Изая в Вонголе

Тсунаёши очень нервничал. Очень. А всё из-за того, что он сегодня будет гулять наедине с Киоко-чан! Ах, эти розовые мечты о нежных взглядах, касаний тёплых рук и — о, глупый наивный мальчишка! — возможном первом поцелуе… Орихара лишь фыркал, глядя на размечтавшегося Саваду, и закатывал глаза: он не понимал, как шатен при его гипер-интуиции не чует жесткого наё… Кхм, подвоха. Да чтоб Реборн — и устроил своему ученику свидание с девушкой, в которую тот втрескался… — Не. Ве. Рю, — промурлыкал Изая с ухмылкой от уха до уха. Но факт оставался фактом: Савада Тсунаёши витал в своих мечтах и смотреть на жизнь трезво явно не собирался. И, если честно, Орихара долго думал, как будет лучше — позволить Саваде самому разочароваться в жизни в целом и Реборне в частности, или же взять на себя миссию по возвращению «молодого господина» с небес на землю. После мучительной борьбы с самим собой мужчина решил остановился на втором варианте — жалость и уважение к Саваде перевесили желание понаблюдать за тем спектаклем, который точно готовит Реборн. — Тсунаёши-кун, — трясёт подростка за плечо, — Тсунаёши-кун! — А? — вздрогнул тот и сосредоточился на брюнете. — Что-то случилось, Орихара-сан? — Глупость твоя — вот, что случилось! В карамельных глазах отобразилась вся степень офигивания и можно без труда прочесть два вопроса: «Что уже случилось за пару минут, которые я мечтал?» и «Я же ещё ничего не сделал!» — Тсунаёши-кун, вот скажи мне честно: ты веришь, что Реборн может устроить тебе свидание с Сасагавой? — Да скорее он мне устроит очередную «тренировку в стиле Вонгола»! — фыркнул парень и, замерев на пару секунд, сник. — Вот бли-и-ин… А я-то уже… — расстроенно. — Спасибо, что раскрыли мне глаза сразу, Орихара-сан. Вы настоящий друг… — Да не за что, Тсунаёши-кун, — пожал плечами. — Но знаешь, я удивлён, насколько легко ты повёлся… Ты настолько сильно хочешь верить, что все люди хорошие и могут измениться в лучшую сторону? — внимательно смотрит. «Или настолько влюблён в Сасагаву?» — добавил мысленно. — Не знаю, Орихара-сан, не знаю… Но я действительно верю, что в каждом из нас, в глубине души, есть что-то хорошее, которое способно победить нашу тьму и изменить нас… — О, — поднял брови Изая, — как мило. Я даже не знаю, что и сказать… — А говорить ничего и не надо, — покачал головой Тсуна. — Надо думать о том, что делать с моим «свиданием»… — А что тут думать, Тсунаёши-кун! — в сердцах воскликнул мужчина и тут же расплылся в весёлом оскале. — Давай насладимся им и проучим Ре-чана, м? — Ну, не то, чтобы мне не хотелось… Но Киоко-чан… — Забудь о ней! Уж с этой девчонкой точно ничего не случится! — Думаете? — в глазах — море надежды. — Уверен, — и почти неслышно добавил, — ну что может статься с этой тупой девкой? Честно, никого глупее в жизни не встречал! — Вы что-то сказали, Орихара-сан? — отвлёк брюнета парень, уже выбирающий подходящую для «свидания» одежду. — Нет-нет, Тсунаёши-кун, тебе послышалось! — мило улыбнулся Изая. — Давай, лучше помогу тебе подготовиться, всё-таки я — твой горничный! Через час приготовлений Савада был полностью готов: одет, причёсан и наставлен на «путь истинный» заботливым Орихарой. Информатор придумал кучу линий развития «свидания» и желал по полной насладиться зрелищем, поэтому подготовил Десятого практически к любой возможной выходке репетитора. И вот настал «момент Х»: Тсунаёши встретился с Сасагавой в парке у фонтана, как и велел Реборн. — Прекрасно выглядишь, Киоко-чан! — улыбнулся девушке парень. — Спасибо, Тсуна-кун! — покраснела та. — Ты тоже великолепен! Молочного цвета костюм с шоколадным галстуком и кремовой рубашкой, уложенные информатором в «художественный беспорядок» волосы, дорогие красивые часы — опять же Орихара одолжил — и спокойный уверенный взгляд карих глаз вместе с беспечной улыбкой создавали просто невероятный образ! Ничего удивительного, что девушка не смогла остаться равнодушной. — Куда пойдём? — слегка наклонил голову шатен, наблюдая за своей спутницей. — Д-давай в кино? — пролепетала рыженькая. — Как скажет моя леди, — галантно поклонился, после чего предложил ей взять его под колоть. Сасагава тут же прилипла к Саваде. — Так необычно тихо, правда, Тсуна-кун? — нарушила молчание девушка. — И точно, Киоко-чан! — снова улыбнулся ей одноклассник. — Как думаешь, чем все сейчас заняты? — Ну, — задумалась Киоко, — брат сейчас на тренировке, Ямамото-кун, скорее всего, тоже, Хибари-сан наверняка следит за дисциплиной, Гокудера-кун, наверное, что-то мастерит, чтобы поразить тебя, Ламбо с И-пин и Фуутой на прогулке с Наной-сан, Хару-чан и Хром-чан хотели сходить в кондитерскую… — Вот как, — неопределённо кивнул Тсунаёши, — ну, я тоже так думаю… Купить билеты на сеанс и занять нужные места не составило для парочки подростков особого труда. И вот начался фильм!.. Через несколько минут Тсуну начала одолевать дремота — Киоко выбрала какую-то безвкусную и совершенно пресную женскую мелодраму. От приближающегося сна его «спас» шум со следующего ряда: — Руки убрал, бейсбольный придурок! — ругнулся кто-то громким шёпотом, заставив шатена подпрыгнуть на своём кресле. — Что-то случилось, Тсуна-кун? — тут же на ухо прошептала ему с соседнего места его спутница. — Ничего, Киоко-чан, — он коснулся её руки кончиками пальцев, тут же убрав их. — Не смей мешать им, травяная башка! — это злобное шипение девушка явно не услышала, повернувшись к экрану. «Ага, на тренировках да дома они, как же!..» — мрачно подумал Десятый, судорожно ища выход из сложившейся ситуации. — Киоко-чан, я на минутку отойду! — сказал девушке и пошёл к выходу. — Извините, — возле начала ряда окликнули его, — не скажите, какой это ряд? — А Вам какой нужен? — спросил парня, схожего с ним по комплекции, Тсуна. — Двенадцатый, десятое место… Мозг судорожно заработал: Тсуна и Киоко занимают в одиннадцатом ряду места десять и одиннадцать соответственно, на двенадцатом — как минимум Гокудера, Ямамото и Сасагава-старший…  — Этот, — любезно показывает на только что покинутый им одиннадцатый. — Спасибо! — горячо поблагодарил незнакомец. — Да не за что, — подавил улыбку шатен и добавил тише, — надеюсь, ты выживешь, а то меня совесть замучает… «…Ламбо-сан хочет шоколадного попкорна!..» утонуло в шуме кинозала и так и не достигло слуха Десятого. В коридоре было светло и тихо. Савада потянулся. — Что-то случилось, хозяин? — словно из ниоткуда появился кареглазый информатор. — О, кроме того, что позади нас сидели Гокудера-кун, Ямамото и старший брат, а я сбежал, отправив на своё место какого-то левого парня, случилось только то, что Киоко-чан совершенно не умеет выбирать фильмы! — Тогда как насчёт того, чтобы сходить на иностранный боевик с элементами юмора? Довольно интересный — я как-то урывками видел. И идёт в соседнем зале, где довольно мало народу… — Вы же составите мне компанию, Орихара-сан? — озорно сверкнул глазами парень. — Если так желает мой хозяин! — в шутку поклонился брюнет. — Третий — лишний, или как? — знакомый голос раздался за спиной информатора. — Мукуро-кун! — одновременно поприветствовали иллюзиониста. — Какими судьбами? — насмешливо фыркнул мужчина. — О, просто меня весьма настойчиво пригласил один самовлюблённый аркобалено… — «расстроенно» вздохнул Туман. — Втроём веселее, а если будем стоять тут — то пропустим фильм! — поторопил брюнетов Савада, и кампания направилась в нужный зал.

***

— Тсуна-кун! — окликнула у стоящего у выхода парня Сасагава. — О, Киоко-чан! Прости-прости, я заблудился! — не моргнув глазом и мило улыбаясь, соврал тот. Орихара и Рокудо оставили его, как только закончился фильм, чтобы не привлекать лишнее внимание некоторых личностей. — Ничего! — так же мило улыбнулась рыженькая. — Пойдём в кафе? — предложил парень, краем глаза замечая прятавшихся за углом Хранителей. — Да, конечно! Уже сидя за столиком напротив своей «любви всей жизни» Савада изо всех сил сдерживал рвущееся наружу раздражение — за соседним столиком в каких-то ужасных тряпках — видимо, для маскировки — за ними внимательно наблюдали уже знакомые трое подростков. — Киоко-чан, я схожу, потороплю официанта, — смылся шатен, учуяв жажду убийства от брата «возлюбленной». И вовремя — на сцене, раньше занавешенной кулисами, началась какая-то жуткая постановка. Тсунаёши даже со стопроцентной вероятностью может назвать её автора — один ма-а-аленький, но сильный, хитрый и эгоистичный итальянец прямо наяву улыбался перед Тсуной. — О, как же я должен поступить? — донеслось со сцены. — Ведь мне так страшно! Но и бросить своих друзей я не могу! Какой же сделать выбор? — Неправда, я так не делаю! — даже обиделся Савада и, увидев доставшего динамит Гокудеру, вздохнул. — Как там было в фильме? «Мне всё ясно, я пошёл!..» Пойду-ка я отсюда… Удивительное дело, но, бросая Киоко-чан наедине со своими безбашенными Хранителями, шатен абсолютно не чувствовал каких-либо угрызений совести. А уж когда он едва не столкнулся на выходе с Хибари Кёей, то и вовсе ускорил шаг. — Ну что, язвы, готовы идти развлекаться дальше? — увидел мирно беседующих неподалёку Мукуро и Изаю. — О, Тсунаёши-кун предпочёл общество прекрасной леди нашему? — хохотнул Рокудо. — Ты мне тут поязви ещё! — надулся Десятый. — Идёмте-идёмте! — слегка приобнял парней мужчина, ненавязчиво уводя их от кафе. — Как насчёт парка аттракционов? — сделал умоляющее выражение лица Тсуна. Ему уже было всё равно и на всполыхнувшее за спиной Пламя Облака, и на взрывы, и на короткий взвизг Киоко, и даже на пролетевшего в небе Сасагаву-старшего. У него заслуженный выходной, и он имеет право провести его как и с кем хочет! — Как пожелает наш хозяин! — расплылись в одинаковых полуулыбках-полуухмылках брюнеты, следуя теперь за будущим Боссом Вонголы.