Род Норфолк

За день до начала учебы в школу вернулись все, кто уезжал на каникулы. Драко, Гарри и Кэтрин сидели на диванчике в самом конце гостиной и рассказывали друг другу о последних событиях. Потом ребята пошли на обед в Большой зал. Кэтрин взглянула за стол Гриффиндора и, найдя взглядом Грэйнджер, написала на салфетке небольшую записку, отправив ту за стол Гриффиндора. В записке Кэтрин предложила встретиться в библиотеке сразу после обеда. Прочитав ее, Грэйнджер кивнула и продолжила обедать. Кэтрин рассказала об этом Гарри и Драко. После обеда мальчишки пошли в гостиную, а Кэтрин направилась в библиотеку, где уже сидела взволнованная Грэйнджер. Заметив Кэтрин, девочка улыбнулась и помахала ей рукой. Кэтрин присела напротив и сказала: – Хочу сразу прояснить ситуацию. Я не собираюсь выдавать тебе какие-либо секреты, если мне покажется, что что-то тебе знать не положено. Я просто не буду говорить это. – Ясно. Я очень хочу узнать, как тебе удалось применить заклинание Империо, – сказала девочка, но было видно, что она слегка разочарована. – Для начала, я расскажу тебе немного о магии крови. Этот вид магии могут использовать только чистокровные волшебники, начиня с девятого поколения и дальше. Этому нельзя научиться, магия крови или, как ее еще называют, магия рода, пробуждается в волшебнике в том возрасте, когда сочтет его достойным. В моем роду преобладают темные волшебники, потому что магия моего рода позволяет выполнять темные заклинания на очень высоком уровне, а еще мы очень способны к анимагии. У меня произошел спонтанный выброс магии крови, поэтому мой Империус был достаточно силен, чтобы свалить тролля, а еще из-за этого Министерство не засекло использование Непростительного. Магия моего рода во мне еще не пробудилась. Ты понимаешь, о чем я говорю? – спросила Кэтрин. – Кажется, да. Но профессор Дамблдор говорил, что маглорожденые не в чем не уступают чистокровным! – возмутилась Грэйнджер. – Это все бред старого маглолюбца! Есть множество отраслей магии не подвластные детям маглов, например: маглорожденный не может создать родовую книгу, установить защиту рода, он не способен познать артефакторику, маглорожденному куда сложнее дадутся такие способности как анимагия. И это не полный список, просто в нашей школе очень много таких как ты, поэтому многие разделы магии тут не изучаются. – Да как ты можешь такое говорить! Мы нечем не хуже вас! В чем-то даже лучше! Я лучшая на курсе! – закричала Грэйнджер и, подхватив сумку, выбежала из библиотеки. Кэтрин только покачала головой и пошла в гостиную Слизерина. – Знаете, я не такая предвзятая, как некоторые, – заговорила она, раскинувшись на диване рядом с Драко и Гарри, которые сидели за столом и играли в волшебные шахматы. – Я всегда считала, что грязнокровка – это только слово, а кто стоит за ним, я сама разберусь. Ребята, это не только слово. Грэйнджер слепая и глухая, она не читает взгляды, не слышит интонацию. Она беспородная, и это у неё насовсем. – Может ты и права, но мне кажется что она просто погорячилась и скоро прибежит прощения просить, – заметил Гарри. – Я так не думаю, Грэйнджер из тех, кто хочет быть во всем лучше всех, а ты дала ей понять, что магические способности у нее по любому будут слабее твоих. Мне кажется, что она захочет доказать тебе, что ничем не хуже. Только вот не знаю как, – высказал свое мнение Драко. – Она все-таки не зря попала на Гриффиндор, безрассудство в ней есть. – Отметил Гарри. – Ладно, ребята, я пойду, прогуляюсь возле замка. Не хотите пойти со мной? – спросила Кэтрин. – Нет. Пожалуй, мы еще в шахматы сыграем, а потом писать эссе по чарам, – ответил Гарри. – Я помогу вам, когда приду! – сказала Кэтрин и скрылась за дверью. Драко с удовольствием отметил, что Кэтрин постоянно носит тот браслет, который он подарил ей на Рождество. *** Кэтрин вышла из замка и прошлась вдоль опушки Запретного леса. «Как же меня взбесила эта Грэйнджер! Никаких манер! Что она себе думает?!» – мысленно возмущалась Кэтрин. Ей безумно хотелось унизить высокомерную грязнокровку! Когда Кэтрин проходила возле дома лесничего, она почувствовала невероятный жар, который исходил от здания. Кэтрин подошла поближе и заглянула в окно. В углу хижины был распален камин, несмотря на то, что на улице было тепло. Каково было удивление девочки, когда она увидела драконье яйцо, стоящее на металлической подставке у камина. Кэтрин быстро побежала в сторону замка, чтобы поскорее рассказать новости друзьям. Когда девочка прибежала в гостиную Слизерина, Гарри и Драко уже писали эссе, завалившись книгами. Она быстренько скинула уличную мантию и, присев поближе к ребятам, рассказала им о Хагриде и драконьем яйце. – Ты уверена, что это было яйцо дракона? – спросил Гарри. – Абсолютно. Я много книг читала о драконах, в этом я не могла ошибиться! – уверенно ответила Кэтрин. – И что нам теперь делать? Хагрид чокнутый, он может додуматься и оставить дракона себе! – сказал Драко. – Он же живет в деревянном доме! – ужаснулась Кэтрин. – Если дракон вырастет, то уничтожением дома Хагрида, разрушения не ограничатся, – сказал Гарри. – Дракон вылупится еще через пару недель, а пока предлагаю ничего не предпринимать. Я буду приглядывать за домом Хагрида во время утренних пробежек и, если что-то увижу, сообщу вам! – решила Кэтрин. Теперь у Гарри и его друзей появилась новая забота — их беспокоило то, что Хагрид незаконно хранил у себя драконье яйцо. Вечер за вечером друзья просиживали над домашними заданиями, которых становились все больше и больше. Кэтрин, как самая организованная, составила программу повторения пройденного. Уроки давались ей на удивление легко. Поэтому, когда она доделывала свою работу, то помогала Гарри или Драко. Через пару дней Кэтрин сообщила, что дракон вылупился, а еще, что Рон Уизли и Невилл Долгопупс часто стали посещать хижину Хагрида. Ребята решили пока ничего не делать и оставить все как есть. Кэтрин также с удивлением заметила, что гриффиндорцы стали относиться к Грэйнджер намного лучше. Теперь она оживленно принимала участия в беседах, и ее часто можно было встретить в компании Уизли и Долгопупса. *** – Вы видели Уизли? – спросил Драко, подсаживаясь к друзьям в Большом зале. – Он в больничном крыле. Его рука раздулась, вдвое увеличилась в размерах и позеленела. – Его наверно укусил дракон, – прошептала Кэтрин. – Я зайду к нему в больничное крыло и посмотрю на его руку, тогда я смогу определить, что у Хагрида за дракон и чего нам ждать. – А что ты скажешь Мадам Помфри? – спросил Гарри. – Скажу, что зашла забрать книгу или что-нибудь другое, придумаю! – Тогда ладно. Мы подождем тебя в гостиной! – сказал Драко. Спустя полчаса Кэтрин появилась в гостиной с потрепанной книгой по зельеварению в руках. Драко и Гарри сидели в своей комнате и дописывали домашнее задание. – Это норвежская хвосторога. Через пару месяцев она вырастет до размера небольшого дома! – сказала Кэтрин, присаживаясь на стульчик. – Что это у тебя за учебник? Он явно еще времен моего прадеда, – спросил Гарри. – Пришлось взять его у Уизли, я же сказала Мадам Помфри, что за книгой пришла. А учебник действительно древний, как будто сейчас рассыплется, – сказала девочка, пролистывая книгу. – Из него что-то выпало! – сказал Драко, поднимая с пола письмо. Когда ребята его прочитали, им стало известно о том, что Уизли собирается в субботу в полночь отправить питомца Хагрида в Румынию с друзьями Чарли Уизли. – Я не против того, чтобы дракон покинул замок, но в тоже время, я очень хочу, чтобы Уизли наказали! – сказал Гарри. – Полностью согласна. Суббота завтра, давайте дождемся пока Уизли передаст дракона, а потом как-нибудь оповестим декана, – улыбнулась Кэтрин. В ночь с субботы на воскресенье Драко и Гарри, накинув мантию невидимку, покинули гостиную. Кэтрин тоже хотела пойти, но потом ребята решили, что вдвоем им проще будет перемещаться под мантией, и девочка согласилась остаться в гостиной. Скоро полночь, поэтому мальчишки почти бегом бросились к астрономической башне. Но удача им не улыбнулась, когда они уже добежали до астрономической башни, мантия слетела и, как назло, из-за угла показалась профессор МакГонагалл, в ночной рубашке из клетчатой шотландки и с сеточкой для волос на голове. Гарри быстро поднял мантию и запихал в карман. – Вы объясните мне, что вы здесь делаете, молодые люди? – строго спросила МакГонагалл. Гарри и Драко быстро переглянулись и сообщили ей о перевозке дракона. И как доказательство их слов на лестнице показались веселые Уизли и Долгопупс. МакГонагалл окинула взглядом всех первокурсников и сказала: — Я никогда бы не поверила, что вы способны на такой поступок, — медленно выговорила она. — Вы поднимались на астрономическую башню. Сейчас час ночи. Объяснитесь. Но Уизли как язык проглотил, он просто стоял и ошарашено хлопал глазами, а Долгопупс смущенно смотрел в пол. — Кажется, я понимаю, что происходит, — произнесла, наконец, профессор МакГонагалл, не дождавшись ответа. — Не надо быть гением, чтобы догадаться. Вы скормили Драко Малфою и Гарри Поттеру историю про дракона, рассчитывая, что они посреди ночи выйдут из спальни и наткнутся на кого-то из преподавателей. Что ж, я уже их поймала. Вы все четверо будете наказаны. Кроме дисциплинарного наказания, вы получаете пятьдесят штрафных очков каждый. А теперь вернитесь в гостиные. Гарри и Драко быстрым шагом поплелись в сторону гостиной Слизерина. Ребята очень расстроились из-за наказания и того, что их факультет потерял сразу сто баллов. В гостиной их встретила Кэтрин, и ребята сразу же рассказали ей о том, что произошло. — Не волнуйтесь, мальчики. На Слизерине учатся умные люди, они понимают, что баллы в жизни не главное. Вам никто и слова не скажет. Идите лучше спать! — сказала она и пошла в спальню девочек. *** Как Кэтрин и говорила, никто из Слизерина особенно не расстроился из-за потери баллов, к тому же Гриффиндор тоже лишился ста баллов. Уизли и Долгопупса теперь не только терпеть не могли на их собственном факультете, но и Рэйвенкло с Пуффендуем смотрели на них со злобой, они не хотели, чтобы кубок школы опять достался Слизерину. До экзаменов осталась примерно неделя. Подготовка и повторение пройденного занимали все свободное время. Гарри, Драко и Кэтрин после ужина возвращались в общую гостиную, садились втроем и занимались до поздней ночи, запоминая составы сложнейших зелий, заучивая наизусть заклинания и контр-заклинания, повторяя даты волшебных открытий и восстаний гоблинов. *** На следующее утро за завтраком Гарри и Драко принесли записки. Во всех было написано одно и то же: Для отбытия наказания будьте сегодня в одиннадцать часов вечера у выхода из школы. Там вас будет ждать мистер Филч. Проф. МакГонагалл В одиннадцать часов вечера они попрощались с Кэтрин и спустились вниз. Филч был уже там вместе с Уизли и Долгопупсом. Гарри даже забыл о том, что они тоже наказаны. — Идите за мной, — скомандовал Филч, зажигая лампу и выводя их на улицу. А потом зло усмехнулся. Услышав это, Долгопупс застонал, а Драко остановился как вкопанный. — В лес? — переспросил он. — Но туда нельзя ходить ночью! Там опасно. Я слышал, там даже оборотни водятся. — Ну вот, какой ты рассудительный стал! — в голосе Филча была радость. — Об оборотнях надо было думать прежде, чем правила нарушать. И директор решил, что это подходящее наказание. Они шли сквозь тьму. Света от лампы Филча хватало ровно настолько, чтобы увидеть, что у тебя под ногами. Гарри гадал, какое именно наказание их ждет. В небе светила яркая луна, но на нее все время наплывали облака и погружали землю во мрак. Вдруг впереди показались огоньки. Гарри понял, что они приближаются к хижине Хагрида. А потом послышался и голос великана. — Это ты там, что ли, Филч? Давай поживее, пора начинать. Из темноты к ним вышел Хагрид, у его ног крутился Клык. Хагрид держал в руке огромный лук, на его плече висел колчан со стрелами. Гарри с Драко в ужасе переглянулись. Все знали любовь Хагрида к опасным животным. — Я вернусь к рассвету… и заберу то, что от них останется, — Филч неприятно ухмыльнулся и пошел обратно к замку, помахивая лампой. Драко, проводив его полным презрения взглядом, повернулся к Хагриду. — Я в лес не пойду, — заявил он. — Пойдешь, если не хочешь, чтобы из школы выгнали, — сурово отрезал Хагрид. — Нашкодил, так теперь плати за это. А теперь слушайте, да внимательно, потому, как опасная это работа. То, что нам сегодня сделать нужно. А мне не надо, чтоб с кем-то из вас случилось что-нибудь. За мной пошли. Хагрид подвел их почти вплотную к лесу и, высоко подняв над головой лампу, указал на узкую тропинку, терявшуюся среди толстых черных стволов. Гарри почувствовал, как по его коже побежали мурашки, и ему очень хотелось верить, что во всем виноват налетевший ветерок. — Вон, смотрите… Пятна на земле видите? — обратился к ним Хагрид. — Серебряные такие, светящиеся? Это кровь единорога, так вот. Где-то там единорог бродит, которого кто-то серьезно поранил. Уже второй раз за неделю такое. Я в среду одного нашел, мертвого уже. А этот жив еще, и надо нам с вами его найти, беднягу. Помочь или добить, если вылечить нельзя. — А если то, что ранило единорога, найдет нас? — спросил Гарри. — Нет в лесу никого такого, кто б вам зло причинил, если вы со мной да с Клыком сюда пришли, — заверил Хагрид. — С тропинки не сходите — тогда нормально все будет. Сейчас на две группы разделимся и по следам пойдем… в разные стороны, потому как их тут… ну… куча целая, следов. И кровь повсюду. Он, должно быть, со вчерашней ночи тут шатается, единорог-то… а может, и с позавчерашней. — Я хочу вести собаку! — быстро заявил Драко, глядя на внушительные собачьи клыки. — Хорошо, но я тебя предупрежу: псина-то трусливая, — пожал плечами Хагрид. — Значит так, Рон и Невилл со мной пойдут, а ты, Малфой, и ты, Гарри, с Клыком будете. Если кто находит единорога, зеленые искры посылает, поняли? Палочки доставайте и потренируйтесь прямо сейчас… Ага, вот так! А если кто в беду попадет, тогда пусть красные искры посылает, мы сразу на помощь придем. Ну все, поосторожнее будьте… а сейчас пошли, пора нам. В лесу царили тьма и тишина. Они углубились в него, и вскоре тропа разделилась. Они шли абсолютно молча, шаря глазами по земле. Лунный свет, пробивающийся сквозь кроны деревьев, освещал пятна голубовато-серебристой крови, покрывшие опавшую листву. Они шли сквозь почти сплошную черную стену деревьев. Гарри не переставал нервно оглядываться. У него было неприятное ощущение, что за ними следят. Они уходили все глубже в лес, и примерно через полчаса деревья окончательно преградили им путь. Гарри показалось, что пятен крови тут куда больше. Все корни деревьев были забрызганы кровью, словно несчастное создание металось здесь, обезумев от боли. Сквозь толстые ветви, стоявшего перед ними древнего дуба, Драко увидел поляну. — Смотри, — произнес он, вытягивая руку и показывая на блеск, исходивший от земли. Они пролезли между ветвями дуба и вышли на поляну. В нескольких метрах от них лежал единорог. Он был мертв. Гарри никогда не видел такой печальной и такой прекрасной картины. У единорога были длинные стройные ноги и жемчужного цвета грива. Гарри сделал еще шаг вперед и вдруг застыл, услышав шорох. Кусты на другом конце поляны зашевелились, и из тени выступила облаченная в длинный балахон фигура, с наброшенным на голову капюшоном. Кто-то крался к ним, как вышедший на охоту зверь. Гарри, Драко и Клык были не в силах пошевелиться. Однако фигура в балахоне их не замечала. Некто подошел к мертвому животному, опустился на колени и склонился над огромной рваной раной в боку единорога. И… начал пить кровь. Гарри отчетливо видел, как с невидимого лица на балахон капала кровь. Потом фигура поднялась с земли и сделала несколько быстрых шагов по направлению к Гарри. Мальчишки стояли, не в силах сдвинуться от страха. Фигура в плаще подходила все ближе и ближе… Трусливый Клык рванул в глубь леса. Гарри резко схватил Драко за руку и бегом рванул подальше от твари в плаще. Мальчики бежали все быстрее и быстрее, на ходу выпуская из палочек красные искры, но Хагрид был слишком далеко и не видел их. Пробежав еще немного, ребята запыхались и остановились. — Гарри, ты знаешь, куда нам бежать? — спросил Драко. — Мы, кажется, заблудились, а этот тупой великан ходит непонятно где. — На астрономии нас учили находить дорогу по звездам, наверное, справлюсь. Ты как? Не ранен? — Ветками лицо и руки сильно расцарапал, но идти могу. Что это за тварь была? — Не знаю. Сейчас главное добраться до замка! — сказал Гарри, и мальчики пошли дальше. Где-то около часа они бродили по лесу, пока не вышли на опушку. Вдоль леса ходили профессора, Хагрид и Филч. — Они здесь! — указал в их сторону Снейп, быстро приближаясь к Гарри и Драко. Мальчиков сразу же отвели в больничное крыло и расспросили о том, что случилось в лесу. Когда преподаватели ушли, прибыл лорд Малфой. Мужчина был невероятно разгневан, он поприветствовал Гарри и спросил мадам Помфри о повреждениях мальчиков. По нему было видно, что он очень волнуется за сына. Когда отец Драко пошел в кабинет директора, в больничное крыло забежала Кэтрин. Она была очень взволнована. Гарри рассказал ей про их приключения в лесу. — Мальчики, как же я волновалась! Когда я увидела, что Уизли и Долгопупс вернулись в замок, а вы нет, я пошла к Хагриду. А этот безмозглый великан думал, что вы убежали в замок! Он сказал, что решил так, потому что вы из Слизерина. Я сразу же доложила обо всем декану, и вас пошли искать. А меня не пустили! Значит, как в Запретный лес учеников по ночам водить это нормально, а как с поисками помочь, так это видите ли опасно! — возмущалась Кэтрин. Девочка посидела с ними еще пару минут, а потом Мадам Помфри выпроводила ее, сказав, что мальчикам надо выспаться.