Peter Pan he's a bloody demon

Утром.

POV: Автор Первые лучи солнца появились из-за горизонта, разгоняя серый колючий туман, окутавший лагерь пропащих, прорезая небо золотыми лучами и окрашивая ещё не бушующую морскую гладь в нежно-сиреневый и медово-оранжевый. А легкий ветерок разносил морскую свежесть по всей Нетландии: вот он пронесся над непролазными джунглями, преодолев их, совершил поворот направо, и он уже рядом с домом юной Дарлинг. Застыл в нерешительности, и уже в следующую секунду, с шумом распахнув окно, ворвался в спальню, разбудив ее обитательницу.  POV: Венди Комнату наполнил неизвестный шум. И я повернувшись на другой бок, открыла глаза, чтобы узнать, что случилось. Просто окно открылось. Я медленно встала с кровати, накинув на себя одеяло и зевая, направилась к нему. В лицо ударил утренний воздух, такой свежий и приятный, что желание закрывать окно пропало. Я, прикрыв глаза и положив руки на холодный подоконник, стояла и вдыхала с упоением такой чистый и непривычный воздух, он, как дурманящий запах никотина, вызывал непреодолимую тягу вдыхать его вечно, наполняя легкие до отказа, пока это не убьет. Внезапно перед глазами пронесся вчерашний поистине чудовищный вечер, в груди закололо от жгучей ненависти. Как Пэн меня связал, порол, а потом ласкал и целовал... Я невольно дотронулась пальцами губ, до сих пор чувствуя тот страстный поцелуй. А затем вечно мальчик усыпил меня магией, и что было дальше, мне неизвестно, но легко можно догадаться, что было. Я просто не понимала, как он может быть таким бесчеловечным и бессердечным, ведь он тоже человек, у которого есть чувства, хоть и спрятанные в самом далеком уголке души... Если она, конечно, у него есть, а судя по этой ночи - её нет. Я почувствовала, как жар прилил к щекам, руки невольно сжались в кулаки, все тело затряслось от негодования, неизвестности, непонимания. Я ненавидела одну лишь мысль о том, что этот дьявол сотворил со мной, неожиданно на меня накатила даже некая радость от того, что я не видела этого, но тут же она улетучилась потому, что мне бы хотелось знать, каково это — становиться «грязной», что при этом испытываешь, о чем думаешь, чтобы моя ненависть к Пэну была подкреплена воспоминаниями, и в любой подходящий момент я могла ему об этом напомнить, чтобы это отпечаталось в памяти, несмотря на всё омерзении ситуации, и больше никогда не повторилось. Я медленно развернулась на пятках и невольно вскинула брови от удивления. По всей комнате летали перья, они медленно, почти лениво плыли по воздуху, словно большие хлопья снега, приземляясь на прогнувшуюся по середине кровать. Все порванные простыни и наволочки в крови, на полу валялись подушки и те самые веревки, еще недавно крепко обвивавшие меня за ноги и за руки, как будто стальные прутья, оставляющие кровавые отметины, которые пройдут со мной через всю жизнь, уродливым напоминанием об этом дне. От кровати до меня вьется кровавая дорожка. Я с замиранием сердца окинула себя растерянным взглядом. Благодаря моему насильнику все синяки и раны пропали, кроме этих следов, но несмотря на это я вся была в крови... Недолго думая, я отправилась в душ, чтобы скорее смыть с себя эту мерзость и забыться хоть на минуту. Но ничего не вышло, меня продолжало мутить и потряхивать от всего случившегося, и спустя несколько минут я, шатаясь и втягивая ртом со свистом воздух, вновь вернулась в спальню. Горло сдавило в приступе удушья, глаза жгли слезы. Я медленно скатилась по стенке в надежде, что это конец. Но неожиданно сквозь пелену слез я заметила на прикроватной тумбочке записку. Любопытство всегда было моей слабой стороной и желание узнать, что там, было велико. Очень велико, и, еле успокоившись и взяв себя в руки, я прочитала записку, в которой небрежным мелким почерком было написано: «Пока ты свободна, наслаждайся», а еще к ней прилагались джинсовые шорты, черная блузка, нижнее белье и кеды. Чувство обреченности сдавило грудь, но теперь я не могла всё так оставить, ведь он даже не жалеет о том, что сделал, а может вообще не сделал? Я же ничего не помню и не могу быть в этом уверена! Натягивая одежду, я уже знала, что делать, и твердо поставила перед собой цель: «Надо найти во что бы то ни стало Пэна!» Меньше всего мне сейчас хотелось его видеть, но оставаться в неведении было еще хуже и мучительней. Я просто знала, что этот вопрос сведет меня с ума. И одевшись, я отправилась на поиски выхода, а впоследствии и этого отвратительного мальчишки.