fly, pigeons, fly

Чжису улыбается фанатам, забавно морща нос, но моментально серьезнеет, когда его пальцы касаются гитарных струн. Если честно, Чжонхан до сих пор путает, какая из его гитар Тэйлор, а какая – Мартин, но это не так уж и важно, потому что Чжису любит обе одинаково. – Baby, good night, – выдыхает он в микрофон нежно, и Чжонхан, сам не замечая того, начинает беззвучно подпевать, едва шевеля губами и покачивая головой в ритм музыке. Эту песню он знает плохо, только припев вот помнит, хотя там всего-то несколько строчек. Поющий Чжису, играющий на гитаре Чжису, поющий и одновременно играющий на гитаре Чжису – это что-то завораживающее, и Чжонхан ловит себя на том, что залипает. Залипает на длинные ресницы, рыжеватые волосы на виске, двигающиеся губы… и это, видимо, настолько палевно, что даже сидящий напротив Сынчоль смотрит с подозрением, моментально подбираясь. Впрочем, в голове уже звенит тревожный колокольчик, и поэтому Чжонхан отводит глаза в сторону – а увиденного всё равно не развидеть – и успокаивающе подмигивает Сынчолю. Тот смотрит выразительно, но расслабляется и снова обращает внимание на фанатов, в руках которых стрекочут сверчками фотоаппараты. Чтобы отвлечься, Чжонхан машинально повторяет за Чжису пару строчек, но, не выдержав залипает на его лице снова – и как же хорошо, что из-за выпущенной из хвоста пряди не видно, куда он смотрит. Стихает музыка, Чжонхан бормочет в свой микрофон, который всё это время держал у струн, что-то восторженное, а Чжису смеется смущенно, напоминая пушистого щеночка, и говорит: – Спасибо, – и потом, – я люблю вас! Чжонхан хлопает вместе с остальными. Чтоб тебя, Хон Чжису, и твои пальцы на гитарном грифе – тоже. Чтоб тебя. В общежитие они возвращаются уже почти совсем ночью, и почти с боем отстояв у Сынквана, Минхао и Вону своё право пойти в душ раньше них, Чжонхан быстро сушит волосы полотенцем и со вздохом облегчения уходит наконец спать. И когда Чжонхан уже забирается в постель, Чжису, явно переживший такое же сражение, полушёпотом зовёт его – так, чтобы не слышали остальные. – Что? – полусонно отзывается Чжонхан, борясь с желанием уснуть прямо здесь и сейчас, даже не накрывшись одеялом. – Baby, good night, – улыбается Чжису в своей любимой манере – словно щеночек. Смешная улыбка и одновременно ужасная, потому что на неё сложно не ответить. Вот и Чжонхан не может не – и поэтому улыбается тоже. – Спокойной ночи, – говорит он, подгребая к себе подушку. Чжису мурлычет что-то себе под нос и выглядит откровенно довольным, когда закрывает глаза.