Послания ветру

Повествование от лица Сонмина. Я сначала думал, заходить в комнату или нет. В конце концов, я передумал это делать. Это их дела, их проблемы, а мне не должно быть до этого и дела. Но… Почему мне так обидно, что Кюхена обнимает кто-то другой. И пускай этот «кто-то» знаком нам уже давно, я всё равно не могу спокойно реагировать. Почему? Не могу понять. – Сонмин-ши, ты что тут делаешь? – раздалось у меня за спиной. По голосу я определил, что это был Вукки. – Я… – я на мгновение задумался. – Думаю, как поступить. Не могу понять, что происходит со мной. Я запутался в себе. – Пошли за мной, – Реук махнул рукой, показывая, что я должен идти за ним, и направился на кухню. Я последовал за Вукки. Интересно, зачем он меня позвал? Может ли он мне что-нибудь посоветовать? От помощи в данный момент я, пожалуй, не откажусь – самому сложно что-либо понять. И как давно я перестал быть самостоятельным? На кухне Реук сначала посуетился немного – приготовил нам обоим по кружке зелёного чая и достал с дальней полки пару пирожных (явно заначка). Поставив всё это на стол, он присел рядом. Я поблагодарил за напиток и аккуратно отпил немного. Аромат чая успокаивал, а пирожные поднимали настроение. – Если что-то идёт не так или не знаешь, как поступить, надо немного отдохнуть и расслабиться. Чашка чая и что-нибудь вкусненькое – лучшая панацея от всех проблем. Ну а если ещё плюс ко всему рядом будет хороший собеседник – это просто шикарно. Я улыбнулся, слушая Реука. Он всегда может поддержать, приготовив нечто аппетитное, выслушать или просто составить приятную компанию. За это он мне и симпатичен. – Знаешь, – я снова сделал небольшой глоток обжигающего чая и отставил чашку в сторону, – всё вокруг меня закрутилось слишком стремительно. Я перестал понимать окружающее. Я испытываю непонятные мне чувства, в которых и запутался. – Хочешь узнать, как я поступаю в таких случаях? – ответил Реук, смотря мне в глаза. – Просто слушаю своё сердце. У самого была подобная ситуация, правда, с другого угла обзора. – В смысле? – Ты же насчёт Кюхена сомневаешься, как я понял, – я удивлённо посмотрел на Вукки. Как он догадался? – Это было несложно. Мне Йесон рассказал о вас. Я хотел снова задать вопрос «в смысле», но Реук сам понял, что я пока не сообразил сам. – Кюхен всё рассказывает Чонуну, а он – мне, так как очень доверяет. Ты даже не представляешь, насколько. И вряд ли поверишь, что совсем недавно мы переживали то же самое, что и вы. Правда, была проще ситуация, да и разобрались мы быстро. Я влюбился в Йесона год назад, долго боялся признаться. А потом, словно с неба свалилось объявление: «Ты мне нравишься, Ким Реук». Я был рад, всё оказалось взаимно. Только мы пообещали друг другу, что никому не расскажем о своих отношениях. Йе даже Кюхену сказал, что в подобном не разбирается. – Но а… – задумчиво протянул я, показывая на себя. Если договорились молчать, зачем рассказывать? – Тебе можно. Это поможет тебе разобраться в своих ощущениях. Я виновато опустил голову и уткнулся взглядом в чашку с чаем. Хорошо, что я не пошёл разбираться, а то вышла бы плачевная ситуация. – Прости, – пробормотал я. – Тут просто…это… – Я всё понял ещё там, у двери, – улыбнулся Вукки. – Ничего страшного. Я тихонько пил чай, обдумывая слова Реука. Он же тихо сидел рядом, маленькими кусочками поедая пирожное. Слушать сердце? А что оно может сказать? Это же ведь просто орган, который перегоняет кровь. Просто стучит: тук-тук, тук-тук… Кюхен мне как брат, но почему я приревновал его к Чонуну? Почему я, будучи пьяным, начал приставать к Кю? Именно нему, хотя в общежитии ещё много людей, помимо него. Почему стихи Кю заставили моё сердце болезненно сжаться? Снова сердце… И снова Кюхен. Он везде: в моих мыслях, в моей душе. Я испытываю странные чувства к макнэ: нежность, беспокойство, душевную боль, привязанность, некоторую долю отталкивания. Всё смешалось и превратилось в какую-то кашу, которую стоит разгрести. – Вукки, – обратился я к собеседнику, – скажи мне, что это такое, когда ты испытываешь противоречивые чувства, задаёшь себе сотни вопросов, которые связанные лишь с одним именем, пытаешься разобраться, но снова путаешься? Это любовь? – Она самая. – Но я любил уже до этого, и чувства были другими, абсолютно другими! – Любовь или влечение? – неожиданно задал вопрос Вукки – Как можно назвать те чувства, которые ты испытывал ранее? Я растерялся. Мне всегда казалось, что я любил тех девушек, которых я встречал. Они были такими милыми и… И красивыми. И… Почему сейчас я не могу найти слов, которыми бы я смог описать предыдущую любовь? Я не могу сказать, что они были добрыми, что с ними было тепло и уютно, если честно. Нет, я чувствовал нечто отдалённое, но это было лишь под действием слепой любви. Сейчас я понял это. А что насчёт Кюхена? Он очень добрый, всегда окружает меня заботой и вниманием, старается поддержать при любых обстоятельствах. Голос Кю заставляет мою душу трепетать, я восхищаюсь этим тягучим тембром. Мне нравится слушать баллады в исполнении макнэ, его песни могут вызвать у меня даже слёзы. Кюхена я смогу узнать даже с закрытыми глазами по его ауре. Когда макнэ нет рядом, я чувствую себя одиноким, так как привык к его нахождению где-нибудь рядом. – Вижу, ты понял, – сказал Реук, вырывая меня из размышлений. – Теперь, поняв всё это, что будешь делать? – Не знаю. Я боюсь. – Чего боишься? – Реук был явно удивлён. – Он любит тебя, ты тоже, правда, пытаешься назвать это другими словами. И что может ещё вам помешать? – Просто ещё вчера я свято верил, что мне нравятся только девушки! Я не могу так просто взять и измениться. Это сложно. Нужно время и… – Да, у вас намного сложнее, чем у нас, – задумчиво протянул Реук. – Давай, думай, разбирайся. Только помни, что Кюхен тоже человек и ждать бесконечно не может. Я заглянул в кружку, которая оказалась пустой. Ещё некоторое время я сидел, задумчиво рассматривая чаинки на дне, стараясь не думать о случившемся. – Налить ещё чаю? – спросил Реук. – Нет, спасибо, – на автомате отмахнулся я, отставляя кружку в сторону. – Ну, думай, не буду мешать, – с этими словами Вукки подошёл к раковине, помыл кружку и ушёл с кухни, оставив меня наедине. Легко сказать, думай. Мне бы ещё сильней не запутаться… Примечание автора. Я вернулась и постараюсь изменить мнение к работе после того неудачного "ляпа" в виде двух глав. Тяжёлые времена закончились, сейчас мне будет легче. Поэтому и концовка ожидается иной - более плавной и полной "обоснуев". Надеюсь, что постоянные читатели, несмотря на прошлую концовку, вернутся сюда и продолжат читать. Спасибо всем большое.