Операция "Горизонт".

Ужин получился на славу. Все смеялись и разговаривали, а Армэн даже сказал несколько тостов, поднимая бокал хорошего вина. На фоне надрывалось радио, распевающее какие-то неизвестные вампирше песни. Во всём этом чувствовалось такое тепло и дружелюбие, что Марселин почувствовала себя как дома. Что-то определённо в этом было, сидеть в маленькой уютной кухне, в кругу друзей. Поразительно, как быстро она начала считать Регину и Армэна своими друзьями. Позднее Вальтер называл это духом России, здесь люди хоть и очень хмурые, но дружелюбные. Всё это напоминало то чего у вампирши никогда не было. Она никогда не собиралась в большом кругу друзей или с семьёй, а празднования с Бонибель, и Финном не в счёт. Когда вампирам было пора уходить Регина не желая отпускать гостей с голыми руками, завернула им яблочный пирог. Тепло попрощавшись, они вышли в коридор и начали подниматься наверх. Они уже чувствовали усталость, ведь за день они успели сделать столько, что обычный человек уже упал бы в обморок. Поднявшись на девятый этаж, они вошли в самый дальний коридор. Тут было в разы чище, а краска на стенах свежей и чистой от неприличных надписей. Окурки вместо того чтобы лежать на полу, аккуратно торчали из пепельницы, стоявшей на подоконнике в конце коридора. Лампочки тоже были целы и светили приятным желтоватым светом. Вальтер остановился у последней двери. Она была железной, с пятном на том месте где раньше висел номер квартиры. Кто-то очень странный, наклеил на дверь несколько детских наклеек в виде розовых сердечек, переливающихся блёстками. Сержант фыркнул и отпер замок… …Квартирка оказалась чуть больше, чем у Армэна. А именно спальня и гостиная были разделены тонкой стенкой. На полу был чистый, совершенно новый паркет, а стены обклеены французскими обоями с причудливым орнаментом. В коридоре стояла большая тумбочка с зеркалом (вампиры как обычно в нем не отразились), а рядом с ней была дверь в совмещённую ванную. Кухня была такой-же, разве-что окно было на другой стене. Под ним была серая батарея прячущаяся под раковиной. Справа от не была сияющая чистотой, газовая плита, окруженная разными ящичками и шкафчиками, покрытыми асбестовыми пластинами. Особенно выделялся огромный холодильник ЗИЛ, ещё ранней советской эпохи. Он громко гудел, словно старый трансформатор. Вальтер сгрузил в него пирог (при этом когда он открыл дверцу, наружу пошел такой холод, как-будто сам Саймон сидел внутри, охлаждая еду) и пошел мыть руки. А Марселин пошла проверять единственно волновавшую её комнату, а именно спальню. Попутно она прошла сквозь гостиную, это была очень милая комната, стены которой были увешаны коврами, а на полу был тот-же паркет. У дальней стены стоял довольно старый чёрный диван, накрытый полосатым пледом. Перед ним на большой, покрытой лаком тумбочке, стоял древний телевизор «Горизонт». Рядом с ним стояла небольшая серая штуковина, напоминающая БиМО и несколько картриджей. Вальтер с благоговением называл эту штуку «Денди». Ещё в гостиной было большой раскладной стол для гостей и просто нереально огромны сервант, краешек которого закрывал часть окна, занавешенного желтыми шторами. На подоконнике было столько растений, что окно буквально тонуло в зелени. Марселин не удержалась и пощупала прохладные мясистые листья. Они совершенно не походили на те порождения радиации, произраставшие по всем землям Ууу. Помацав самую обыкновенную растительность, вампирша всё-же добралась до спальни. Это была очень маленькая комната, треть которой занимала кровать, стоявшая у левой стены и упиравшаяся подножьем к батарее. И вот тут возникла проблема, кровать была всего одна (спать в одной кровати по своей воле, а не по воле алкоголя, для них обоих всё ещё было не удобно, даже не смотря на всё что уже было). Но Вальтер быстро разрешил неудобную ситуацию, сказав что будет спать на диване… …Перед сном вампирша решила принять ванную и не слабо удивила сержанта вопросом: почему из-под крана течёт красная вода? Вальтер в этот момент уже подключил «Денди», погрузившись в «танчики», а потому отреагировал не сразу. Правда потом резко подскочил и забарабанил пальцами в дверь ванной: она не красная! Она ржавая!!! —, но было уже поздно, вампирша набрала полную ванную ржавой воды и расслаблялась в ней, а потому вышла из нее не серой, а оранжевой. Пришлось изрядно поработать щёткой и хозяйственным мылом, чтобы вернуть её коже исходный цвет. Раздосадованная вампирша, промыв волосы (они тоже приобрели оранжевый оттенок), отправилась спать… …Она закрыла дверь в маленькую спальню и выключив свет, сбросила одежду. Джинсы и рубашка полетели на ближайший стул, повиснув на его спинке. Марселин, задёрнув шторы, забралась под толстое, пахнущее стиральным порошком одеяло. Её затылок буквально утонул в перьевой подушке. Вампирша расслабилась, позволив кровати обнять её. Матрас был непривычно мягким и Марселин слегка проваливалась в него. Она закрыла глаза, усталость накатывала на неё, словно волны на истощенный берег. Обычно она быстро вырубалась, но сегодня сон никак не шел. Инстинкты вампира были напряжены из-за непривычной обстановки. Нос щекотало от незнакомых запахов, а уши подрагивали от уличного шума. Вампирша слышала всё до мельчайших подробностей, как этажом ниже кто-то лил воду, как кот в соседней квартире начал точить когти и как громыхнул грузовик, проехавший через яму в дороге. Марселин развернулась лицом к стене, она ощущала себя как-будто в огромном улье. Действительно, тысячи маленьких квартир напоминали соты, а люди сновавшие по улице были пчёлами. Полежав минут двадцать, изучая обои, Марселин с громким вздохом, уткнулась лицом в подушку. На улице послышался стон не настроенной гитары и хриплая песня. Пел явно кто-то неумелый и очень пьяный. Вампирша с рыком накрыла голову подушкой, спать в таких условиях она категорически не могла. Инстинкты были на пределе, сигнализируя об опасности, которой на самом деле не было. Последней каплей стал скрип форточки в гостиной, заставивший вампиршу подскочить, с выпущенными когтями. Она тихонько рыкнув села на кровати, заворачиваясь в одеяло. Марселин взлетела над полом (пол всё-же холодный) и открыв дверь вылетела в гостиную.  — Вальтер… — прошептала она, приближаясь к дивану — иди ко мне, я не могу уснуть, слишком непривычно. Эй, ты там вообще есть? Я подвинусь если что… Вампирша взглянула на диван, но вампира на нём не было. Марселин, закусила губу, она вообще не ожидала такого поворота событий. Оставался один вопрос, куда делся Вальтер? Марселин принялась вертеть головой, ища следы Вальтера. Её взгляд упал на окно, оно было открыто, а рядом с соседним домом, ага, а вот и Вальтер. Он летел куда-то, осторожно лавируя между высоковольтных проводов. Марселин, фыркнув что-то невразумительное, бросилась в комнату и неаккуратно надев одежду, полетела за Вальтером. Вампир летел куда-то в сторону центра города, держась между зданий, на довольно высокой скорости. Марселин включив невидимость, следовала прямо за ним, стараясь не задеть провода. Вальтер миновал несколько улиц, немного поднялся, паря немного над крышами. Долетев до перекрёстка, он остановился и почесав затылок, полетел на запад. Ещё несколько минут и он приземлился в одном из дворов. Это был самый обычный двор, на который выходили три дома. Посредине была обшарпанная детская площадка и несколько высоких тополей, осыпающих весь двор золотыми листьями. Вальтер грузно приземлился на грязный асфальт перед одним из подъездов. Сержант тяжело вздохнул, его лицо было очень печальным, но глаза полны решимости. Марселин приземлилась на ветку тополя и держась в гуще листьев, чтобы незамеченной наблюдать за сержантом. Тот постоял немного у дома и стал медленно подниматься, а когда завис на уровне шестого этажа, то сдал немного вправо и уставился в окно… …Вальтер был в своём родном дворе, рядом с домом. Здесь он вырос, учился и отсюда ушел на войну. А в конкретный момент он был около одного из окон, родной квартиры и смотрел на маленького ребёнка, лежавшего в колыбели. Это был его брат, ещё такой маленький. Рядом с колыбелью спала его мать, отца не было, его никогда не бывало дома. Сержант пропустил руку в приоткрытую форточку и подцепив когтем щеколду, открыл окно. Он пролетел в комнату и присел рядом с матерью. Это была красивая женщина, ещё очень молодая. У неё были такие-же волосы как у Вальтера, и такой-же огромный рост. Сержант смотрел на неё, не зная зачем пришел, ему так хотелось разбудить её, поговорить, предупредить. Но нет, этого делать нельзя, в лучшем случае она решит что это сон, в худшем двинет ему чем-нибудь тяжелым и вызовет милицию. Сержант, очень тяжело вздохнул, к его горлу подкатил большой ледяной ком. Сержант с трудом встал и подошел к колыбели, чтобы взглянуть на брата. Видимо малыш что-то почувствовал, потому-что неожиданно открыл глаза и посмотрел на Вальтера. Сержант немного отшатнулся, ожидая что тот начнёт орать, но нет, ребёнок улыбнулся и протянул к нему крохотную руку. Сержант тихонько икнул (позднее он и сам не понимал почему сделал это) и дал малышу палец. Крохотная ручка обняла его и ребёнок сделал странное лицо, словно моментально понял всё. Его огромные серые глаза смотрели прямо в душу, а потом он зевнул и моментально уснул, продолжая держать палец. Постояв ещё немного, Вальтер осторожно высвободил палец и пошел на кухню. Там он осторожно поднял половицу и положил под неё тысячу долларов, завёрнутых в полиэтилен. Он знал, что через несколько месяцев после рождения его брата, отец будет перестилать пол и непременно найдёт деньги. Положив половицу на место сержант вернулся в комнату и в последний раз взглянул на родственников. — Простите… — прошептал он — за всё… …Марселин видела всё, она подлетела к окну вплотную, наблюдая за действиями Вальтера. Однако уже через секунду пожалела что вообще последовала за ним, ей стало не просто жалко Вальтера, бесчувственное сердце разрывалось… Когда сержант начал выходить, она вернулась на свой наблюдательный пост, на ветке тополя. Вампир встал на подоконник, ещё раз что-то сказал, и вылетев на улицу, закрыл за собой окно. Он опустил голову, огромные плечи осунулись. Он камнем свалился на землю, издав достаточно громкий хлопок, а потом побрёл к ближайшей скамейке, утопающей в ещё желтых кустах. Он грузно упал на неё, не обратив внимание на капли влаги, которыми она была усеяна. Марселин перебралась на соседнюю ветку, чтобы лучше видеть. Хотя она уже не хотела смотреть дальше, но что-то держало её. Вдруг подул сильный ветер и половину листвы сорвало с дерева, и она словно золотая метель окутала двор. Когда всё улеглось, вампирша увидела что сержант плачет. Марселин, сама того не осознавая отцепилась от ветки и начала спускаться вниз. Она никогда не видела Вальтера таким, ну во всяком случае трезвым он никогда не рыдал. Сейчас ему как никогда требовалась поддержка и вампирша это понимала. Вальтер всегда поддерживал её, выслушивал до конца обо всех её переживаниях, терпел её в «грустные четверги» (каждый первый четверг месяца, вампирша укутывалась в плед с кружкой горячего шоколада и вспоминала всё самое плохое в своей жизни. Порой доходило до многочасового плача.), так что поддержать его, было её долгом. Стальной характер сержанта всё-же дал трещину, ведь никто не может бесконечно держать эмоции в себе, иначе они будут словно яд, отравлять изнутри… …Марселин приземлилась рядом со скамейкой, всё-ещё будучи невидимой. Неизвестно как, но Вальтер точно узнал, что она здесь. — Можешь не прятаться, я знаю ты стоишь за кустом, всего в трёх метрах от меня — сказал он, вытирая слёзы ладонью. Он совершенно не хотел чтобы его застали таким, разбитым, сломленным, но раз уж так случилось… Марселин скинув дымку невидимости, вылетела из-за куста, старясь не касаться ногами холодного асфальта, улетая она совершенно забыла про сапоги.  — Прости, я знаю, не стоило мне лететь за тобой… — прошептала она садясь на скамейку и морщась от влаги. - Нет, пусть лучше будет так… — Вальтер глубоко вздохнул, слёзы на его лице начали высыхать — Знаешь, я ведь, я всё время думаю, почему я? Почему именно мне так повезло что я выжил? В то время как все кто мне дорог мертвы? Я понимаю, я должен чувствовать себя счастливым, я выжил, ура и всё такое, но… Бля! Да я всё время бухаю, никак не могу забыть всё это! — Вальтер вскочил со скамейки и пнул урну — почти каждую ночь они терзают меня! И вот сейчас, когда я так близок к ним, я не имею права что-нибудь изменить… Я думал что отомстив за их смерть, мне станет легче, но ничего подобного, становилось только хуже, я творил ужасные вещи… Я выжил по случайности — сержант сел на скамейку и положил голову на кулаки — я хотел покончить со всем этим… Если-бы, тот боец с приказом, опоздал хоть на пять секунд, меня бы уже не было… Марселин ощутила невероятный холод, скрутивший желудок в узел. Она ведь помнила, что пол года назад, когда была в его сознании, видела этот момент (это описано в фанфике «Эра рассвета», в 20й главе) в его сознании, но сержант продолжал: я хотел застрелится, покончить со всем и сразу… Однако тогда, чувство долга, вбиваемое мне с самого начала службы, перебороло личные переживания. Но я уже не хотел, нет, я не хотел убивать или чтобы из-за меня умирал кто-то ещё… — сержант с чувством сплюнул —, а потом, потом судьба преподнесла мне второй шанс. Первое время когда я оказался в Ууу, я был потрясен, мои воспоминания стёрлись, у меня появились причины жить… Но порой, вот как сейчас, я жалею что не застрелился и уже никогда не смогу этого сделать. Видимо это моё проклятье, вечно чувствовать эту боль, ведь это я виноват, я виноват в их смерти… Ровно как и виновен в том что выжил… Сержант откинулся на спинку скамейки и провёл ладонями по лицу. - Вот, теперь мне значительно легче. — сказал он нормальным голосом и достал флягу. Он скрутил крышку, понюхал содержимое, а потом с отвращением закрыл флягу. - Нет, хватит, больше я не буду пить чтобы заглушить чувства… Марселин, положила голову ему на плечо: не вини себя… Ты ничего не мог сделать… Понимаешь, есть такие моменты, в жизни каждого, когда кажется будто ты сам во всём виноват, но это не так… Иногда мы ничего не можем изменить, как-бы не хотели, это так-же невозможно как обогнать пулю или обратит время вспять. — вампирша увидела как по лицу Вальтера расплывается ухмылка и тоже улыбнулась:, а теперь, полетели домой, я сделаю тебе кофе… То-же время. Тысячу лет вперёд. Бонибель в ужасе глядела на свои расчёты. Она понятия не имела как работает эта машина, от её прежних чертежей не осталось почти ничего. Самым страшным, было то что она не могла вывести формулу временного буфера, то-есть, предсказать последствия каких-либо действий в прошлом, было совершенно невозможно. Без Белль, думать было очень сложно, ведь видение почти всегда ей помогало, своими знаниями и умениями. Выяснилось что у принцессы вполне серьёзные пробелы в знаниях по физике, без которых вывести формулу до конца было почти невозможно. Принцессе приходилось импровизировать, стараясь предугадать возможные последствия. До этих пор она выкручивалась, проще говоря врала она не знала, ни про убийства в прошлом, ни про время, которое нужно на изменения. На самом деле, срок в неделю она взяла почти с потолка, по её мнению где-то неделя ей самой была нужна, чтобы разобраться во всём что наворотила Белль. Машина времени была почти полностью переработана, став совершенно невозможным механизмом. Белль всё защитила, ни к одному узлу нельзя было подобраться просто так. Повсюду были кодовые панели, ловушки, а в одном месте была зафиксирована граната. Принцесса при помощи Мятного, постепенно обезвреживала механизм, силясь понять по какому принцип он работает. Самым страшным, было то что она не знала, как вернуть вампиров обратно и что ей делать когда вернётся Финн. Хотя на этот случай у неё уже были заготовлены контр-меры…