Амойские Кексы. О пользе плохой репутации.

Кудо мертвой хваткой вцепился в коммуникатор. Ладонь вспотела. Ему казалось, что маленькая коробочка обязательно выскользнет из вдруг ослабевших пальцев. — Точно тебе говорю — он это, даже не сомневайся! Дарк собственной персоной. Целый и невредимый, с охраной и на роскошной тачке. Да! И Чико подтвердит... Уверены! Охрана серьезная: двое из Службы Безопасности Танагуры — явно профессионалы, и два боевых дроида. Прикинь, в полном, мать его, вооружении! Зашли в этот их навродиб-то компьютерный клуб. Водитель и один охранник снаружи, второй охранник с другой стороны здания. Дроиды сканируют весь периметр — не подойти. Все понятно. Проследим. Будем следовать на безопасном... Есть не светиться. Да понял я, понял! Кудо весело хлопнул по плечу высокого, худого и рыжего, бледного до синевы монгрела, который задумчиво жевал булку с сыром: — Опаньки, Чико! Прикинь, не соврал хромой! Вот это удача! Теперь мы таких дел наворотим, если все выгорит! Карио рекой потекут, благодарность от руководства! Только надо все продумать, подготовиться, прикинуть, что и как. А Подрывник сразу поверил, когда хромой сказал, что Рики в Нил-Дартс видели. Знал он что-то! Это я чуть со стула не упал, думал, врет, как всегда. Приказано вести на обратной дороге до конечного пункта. Только какого хрена время тратить? Я и так знаю, куда они направляются. — Ну, и куда? — веснушчатый Чико продолжал меланхолично двигать челюстями. — В Эос, конечно, куда же еще? *** Две недели спустя. — Это похищение. Отпали последние сомнения, — Орфей был предельно собран, но нервозность просматривалась в каждом взгляде, в каждом жесте главы Службы Безопасности. Ситуация складывалась из ряда вон выходящая, СБ прокололась по полной программе, и повод для беспокойства у Орфея был нешуточный. Заседание Совета Синдиката было незапланированным, собирать его пришлось быстро в атмосфере секретности. Все, кто мог покинуть свой пост, кто был на планете, экстренно прибыли по вызову Ясона в Эос. Произошедшее вносило правки во многие начатые проекты и планы. — Охрана и водитель — трупы, аэрокар — куча искореженного дымящегося пластика, дроиды — куски биомассы. Водитель успел передать сигнал тревоги, но больше он не успел ничего, — Орфей с опаской покосился на Ясона, мерно нарезавшего по кабинету неизвестно какой круг. — Следов Рики, Дино и Полли на месте происшествия не обнаружено. Ни крови, ни другого биоматериала. Вывод напрашивается сам собой — во время захвата никто из них не пострадал, пережили атаку целыми и невредимыми. Ясон, я прошу тебя, сядь или хотя бы остановись. Очень раздражает, все и так на взводе, — не выдержал господин Зави. — Тоже нервничаешь? — сверкнул глазами Ясон, даже не подумав выполнить его просьбу. — Правильно делаешь. — Я не боюсь ответственности. Не думай, что я буду искать для себя оправданий! — взвился Орфей. — Группу Катце давно надо было переводить в Танагуру, хотят они этого или нет, и окончательно разрешение на вылет Рики тоже давал я. Моя вина — я и отвечу. — Как? — тут же полыхнул Ясон. — Застрелишься? Покинешь занимаемую должность и уйдешь жить в Керес? Как? Минк резко замолчал, заставляя себя успокоиться, а потом медленно покачал головой: — Я тебя не виню. Сам непозволительно расслабился, переоценил собственную неуязвимость, недооценил опасность — вот и получил удар туда, куда не ожидал. — Ниже пояса, — невозмутимо уточнил Хьюбер Бома. Жильбер Домина понимающе хмыкнул, но опустил глаза, встретившись с ледяным взглядом Ясона. Орфей сделал Хьюберу «страшные глаза». — Все это прекрасно — никто никого не винит, но что делать дальше? — светски поинтересовался Рауль. — Ждать, — Ясон, наконец, остановился и сел, придвинув себе кресло. — Обычно похитители выдвигают требования. Поэтому мы будем ждать, а потом... — Бессмысленно, — перебил Орфей. — Это не простое похищение, и цель его — не выкуп, не требование освободить политзаключенных или что-то в этом духе. Это своего рода заявление, демонстрация силы, вызов нам и власти Юпитер. Плюс — личные мотивы. Готов поставить на кон что угодно, но работали боевики из группы Подрывника. — С чего ты взял? — подался вперед Рауль. — Интуиция. Интуиция и мои сны, — фыркнул Орфей. — Ты сам убеждал меня, что этой паре следует доверять. — Сновидения представляют собой образно выраженную закодированную информацию, которую, после бессознательной переработки данных, транслирует тебе подсознание. Неосознанный анализ... — Хватит! — Ясон стукнул по столу ладонью. В кабинете повисло гробовое молчание. Минк рвано выдохнул, провел рукой по лицу и откинулся на спинку кресла — ему явно полегчало. — Прошу прощения. Продолжай, Орфей. Рауль пожал плечами.— Интуиция подкреплена объективными данными, — резво погнал Орфей, сообразив, что в сложившейся ситуации шутки Ясон понимать отказывается. — Те, кто работал, четко знал, на кого охотятся. Рики и остальные — не случайные жертвы. Кроме того, здесь и при взрыве космопорта прослеживается сходный почерк. Вот смотрите: от того момента, как водитель подал сигнал тревоги, и до прибытия на место наших специалистов прошло девять с половиной минут. За это время нападавшие не только совершили задуманное, но и скрылись, полностью уничтожив следы. Это однозначно указывает, что работали профессионалы высокого уровня, и что план операции детально разработан отнюдь не монгрелами из Кереса. Дальше. Камеры наблюдения в месте происшествия говорят: «ничего не произошло» — то же самое было в космопорте. Если бы не шофер, подавший сигнал перед гибелью, мы бы не смогли среагировать даже так быстро. Система слежения транспортной сети выдала информацию, как об аварии третьей степени. То есть — мелочь. И потом, два боевых дроида — это вам не жуков раздавить! А то дерьмо, в которое их превратили за считанные секунды, красноречиво намекает на использование не только кумулятивных зарядов, как в случае с взорванным космопортом, но и запрещенных спецсистем точного наведения. Я сожалею, но сомнений у меня нет. Дело не в интуиции. — Что с индивидуальными чипами? — быстро спросил Жильбер Домина. — Чип Дино молчит, у Полли его не было — он монгрел, а вот чип Рики — он же нестандартный, отключить его или блокировать полностью не получится — размножился. Аппаратура фиксирует его нахождение по множеству адресов одновременно, и они постоянно меняются без какой-либо закономерности — нападавшие знали, с чем придется иметь дело и подготовились. — Согласен, — наконец кивнул головой Рауль, — это федералы. Сигнал чипа маскируется, выкуп никто требовать не станет, но я думаю, Рики ничего не угрожает. Не потому, что их с Гаем связывает прошлое — это как раз не показатель. — Да, — тоже кивнул Ясон, — сам Гай такую комбинацию не разыграл бы, а его поводырям-федералам труп Рики ни к чему. Наоборот. Труп им ой, как не нужен. Господин Домина кивнул: — Мертвый монгрел — невинная жертва, живой — мина замедленного действия и прекрасный рычаг управления. — Не знаю, это ли ты имел в виду, Жильбер, но я никогда не путал личное с долгом политика, — Ясон снова поднялся. — Если придется делать выбор, ты знаешь, каким он будет. В любом случае, я не дам загнать себя в угол, — господин Минк скрестил руки на груди. Он выглядел спокойным и стало понятно, что решение уже принято. — Варианты разрешения кризисов бывают разные, я смогу выбрать наиболее безопасный для планеты. Чем бы лично мне это ни грозило, — после повисшей непродолжительной паузы закончил Ясон. Рауль посмотрел на друга оценивающим долгим взглядом, кивнул своим мыслям и сказал: — Даже не думай. Рассчитаем все так, чтобы делать выбор не пришлось. Это и будет единственно правильное решение вопроса. — Я бы хотел услышать твое мнение, как политика, Ясон, — флегматично осведомился всегда немного сонный Маркус Джейд. — Чего ты ждешь? К чему нам готовиться и чего опасаться? «Во сколько нам все это обойдется?» — явственно читался невысказанный вопрос. — К сожалению, ничего хорошего, Маркус, если в ближайшее время не решим проблему террористов, взорвавших космопорт, и не вернем Рики. До празднования Дня Независимости Амои у нас есть меньше, чем две недели. *** — И попробуй только дернуться, Дарк, я сразу прострелю ему голову, — дуло пистолета красноречиво упиралось Дино прямо в висок. Парень не шутил, а мелкий был очень испуган: пытался повернуться назад и посмотреть на Рики, упорно крутясь и вертясь на переднем ряду сидений аэрокара. Рыжему парню это быстро надоело и он, схватив Дино за волосы, сильно его встряхнул. Тот замер. — Эй, чуваки, да нет проблем! — жизнерадостный голос Полли, раздавшийся откуда-то сзади, красноречиво дал понять, что с его хозяином все нормально. — Ох, ты! Круто! Какая у тебя пушка! Ни фига себе! Так вы серьезные пацаны, как я посмотрю! — похвалил неизвестных Полли. — А кто вы вообще такие, чуваки? — Закрой рот, придурок, или я выбью тебе зубы, — донесся хриплый голос с заднего сидения. Кто-то был настроен очень решительно. — Да не вопрос! Так бы сразу и сказал! Я уже замолкаю, чувак! Я нем, как фурнитур на приеме! Зубы мне еще пригодятся. Я же ими жую! Посмотри — ни одного гнилого! Беленькие, как на подбор, и никаких нанотехнологий! Чтобы зубы были белыми, чуваки, надо их регулярно чистить- это всем известно! — Закрой рот, идиот! — снова хриплый. — Может, пристрелить этого придурка? Говорили, нужен только Дарк. А эти двое нам ни за каким хреном! — Может, ты тоже закроешься, Барби? Всегда знал, что у тебя вместо головы жопа. Пока не выясним, кто такие, с их головы и волос не должен упасть. Пристрелить всегда успеем, — снова хриплый голос сзади. — Как скажешь, Кудо. Сегодня ты банкуешь. Рики украдкой осматривался по сторонам, пытаясь оценить обстановку. Он находился на втором ряду сидений. Впереди водитель и, вроде бы, девушка с автоматом. За ними Дино, которого почти обнимает дерганый рыжий парень с пистолетом. Еще два вооруженных короткоствольными автоматами монгрела сзади, за спиной, в конце салона. Один из них — обладатель хриплого голоса — видимо, их главный, которого зовут Кудо — высокий лысый здоровяк с маленькой бородкой и усиками, второй — молодой монгрел в белом, испачканном кровью парике, ярко раскрашенный косметикой, как шлюха из Мидасского борделя, и в женских шмотках. Это он изображал туристку из упавшего аэрокара и, надо сказать, с расстояния все выглядело очень натурально. Рики попытался вспомнить, что же произошло. Все случилось внезапно. В начале никто и не сообразил, что это нападение. На границе Нил-Дартс и Мидаса их машину, летящую в скоростном коридоре, как будто случайно стал обгонять и невзначай подрезал небольшой элегантный аэрокар веселенького красно-белого цвета. Удар был не сильный, и машина, в которой летел Рики с друзьями, практически не пострадала. Зато виновник столкновения резко дал в сторону, начал терять высоту и, войдя в пике, рухнул на землю. — Садись! — крикнул пилоту Рики. — Остановки по ходу маршрута запрещены, — запротестовал Харука, но движение остановил, вывалившись из общего потока, и завис над местом аварии. Красный аэрокар лежал немного на боку. Вдруг его полупрозрачная дверь скользнула вверх, и из кабины наполовину вывалилось на землю тело молодой блондинки. Под головой у нее быстро расползалась темная лужа крови. Девушка пошевелилась.— Спускайся! — крикнул Рики, тряся пилота за плечи. — Она живая! Надо оказать помощь! Смотри, сколько крови! Пока доберутся спасатели — точно вся вытечет, некого спасать будет! Я такое уже видел однажды! Богатая туристка, а если не остановим кровь, то через пару минут будет уже труп! — Посадка запрещена в целях безопасности охраняемых объектов, — опять отчеканил Харука, но высоту снизил и завис метрах в десяти от медленно заваливающегося на бок красного аэрокара. Эта ошибка стоила пилоту жизни. Внезапно перед их лобовым стеклом появилась еще одна машина. Сначала все решили, что кто-то стал свидетелем аварии и спешит на помощь, но заблуждение длилось не долго. Ровно до тех пор, пока из немного приоткрывшегося лючка на крыше аэрокара не хлестнуло оранжевое пламя, легко разрезая пуленепробиваемое стекло. И эта вспышка была последним, что видел пилот в своей короткой жизни. Они камнем рухнули вниз почти с десятиметровой высоты, чудом не упав на красную машину. Конечно, тут же сработали все системы безопасности, но удар о землю был очень сильным, и Рики все-таки потерял сознание, а пришел в себя он уже в кабине большого пассажирского аэромобиля и первое, что увидел — это Дино, горько рыдавшего в объятьях какого-то урода с пистолетом. — Рики! Ох, ты живой! Они всех убили! И охранников, и дроидов, и машину нашу взорвали, суки! — плакал Дино, размазывая грязные потеки по лицу. «А Полли? Где он? Я же пообещал подбросить его в Мидас!» — вдруг резанула мысль, от которой сильно затошнило. Рики дернулся — левое запястье охватывал металлический наручник, вторая его половина была крепко пристегнута к сидению. Болела скула, саднило ключицу — там багровым цветом наливался здоровенный кровоподтек. «Попали, — пришла вдруг в голову идиотская мысль, — как сглазил — не надо было этот дурацкий сериал смотреть». *** День Независимости, один из немногих и самый большой праздник на Амои, отмечался всегда с большим размахом. В этот день планету посещало рекордное число туристов: средств на торжества не жалели — это была прекрасная возможность показать всему Содружеству, что власть на планете крепка, а экономика процветает. Даже Маркус Джейд не рисковал становиться на пути жаждущих развлечений и покладисто раскошеливался на всевозможные излишества и сумасбродства. Мидас, город порока, на это время превращался в город-праздник, бесконечную волшебную сказку и расцветал всем буйством красок. Всевозможные развлекательные мероприятия, представления прямо на улицах города, карнавал, бесплатная выпивка и угощения, музыка, блеск иллюминации и салюты — и так почти две недели кряду. В эти дни туристы из разных миров штурмом брали космопорты Амои. Чинно и по заранее разосланным приглашениям на планету прилетали важные и нужные гости: политики, аристократия, знаменитые, влиятельные и нужные люди из всех миров Содружества. Основному празднику предшествовала череда многочисленных приемов на всех уровнях, организуемая элитой для гостей планеты, и даже обитателям Кереса в этот день перепадали кое-какие блага. Казалось, Танагура на один день открывала свой «железный глаз», и жители трущоб тоже получали кое-какие незатейливые подарки. Обычно это были сладости с веселенькими открыточками — пожеланиями счастья, которые потом еще долго попадали под ноги прохожим на улицах и в грязных подворотнях Кереса. Финалом всех празднеств в честь Дня Независимости считался Большой Прием, хозяином которого, по традиции, был сам Ясон Минк — мероприятие строго закрытое, в том смысле, что попасть на него можно только по приглашению, лично подписанному Консулом — очень престижное и элитарное. Официальная его часть транслировалась по всем каналам не только местного головидения, но и имела большой успех за пределами планеты. В этот день Содружество стыдливо приподымало вуаль загадочной Амои, и жители других планет спешили посмотреть на диковинную культуру, попасть в волшебную сказку, прикоснувшись к чуду: невероятные интерьеры банкетных залов в Парфии, необычная развлекательная программа, волшебные, экзотические прически и наряды и, конечно, нереально красивая элита Амои — великолепные мужчины в специально подобранных праздничных нарядах. Неудивительно, что все население планет Содружества с интересом ожидало чудесного представления, и разговоры о нем не смолкали долгие месяцы после окончания. Этот День Независимости должен был стать в истории планеты особенным, но все держалось в секрете до самого кульминационного момента. Решение избавиться от Кереса, как от федеральной территории, и дать его населению гражданские права витало в воздухе уже давно. Монгрелы, вдоволь хлебнувшее свободы и понявшее, что конкретно обозначает это слово на Амои, в своем большинстве мечтали вырваться за пределы порочного круга и получить права граждан. В свою очередь, правящую элиту не устраивало наличие неконтролируемых территорий. Тем более, что последнее время спецслужбы Совета Федерации снова начали уделять этой части Амои слишком пристальное внимание. Чем это грозило Танагуре, было известно, ситуацию надо было срочно менять. Пять кланов, негласно правящих Кересом, уже давно и бесповоротно легли под правительство и фактически являлись руками-манипуляторами элиты в трущобах — с этой стороны возражений ждать не приходилось. *** — А теперь самое неприятное, — Совет Синдиката продолжался. Ясон не намерен был никого отпускать до тех пор, пока полностью не прояснится ситуация, и в планы не будут внесены нужные коррективы. — Кому наше решение не понравится, так это «друзьям» федералам. До тех пор, пока Керес является непризнанной территорией, он остается поводом для обвинения правительства Амои в нарушении прав человека, и это хорошее оправдание для вторжения: помощь оппозиции, защита людей. К тому же Керес — отличный плацдарм для организации восстания. Ассимилируй мы зону девять — повод исчезнет. Не стоит недооценивать врагов — они разобрались, к чему идет. Информация о готовящихся реформах не просочилась, но серьезные предварительные изменения, которые нам пришлось внести в бюджет, системы снабжения, транспорта, управления, здравоохранения и так далее, позволили их аналитикам сделать соответствующие правильные выводы. Мы и так продержались неприлично долго и практически закончили все подготовительные мероприятия. — Отсюда и активизация деятельности террористических организаций, поток резких публикаций в инопланетной прессе и выступления радикалистов, — подхватил Гидеон. — Они спешат — последняя возможность переиграть нас ускользает. У них чуть меньше, чем две недели. У нас, соответственно, тоже. — Нам готовят сюрприз ко Дню Независимости? — решил уточнить Рауль. — Конечно, нет! — фыркнул Ясон. — На День Независимости — никаких сюрпризов! Система безопасности в это время работает в полную силу. Пока цель старая — убедить народ, что власть на планете ослабла, и что ей можно успешно противостоять. — Это уже было однажды, вы все помните. Так появился Керес, — вставил Орфей. — Помним, как же. Никогда не забудем, — усмехнулся Жильбер. — Думаешь, будут действовать по старым схемам? — Сценарии и схемы испокон веку одни и те же, — усмехнулся Орфей. — С поправками на технический прогресс и политические реалии. Если достаточно уделять внимание истории человечества, это становится очевидно. Следует сказать спасибо, что жители Амои не религиозны — все могло быть намного веселее. — В этом ты прав, — задумчиво проговорил Ясон. — С живой религией все могло бы получиться намного занятнее, но и так картинка не веселая. Я отвлекся, продолжим. Если до Дня Независимости не решим вопросы, легализация Кереса и те права, которые получат его жители, будут рассматриваться не как наша добрая воля и желание улучшить жизнь подданных Танагуры, а как уступка под давлением оппозиции, как слабость власти, не способной противостоять террористическим группировкам. То, что должно упрочить наш авторитет и укрепить позиции, приведет к диаметрально противоположному эффекту. Каждый решит, что можно противостоять системе и добиваться результатов агрессией. Тысячи вольются в ряды Повстанческой Армии, остальные будут извергать проклятия или негласно поддержат недовольных, процесс будет запущен. *** — Ну, что, ребятки, заходите, располагайтесь, — лысый татуированный здоровяк сдернул с лица Рики повязку. — Излишняя предосторожность , но лучше уж перебздеть, чем недобздеть, — он громко засмеялся собственной шутке, широко разевая щербатый рот. — Под землей мы. Ни одна собака не найдет. Если даже даркмены по верху строем над нашими головами маршировать придумают, все равно ничего не заметят. Рики осмотрелся по сторонам. Большое и чистое помещение, обустроенное, как стандартная недорогая квартира в Мидасе: стол, зеркало в полстены, несколько стульев в хаотичном порядке, на другой стене — большой голоэкран, диван, кресла, маленький столик с компьютерным монитором последней модели — неслабо! Несколько дверей, ведущих в другие комнаты. Одна открыта — что там у нас? Кухня. Вполне ничего: плита, холодильник, шкафы, микроволновка, что-то еще, что тяжело разглядеть в полумраке помещения. Больше пока рассмотреть не получалось. Разве что короткий маленький коридорчик за спиной. — Ха, Кудо, ну прикинь, получилось же! Классно сработали! А ребята Подрывника — так и вообще! Вот это профессионалы! — парень в коротком женском платье вытер предплечьем с губ красную помаду, оставив на нем и на щеке широкие красные разводы. — Ну, да! Слушай старших, Барби! Говорил же Подрывник, что остановятся они, если аварию увидят, а ты не верил, — хохотнул лысый, с грохотом заваливаясь на диван. — Ага! Подрывник говорил, что они и кар посадят, а они — нет, — недовольным голосом сказала девушка с автоматом. Правда, теперь Рики не был уверен, что правильно определил пол. Может, парень такой странный? Кто его знает? Девочка-мальчик придвинула стул, села и закурила, вытащив сигареты из кармана мешковатой куртки. — Не еби мозги, Нори, — огрызнулся Барби, пытаясь перед зеркалом оттереть крепко въевшуюся в щеку помаду. — Так даже лучше получилось. Он сдернул с головы заляпанный кровью белый парик и зашвырнул в угол. Под париком оказался коротко стриженный черный ежик волос, а ниже — большущие блестящие глаза, как будто подведенные тушью. Полли вдруг разволновался, заерзал на стуле и засопел. — А ну, убери волосню, придурок! — возмутился Кудо, тыкая пальцем в парик. — Нам тут полторы недели сидеть! Нечего по углам срать! — Ух, ты, чувак, клево-то как! — Полли метнулся в угол и задом наперед прилепил парик себе на голову. — Я блонди! Я опять блонди! — радостно сообщил он. Дино, с ногами залезший в кресло, посмотрел на него и вдруг громко зарыдал. — Цыть, малявка! — рыжий Чико никак не хотел расставаться со своим пистолетом, и теперь опять махал им у Дино перед лицом, стоя посреди комнаты. — Убери пушку, придурок, — прорычал бритоголовый и сел на диван, — не пугай ребенка. У меня от его воплей сейчас голова лопнет! — Заткнись, пацан! Слышал — у дяди голова болит! — заорал Чико. Дино взял на октаву выше и добавил громкости. — Ой, бля-я-я... — Тихо, Дино, — Рики оседлал стул, стоящий посреди комнаты, и перекинул руки в наручниках через спинку. Футболка у него на груди была разорвана практически до самого низу — то ли тащили неудачно, то ли он сопротивлялся — Рики не помнил. — Кто вы такие, и что вам от нас надо. Только не мямлим! Говорим коротко, ясно и понятно! Ты! — он указал руками в наручниках на бледного монгрела с пистолетом. — Я? — Растерялся рыжий. — Э-э-э... Мы герои Повстанческой Армии. Освободители амойские! Слышал о таких? — заявил боевик, принимая горделивую и грозную, на его взгляд, позу. — А! Понятно, — Рики тяжело вздохнул. — Хреново дело, но не так, чтоб уж очень. — Заткнись, Чико! Заткнись! — разозлился Кудо. — Это мы его должны спрашивать и все такое, а не он нас! — Да? Ну, тогда давайте. Спрашивайте! — разрешил Рики. — Дино, не рыдай. Мне не слышно. — Да, давайте, чуваки, не стесняйтесь! Что там у вас? Хотите, расскажу вам свой последний эротический сон? Вы просто обкончаетесь все — точно говорю, такие приключения! — Полли теперь пытался натянуть парик себе на задницу, и разглядывал результат в большом зеркале, висящем на стене. — Ну, кто ты такой, — Кудо ткнул пальцем в Рики, — мы и так знаем. — Да! — подключился Барби, — кто же в Кересе не слышал про Дарка?! Только говорили, что ты того... этого... А ты — нет! Вытащил-таки счастливый билет! Тачка крутая, охрана, шмотки — высший класс! Молодец! — Тебе бы такой счастливый билет, придурок. Ты бы сразу удавился, — процедил Рики сквозь сжатые зубы. — А что? Не нравится тебе? А почему? — удивился Барби. — Долго объяснять, отвали, — разозлился Рики уже не на шутку. — Так что, — не унимался Барби, — получается, что это мы тебя, типа, спасли? Да? Типа, ты жертва, а мы герои? — Сейчас сам жертвой станешь! Отвали, говорю! — Да, чувак, точно! Вы герои, — встрял Полли. — Теперь отдайте Рики Ясону Минку, и он вас наградит за спасение и даже даст медали! — Как же так? — удивился Чико. — Консул отблагодарит нас за то... что мы спасли Рики... от Консула? — Ну да, чувак. Озолотит — точно тебе говорю, — важно кивнул Полли. — Парадокс называется, — вставил свой карио переставший рыдать Дино. — Мне Рауль рассказывал. — Чико, заткнись! Последний раз тебя прошу по-хорошему! — взорвался Кудо. — Не могу я больше слушать этот бред... Стой! Это какой такой Рауль, а, пацан? Ты вообще кто такой? — Я индеец, — Дино выпятил вперед грудь и нижнюю губу. — Эт-то что еще за херня такая? — не понял Кудо. — Дино, — спокойно пояснил Рики, — любимый пет Первого Советника Амои господина Рауля Ама. Слышали, наверное? — Упс... — девочка-мальчик со размаху с громким стуком хлопнулась задом об пол. — Мозгодроч, что ли? — Сама дура! — возмутился Дино. — Мой Рауль ученый! — Ну, все. Пиздец нам, — убитым голосом протянул Чико. — И никто не узнает, где могилка моя. Говорил вам — не надо связываться с этим делом! Воняет от него, как от кересской помойки! Так и знал, что жопа какая-нибудь вылезет, но чтобы такая большая и толстая! — Ага, — закивала Нори, — а если этот пет при аварии в аэрокаре убился бы? Сразу надо всем было пойти и самоубиться. Коллективно, чтобы долго не мучиться. — Чико, не трясись. Ты уже минуту сигаретой в рот попасть не можешь! Что-нибудь придумаем. Сейчас Подрывнику позвоню — пусть решает, — разозлился Кудо. — А что твоему Подрывнику? Не он же у мозгоправа пета увел? Его и не было там — умный, гад! Знал он! Это теперь нас в мутантов превращать будут! — заныл рыжий.Рики какое-то время удивленно смотрел и слушал все это, но потом не выдержал и спросил: — Слушайте, придурки, вот не могу я понять. Вы когда подписались пета у самого Ясона Минка украсть, то все нормально было, а тут вдруг обделались по самые уши. Странно получается. Минка вы не боитесь, а его заместителя — аж ссытесь? Монгрелы переглянулись и обиженно засопели, но тут Кудо, как самый главный, решил прояснить ситуацию: — Ясона, конечно, боимся — а как же! Он мужик серьезный — это все знают. Если попадемся — сразу расстреляют или того, в аннигилятор, и прости-прощай, а вот с мозгодрочем такой номер не пройдет. Тут быстро помереть не получится. Этому даже на аукционах петов продавать не хотят. Даром, что сам красивый, как картинка. Если узнают, что Рауль этот Ам на аукцион едет... Стой! А это тогда кто такой? — вдруг подозрительно прищурился Кудо и показал на Полли, который продолжал развлекаться с париком, пристраивая теперь его себе между ног. — Лай-ла-лай-лай! — пел Полли что-то задорное. — Как, кто? Ну, вы, ребята, даете! А как вы похищение-то готовили? Вам не говорили, что перед тем, как засунуть в дырку хер, надо посмотреть, не растут ли там случайно зубы? Да, прав господин Ам: невезение — наследуемый и генетически обусловленный фактор. И обуславливает его ген отсутствия мозгов, — Рики постучал себя по виску указательным пальцем. — Есть такой, как оказалось! Я думал, это мы попали, а нифига! Это вы, ребята попали. По полной программе. Только вы еще об этом не знаете.