Изая в Вонголе

Орихара проснулся от строгой команды «Подъём» и увидел перед собой знакомого малыша. — А, Ре-чан, доброе утро! — потянулся мужчина. — Ага, — кивнул киллер. — А теперь… Вставай! — неизвестно откуда взявшийся молот не без помощи Аркобалено врезался в безмятежно спящего до сего момента Тсуну. — У тебя утренняя пробежка! Мальчишка болезненно застонал. — Чёртов Реборн, — пробурчал, когда названная личность скрылась из поля зрения, не замечая Изаю. — Как же он любит надо мной издеваться! — С добрым утром? — произнёс брюнет, привлекая к себе внимание. — Хи-и-и, Орихара-сан! Я вас не заметил… — промямлил шатен. — Это я уже понял, — снисходительно улыбнулся мужчина. — Но думаю, тебе лучше одеваться. — Да, вы правы, — вздох. — Орихара, ты бегаешь вместе с ним, — из ниоткуда вновь появился мафиози. — Это входит в твои обязанности горничного, — добавил, заметив вопросительный взгляд Изаи, грозивший перейти в прямое неповиновение, чего нельзя было позволять ни в коем случае. Не Орихаре. Не при Тсуне. Мужчина медленно кивнул и, вспомнив что-то, спросил: — В платье? — Да, — коротко и ясно. Брюнет лишь пожал плечами, доставая уже привычное платье горничной. Довольный Реборн удалился. — Почему… — хотел было спросить Савада, но сразу же передумал под резким взглядом красноглазого. — Всё потом. Парень кивает и быстро одевается. Уверенно направляется к выходу, жестом показав брюнету следовать за собой. Изая пришёл в восторг от такой неосознанной дерзости. — Ты что-то хотел? — спросил Орихара мальчишку, когда они удалились на приличное расстояние от дома и он не чувствовал слежку. — Почему вы слушаетесь Реборна? — Потому что пока ты не можешь сам распоряжаться собой и вынужден слушаться Реборна, я — ради собственного блага — не могу в открытую противостоять ему. Пока что Реборн имеет большее влияние и уважение в мире мафии, чем ты. Тимотео очень ему доверяет, раз отправил тренировать тебя. Если я буду на ножах с ним, Вонгола может отказать мне в защите, что для меня весьма невыгодно. — Ясно, — кивает мальчишка. — А не в открытую можете противостоять? — А что я сейчас делаю? — усмехается. — Я смущаю ум юного Десятого всякими бунтарскими идеями. Разве это уже не противостояние? Шатен смеётся. Всё-таки мужчина оказался весьма интересным человеком. — Кстати, я хотел спросить тебя насчёт хранителей, — прерывает его брюнет. — Остался всего один, с которым вы ещё не знакомы… — ЭКСТИМАЛЬНО ДОБРОЕ УТРО, САВАДА! — оглушил разговаривающих невероятный крик. «Шизу-чан? — испуганно дёрнулся Орихара. — Откуда он здесь? Стоп! Прозвучало „Савада!“, а не „Иза-а-а-я-а-а-а-ку-у-у-ун!“ Значит, не Шизу-чан? Тут тоже есть кто-то настолько громкий?» — пронеслось в информаторской голове. — Старший брат… — обречённо вздохнул Тсуна. Тут в их поле зрения попадает мчащийся короткостриженый блондин. По его оглушительному «САВАДА! ВО ИМЯ ЭКСТРИМА!» и не шибко сверкающей интеллектом физиономии Изая моментально сделал вывод, что с умом-разумом парень не особо дружит. Как говорят в народе: «Меня всё время преследуют умные мысли… Но я быстрее!» — С-старший б-брат! — махает рукой шатен. — Доброе утро! — САВАДА! ТЫ УСТРАВАЕШЬ УТРЕННИЕ ПРОБЕЖКИ? Я БУДУ БЕГАТЬ ВМЕСТЕ С ТОБОЙ ВО ИМЯ ЭКСТРИМА! — Да-да, спасибо… — подопечный-хозяин как-то резко сдулся. — САВАДА, ТЫ ЗНАЕШЬ ЭТОГО ОКАМУ? — показывает пальцем в информатора. «Окама*?» — пронеслось одновременно в брюнетистой и шатенистой головах. — Нет-нет, я не окама, я горничный Тсунаёши-куна… — махает руками. Честно говоря, он не думал, что ему поверят. Скорее уж упрутся рогами и будут стоять на своём… — А-А-А, ТАК ЭТО ВСЁ МЕНЯЕТ! ВО ИМЯ ЭКСТРИМА! «Неужели сработало? — впал в каплю мужчина. — И вообще, причём тут экстрим?» — Старший брат, можно не так громко? — поморщился будущий Десятый. — ДА БЕЗ ПРОБЛЕМ, САВАДА! «Это бесполезно…» — Кстати, вы ж незнакомы ещё! — осенило парня. — Это Сасагава Риохей, последний мой хранитель. А это Орихара Изая — информатор из Токио и временно мой горничный. — Приятно познакомиться, — кивнул красноглазый. — ЭКСТРИМАЛЬНО РАД! А ТЫ НЕ БУДЕШЬ МЕНЯ ДОМАГАТЬСЯ, КАК ТОТ ПЕТУХ? — Арэ? Домогаться? Петух? — не понял мужчина. — Не обращайте внимания, Орихара-сан, это он об одном нашем общем знакомом, — махнул рукой. — Не будет, старший брат, не переживай, — улыбается товарищу. — Риохеё-кун, ты выглядишь очень спортивным. Чем-то увлекаешься? — спросил Изая, краем глаза отмечая, как бледнеет Тсуна. «Ну всё, теперь ближайшие пару часов мы будем слушать об успехах старшего брата в боксе…» — приуныл парень. — А! И почему Тсунаёши называет тебя «Старшим братом»? — почувствовал напряжение «господина». «Это ещё хуже! — ужаснулся шатен. — Уж лучше бы про бокс, чем про Киоко-чан!» За следующие полчаса Орихара успел десять раз поклясться не спрашивать ничего у взбалмошных подростков без предварительного обсуждения с Тсуной и даже пару раз пообещать оторвать самому себе язык, чтоб не ляпать больше лишнего. Ну кто мог предположить, что этот спортсмен вообще не может держать рот закрытым — вдруг завоняется? Да ещё и так громко… Савада же отгородился от происходящего мысленной стеной и изредка угукал, когда Сасагава требовал просил что-то подтвердить. Возможно, проживание под одной крышей с Реборном и тесное общение с разными типами личностей дали свои плоды — парень мог давать мастер-класс по игнору. — Урок второй по манипулированию: заставь его заткнуться, — прошептал на ухо парню брюнет, поравнявшись с подростком. Тсуна на пару мгновений задумался и произнёс: — Старший брат, моя гипер-интуиция говорит мне, что если ты до конца пробежки не произнесёшь ни слова, то пробежишь больше и станешь сильнее. Глаза блондина загорелись, и больше от него не было слышно ни звука, кроме воодушевлённого сопения, конечно. — Спасибо, — вновь прошептал мужчина, на что шатен лишь слегка кивнул — его тоже несколько напрягали постоянные крики. Поэтому остатки утренней пробежки и разминки прошли в относительной тишине. *Окама (дословно Гомосексуал или Трансвестит) является японским жаргонным словом для транссексуала или гомосексуалиста.