Red or Black

«Здравствуй, Шарлотта, – вновь услышала я голос, измененный на компьютере. Когда я услышала свое имя, сердце бешено застучало, а кровь запульсировала в венах с бешеной скоростью. – Сейчас я обращаюсь именно к тебе. Хочется, так сказать, поговорить тет-а-тет. Тебе понравился мой подарочек, который я повесил на цепочку, как елочную игрушку в канун Рождества? Да-да, я говорю именно про бедного Уилли. На самом деле не хотелось мне его убивать… Он был славный малый. Много раз помогал мне, при удобном случае. Но ты и сама понимаешь, что рано или поздно от таких людей надо избавляться, потому что они узнают слишком много. Бедная миссис Хамфри. Наверное, до сих пор думает, что любимый сынишка покончил с собой из-за того, что не выплатил ту страшную сумму, которую ей назвал когда-то. Ну ничего, пусть так и думает. Не раскрывай ей все карты. Боюсь, она не захочет знать истинную правду того, чем он на самом деле занимался в перерывах между почесыванием любимых питомцев за ушком и вымыванием их вонючих клеток. Хочешь раскрою секрет? Именно он помогал мне все это время. Следил за вами, указывал на ваше местоположение. Он был буквально вашей тенью, следующей по пятам. Этот парень был идеальным вариантом, ибо кто заметит обычного прохожего, гуляющего с милым добрым псом на поводке. А знаешь с чего все началось? Я с удовольствием поведаю тебе историю о том, как одна миловидная блондиночка, одевающаяся по последним пискам моды, наткнулась на безобидного парня на улице. Отсюда сразу встречный вопрос – давно ли ты общалась по душам со своей лучшей подругой, а, Шарлотта? А ведь малышка Райли устает на своей работе так же, как и ты на своей, вот только поговорить ей об этом все равно было не с кем. Ты, наверное, настолько увлечена тем, что пытаешься разыскать меня, что позабыла о прямых обязанностях лучшей подруги. А вот добрый парень Хамфри очень хорошо справился с заданием «замени лучшего собеседника». По его словам, когда они с Райли впервые встретились, она была очень расстроенной из-за чего-то, и конечно же, он не мог не спросить в чем дело. Хоть он и понимал, что она встретила его впервые в жизни и вряд ли расскажет все подчистую, но бедняжке было настолько одиноко, что она буквально выдала первому встречному все, что было на душе. Ты, скорее всего, сразу подумала о ее парне, Тэхене, верно? Но надо учитывать тот момент, что это произошло, когда я уже обмывал ему косточки, подстроив то самое убийство, якобы его руками. А потом вы с твоим напарником были очень заняты тем, чтобы вернуть его к жизни, ну а потом и тем, как побыстрее вытащить его из тюрьмы. И все это время, пока вы возились со своим общим другом, вы позабыли об общей подруге, скитавшейся в одиночестве в неведении. Удачное я выбрал время, чтобы подобраться к ней, верно? И вы ведь даже ни о чем не подозревали. Даже ее парень, с которым она проводила больше времени, чем с лучшей подругой, не знал о том, что Райли встречается с кем-то на стороне лишь для того, чтобы излить душу. А ведь она действительно очень привязалась к Уильяму. Он оказался очень способным, словно подрабатывал психологом в прошлой жизни. Да еще и профессия у него была такая удобная – ну кто не полюбит человека, который так ласково обращается с милыми бедными животными, которых выкинул прежний хозяин. Душевная доброта действует на девушек с лихвой. Но, как говорится, всему свое время. Конечно, я не ожидал такого поворота событий, но случилось то, что случилось. До тех пор, пока не пришлось сотворить с Уиллом такое, что теперь он лежит в вашем морге, замороженный от А до Я, он был очень хорошим информатором. Кстати, согласился им быть не без угроз в сторону его семьи. Мало того, что он хороший слушатель, так еще и семьянин. Ты, Шарлотта, кстати, научи потом свою дорогую подружку, если конечно она выживет, не болтать так много, а то ведь так и до кода от твоего сейфа дело дойдет. Вообще, я наблюдал за тобой долгое время, поэтому мне не составило труда понять какая ты персона. Могу сказать точно, что ты чертовски похожа на своего отца. Смелая, бойкая, эксцентричная. Вот только судьбы у вас разные. Хотя, это мы еще увидим. Как говорится, не будем забегать вперед. Вернемся к твоей подружке. Конечно, ты понимаешь, что всегда нужно подстраховываться в случае, если ты сочтешь ручного информатора не совсем полезным. Один хорошо, а два лучше. Узнав о том, что у этого идиота Бобби охренительный должок банку, я обещался помочь ему выплатить его, если тот посодействует мне и проследит за Уилли. Со временем, я стал понимать, что информации о тебе и твоих делишках становится все меньше, а потом понял почему. Этот чертов засранец Уилл втюрился в твою подружку, о чем я узнал от Бобби. Он рассказал мне, как подслушал их разговор. Когда она пыталась ему что-то рассказать, он перебил ее и сказал, что сегодня хочет поговорить о чем-то более приятном. Затем стал приглашать в кино. Дарить цветы. Сыпал комплиментами направо и налево. Она, конечно отказывалась, говорила, что у нее есть молодой человек, которого она его очень любит и никогда не предаст, но ему было все равно, ведь сердцу не прикажешь. А мне он просто говорил, что она ничего ему больше не рассказывает. Узнав об этом, я понял, что этот гад мне врет, поэтому решил больше не ввязывать его в свои грязные делишки. Когда я поведал ему об этом, он выдал, что и сам хотел закончить этот шпионаж. Набрался смелости даже пригрозить мне, чтобы я больше не копал под других людей, кричал, что пойдет в полицию и все расскажет. Но ты ведь сама понимаешь, что угрожаю тут только я. Поэтому я поставил его перед выбором. Ты уже и сама догадываешься каким, не так ли? Я предложил ему два конверта: в одном из них было три билета на самолет, – улетел бы в другую страну, вместе с семьей, с моих глаз долой, живым, невредимым, – в другом – адрес того места, куда я отвез Райли. Он не знал, что я ее похитил, но беспокоился, что она не приходила к нему уже как несколько дней. Конечно, новость его немного шокировала, но для влюбленного до безумия человека, как он мне утверждал, он отреагировал на удивление спокойно. Загвоздка была в том, что если он выберет Райли, то может и сам пострадать, спасая ее: либо покалечиться, либо вовсе умереть. Все-таки, пленное местечко шаткое, кто знает, что может произойти в любой момент. Я не сказал ему что находится в каждом из конвертов. Он шел на риск. Это как игра в лотерею: повезет\не повезет. За неплохое содействие, я сказал ему, что он может поменять свое решение, если его не удовлетворит то, какой конверт он выберет. Еще никому не удавалась такая честь. Он выбрал красный. Я не был удивлен. И почему все выбирают именно красный? Он что, дает больше надежд на победу? Но в любом случае – в нем были билеты. И знаешь – он не стал использовать шанс поменять решение. Наверное подумал, а зачем? Ведь Райли все равно его не любит. Смысл рисковать из-за какой-то левой девчонки. Главное побеспокоиться о своей заднице. И в этом была его главная ошибка… А я ведь так надеялся, что он воспользуется шансом и освободит ее из плена. Увы и ах. Он думал, что сделал правильный выбор. Но знаешь, мне не нравятся те, кто всегда беспокоятся только о себе. Такие люди обычно первые всех подставляют. Я люблю верность, в чем он полностью прокололся. Сначала с пеной у рта доказывал мне, что без ума от твоей подружки, а как узнает, что он может пострадать, спасая ее, так сразу в кусты. Конечно, можно было подумать, что он в первую очередь заботится о семье. Но, несмотря на угрозы, семью бы его никто не тронул, ведь она по сути никак не замешана. Мне нужен был только он, ведь его мать и сестра даже не предполагали, чем он занимается, да и он, не будь дураком ничего им не рассказывал. Так что смысла убивать их мне не было. Не хочется лишний раз марать руки в крови. Уильям так и не понял, что совершил большую ошибку. Я дал ему выбор спасти вроде как дорогого ему человека по собственной воле и, возможно, остаться в живых, но он подписал себе прямой смертный приговор, выбрав свою свободу. И теперь, тебе, Шарлотта, есть кого винить в том, что твоя бедная Райли все еще в моих цепких лапах. Не будь Уилли так наивен, сидела бы уже с тобой твоя подружка, и вы бы сплетничали за бутылочкой вина. Оказалось, что не я здесь самый плохой. Даже самые безобидные люди могут оказаться сущими монстрами. Твоим шансом спасти девчонку был ныне покойный Уильям. Но он не захотел использовать тот шанс, который я ему предоставил. В итоге: он мертв, а бедняжка Райли один Бог знает где. Как-то даже обидненько… В любом случае, удачи, госпожа детектив. Не буду надеяться, что ты найдешь ее раньше, чем она скрестит свои лапки. P.S. Время на спасение Райли ограничено, и его установил не я. Раз уж ты настолько больна моей поимкой, тебе стоит пораскинуть мозгами. Честно говоря, я уже и сам жду нашей встречи. Если ты сама не в состоянии справиться, – попроси помощь у своего напарничка. Кажется, вы уже на одной волне. Может быть он поможет тебе излечиться от этой болезни». После нажатия кнопки «стоп» в лаборатории царила полная тишина. Мне казалось, что в моей голове сидит лишь этот компьютерный голос, который я слышала на протяжении последних пяти минут. В ушах звенело, а я была даже не в состоянии прийти в себя. Слишком много информации прозвучало. Слишком много ненависти в душе. До начала прослушивания, голова словно была пуста, а сейчас же она снова наполнена мыслями, да так, что тяготит к земле. Виски сдавило, словно моя голова находилась между двух сужающихся стен. И только присутствие остальных людей заставляло прийти в чувства и как-то отреагировать. – Вот черт… – услышала я голос Чимина. – Мы не дослушали запись до конца, лишь начало. Но после того, что прозвучало… Этот мудак на десять, мать его, шагов впереди… – я в первый раз услышала, как матерится Чимин, но это было очевидно. Уверена, не только у него эмоции лили через край. – Ты сможешь определить голос без обработки? – сразу задал вопрос шеф. – Я сразу попытался это сделать, но на записи какая-то чертовски мощная защита. Кажется, у ублюдка тоже свои хакеры имеются. Как бы не хотелось этого признавать, по ходу дела, помощнее меня будут… – расстроенно ответил Пак. – Чертов ублюдок! – вдруг резко ударил по столу кулаком Чонгук, так что все присутствующие люди подпрыгнули от неожиданности, включая меня. Такой ярости в его лице я не видела даже тогда, когда он был в плохом настроении из-за Тэхена. Он облокотился на стол, вжимая в него кулаки, и опустил голову, снова словно корчась от боли. Я уже видела это, когда мы ехали в машине сюда. Снова приступ головной боли? Слишком уж часто начало это случаться. Я не стала обращать на это внимание, решив, что поговорю с ним об этом позже. – И что мы теперь будем делать? У нас даже ни одной зацепки нет… – спросил Тэхен. Он стоял чуть поодаль от нас, скрестив руки на груди. В его лице мешались сильная тревога вперемешку с такой же яростью, как и у Чона. Его всегда слегка загорелая кожа будто стала бледнее в лице. Он изредка нервно кусал нижнюю губу и взлохмачивал свои волосы. – Для начала нужно съездить в лабораторию еще раз. Прищучить этого говнюка Бобби, и проверить еще раз веткабинет, в котором работал Уилл, – ответил Чонгук, отрываясь от стола. – Чимин, друг, попробуй все-таки еще раз распознать голос, может удача поймает тебя за хвост… – Понял, – без лишних слов кивнул Пак. – Я вернусь обратно в офис, буду ждать новостей там, мне еще нужно кое-какие остальные дела разгрести, а то этот мой несколькодневный отпуск совсем выбил меня их колеи, – сказал дядя. – Ты нормально себя чувствуешь? – обеспокоенно спросила я. Кажется, Райли не последняя, про кого я совсем забыла со своей работой. Зная, что у дяди слабое сердце, я почувствовала сильную вину за то, что ни разу не позвонила ему за последние дни. – Извини, что не удосужилась позвонить, – озвучила свои мысли я. – Ничего страшного, детка. Я в порядке, – он погладил меня по плечу. – Если что, обязательно звоните. Помоги своей подруге, ладно? Я пошлю нескольких своих людей на помощь в поисках, поэтому ждите подкрепление. – Спасибо, шеф, – поблагодарил Чонгук, и хлопнув Тэхена по спине, вместе с ним вышел из лаборатории. – Чимин, ты лучше тоже возвращайся в офис, там будет безопаснее. Работай оттуда, – сказала я парню. Как ни крути, он тоже стал нашим близким другом, поэтому сейчас стоит побеспокоиться обо всех сразу. – Не волнуйся, красотка, Пак Чимин себя в обиду не даст, – как всегда с энтузиазмом произнес он, заставляя меня слегка улыбнуться. Он подмигнул мне и снова уткнулся в компьютер. Я, тем временем, отправилась вслед за Тэ и Гуком.

***

Без особо приглашения, мы сами открыли себе дверь в приюте и, к своему счастью, сразу наткнулись на взъерошенного от возмущения владельца. Он был измазан какой-то едой, которую, видимо заказал не так давно и в одиночестве набивал желудок. Кошка, которая в прошлый раз встретила нас довольно радушно, вновь соскочив со шкафа, начала яростно шипеть, но Тэхен махнул перед ней ногой, и она тут же испарилась, будто ее тут вовсе не было. Чонгук ринулся к Бобби, схватив его за ворот клетчатой рубашки. – Ну что ублюдок, будешь сам рассказывать, или мы свои методы выявления информации применим? – спросил он на повышенных тонах. Кажется, его чертовски разозлило то, что он услышал на записи, и напарник не собирался миловаться с этим мужиком, который совершенно не вызывал никакой симпатии и жалости к себе. Хоть меня и напугала ярость Чонгука, который всегда был довольно сдержан, но я не собиралась его останавливать. – Что?... Вы…вы о чем? Я ничего не знаю… К-к-к-лянусь вам… – начал заикаться Бобби, выпучив глаза. – Как вы думаете, коллеги, – обратился Чонгук к нам, все еще продолжая держать того за шиворот, – что будет более гуманным – отрезать ему все десять пальцев на руках, или лишить мужского достоинства? Которое, по-моему, уже и не особо фурычит… – он опустил взгляд на то самое место, высмеивая бедолагу Бобби. – Может, и то, и другое? – спросил Тэхен, спокойно прохаживаясь по периметру мнимого «ресэпшена», осматриваясь по сторонам. – Нет! – взвизгнул Бобби, плюхаясь на стул. – Я все скажу, только не трогайте меня… – его глаза заслезились, и в силу своей неуклюжести, он обронил тарелку с какой-то ужасной желто-коричневой жижей на пол, задев ее локтем. Его тело трясло, словно он получил разряд электрического тока. Бедняга. Он ведь даже не подумал о том, что работники органов не имеют права трогать обычных людей без орденов на арест. Да и просто из-за того, что насилие запрещено законом… – Какие дела у тебя с этим хреном, что обещал помочь с банковскими кредитами? – уже более спокойно спросил Чонгук. – Я…я просто помогал ему с информацией, которая ему была нужна… – проглотив слюну ответил он. – Какую информацию? – Уилл Хамфри. Он просил следить за ним… – Зачем? – В случае, если тот налажает, я должен его сдать… – Налажает в чем? – Девчонка-блондинка… Он должен был подкатывать к ней, чтобы что-то узнать… – пот катился с лица бедолаги, а говорить давалось все тяжелей. – А когда он оплошался ты подставил его? – продолжал давить Чонгук, постепенно повышая голос. Он уже не держал его за шиворот, но поставил одну ногу на стул, склонившись над Бобби. – Я должен был! Иначе он и меня бы убил! А меня нельзя убивать, у меня какой-никакой бизнес. Тут бы все пропало без меня. Мои собачки бы снова оказались на улице! – Ты же терпеть их не можешь, кретин… – тихо произнесла я, смотря ему в глаза. Он вдруг повернулся ко мне и судорожно начал отрицательно кивать. – Нет-нет-нет, я их люблю! Из-за них у меня столько кредитов. Мне нужно было на что-то их содержать… Это ведь не дешево! – К черту псов! Куда он дел мою девушку?! – встрял Тэхен, вставая рядом с Чонгуком. – Я не знаю! Клянусь, не знаю! – Бобби поднял руки вверх в защитном жесте, снова тряся головой. – Да что ты вообще знаешь, ублюдок… – Чонгук оттолкнулся ногой от стула, и схватившись за голову, начал повторять недавние расхаживания Тэхена. Оставив их двоих наедине с «жертвой», я отправилась в веткабинет. Мне осточертело смотреть на рожу Бобби, который трясся как банный лист. Внутри ничего не поменялось. Разве что висевшего тела Уильяма тут уже не было, поэтому было намного спокойнее. В хаосе, который творился во вроде бы небольшом помещении, было трудно уловить хоть что-то мимолетным взглядом, поэтому я начала осматриваться почти по каждым углам. Куча бумаг, разбросанных по полу и столу давала понять, что здесь шла борьба или у кого-то был приступ бешенства. На столе напротив все тот же десяток другой открытых шампуней, валявшихся невпопад. Вспомнив разговор в лаборатории, я вспомнила про флуоресцеин. Нужна та лампа, что одолжил док. Если здесь что и есть, то это можно рассмотреть только с ее помощью. Вернувшись на «ресэпшен», я увидела, что ситуация не поменялась: Чонгук и Тэхен все так же пытались допросить Бобби. Вот только я заметила струйку крови у него под носом. Видимо, один из них ему уже вмазал. Нехорошо это. – Чонгук, где ультрафиолетовая лампа, которую одолжил доктор Браун? – обратилась я к напарнику. Он залез в карман куртки, выудив оттуда небольшое прямоугольное устройство, и кинул мне. Проявив ловкость рук, я быстро словила нужную вещь и под стоны заведующего приютом вернулась обратно в веткабинет. Найдя сбоку маленькую черную кнопку включения, я начала исследовать разлитую жидкость. Я присела к полу, решив начать с него. Посветив лампой на поверхность, я заметила, как малюсенькие частицы фруоресцеина начали светиться зеленым неоновым цветом, но они были настолько микроскопические, что нужно иметь хорошее зрение, чтобы четко их увидеть. Флуоресцентный дождь на полу не дал никаких результатов, поэтому я поднялась выше к столу, посветив на его поверхность. Но я вновь увидела лишь россыпь неоновых точек. Затея уже казалась мне смешной и бесполезной, до тех пор, пока я не переключилась на стену. Сначала не было ничего, кроме очередной россыпи неоновых зеленых звезд, но в какой-то момент я заметила что-то похоже на прямую линию. Приглядевшись, я поняла, что это очередная загадочная стрелка, которую я ранее видела на руке Уилла. За ней проявилась вторая. Увеличив яркость лампы на полную мощность, стрелки стали видны более отчетливо. – Чем занимаешься? – я подпрыгнула от испуга, повернувшись в сторону голоса. Тэхен вошел так тихо, что напугал меня. – Да вот, решила притвориться Шерлоком. Пытаюсь найти что-то, сама не знаю что, – ответила я, снова поворачиваясь к стене. – Шерлок пользоваться уф-лампой? Продвинутый парнишка был… – А ты чего оттуда ушел? Не боишься, что толстяк сбежит? – спросила я, не отрываясь от своего занятия. – Вряд ли он сбежит… Чонгук нехило его к полу приложил, тот теперь с места сдвинуться не может. Если честно, Гук какой-то другой. Я его еще никогда таким жестоким не видел… Мне даже немного страшновато… Я вспомнила про таблетки, назначенные доктором. Мне подумалось, что самое время спросить про них у Тэхена. Он же наверняка должен что-то знать про них. – Тэ, он не принимал никаких таблеток в последнее время? – Таблеток? Нет, не помню, чтобы он пил их… А зачем они ему? – То есть ты вообще не был в курсе никаких таблеток? – меня это насторожило. – Нет, он мне ничего не говорил про них. – Странно… Просто недавно мне пришла смс от его лечащего врача, который занимался им, после того, когда он лежал в больнице с травмой головы. Тот сказал, что Чонгук не забирал лекарства, которые он ему прописал для лечения…Попросил меня приехать и забрать их. – Странно, почему он не написал мне, как лучшему другу. Без обид, – он поднял ладони вверх. – Никаких обид. Я и сама удивлена, почему он написал мне, а не тебе… – Думаешь, что-то серьезное? Может стоит поговорить с Чонгуком? – Думаю, лучше сначала съездить ко врачу и все разузнать. – Да, пожалуй, – кивнул Тэхен, а затем посмотрел на стену. – Смотри, что это? – он поднял указательный палец в ее направлении. Я тут же повернулась к белому кафельному покрытию. – Посвети-ка сюда, – парень придвинул мою руку, в которой я держала лампу, ближе к стене. – Эти стрелки какие-то странные… Рядом с ними, кажется, цифры. Приглядевшись, я действительно увидела цифры. Проведя лампой почти до конца поверхности стола, мы увидели, что это была дорожка из стрелок, указывающих в разные стороны. Рядом со стрелкой, показывающей влево была цифра 3; вправо – 2, наверх – 5, вот только разница была в том, что после пятерки шли три маленьких буквы «мин», что скорее всего означало слово «минут». Затем вдоль «стрелочной» дорожки были две стрелки влево с цифрами 2, и одна вправо с цифрой 1. Когда дорожка закончилась, мы с Тэхеном переглянулись, будто мысленно спрашивая друг друга, понял ли хоть один из нас, что это значит. Но ответом была тишина и недоуменные лица. Когда я собралась выключать лампу, Ким резко остановил мою руку. – Стой, стой, стой, смотри! – он подвинул мою кисть чуть ниже. Зоркий орлиный глаз парня разглядел что-то еще. А этим «чем-то» оказались инициалы: Р.А. – Райли Адамс… – сразу поняла я их значение. Тэхен утвердительно кивнул. – Неужели Уилл дал эту подсказку? Но как, черт возьми, ее понять? – Чарли! Тэхен! – вдруг ворвался в кабинет Чонгук. Мы синхронном повернулись в его сторону. – Черт! Этот идиот сдох! – Бобби?! Как это произошло?! – тут же всполошилась я, не веря своим ушам. – Я не знаю, я все пытался выжать из него хоть что-нибудь, он все говорил, что мол ничего не скажет, якобы ему нельзя ни в коем случае, но как только он почти проговорился, он вдруг начал весь трястись, будто у него шарики за ролики заехали… глаза закатились, тело как будто в судорогах билось, всего скрючило…и он отключился. Я подумал, он прикалывается, потыкал его – не реагирует. Попробовал пульс – нулевой… – Блять, он и его убил! – схватился за голову Тэхен. – Вызывай группу, чтобы забрали тело… – тихо проговорила я, прикладывая руку ко лбу. – Едем в офис, – я взяла с противоположного стола чистый лист бумаги, ручку и быстро срисовала то, что мы увидели под светом лампы. – Нам здесь больше нечего делать…