Ты — только моя пища

      С восхищением рассматриваю свою новую одежду. Это действительно сказочное платье, которое я видела до этого только в книжках: корсет был украшен красивой драпировкой, низ пышной, казалось, воздушной юбки обшит широкой атласной лентой, ткань пастельно-розового цвета была приятной на ощупь. Я похожа на сказочную фею, как в одной сказке, которую я часто читала сёстрам. Интересно, как они там без меня? Мои волосы были заплетены в сложную причёску, украшенную живыми цветами. Руно «упаковали», как она сама выразилась, в коктейльное платье цвета изумруда под цвет глаз, а её лазурные волосы свободно ниспадали на плечи небольшими волнами.       Марта отдала нас на растерзание своим двум служанкам, которые походили на бесчувственных роботов, а сама тем временем вновь вышла на террасу, не забыв прихватить новую пачку сигарет. Сперва служанки отмыли нас от грязи, не забыв втереть питательные масла в кожу, после чуть ли не насильно заставили надеть эти вещи и сделали нам причёски, чуть не ударив недовольно кричащую Руно гребнем по лицу.        Когда уже стемнело, нас завели в очередную комнату, правда, она в отличие от других была довольно таки богато украшена. Мисаки назвала её «комнатой осмотров». Стены комнаты были обклеены красивыми светлыми обоями с необычным золотым узором, пол был выложен белоснежной плиткой, на потолке висела удивительная хрустальная люстра. Здесь было лишь одно небольшое окошко, но и то было с металлической решеткой. Возле противоположной от окна стены расположился огромный диван, обтянутый коричневой кожей, рядом с ним стоял небольшой кофейный столик. — Наши покупатели не просто шишки, — Руно с презрением посмотрела в сторону дубовой двери. — Они прям элита.       Согласно киваю, тяжело вздохнув. За дверью слышатся топот и негромкие мужские голоса, среди которых я узнаю и голос работорговца. — Запомни, — глухо произнесла зелёноглазая. — Если не хочешь потом быть избитой до смерти, то веди себя так, как я тебе говорила.       Дверь распахнулась, и внутрь вошёл «хозяин» с двумя парнями. Что за странная аура? С неописуемым ужасом отмечаю, что эти двое никто иные как вампиры. Теперь ясно, к чему такая суматоха. Судорожно вздыхаю, покорно опустив голову, стараясь не разреветься на месте. Я узнаю одного из них. Тот беловолосый тип приходил к нам в дом поздно ночью, требуя оплатить долги. Он, видно, меня тоже не забыл. Буквально ощущаю физически его лукавую улыбку. Его спутник обладал удивительными лиловыми глазами, полными отвращения и величия. В древних рукописях сказано, что могущественные вампиры умеют изменять привычный ярко-красный цвет глаз на обычный, как у человека. Вампир накручивал на палец прядь блондинистых волос, гадко ухмыляясь. — Садитесь, садитесь, — услужливо пробормотав работорговец, смахивая капельки пота с лица. — Я лично выбрал для вас, господа, самых красивых из моих рабынь. — Ты называешь этих самыми красивыми? — презрительно фыркнул блондин, садясь на диван рядом с красноглазым, закидывая ногу на ногу. — Ты меня разочаровал, человек. Сколько раз у тебя девиц покупал для любовных утех, а в этом году что-то всё плохо. Тем более мы ведь не для себя покупать будем, а для нашего господина. А он заслуживает куда большего, чем эти жалкие простачки. — Брось, Хайдрон, девушки довольно хороши собой, — хмыкнул его товарищ. — Посмотри на вон ту рыженькую. Сам цвет волос чего стоит. Мастеру понравилось бы.       Хайдрон насмешливо фыркнул, вставая и медленно подходя ко мне поближе. Грубо схватив рукой за подбородок, он поднял мою голову вверх, заставив невольно сглотнуть. Фиолетовоглазый лениво улыбнулся, погладив большим пальцем мою щеку. — Ну ладно, я немного не так выразился, — проговорил он, ухмыляясь. — Эта вполне ничего так.       Его палец издевательски мягко прошёлся по моим чуть приоткрытым губам. Нет, не правда! Я уродливая, уродливая! Отстаньте от меня, я вам не подойду! — Скажи, малышка, ты когда-нибудь пробовала на вкус мужской член? — поинтересовался вампир, чуть склонив голову набок.       Испуганно вскрикиваю, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. — О, как мило, — смеётся Хайдрон, приближаясь к моему лицу ближе. — Она у нас ещё никем нетронутая, интересно. Прям лакомый кусочек.       Вампир принюхался, удивлённо поднимая бровь. Миг — и его глаза вспыхнули красным. Он пошло провёл языком по губам. — М-м, Шэдоу, её кровь, оказывается, так вкусно пахнет, — хрипло прошептал парень, обнажив длинные клыки. — Так и хочется выпить её всю до дна.       От шока не смею сдвинуться с места, как-то отрешённо наблюдая, как всё ближе его клыки опускаются к моей шее. Всё произошло внезапно. Офигевший вампир валяется на полу, приложив ладонь к щеке, которая пылала от удара. Рядом со мной, гордо подняв голову, стояла Руно, сжимая руки в кулаки. Она... его ударила. Она защитила меня, хотя прекрасно знала, что добром это не кончится. — Только посмей её тронуть, кровосос недоделанный, и я позабочусь о том, что клыков у тебя не станет, — прорычала она Хайдрону, который на заявление лишь ухмыльнулся, вставая. — Ах ты, мразь! — завизжал работорговец, подскакивая к Мисаки и намереваясь теперь ударить её саму, но был остановлен блондином. — Мы берём рыжеволосую для нашего господина, — строго произнёс он, впиваясь длинными когтями в руку мужчины, которую тот занёс для удара. — А эту крошку я беру себе. Уж больно она мне понравилась.       Послышался хруст, и вот работорговец уже лежит на полу, громко крича и прижимая к себе сломанную руку. Шэдоу, кажется так звали напарника Хайдрона, безумно захохотал, вставая и подходя к мужчине. Бордовые глаза хищно блеснули. — Значит, договорились, человек, — он достал из кармана небольшой мешочек с золотыми монетами, небрежно бросая его торговцу. — Здесь пять тысяч золотых за этих двух рабынь. Надеюсь, ты доволен?       Тот поспешно закивал, испуганно таращась на наших покупателей. Вампиры довольно переглянулись. Хайдрон схватил Руно за руку, отчего удостоился настолько презрительным взглядом, что я аж вздрогнула. — Вот и славно, — хохотнул Шэдоу, положив руку мне на плечо. — Пошли, рыженькая, твой новый хозяин тебя ждёт.       После этой фразы у меня перед глазами всё поплыло, последнее, что я помню, это хохот того беловолосого типа.