Икар

– Смерть всем, кто противостоит! – раздалось со стены. Голос женский, но разглядеть нельзя с такого расстояния и под таким углом. – А может, я противопойду и противолягу? – рассмеялся Асмодей, и кровь в жилах, казалось, вот-вот должна замёрзнуть от этого дьявольского хохота. – Уничтожить, – капитан стражи бросила слова зло и повернулась спиной к месту, где стрелки и маги не должны оставить от врага ничего. В солнечных лучах горели наконечники стрел и камни на жезлах, и все они были устремлены на них – на рыцаря смерти со сжавшейся от ужаса девушкой под мышкой. Тетива натягивается. И тут один из лучников падает на деревянный настил с хрипом. И всё замирает, стрел никто с тетивы не снимает, но прицел сбит. – Может, по домам? – предлагает Асмодей, и его клинок в полусогнутой руке, готовый к прыжку вурдалак не дают латникам подойти или хотя бы просто пошевелиться. – Кто… – капитан оборачивается. – Ну, я, – в абсолютной тишине женщина в чёрных латах спрыгивает с небольшой высоты и приземляется прямо перед стражницей. Шире в плечах. Чуть выше. А ещё от неё самой и её брони веет холодом. Черепа. Всюду черепа с потусторонним светом… противоположностью Света… В «арку» рогатого шлема виден рот – тонкая линия синих губ. Через прорези горят синие провалы глазниц. И капитан непроизвольно кладёт руки себе на плечи от пробирающего мороза. Сердце сжимается и ощущает, как ледяные иглы всаживаются всё глубже. Клинки на поясе, но вытащить их владелица успеет явно быстрее, чем кто-то хоть догадается её застрелить. – Как ты смеешь?! – выпалила капитан, кладя ладонь на эфес. И тут же латная перчатка оказывается то ли на плече, то ли на горле. Одно движение – и стражница получит перелом шеи. После падения со стены или до – не имеет значения. К ногам рыцаря спланировал костяной грифон. Пользуясь заминкой, два латника решили броситься в бой, предварительно друг другу кивнув. Не произнося ни слова, Асмодей сделал шаг вперёд, а вурдалак, подчиняясь мысленным приказам, начал обходить врага. Меч брызнул осколками, встретившись с клинком падшего рыцаря, и тут же латника придавил к земле металлический сапог. Второй пехотинец, прижимая к себе прокушенную руку, пытался мечом отмахнуться от нежити. Асмодей занёс меч для финального укола. Лучники смотрели как зачарованные, но часть магов всё же собралась, чтобы испепелить противника. – Нет! – оглушил все ржавый голос, как будто доносящийся из глубины колодца и отражающийся эхом от стен. И все замерли. – Он вам не враг. Не видите – несёт девочку в город? – сама Анна согласно закивала и, сопя, стала неуклюже сучить руками и ногами. Капитан недовольно кивнула. – Отставить. Пропустить… – конец этой истории её уже не волновал: и так достаточно позора. Вырвавшись, стражница приступила к спуску. – Асмодей, нет! – приказала рыцарь. Он замер, но освобождать побеждённого не спешил. – От стражников слишком много вреда, Арана, – отозвался падший воитель. – А от мёртвых стражей – ещё больше! – веско заметила женщина. Права. Ну и чёрт с ним. Крови клинок и так хлебнул. Хотя крови много не бывает. Даже достаточно не бывает. Асмодей направился к воротам, не смотря наверх и не оглядываясь: и так знал, что придавленный страхом человечишка не встанет. Не бросится следом, а Арана сейчас на грифоне слетит к нему. Опять отчитывать. – Слезай, малахольная, – зло изрыгнул, ставя Анну на землю после поворота, рыцарь. Слишком много проблем. Всегда эти проблемы, когда что-то приходится решать самому.