Готье, Никита

— Бля! — жалобно пискнул Ники, зажатый в гримерке между двух людей, которых он не ждал и видеть не хотел. — Мы тебя забрали, — сообщил Великий Маг, — у нас дело. Ники послушал. Покрутил пальцем у виска. — Охуели. Оба. Осень, тебе это зачем? — У меня есть Дорога. Я представляю, куда мне двигаться из невключенного положения. Сейчас меня в эту службу не примут. — Пара психов, — констатировал Ники. В самом деле, у обоих была шизофрения. — Как я понял, да? — доуточнил Маг. — Умгу. Где-когда-почем? — Позже скажу точно. В Йоль. В Подмосковье подземный храм. — Когда? — Йоль в декабре, Ники. И имей в виду, ничего тебе за это не будет. — Ага, ни покоя, ни счастья. Сидели в пригородном автобусе. Осень нервничал. Ники учил инструкции наизусть. Маг был спокоен, как танк. Ну хорошо, как байк. Поменяться судьбами — это только два шизика могут придумать. Маг не боится умирать. Так кого он хочет обмануть? Оказалось — даже красиво. На то он и Великий Маг, бля… Был кристалл, и были свечи, и Ники вовремя прикусил вопрос — как же это ты его спер, в смысле меч, в смысле у Жнеца. Потому что видел он уже этот короткий меч, ни с чем не спутаешь. С другой стороны, Осень — сын Жнеца. У папы спер, получается. В общем же, судьба замешивалась в каше и разлагалась на фракции. То есть, в чаше, в которой мешали вино, молоко и кровь, что-то бурлило, несмотря на то, что чаша стояла на холодных камнях. С последним их глотком свеча у кристалла погасла. — Удалось, — выдохнул Маг. — Сколько мне? — уточнил Осень. — Не помню точно. Мне было обещано не больше года, но у тебя иначе может пойти. — А я думал, — пробурчал Ники в сторону, — от шизы не помирают. — От астмы тоже не помирают, — неожиданно парировал Осень. — Помирают — от жизни, — изрек Маг.