Долго искать не пришлось, ведь тот спокойно себе спускался по винтовой лестнице. Он заметил Диму, в основном из-за его громких шагов, и, приложив палец к губам, шикнул, а затем поманил паренька за собой.
Спустившись вниз, Дима хотел расспросить Ивана, что происходит, но тот не дал ему сказать и слова и лишь вел за собой куда-то в подсобные помещения.
Шли они недолго: буквально пару минут блуждания по коридорам, и они вышли ко второму входу в башню, который предназначался для рабочих, дроидов и грузовых машин. У самих ворот, в которых была маленькая дверка, сидел старичок лет шестидесяти, которого можно было описать словом "охранник". Матерый волк с резиновой дубиной и курткой с яркой желтой надписью "ОХРАНА".
- Опять, что ль? - покачал головой он, увидев Ивана.
- Трубы горят, Ген Саныч... Ну... - смущенно пожал плечами здоровяк.
- Ла-а-адно. Этот с тобой?
- Угу.
- За него тоже на руку и давайте оружие.
Иван кивнул Диме, и тот без пререканий отдал старику свой акроцентратор, а великан тем временем достал из кармана пальто красную купюру и отдал все тому же мужчинке, который ее тут же запрятал в дальний карман своей одежды.
- Идите. До рассвета как штык, помнишь? - пробурчал вслед уходящему за дверь Ивану охранник. Тот в ответ лишь махнул рукой.
Дима, разумеется, последовал за ним и оказался на не столь оживленной улице. Свежий ночной воздух, пахнущий осенью и смешанный с запахом газа, ударил в нос магу. Глоток свежего воздуха после долгого лежания в больнице стал для него подобным божьему нектару, или, как говорят в простонародье, водке "Столичная".
- Но нам же нельзя выходить на гражданку без сопровождения, разве нет? - обратился к идущему дальше Ивану парень.
- Конечно, нельзя. А ты думаешь, зачем я ему денег дал? - усмехнулся следопыт. - Да ты не боись, мы ж акроцентраторы там оставили, нас без них не отследят.
Дима тяжело вздохнул, но согласился с товарищем, вспомнив лекцию об устройстве этих приборов. Каждый Акроцентратор снабжался двумя передатчиками, которые в случае опасности помогут отследить мага.
- А по пыли? - задал еще один вопрос парень.
- А нахер мы кому нужны, чтоб по пыли нас вынюхивать? - обернулся через плечо здоровяк и засмеялся. - Пойдем давай, ниндзя ты наш.
Конечно же, Дима пошел. А что ему оставалось? Возвращаться в комнату не хотелось, а прогулка по ночной Москве была не такой уж и плохой идеей.
- А куда?
- В самое, мать его, лучшее место на земле, Димка. В самое злачное заведение нашего города. Бар "Красный Тримус", вот наша цель!
Маг не понимал, о чем он. Какой-то бар... Снова пить ему не хотелось, вполне достаточно было и паленой водки с Машей, но не отказываться же теперь?
Улицы, по которым шли наши герои, были довольно темными, и чем дальше они шли, тем грязнее и темнее становилось все вокруг. Но что самое странное — здесь не было ни души. Постепенно даже звуки машин умолкли, и магов приняла в свои обьятия звенящая тишина, царившая между казавшимися совершенно идентичными домами.
- Где мы, Иван? - обеспокоенно спросил Дима, озираясь по сторонам, но вокруг не было ничего, кроме тускло светящих фонарей и бетонных плит домов.
- В междумирье. Тсс, тише... Это не то место, где стоит шуметь, - шикнул Иван и замолчал, но через пару секунд шепотом продолжил: - Где же еще прятаться вольным магам и всякого рода сброду?
Пройдя еще около трехсот метров по абсолютно одинаковым, заполненным туманом и темнотой кварталам, они наткнулись на ярко горящую неоновую вывеску, гласящую "Красный Тримус". Вот так просто, без лишних слов. Лишь пронзающие густую темноту два слова.
Дверь внутрь была деревянной и вполне податливой, но не для всех... И если Иван преспокойно зашел внутрь, то перед Димой она вдруг почернела и совершенно не сдвинулась с места.
- Ах, точно, - стукнул себя по лбу Иван. - Приглашаю тебя войти, Дмитрий Траков.
Дверь распахнулась, пропуская парня в темный зал, в конце которого стояла длинная барная стойка, а по углам были разбросаны редкие столики с сидящими за ними темными фигурами.
- Иван, Иван! - вдруг завопил паренек, схватившись за голову и постепенно оседая на колени. - Иван, оно...
- Достаточно на сегодня, согласен. Приятных снов, Дима, - холодно сказал следопыт, посмотрев ему в глаза.
Юноша проснулся в холодном поту на своей кровати, в комнате своего отряда на тридцать восьмом этаже башни КЗОМ. Было утро. Маша еще спала, но Иван, видимо, ушел на завтрак. Не о чем было беспокоиться, и Дима решил спать дальше и рухнул на подушку.