Nightmare

Она бежит вперед. Дыхание сбилось уже давно, а ноги гудят от усталости, но она все бежит, не смея остановиться ни на секунду. Пряди каштановых волос, выбившиеся из наскоро сделанного хвоста прилипли к мокрому от пота лицу, горячее дыхание паром вырывается из груди. Ее быстрые шаги гулко отзываются в пустых, заросших коридорах Комплекса. Он мертв. Не гудит электричество, не горит свет, не слышно двигающихся где-то вдали панелей. Вокруг темно, и лишь какой-то серый, призрачный свет проникает сюда неизвестно откуда. Мертвая тишина, нарушаемая лишь ее тяжелым дыханием и быстрыми шагами. Панели под ее ногами дрожат и едва ли не рассыпаются в пыль от старости, но все же выдерживают ее. Она бежит, сама не зная зачем. Ее гонит страх, бессмысленный, нелогичный, беспричинный и совершенно невыносимый. За ней нет погони, смертельная опасность не настигает ее, но что-то заставляет ее бежать все дальше и дальше по пустым, мертвым коридорам, заросшим каким-то вьющимся растением. От чего-то… или к чему-то? Она бежит, не задумываясь об этом. Она совсем одна. Во всем Комплексе не осталось ни одного работающего модуля, никого, кто мог бы сказать ей «Вперед, ты справишься!», или отпустить какую-нибудь едкую, но вовсе не обидную шутку про ее вес… В руках нет даже верной портальной пушки, что не раз спасала ее от неминуемой гибели. И девушка чувствует себя совсем беззащитной перед чем-то… Это что-то витало в воздухе, вселяя в нее страх и заставляя бежать, забыв об отдыхе. И что-то подсказывало ей, что портальная пушка не поможет справиться с этим. Неожиданно панели сменяются липкой грязью и водой, в которой ноги девушки тут же увязают и она останавливается. Огромный зал, потолок которого теряется где-то в вышине. Стены его — изогнутые металлические пластины, прутья, сломанные панели, увитые все тем же растением. А в центре лежит Ее разбитое тело. Голова с торчащими из шеи разорванными проводами лежит ближе всего к девушке и словно сверлит ее взглядом мертвых черных глаз. Тело без одной руки повисло в воздухе, зацепившись за провода, а ноги валялись где-то в грязи. Девушка замерла, не в силах пошевелиться. Ей хотелось отвернуться от этого ужасающего зрелища, но она не могла даже моргнуть, лишь тяжело дышала открытым ртом, чувствовала, как на глаза наворачиваются горячие слезы. Неожиданно прозвучал громкий щелчок, показавшийся в тишине оглушающим. Он заставил девушку испуганно вздрогнуть. Загудело электричество. Провода, словно живые, начали двигаться, соединяя разбросанные в грязи части тела. Один из них потянулся к голове и с громким щелчком встал на место. Ноги соединились с телом и оно, обезглавленное и однорукое, попыталось встать на колени, но неудачно и вновь упало в грязь. Провод подтянул голову к телу и что-то щелкнуло. Она снова начала подниматься. Воздух вспарывали вспышки голубых электрических разрядов, заставляя Ее содрогаться. Из глаз и рта выливалась вода, Ее качало из стороны в сторону и лишь провода, протянувшиеся от спины куда-то к потолку не давали ей упасть. Наконец, она замерла, резко вскинув голову. В левом глазу загорелась тусклая желтая точка. Она едва стояла на ногах и смотрела прямо в глаза девушке. — Ах, это ты… — голос прозвучал хрипло, затем что-то внутри у нее закоротило и раздался звук, похожий на кашель. Откуда-то сверху почти бесшумно спустилась механическая клешня и, схватив девушку за талию, подняла ее высоко над землей. Панель, возможно единственная целая здесь, подняла хозяйку комплекса выше. Только сейчас девушка смогла разглядеть ее лучше. Пластик, из которого состояло ее тело, был весь покрыт тонкими черными трещинами и особенно много их было на лице. Из стыков торчали оборванные провода, свисали с левой руки. Правой руки не было, вместо нее из рукава торчали искрящие обрывки проводов. На теле была огромная черная трещина, из которой так же торчали разорванные шнуры. Гибкие пластины на голове, похожие на подстриженные в каре волосы тоже были в трещинах и разломах. Ее рука, вытянутая по направлению к девушке, едва заметно дрожала. — Видишь… — снова раздался ее испорченный голос. — Что ты сделала со мной… — речевой процессор снова закоротило и раздался какой-то хрип. — Ты… чудовище, Челл… Внезапно раздался звук электрического разряда и Она болезненно вскрикнула. От ее шеи поднялось облачко дыма с искрами. Провода, удерживающие ее, отсоединились, клешня, держащая девушку, разжалась и они обе полетели вниз, в темноту.

***

Челл резко открыла глаза. Тяжело дыша она с минуту вглядывалась в панельный потолок над ней. Плиты едва заметно шевелились, словно живые. Она лежала в кровати, укрытая одеялом и на мокрой от слез подушке. Отдышавшись, Челл села и огляделась, ища взглядом главу комплекса. Естественно, она была здесь, работая без устали дни и ночи на благо науки. Услышав, что подопечная проснулась, она повернулась к ней. — Челл, почему ты не спишь? — ее голос звучит совершенно нормально, без этих ужасных хрипов, которые до сих пор эхом звучат у девушки в голове. Челл спустила босые ноги с кровати на приятно прохладный панельный пол. Затем встала и медленно подошла к главе комплекса. Секунду она потопталась на месте, а затем обхватила руками стройное тело и уткнулась носом в идеальные ключицы. Глаза сами собой наполнились слезами. Девушка не видела, как на лице хозяйки лабораторий отразилось замешательство. — А-а… осталось еще пять часов из твоего здорового девятичасового сна, — едва заметно дрогнувшим голосом сказала она. Но Челл лишь крепче обняла ее. — Ах, я поняла, — сказала она уже увереннее. — Тебе приснился кошмар? Девушка закивала, не поднимая головы. — Этот идиот, — эти два слова были выделены самым презрительным тоном, — снова пытался тебя убить? Челл, отрицательно дернула головой. — Хм… Я пыталась тебя убить? — чуть тише и с едва слышной виноватой интонацией спросила глава Комплекса. Челл снова мотнула головой в сторону «нет» и еще крепче сжала девушку-робота в своих объятиях. Она замолчала, не имея ни малейшей догадки, что могло такого присниться ее подопечной, что заставило ее вести себя так нестандартно. Обычно Челл крепко спала все необходимое время и зачастую даже не хотела подниматься. Но теперь… Да к тому же она плакала. А у людей это в большинстве случаев значило сильную грусть. Перебрав в голове еще несколько возможных вариантов, глава Комплекса оставила попытки угадать сон подопечной и осторожно обхватила руками дрожащую спину девушки. — Все хорошо, — успокаивающим тоном произнесла она. — Я здесь, рядом с тобой. Она не знала, зачем сказала это. Просто что-то решило, что это будет наилучшим вариантом утешения. И это сработало. Подопечная слегка расслабилась и перестала дрожать. Подумав еще полсекунды, глава Комплекса положила одну руку на спутанные волосы девушки и осторожно погладила. Подопечная совсем расслабилась и сильнее прильнула к ней, счастливо вздохнув. — Ну, ладно, все, — через две минуты произнесла хозяйка лабораторий строгим тоном. — Тебе нужно идти спать. Завтра тебе понадобится много энергии на тесты, которые я приготовила. Челл согласно покивала, нехотя выпустила девушку-робота из объятий и вернулась в кровать. Вскоре девушка заснула спокойным сном без сновидений, а глава Комплекса еще несколько минут смотрела на нее. Затем, повинуясь внезапному порыву, тому же, что заставил ее произнести слова утешения, она подошла к кровати и присела рядом. Осторожно откинула с лица девушки волосы и коснулась губами теплого лба. На лице подопечной появилась едва заметная теплая улыбка. Глэдос не сказала ни слова, но точно знала, что больше не позволит никому, даже каким-то кошмарам, заставить Челл плакать.