Послания ветру

– Смотрите, что я нашёл! – Рёук скакал по кухне с журналом в руках, а мы все в это время сидели и кушали. – Тут такая интересная статья. Зачитать? – Фто ты там нафол? Я бы пофлуфал, – с набитым ртом спросил Ынхёк, за что получил ложкой по лбу от лидера. – Слушайте. Учёными недавно был установлен способ снять душевное напряжение. Чаще всего такое напряжение бывает в тех случаях, когда человек страдает от невысказанных слов. Бывает же так, парень полюбил девушку, или наоборот, но не может признаться. В таких случаях советуют «письма ветру»… – В смысле? – поинтересовался я. А что, мне действительно интересно, ведь, можно сказать, это мой случай. – Кюхен-а, можно быть терпеливей, да и зачем тебе это? Ты у нас парень нарасхват, – Рёук взмахнул журналом, из-за чего чуть не стукнул рядом находящегося Йесона. – Так, продолжу. «Письмо ветру» – один из психологических способов. До сих пор неизвестно, как оно работает, но результат практически стопроцентный. Человек пишет о своих чувствах на листке бумаги, вкладывая всю душу в слова, затем складывает этот листок в виде самолётика, поджигает, а пепел развевает по ветру. Ученые подтвердили опытным путём, что после подобного действия люди успокаиваются, душевные терзания их стихают. – Ничего себе, кто пробовать будет – пусть расскажет, работает или нет, – Итук весело размахивал печеньем, указывая на всех нас. – Ой, тут есть небольшая приписка, – Рёук ткнул в журнал, показывая что-то Йесону. – Ходит легенда, что человек, которому запись на листочке адресована, интуитивно почувствует то, что ему не решились сказать. Круто! Присоединяюсь к Итуку-шши. Я пробовать не буду, мне это ни к чему. Просто интересно, действительно ли работает? Я задумался. Может, стоит попробовать. Я, правда, не верю в то, что Сонмин таким образом узнает о моих чувствах, но, может, действительно полегче станет. Сразу после завтрака надо будет опробовать этот способ. Быстренько доев всё, что мне было положено, я убежал в нашу с Мином комнату, достал лист бумаги и ручку и вышел на балкон. На улице было немного прохладно, но мне это даже нравилось. Я не знал, что мне написать, какие слова подобрать для выражения своих чувств. Однако я вспомнил самую простую фразу, которая мне сейчас подходит больше всего на свете. Удобно расположив листочек на подоконнике, я написал пять самых дорогих мне слов: «Я люблю тебя, Ли Сонмин». Так, что надо было делать дальше? А, точно, сложить самолётиком и поджечь. Это не заняло много времени. Листочек бумаги горел, а одновременно с этим я чувствовал небольшое облегчение. Ветер разносил пепел самолёта; каждый кусочек словно уносил частичку боли от безответности. Действительно, становилось намного легче. Я наблюдал, как пепел кружится вместе с лёгкими дуновениями ветерка. – Уже написал? – раздалось у меня за спиной. – Интересно, кто тот человек, кому ты боишься признаться в чём-то? Я обернулся и увидел Сонмина с листом бумаги. А он-то что здесь забыл? Заметив, что у него нет ручки, я протянул свою. – Могу спросить то же самое. – Решил перестраховаться, – Сонмин мило улыбнулся и подошёл ко мне ближе. – Помнишь, я вчера говорил, что позвоню Шихён сегодня. Так вот, я хочу подкрепить вероятность наилучшего исхода этим письмом. Попытка не пытка. А вдруг действительно работает? Я пожал плечами. В моём случае письмо не сработало. Если бы что-то получилось, то говорили бы мы сейчас явно не об этой модели. Минни тем временем старательно выводил на листочке текст, закрывая написанное от меня рукой. Больно надо! – Чем поджигал? – я так задумался, что и не заметил, как Сонмин закончил писать и сложил письмо в виде самолётика. Недолго думая, я протянул ему свою зажигалку. Мин задумчиво покрутил её в руке, я даже заметил небольшой всплеск грусти в глазах парня. – Кю-а, я надеюсь, что мои догадки так ими и останутся, – я попытался сделать удивлённое лицо, но Сонмин сразу всё просёк. – Можешь не делать вид, что не понимаешь, о чём я. Не кури, ладно? Я хоть и прикрываю тебя перед лидером и остальными, но всё равно не могу смириться с этой твоей привычкой. Завязывай. – Отправляй давай, – получилось немного раздражённо, но по-другому я просто не мог ответить. Как можно давать советы, если не знаешь ситуации? Мин кивнул и отвернулся к окну. Его самолётик вспыхнул и начал гореть. Парень сдувал пепел с подоконника, чтобы ветерок мог подхватить их. Когда бумага полностью сгорела, Сонмин закрыл глаза и прошептал что-то. Я не мог оторвать взгляда. Сейчас Минни был настолько таинственен и открытым, что я невольно возгордился своим положением лучшего друга. Ни одна из его пассий не видела его таким, да и вряд ли им посчастливиться такая картина. – Ты будешь заходить? – Минни вывел меня из состояния задумчивости. – Нет, я пока что воздухом подышу. Сонмин убежал в комнату, а я начал украдкой поглядывать за ним. Сначала, он нашёл свой телефон, потом немного постоял с ним, решая что-то в голове. Я догадался, что Мин решается позвонить этой девушки, имя которой я даже не удосужился запомнить. А зачем? Наконец, он набирает заветный номер. Я отворачиваюсь в сторону улицы, чтобы не видеть счастливого Сонмина. Его счастье всегда перескакивает на меня, а в данный момент мне не хочется этого. Лучше посмотреть на суету города с высоты одиннадцатого этажа. Эти куда-то спешащие машины, люди, явно опаздывающие на работу, мамочки с колясками, направляющиеся в парк… – Кю, – Сонмин влетел на балкон, отрывая меня от созерцания города. – Она согласна! «Письмо ветру» работает! – Что могу сказать, удачи, – возможно, в голосе проскользнули нотки горечи, потому что в следующий момент Минни подошёл ко мне и крепко обнял. – Ты только не расстраивайся. Я уверен, твоё письмо найдёт адресата, и ты будешь также счастлив, как и я. Вот увидишь! Лучше бы он этого не говорил…