Встреча

Перемётная сума, пополненная снедью, привычно легла вдоль лошадиного крупа. Неуловимым движением скользнув в седло, Гэллаис натянула капюшон глубже обычного, хотя нужды в том не было: солнце светило не по-зимнему ярко, а в воздухе чувствовалась влажность и резкость, будто он стал хрустальным и мог разбиться от неосторожного прикосновения. Прав был Линдир: близится весна. Лихолесская эльфийка всегда любила это время года, но в этот раз скорый его приход её совсем не радовал. Не с кем танцевать на едва стаявших склонах, некому положить голову на плечо, любуясь на усыпавшие ночную тьму светила. А вчерашняя нежданная откровенность только сильнее обнажила привычное одиночество. Сзади хлопнула дверь, но шагов Гэллаис не услышала. Обернувшись, увидела Линдира. Тот не стал утруждать себя переходом на кое-как расчищенную тропинку и шёл прямо по сугробам. Арфа на одном плече, на другом – котомка. – А вас-то куда несёт с утра пораньше? – нелюбезнее, чем хотела, буркнула эльфийка вместо приветствия. Опальный менестрель действовал на неё странно, вызывая скованность и неловкость, которые бывшая любовница Лесного Короля растеряла после нескольких тесных встреч с упомянутым Владыкой. Линдир бережно поправил арфу. – Я ведь бродяга, – напомнил он. – Сегодня играю здесь, завтра на другом конце Средиземья. – О том, что вообще-то он собирался в этой таверне квартировать как минимум ещё месяца полтора, эльф умолчал. Трактирщик был немало удивлён его внезапным уходом – и тем, что певец не попросил обратно предоплату. А впрочем, кто их разберёт, этих эльфов... – Так что, какое-то время нам может быть по пути, – добавил Линдир, не глядя на девушку. Та пожала плечами, натянув капюшон ещё глубже: – Конному с пешим в ногу не уйти. Глаза эльфа задорно блеснули: – А это ещё вопрос, кто кого обгонит! Сугробы нынче великоваты для лошадей. И ведь прав оказался и на этот раз! Гэллаис, бормотавшей под нос явно не куплеты хвалебных од, то ли и дело приходилось спешиваться и помогать Ламир выбираться из рыхлого мокрого снега, в котором лошадь то и дело провалилась по колено, а то и глубже. Линдир же легко двигался по насту, почти не оставляя следов, и то и дело останавливался, дожидаясь спутницу и помогая ей вытаскивать лошадь, когда та увязала слишком сильно. Не прошло и шести часов, как они покинули таверну, а лошадь уже выбилась из сил. Гэллаис решила остановиться и дать той отдых. А может, ей просто хотелось продлить время пребывания рядом со спутником: через пару миль дорога раздваивалась, и кто знает, куда направится имладрисский менестрель... За весь путь они обменялись едва ли парой реплик. Но Гэллаис остро чувствовала, что она не одна. Синий плащ эльфа, мелькавший на полкорпуса впереди, казался на ослепительно белом снегу чёрным и сливался с тёмными волосами, спадавшими на спину. Капюшона Линдир не набрасывал, и девушка беззастенчиво разглядывала его, в который раз убеждаясь, что брюнеты для неё перекрывают все остальные типажи... Эльф же, казалось, не подозревавший о мыслях спутницы, даже не стал садиться – просто прислонился к дереву, под которым они устроились. От лёгкого его движения, или от чего другого, с нижней разлапистой ветки рухнул мягкий ком снега – хорошо хоть не эльфам на головы, а рядом. Обвалившийся сугроб будто пробудил Линдира от сна. Отряхнув попавшие-таки на него комочки снега, он негромко окликнул спутницу, по-прежнему не смотря в её сторону: – Гэллаис. Та обернулась, вопросительно глядя на него. Немного помолчав, будто собираясь с духом, эльф спокойно и даже как-то обыденно предложил: – Выходи за меня замуж. – Аа… эээ… ммм… – казалось, Гэллаис разом забыла и квэнья, и синдарин, и даже всеобщее наречие. Щёки девушки стремительно покрывались краской, чего за ней не водилось уже лет так шестьсот. Линдир также спокойно продолжал: – Наверное, я не вправе это предлагать… я ведь изгнанник, и бесконечность дорог теперь – мой удел и дом. Но я буду рад, если ты согласишься быть моей спутницей. Менестрель зачерпнул ладонью горсть снега и сжал его, ожидая ответа. Холодные капли побежали вниз, вычерчивая причудливую дорожку. Гэллаис заворожено следила за ней взглядом, не решаясь поднять глаз – ведь тогда придётся что-то отвечать... Конечно, она угадывала, что искра меж ней и Линдиром уже пробежала, но не думала, что эльф решит всё так быстро – и так просто. Мгновения текли – а эльфийке казалось, что проносятся столетия. Вопрос замер на губах, не сорвавшись: есть ли смысл в оправданиях, когда твою исповедь уже слышали? И когда ты – слышала… Подняв наконец голову, девушка вымолвила – глухо от перехватившего дыхания: – Я… согласна. И не поверила, увидев, какой радостью осветилось лицо Линдира. Также улыбаясь, менестрель протянул Гэллаис руку, не стряхнув талых капель, – и она, всё ещё не веря, вложила в неё свою. Тёмно-синий и тёмно-зелёный рукава упали вниз, накрывая сплетённые ладони. …Предзакатное солнце светило в спину двум эльфам, что брели, взявшись за руки, как дети, и молчали, как влюблённые, что понимают друг друга без слов.