Необыкновенная история обыкновенного попаданца

Субботнее утро Лира провела в кондитерской, помогая Бон-бон с конфетами. Подруга поставила единорожку за кран дозатора. Раз в полминуты к Лире по маленькому конвейеру выезжал из соседней комнаты противень с формами. Когда противень останавливался, Лира дёргала за рычаг дозатора, и на противень выливался литр расплавленного шоколада. Далее противни отправлялись на склад, где их принимала Бон-бон и ставила на холод. Сегодня они готовили любимые конфеты Рэрити, поэтому в каждой конфетной формочке лежал лесной орешек, а в воздухе стоял умопомрачительный аромат ванильного шоколада. Харстрингс была по натуре сладкоежкой и не могла долго работать над дозатором, без того, чтобы сунуть под него лицо. Поэтому Бон-бон каждые пару минут заглядывала к ней, в ожидании увидеть измазанную в шоколаде мордашку. Но её ожидания не оправдались: щёки подруги были нежно-зелёными, а сама она, казалось, была где-то очень далеко. - Лира! - Девушка потрясла её за плечи. - Вернись ко мне! - А?.. - Единорожка моргнула, её взгляд приобрёл осмысленность. - Прости, Бонни, ты что-то сказала? - Это последний противень, я двадцать заряжала. Давай почаёвничаем, сегодня утром всё равно покупателей не будет. Я тебе пироженок приготовила, а? - Э?.. Да, хорошая идея. Вдвоём закончив с последним противнем, девушки вышли в зал кондитерской. Лира села за один из крохотный столиков у окна, а Бонбон направилась за прилавок, где в незаметной для посетителей нише тихо несла свою службу крохотная плитка с чайником и кофейником на ней. Плитка использовалась, когда посетитель хотел съесть накупленные вкусности в одиночку, но забывал дома свой термос с чаем, кофе или соком. Но чаще ей пользовались сами девушки, когда по вечерам закрывали кондитерскую и оставались наедине с килограммами вкусностей. Сделав себе и подруге по чашечке чая, Бонбон нагрузилась посудой и отработанным шагом официантки направилась к столики Лиры. Некоторое время они молча уплетали продукты творчества Бонбон. - Ты сама не своя в последнее время. - Начала допрос Бон-бон после двух или трёх пирожных. - Это всё из-за того жеребёнка? - Причём тут он? - Вздрогнула Лира. - Я не слепая, Лира! Неделю назад мы с ним встретились, и вот уже целую неделю ты ходишь как будто не от сюда! Мне он сразу показался подозрительным, не надо было с ним говорить... - Это моё личное дело, Бон! - Воскликнула девушка. - Не нужно указывать мне, кто хороший, кто плохой! - Я за тебя волнуюсь, глупая. - Укоризненно ответила Бон-бон - Лира, ну пожалуйста. Забудь уже о нём и той глупой встрече, у нас есть своя жизнь! "Селестия, она опять?!.." - Взвыла про себя единорожка. Их ссоры с Бонбон всегда проходили по одному сценарию: разговор-суть конфликта-разговор-ссора-обида-разговор-примирение. И всегда Лире отводилась роль маленького и несмышлёного жеребёнка, в то время как её подруга становилась взрослой, умудрённой опытом и терпеливой старшей сестры. Так они ссорились между собой с тех пор, как познакомились в детском саду. Но в данный момент Лире совершенно не было дела до привычной дружеской ссоры на день. Она просто не могла об этом думать. - Бонни, у меня есть своя жизнь! Тебе незачем меня опекать! - Лира вскочила и выбежала из кондитерской. Бон-бон была права, единорожка действительно всю неделю думала только о жеребёнке и о том странном предложении. Лира ни как не могла решиться, особенно после последних слов жеребёнка. Но и отказать она не могла. "Дискорд, если бы не тот сон..." - Размышляла взвинченная девушка, бредя по дорожке. - "И почему он приснился мне? И как он узнал о нём? Может это судьба, мой шанс на лучшую жизнь? Но," - Тут Лиру передёрнуло. - "Убийство... Комара прихлопнуть - уже противно, а пони... Селестия мне не простит." Девушка остановилась и посмотрела в небо. Заботливо грело утреннее солнышко, чирикали птички, заботливо обучая своих птенцов летать. Какая-то пегаска - она была слишком высоко, чтобы Лира могла её разглядеть - заботливо обминала облачко, придавая ему правильную облачную форму. "И все заботятся, все опекают... Никто не хочет ничего делать сам!" - Накручивала себя единорожка. - "А захочешь принять решение сама - тут же налетают, как пчёлы на сироп! Надоело!" - Всё! - Воскликнула она сама себе. - Хватит! Я сама могу решать, как мне поступать! Девушка со злостью пнула лежащий на дороге камушек, и тот, отскочив от стены дома, улетел в кусты. "Будь что будет!" - Решила про себя Лира. - "Я уже не маленькая, Бон-бон мне не указ. Нужно найти этого жеребёнка."

***

- Что вы делаете в моей постели?! - Испуганно-возмущённый крик вырвал Дена из сна. Судя по полоске сизо-розового света, выглядывавшей из-под штор, на дворе было раннее утро. Самое раннее утро, когда солнце только-только начало подниматься над горизонтом, а луна ещё не задумывалась исчезать. Рядом с ним лежала мэр Понивилля, натянув на себя одеяло. Выражение её лица не предвещала ничего хорошего. "Так, если я сейчас хоть в чём-то ошибусь - мне хана." - Подумал про себя Ден. - "Порядочная женщина внезапно просыпается после дикой тусовки, голая, в постели с молодым незнакомцем. А ведь что говорить я не продумал! Вот шляпа! Хотя где там было думать - пьяная в лоскуты женщина, вся - в моём пользовании... Ладно, мой плюс - её похмелье. Нужно жать на нём. И понахальнее, чтобы не подумала что играю, давай, друже, не подкачай!" Сколько бы Дену не говорили его малочисленные интернет-друзья, что разговоры с самим собой - первый шаг к шизофрении, Ден продолжал активно использовать этот приём. Это помогало ему расслабиться и несколько заменяла ему общение со сверстниками. Но это было там, в другой реальности, где он уже был никем. А в этой он пока что никто, но очень скоро станет кем-то. - Утречко, мэр! - Начал Ден как можно более развязно. - Чумовая ночка выдалась, да? Парень нагло приобнял женщину и схватил её за грудь. Мэр покраснела и дёрнулась. - Ка-какая ещё ночка? Мы с... вами что... чем-то занимались? Ден наигранно удивился. "Значит она ничего не помнит. Тем лучше, сейчас мозги ей промоем!" - Ухмыльнулся он про себя. - А ты не помнишь? - Обиженным тоном сказал он женщине. - Сама же вчера себя объявила моей кобылкой, а теперь не помнишь? - В-вашей КЕМ? - От изумления мэр даже не заметила, что жеребёнок положил ей на грудь и вторую руку. От интереса она прижалась к нему вместе с одеялом. - Так, расскажите мне всё, что произошло! На эту просьбу и надеялся Ден, ведь врать куда проще когда не перебивают. И он рассказал ей всё. Про то, как они вместе танцевали, как она выпила ведро крепкого сидра на спор. Затем - про то, как они кокетничали в укромном уголке, подальше от остальных; как потом отошла попрощаться с Рэрити. Потом - про то, как они искали её дом в темноте, как он, Ден, помогал ей раздеться и наконец - про то, как она сама потом предложила ему себя. - ...И ведь я до сих пор твоего имени не знаю. - Закончил свой рассказ Ден. - Когда я спрашивал, ты отвечала "я - мэр", "я - мэр"... Тебя и вправду зовут Мэр? - Меня зовут Мэйр. - Женщина подтянула ноги и потрясённо глядела в стену. "Кажись, поверила." - Ден был вне себя от радости. Шутка ли, мэр всего Понивилля - его кобылка! Что значит это выражение, парень не до конца понимал, но общий смысл был ему ясен. - "Что же они тут все такие доверчивые? А-ах да, у них же в защите могучие принцессы-волшебницы. Тогда всё ясно, расклеились за сотню лет благоденствия. Ну, мне, в принципе, грех жаловаться." Он сжал в руках грудь женщины и, подтянувшись к ей лицу, поцеловал. По женщине словно пропустили электрический ток; она изумлённо заморгала, но не отстранилась и не отбросила парня. - Вот уж не знаю, куда у вас тут жеребцы смотрят. - Прошептал Ден в губы красной как рак Мейр. - Там, откуда я родом, такую м-м-м... - Парень пустил в ход все свои теоретические знания и провёл языком по шее женщины. Мейр испустила томный вздох. - ... Кобылку из койки бы не выпускали. - Я... вы.. ох-х... - Прикосновения жеребёнка пробудили в Мэйр воспоминания о том, чего она не испытывала очень-очень долго. Что-то, казалось, что раньше было для неё очень-очень важным, а потом исчезло... или она о нём забыла. Мейр вдруг поняла, что вспотела. А Ден тем временем продолжал исследовать языком нежно-кремовую кожу мэра. Он спустился на грудь, лизнул набухший тёмно-коричневый сосок. Правая рука словно бы сама подлезла под спину кобылки и схватила вторую грудь, а левую Ден сунул Мейр между ног. Нежно погладив женщину низу живота, его пальцы натолкнулись на уже влажную промежность. Но лишь только парень хотел запустить внутрь женщины пальцы, Мейр вдруг резко дёрнулась и, сбросив руку Дена, закрыла промежность хвостом. - С-стой! Ты не можешь... - Ден посмотрел женщине прямо в глаза. Серый, прохладный взгляд встретился карим, ошарашенно-взволнованным. Ден напрягся. Настал момент "X", точка невозврата, когда нельзя проявлять ни малейшей слабости. В голове парня вдруг возникла странная аналогия с укрощением диких лошадей. "Хотя чем-то похоже." - Отметил он задним умом. - "Тут тоже, если слажаю - больше не получится, сколько не пытайся. Да и в мультике она была лошадью... Вот только тут не мультик, перемотать не получится." - Ты не можешь мне отказать. - Спокойно, ровным голосом отчеканил Ден, вкладывая в каждое слово столько энергии, что они, казалось, оставляли светящийся след в воздухе. - Ты - моя. Женщина смотрела ему в глаза ещё минуту. Но эта минута показалась парню целым часом. Вложив все душевные силы в одну повелительную фразу, он что называется, "доезжал на соплях". Секунды мучительно медленно отсчитывались в его мозгу, пока наконец женщина не покраснела... и не опустила глаза. Ден понял, что победил. - Иди сюда. - Он сбросил с Мейр одеяло. Женщина предстала перед ним в том виде, в котором большинство мужчин предпочитают видеть большинство женщин. Она отвела взгляд и закрыла грудь руками - скорее из остатков скромности, чем из желания отказать. Ден ухмыльнулся и прижался в Мейр. - Не волнуйся. - Прошептал он ей. - Волнение тебе не идёт. Вслед за этими словами парень впился губами в шею женщины. Из неё вырвался тихий стон, её руки, ещё секунду назад не подпускавшие парня к груди, вдруг сами собой обхватили его спину и сцепились в крепкий замок. - Кто-то включил плохую девочку, мм? - Ден чмокнул её в губы и провёл ладонью по боку женщины. - Знаешь, что делают с плохими девочками? Шлёпают. - Он сильно хлопнул ладонью по бедру женщины, на котором было изображён свиток, перевязанный синей лентой. В ответ Мейр захихикала, приподняла бедро и откинула хвост, призывая Дена погладить её и изнутри. Теперь она уже избавилась от остатков гордости, скромности и утреннего возмущения, и просто наслаждалась обществом Дена. Каждый вздох, каждое прикосновение жеребёнка к ней электрической молнией пронзало всё её тело, заставляя желать ещё и ещё. Она больше не лежала под парнем деревянной куклой, напротив, всячески заигрывала с ним. В силу её скудного опыта, ласки по большей часть выражались в поцелуях и игривых поглаживаниях, но неискушённому Дену этого было достаточно. Хотя было ещё раннее утро, парню не терпелось поскорее вернуться в бункер и как следует покопаться в его содержимом. Поэтому он решительно поднялся и вырвался из захвата женщины. Мейр удивлённо посмотрела а него. В ответ Ден приподнялся на колени и приблизился к лицу женщины. Женщина опустила глаза и восхищённо вздохнула; в нескольких сантиметрах от её лица слегка подрагивал в воздухе член парня. Он не был очень толстым и не поражал Мейр своей длиной, но он был твёрд и жилист, и от него исходил умопомрачительный запах, который вмиг вскружил ей голову. Женщина вдруг почувствовала нестерпимое желание попробовать его, лизнуть, воскресить в памяти вкус настоящего жеребца, а после - всосать в себя целиком и не отпускать, пока он не не выпустит в неё всё, что у него есть. Но Ден сам торопился овладеть Мейр до завтрака, поэтому он отстранился от лица женщины, решительными движениями рук раздвинул ноги Мейр и лёг на неё. Небольшого толчка хватило, парень ощутил, как дёрнулась женщина, и как его член погрузился в её горячую плоть. Ден зарылся лицом в грудь Мейр и начал двигаться. Сначала тело женщины отторгало его, и приходилось прилагать усилия, чтобы пробиться даже на миллиметр. Но постепенно Дену становилось легче, тело Мейр привыкло к нему и всё охотнее впускало его в себя. - А-ах! - Воскликнула женщина. - Ох да! Это замечательно, ещё! Ещё! "Да-а, местный мэр - та ещё штучка." - Подумал парень и, схватив женщину за волосы, прижал её губы к своим. До сих пор ничем подобным ни с кем он не занимался, не было ни времени, ни желания, ни желающих. Поэтому, проводя языком по нёбу Мейр и ощущая, как её стоны отдаются в его передних зубах, Ден не переставал поражаться, как это у него всё выходит. В самом деле, он грубо трахал Мейр вот уже почти пятнадцать минут, и до сих пор не выдохся и не спустил, а при этот он успевал и ласкать Мейр языком и в довесок обдумывать план на сегодняшний день. Задавшись этим вопросом, Ден в конечном счёте пришёл к выводу, что во всём этом виноват этот волшебный мир и, возможно, генетическая "мужская" программа, которая большую часть его жизни тихо-мирно спала в укромном уголке его мозга, и пробудилась только сейчас. "Во всяком случае," - Решил Ден про себя. - "Остановить это я не могу, да и не хочу. Эта Мейр оказалась значительно сочнее, чем представлялась сначала. Да и знакомство с властью мне не помешает, тем более такое. Так что хватит пока рассуждений, тут есть кое-что получше!" Он снова зарылся носом в грудь женщины, схватился за неё поудобнее, и так припустил, что доселе тихие, размеренные шлепки их бёдер превратились в оглушительную канонаду. Мейр отреагировала на ускорение серией мелких стонов, но Ден уже не обращал на её верхнюю часть никакого внимания. В этот момент Ден открыл для себя ещё одно, на этот раз немного печальное своё свойство: в отличие от Мейр, которая от удовольствия уже мало что соображала, он опять же оставался с здравом, холодном уме, а все его чувства опять отражались яркими надписями у него в голове. Сейчас парню точно было "хорошо", он "испытывал наслаждение" и "немного запыхался". Все эти ощущения доходили до него какими-то серыми, статичными, и хотя он готов был поклясться, что он ощущал каждое из них в отдельности, общий смысл картины чувств от Дена ускользал. Пока парень занимался грубым перфорированием мэра Понивилля, параллельно с самокопанием, пошла уже двадцать шестая минута беспрерывного секса, и Ден понял, что уже готов закончить. Он не стал ни предупреждать Мейр, - пусть знает, что он тут главный - ни даже пытаться обезопасить её от возможных последствий. Ден поступил проще всего: просто спустил на одном из рывков внутрь женщины несколько мощных струй, после чего вытащил свой член из неё и рухнул рядышком на кровать. Мейр пришла в себя лишь спустя пару минут. - О-ох, дорогой... - С трудом ворочала языком уставшая женщина. - Это было просто замечательно... - Ещё бы, с такой-то девочкой. - Ден ласково погладил женщину по голове. Со стороны это смотрелось невероятно глупо, но сейчас уставшему и довольному парню было бы наплевать даже на саму Селестию, появись она перед ними. Мейр довольно заурчала: - Я надеюсь, это был не последний раз?.. Ден через силу скосил глаза на женщину. Мейр смотрела на него прямым, выпрашивающим взглядом, которым в его мире обычно дети уламывали родителей на покупку игрушки или конфеты. "Вот же мне повезло с ней!" - Сказал сам себе Ден, а вслух ответил: - Разумеется нет. Неужели ты подумала, что я оставлю такую кобылку в одиночестве? В глазах Мейр засверкали звёзды. - А теперь, - Ден снова потрепал её по голове и указал на свой наполовину опавший член - Поработай на нём ротиком. И будь хорошей девочкой, смотри мне в глаза, когда будешь глотать, ясно? - Мнх-м-м... Мейр облизнулась и перебралась к Дену в ноги...

***

Светло-зелёная единорожка быстрым шагом прочесала городские улицы, несколько раз обошла центральный сквер и наконец вышла на дорожку, ведущую к реке. Перейдя через мостик, Лира пошла вдоль берега реки. Странного жеребёнка не было видно. "Ну давай же! Ну!" - Мысленно подгоняла она парня. После того, что она устроила в кондитерской, просто так вернуться к Бонбон она не могла. Но и идти, кроме неё и жеребёнка ей было некуда, поэтому девушка отчаянно высматривала среди зелени знакомую тёмно-синюю фигурку. Но жеребёнка нигде не было видно. Солнце вышло в зенит. Лира устало вздохнула и, ссутулившись, побрела обратно к мостику. В её голове уже рисовалась картина предстоящего разговора с Бонбон. Вот Лира подходит к магазинчику. Заходит. Звякает колокольчик. Девушка-кондитер молча поднимает глаза. Лира, уперев взгляд в пол, виновато переминается в дверях. Подруга смотрит на неё минуту, и Лире эта минута кажется вечностью. Затем Бонбон состраивает усталое лицо и долго-долго вздыхает. Лира быстро проходит вглубь зала и садится за столик. Бонбон с каменным лицом достаёт из фартука блокнот и направляется к её столику. Мягко шлёпают то гладкому спортивные туфли на резиновой подошве - другую обувь на работу Бонни не надевает, жалуясь на то, что "пробегать целый день на каблуках - всё равно что ноги в тазик с пиявками сунуть". Лира всегда ей верила, но не могла представить себе полный тазик пиявок. "Сколько же их нужно поймать, ведь они такие крошечные..." - Иногда задумывалась Лира. Застрявший в щели между досок камушек коварно подставил девушке свой скошенный уголок. Оступившись, единорожка машинально схватилась за поручень и быстро присела. Образ Бонбон и кондитерской исчез, и Лира вдруг поняла, что она сидит на корточках у края мостика, под ней весело плещется мелкая речка, название которой понивилльцы собираются придумать каждую весну, но до сих пор не договорились, а над ухом звенит заблудший комарик. Девушка подняла руку и резко сжала кулак над левым ухом; жужжание прекратилось. Лира встала, отряхнула платьице и выбросила раздавленного комара в речку. Гибель насекомого не вызвала у девушки никакого сострадания; к чему беспокоиться о нём, если через десять минут тебя испепелит взглядом лучшая подруга. - Добрый день, мисс Хартстрингс! Знакомый тихий голос заставил единорожку ойкнуть и подпрыгнуть от неожиданности. Рядом с ней стоял тот самый жеребёнок в тёмно-синей кофте с капюшоном и с сумкой на плече. - А?! - Только и смогла выдавить в ответ Лира. В ней разом закипели и радость, и обида, и смущение из-за того, что она испугалась жеребёнка, и все эти чувства пихали, толкали и кусали друг друга, отчего девушка просто стояла и пялилась на жеребёнка, не в силах вымолвить ни слова. Жеребёнок тоже смотрел на неё, не понимая, почему она молчит. - Э-эм, мисс Хартстрингс? Что-то не так? - Н-нет. Ничего. - Лира глупо хихикнула. И тут же посерьёзнела: - Насчёт твоего предложения. Я согласна. Ден не поверил своим ушам. - Согласны? Согласны работать со мной? - Ну... да. - Лира смутилась. От пристального взгляда жеребёнка ей становилось не по себе. А вот Ден наоборот чуть ли не заискрился от радости. - Замечательно! Это очень хорошо! - Парень от возбуждения заходил вокруг неё кругами. - Так, надо составить договор. Да-да-да, точно, до-го-вор! И организовать цех... Нет, на первое время цех есть, сначала офис. И вот как это мы сделаем... Слова парня, его тихая, но быстрая речь наполнили Лиру какой-то особенной, обжигающей энергией. Ей начало казаться, что сейчас, именно на этом мосточке, происходит что-то такое, что перевернёт жизнь всего Понивилля, а может быть, и целой Эквестрии. "Ох мамочки-мамочки, почему я-то волнуюсь?!" - Пожурила себя девушка, а Ден, до сих пор бормочущий что-то себе под нос, вдруг остановился и повернулся к девушке. - Мисс Харстрингс! - Девушка вздрогнула и посмотрела в его искрящиеся холодные глаза. - Сейчас мы, к сожалению, не можем подписать договор, ведь нашей компании ещё не существует, но мне нужна Ваша помощь! Вы можете прогуляться со мной до Твайлайт Спаркл? - До Принцессы? - Переспросила Лира. - Зачем? Глаза жеребёнка вспыхнули ещё ярче. Он взял её за руку. - За топливом для нашей Машины Прогресса! Вперёд, мисс Харстрингс, вместе мы покорим целый свет!