Глава 11. Эпизод I: DXM, MDMA
11 декабря 2015 г., 18:24
Space monkey in the place to be With some free association and a hole in her head Out on a limb in the carnival of me Raising the temperature 100 degrees Я опьянен, и в пустоте Со свободными ассоциациями и дырой в ее голове Отпечатанной и на моем теле в карнавале Поднимаю температуру до ста градусов Placebo — Space monkey
— Какой у тебя болевой порог по шкале от одного до десяти? — брюнет на мгновенье оторвался от губ розоволосой, продолжив водить кончиками пальцев по ее шее. Такси мчалось в неизвестном для девушки направлении. Минуя огромную толпу на первом этаже клуба, теснясь между людьми, останавливаясь, поддаваясь кружащей сознание музыки и вновь продолжая следовать дальше за крепко держащей её рукой Саске, буквально выдергивающей Сакуру из разноцветных огоньков, просачивающихся сквозь клубы дыма, она села в указанную жестом мужчины машину. Даже не обращая внимания на водителя, Учиха вновь припал к губам своей подчинённой, крепко хватая ту за затылок, не позволяя вырваться или дернуться ни на сантиметр. — Что? — не понимая вопроса, Харуно пыталась сосредоточить взгляд на одной точке, всматриваясь в его глаза. Но все попытки были тщетны. Мелькающий за стеклами вид на город никак не давал прийти в себя: яркие огни сменялись один за другим, переплетаясь между собой длинными разноцветными линиями, путаясь, врезаясь в глаза ярким светом, отчего невероятно сильно хотелось прикрыть глаза, но сидящий напротив не позволял ей этого сделать. Его отчетливое дыхание отдавало звоном в ушах, а резкие повороты кружили голову еще сильнее. Она понятия не имела, сколько времени прошло, сколько остановок было сделано, сколько минут или даже часов длился их поцелуй, сопровождающийся его прикосновениями к ее тонкой шее. Она даже не заметила, как очутились в темной, неизвестной ей комнате. Сознание вернулось к ней лишь в момент сильного удара спины о стену. Боли не было, но зато был глубокий, внезапный, шумный глоток воздуха. — Так что, Сакура? Может, шесть? Или мне самому проверить? — Учиха продолжал сверлить ее своими ониксовыми глазами, попутно срывая с девушки все еще мокрую одежду. Каждое его слово отдавалось лишь эхом в ушах розоволосой, отчего смысл сказанного оставался загадкой. Каждое его прикосновение, в отличие от предыдущих, наконец начало приводить сознание в норму. Лишившись последнего предмета одежды, будучи все еще с силой придавленной к холодной стене, она телом стала ощущать лишь грубые прикосновения, слишком ярко реагируя на каждое надавливание или сжимание. Казалось, наркотик выветрился из головы лишь тогда, когда холодные и длинные пальцы мужчины обхватили ее горло. Брюнет сдавил ее хрупкую на вид шею, приподняв вверх так, что девушка могла ощущать пол под ногами только носочками. Второй рукой он, не церемонясь, провел между ее ног, ища двумя пальцами манящую его промежность, после чего резко остановился. Его подчиненная, хватая губами воздух, из последних сил схватила его руку у своей шеи, стараясь расцепить цепкие пальцы брюнета, а второй резко остановила его между своих ног. — Хватит! — малахитовые глаза были до краев наполнены испугом, а все тело пробрала неприятная дрожь. — В чем дело? Тебе ведь нравится! — будучи сильнее физически, Саске продолжил свои действия, игнорируя ее попытки вырваться. Одарив ее леденящим взглядом, он все же добрался пальцами до промежности, не прекращая водить кончиком языка по ее пересохшим от страха губам. Но, как только почувствовал, что без применения силы он не сможет туда проникнуть, так как на пути указательного пальца есть некая преграда, мужчина тут же отстранился от дрожащего нагого тела, которое продолжало уже само вжиматься в стену, боясь пошевелиться. — Так вот почему, — опустившись на колени, он собрал все еще влажную одежду и сунул ее в руки розоволосой. — Что за недоразумение. Одевайся, — присев на противоположный край кровати, упираясь локтями о колени и закрывая лицо ладонями, мужчина произносил каждое слово с надменными нотами, словно отдавал привычный приказ. Поспешно накидывая на себя одежду дрожащими руками, Харуно уже ринулась искать выход из квартиры, как вдруг ее остановил спокойный тон сидящего сзади: — Сделай мне кофе. Кухня справа от тебя. Сама не понимая почему, будто находясь в анабиозе, ноги сами повели ее в указанное Учихой место. Либо она вовсе не отдавала отчет своим действиям, либо страх от его последних действий полностью захватил разум, вытесняя из него недавнее удовольствие, заставляя девушку беспрекословно подчиняться его приказам. Найдя выключатель при входе в кухню, зажигая свет и не обращая внимания на окружающую ее обстановку, девушка принялась судорожно открывать все шкафчики, в поисках нужного ей ингредиента. Спустя пару минут безрезультатных поисков, в комнату вошел виновник ее неадекватного состояния и, игнорируя ее присутствие, включил электрический чайник, находившийся в метре от Сакуры, которая вновь застыла, изучая каждое его движение. Мужчина приблизился к ней размеренными шагами и протянул руку мимо ее головы, открывая нужный ему шкаф, доставая банку кофе и пару кружек. Заметив ее испуганный взгляд, он тяжело вздохнул, прикрывая глаза. — Я тебя пугаю? — Н-нет, не пугаешь, — промямлила Сакура, все еще широко распахивая свои малахитовые глаза, на этот раз от удивления. — Или пугаю… — Учиха ухмыльнулся и медленно поднял руку к ее лицу, прикасаясь к щеке. — Прости меня, я вовсе не хотел тебя обидеть, — убирая непослушный розовый локон ей за ухо, он очертил пальцами линию подбородка девушки и затем притянул ее лицо ближе к себе, еле касаясь её губ своими. — Мне пора, — Харуно отстранилась от парня, делая неуверенные шаги в темный коридор. — Ничего не имею против того, чтобы ты осталась, — он протянул раскрытую ладонь в ее сторону. — Тем более ты вряд ли имеешь представление, где сейчас находишься. — Так скажи мне адрес, и я вызову такси. Продолжив держать свою протянутую руку перед ней, мужчина снова ухмыльнулся. — Твоя сумка и пальто остались в клубе, если ты забыла. А мне вовсе не хочется, чтобы ты заболела, разгуливая в таком виде ночью. Не беспокойся: я сказал твоей подруге, чтобы она их забрала. Понимая, что выхода у нее особо нет, девушка все же протянула ему руку и неуверенно последовала за брюнетом. Доведя девушку до кровати, он отпустил ее и направился в сторону шкафа, доставая оттуда сухую футболку. — Подними руки, — на этот раз его тон казался мягким, поэтому она послушно выполнила его требование. Осторожными и медленными движениями он снял с нее всю одежду, оставив лишь нижнее белье, а затем надел поверх него свою майку. — Спасибо, — почти шепотом вымолвила она, после чего легла на указанную его жестом, постель, а уже через минуту почувствовала, как ее крепко обняли сзади. От его размеренного и теплого дыхания на своей шее розоволосая почувствовала новую волну мурашек, а его объятия внесли в эту ночь долгожданное спокойствие, после которого она, в конце концов, смогла погрузиться в крепкий сон.***
— Подъем, Сакура, — голос над ее ухом наконец заставил девушку раскрыть глаза, но, увидев перед собой знакомое лицо, она тут же сомкнула их обратно. — Нет, — пробубнила она сонным голосом, чем вызвала недовольную физию у стоящего напротив. Мужчина изогнул одну бровь и поставил на стол перед ней стакан с пузырящейся жидкостью, а затем скинул с нее одеяло. Неприятный холод распространился по всему телу, и ей все же пришлось расцепить глаза. — Рабочий день никто не отменял. Выпей это и иди в душ. Превозмогая жуткую головную боль и нежелание покидать мягкую постель, розоволосая все же собралась силами и встала, мгновенно осушив стакан с прозрачной жидкостью, чтобы хоть как-то утолить мучившую ее жажду, но тут же поморщилась, ощутив неприятный вкус. Решив не раздражать своего начальника лишний раз, прекрасно помня, каким нервным он может быть с утра, она мельком оглядела то, как он застегивает на себе рубашку, и, узнав, где находится ванная, направилась в ее сторону. Закончив водные процедуры и войдя в комнату в одном лишь полотенце, она вдруг вспомнила, что ее одежда вряд ли пригодна теперь для офиса. Словно читая ее мысли, находящийся в комнате брюнет сунул ей в руки вещи, а затем продолжил свои сборы. — Где ты ее взял? — Меньше знаешь — крепче спишь. Поторопись: я не хочу из-за тебя опаздывать. «Ну вот, грозный начальник вернулся». Тяжело вздохнув, Харуно принялась одеваться и приводить себя в приемлемый вид. Спустя считанные минуты, они уже спустились на парковку, отыскав его автомобиль. Сев на переднее сидение, девушка стала потирать руки: в одной тоненькой серой рубашке и брюках с утра было довольно холодно, а машина еще не успела прогреться. Заметив это, к удивлению Сакуры, брюнет быстрыми движениями снял с себя пальто и сунул ей в руки, после чего начал сдавать назад. — Одевай и пристегивайся, — не выражая ни единой эмоции, он выехал на дорогу и теперь смотрел только через лобовое стекло. Как только розоволосая выполнила его указания, Учиха со всей дури дал газу, а стрелка на спидометре быстро перевалила за сто километров в час. Маневрируя между другими автомобилями и подрезая сонных водителей, игнорируя красные светофоры, он то и дело переключал скорости, в то время как его подчиненная уже вжималась в спинку сидения. «Теперь мне стало ясно, почему он никогда не опаздывает». Достигнув меньше чем за десять минут офиса, припарковав машину у здания, мужчина вышел из автомобиля первым. Сакура же осталась сидеть неподвижно, пялясь в лобовое стекло. И причиной этому были выходящие из темной иномарки двое знакомых ей людей. — Харуно, не тормози! — открыв перед ней дверь, Саске сверлил ее недовольным взглядом, дожидаясь когда она, наконец, выйдет. Все еще не отрывая взгляда от Итачи, держащего в руках стакан с кофе, и идущую рядом с ним Мезуми, она вылезла из машины и поплелась за раздраженным брюнетом, направлявшемуся как раз в их сторону. — Доброе утро, — мужчина с повязанными волосами в низкий хвост обратился к своему брату, а затем перевел какой-то странный взгляд на розоволосую, от которого последняя вмиг опустила глаза. Младший Учиха лишь кивнул в ответ, словно не обращал ни на кого внимания, в то время как Мезуми осмотрела их общую подчиненную презрительным взором. Добравшись до лифта и войдя в него, все четверо стали дожидаться нужного этажа, а гнетущее между ними молчание с каждой секундой все больше давило на Сакуру. «Утро добрым не бывает — кажется, вполне подходящая под момент фраза. И как мне теперь отдать ему пальто, чтобы это никто не заметил?" Стоявший позади нее Саске, вновь, словно читая ее мысли, медленными движениями снял с нее свой предмет одежды, отчего девушка с изумрудными глазами вздрогнула, а старший Учиха с удивлением покосился в их сторону, а после еле слышно усмехнулся. «Черт возьми! С каждой вот такой поездкой я начинаю ненавидеть лифты все больше!» Поморщив лоб, она отсчитывала про себя секунды, молясь о скорейшем прибытии на нужный ей этаж. Но перед тем, как двери открылись, Итачи подошел к ней ближе, произнося каждое слово спокойным, размеренным тоном: — Сакура, ты едешь со мной выше, так что не торопись пока покидать лифт. Двери распахнулись, и, судя по выражению лица Мезуми, она была сильно недовольна, но все же последовала за младшим Учихой, который даже голову ни в чью сторону не повернул, как будто все слова его брата пролетели мимо его ушей, а о существовании девушки, с которой он проснулся в одной кровати этим утром, брюнет и вовсе позабыл. — Ты смерти моей хочешь?! — проговорила она злобным голосом, как только они снова начали подниматься вверх. — Не понимаю о чем ты, — выходя в коридор пятидесятого этажа, Итачи направился в сторону своего кабинета, попутно доставая из своей сумки ключи и протягивая стакан с бодрящей жидкостью, плетущейся за ним Харуно. — Спасибо, но мне не хочется. — А я и не предлагаю тебе его пить. Просто подержи, — закатив глаза, девушка буквально вырвала из его рук емкость, а затем продолжила идти вслед за ним. — Смотрю, ночь была бурной? — доставая из ящика стола тоненькую папку, он задал ей вопрос с еле заметной ухмылкой. — Ты за этим меня вызвал? — поставив перед ним стакан, она скрестила руки на груди, продолжив смотреть на него потемневшими от злости малахитовыми глазами. Девушка все еще держала на него обиду, которую вовсе не старалась скрывать. Кроме того, встретив его в компании Мезуми, настроение с самого утра она считала заведомо испорченным. — Нет, — смерив ее томным взглядом, он сунул ей в руки папку, — через два часа будь там. Все остальное узнаешь, когда ознакомишься с содержимым. Я уже говорил, что вскоре мне понадобятся твои навыки. Так вот, время пришло, — закончив фразу, мужчина достал небольшой темный кейс, кладя его на стол перед розоволосой. Открыв его, внутри она обнаружила знакомые ей предметы. Те самые, что были при ней в ту самую ночь, когда она покусилась на жизнь Учихи: Револьвер Кольт Уолкер 44-го калибра, несколько ножей, а также Пистолет Kel-tec PF-9, из которого она так и не смогла выстрелить в самом конце. — Здесь не хватает лишь твоей катаны, — выдернув ее из размышлений, он сделал глоток уже остывшего напитка, — но, думаю, ты и без нее в состоянии справиться. Закрыв чемоданчик, Сакура молча направилась к выходу, крепко держа его в руках. Придя к своему рабочему месту и спрятав предмет под стол, она раскрыла перед собой папку и стала внимательно изучать ее содержимое: фотография мужчины, на вид тридцати лет, адрес, время и примечания. «Убить любым способом? Ну, учитывая, что винтовки у меня под рукой нет, а мое оружие не подходит для дальней стрельбы, придется ориентироваться по ситуации». — Ну и куда ты смылась вчера вечером, что даже о своих вещах позабыла? — подошедшая к ней блондинка уже вовсю сверлила подругу недовольным взглядом, держа в руках ее пальто и сумку. — Спасибо, — единственное, что она могла из себя выдавить, не зная, какую придумать отмазку. Говорить о том, с кем она провела ночь, вовсе не хотелось, да и о том, как она ее провела, — тоже. Покачав головой, Ино передала девушке вещи и, решив не грузить ее расспросами, удалилась в свой кабинет, чем несказанно обрадовала Сакуру. Вызвав такси до нужного места, так как ехать нужно было в другой конец города, и накинув верхнюю одежду, она вдруг остановила взгляд на лежавшей на столе бежевой коробке. «Что же, возможно сегодня они меня пригодятся».***
Выйдя за пару кварталов до нужного ей из машины, девушка шла вперед, силясь увидеть дорогу через густой туман. На улице было подозрительно безлюдно и тихо, что немало насторожило розоволосую. По мере приближения к указанному в документе месту, она пыталась найти что-то вроде лестницы, чтобы подняться на этаж удобного для нее здания, или закутка между домами и выжидать появления цели. Пройдя еще двести метров и свернув за очередной поворот, девушка услышала идущие в ее сторону шаги и, судя по их количеству, сделала вывод, что там вовсе не один человек. Замедлив темп, она стала идти вблизи стен домов, чтобы хоть как-то скрыть свое присутствие. С каждым пройденным метром в тумане все четче различались силуэты людей, а внезапные выстрелы, разносящиеся в тишине, заставили Харуно резко свернуть за первый попавшийся угол высокого здания. «Какого хрена?!» — ругаясь про себя, она мигом достала пистолет, выжидая, когда неизвестные прекратят стрельбу. — Выходи, Сакура! Не заставляй моих мальчиков ждать! — до боли знакомых голос заставил лоб сморщиться. Уже кипя от злости, с губ слетел яростный крик: — Ты совсем рехнулась?! Какого черта ты тут делаешь?! — в ответ она услышала лишь звонкий смех и громкую фразу «Фас», после которой последовала очередная пальба в ее сторону. Дождавшись, когда магазин оружия неизвестных опустеет, она наконец высунулась из укрытия и стала стрелять в ответ, стараясь разглядеть хоть кого-то, чтобы верно нацелиться. Благо меткость за месяц не растерялась, и она успела попасть в головы нескольким, после чего ей снова пришлось спрятаться за стену. Оглядев переулок, к ее счастью, розоволосая обнаружила мусорный жбан, а над ним лестницу, ведущую ко второму этажу. Вскарабкавшись на нее и выбив окно локтем, она пробралась внутрь, отметив про себя, что здание оказалось не жилым, что хоть немного облегчило ее положение. Подбежав в другой стене и присев под окном, Сакура внимательно стала изучать обстановку. «Еще пятеро, если не считать эту идиотку. Патроны для пистолета закончились, и остался только револьвер, а в нем, на сколько мне помнится, всего пять. А если учитывать, что из-за тумана я вряд ли смогу попасть каждому по жизненно важным органам, шансы у меня так себе. Импровизация не удалась». Открыв окно, она нацелилась в голову одного из идущих и совершила выстрел, от которого остальные тут же повернули свои взоры в ее сторону. Перед тем, как они начали палить в окно, даже не целясь, Сакура успела совершить еще два, один из которых прошел мимо. Проделывая эти манипуляции, пока внизу не осталось всего три человека и у нее не кончились патроны, розоволосая направилась к другому окну, выходящему в противоположную сторону, и, миновав его, стараясь быть как можно тише и незаметнее, спустилась вниз, обходя здание и заходя за спины врагов. Достав два небольших ножа, идя уже более спокойной походкой, она метко запустила их в шеи двух идущих по бокам от женщины мужчин. Через мгновенье оба повалились на землю. — Асука! — Харуно кричала брюнетке в спину, продолжив приближаться к ней. — Что за цирк ты тут устроила?! — Как всегда, слишком медленно, — Учиха остановилась, а после, наконец, развернулась лицом к сестре, одарив ту хищной улыбкой. — Ты правда думала, что отец просто так оставит твое предательство? — Ну и что ты собираешься делать? — в ответ Сакура так же язвительно улыбнулась, сократив между ними расстояние до трех метров. Продолжив стоять на месте, подстриженная под мальчика девушка вытянула руку вперед и указательным пальцем поманила к себе стоящую напротив. От такого жеста последняя лишь закатила глаза и, тяжело вздохнув, ринулась в сторону сестры, замахиваясь кулаком для удара. После того, как Асука увернулась, розоволосая попыталась сделать подсечку, от которой ее противница сделала подобие мостика и направила ногу в сторону ее подбородка. Сделав шаг назад, Сакура уже выставила блок, отражая новый удар, после которого с силой толкнула противницу коленом в живот. Пока Учиха непроизвольно согнулась от боли, зеленоглазая занесла над ее шеей локоть, ударяя им в области затылка сестры, а после схватила ее за шиворот, поднимая перед своим лицом. Увидев странную улыбку, Харуно поморщилась, но когда поняла, что задумала ее сестра, не успела увернуться. Резко занеся голову назад, Асука со всей дури ударила своим лбом в голову стоящей напротив и тут же отпрыгнула в сторону. В глазах Сакуры все помутилось, а в ушах был теперь слышен лишь неприятный звон, который через минуту стал смешиваться с полицейскими сиренами. Открыв наконец глаза, перед собой она увидела несколько машин, в то время как Учихи и след простыл. — Подними руки за голову и без резких движений, — мужчина с торчащим сзади хвостом, шедший в ее сторону, держал руки в карманах брюк, а на его лице читалось вполне очевидное недовольство. Идущая рядом с ним блондинка с четырьмя торчащими хвостами, напротив, выглядела серьезно, направляя оружие в сторону Сакуры. «Твою мать!» Выполнив указания брюнета, который уже достал из кармана наручники, заведя ей руки за спину, сковал в них, и зачитывал стандартную фразу при задержании, она отвечала на вопросы полицейского: — Учиха Сакура? — Да. — У вас есть право хранить молчание. Все, что вы скажете, может и будет использовано против вас в суде. У вас есть право на адвоката. Если вы не можете его себе позволить, вам его предоставят. Вы поняли свои права, только что мною зачитанные? — выговаривая каждый слог с устало опущенными веками, лениво разделяя каждое слово, парень внимательно оглядел ее. — Да. Один только вопрос: в чем вы меня обвиняете, офицер или кто вы там? — Шикамару, проверь ее карманы, — стоящая позади девушка, все еще держа задержанную на мушке, подала голос. Подчинившись приказу сослуживицы, брюнет достал из кармана ее пальто несколько пакетов с белым порошком. Продолжив обыск, поочередно доставая несколько ножей и пару пистолетов, он продолжил: — Вы обвиняетесь в хранении наркотиков, а также в убийстве двадцати трех человек, — ведя ее в сторону машины, он прикрывал свободной рукой рот, бесцеремонно зевая, — ну, или где-то около того. «Вот же дрянь! Она подставила меня! Наркотики? Серьезно?!» Опустив ее розовую макушку, усаживая в автомобиль и захлопывая дверь, водитель тронулся с места. Очутившись в полицейском участке, блондинка сняла с нее наручники и жестом указала стать напротив камеры. — Смотрите в объектив, — после чего сделала несколько фотографий и повела девушку к замысловатому аппарату. Окунув ее пальцы в чернила, она прислонила их к сканеру, снимая отпечатки. — Шагай! — полицейская провела ее по белому коридору и запихнула в камеру, закрыв за спиной розоволосой дверь. Оглядевшись вокруг, она обнаружила четыре металлических полки, занятые другими женщинами, и туалет с раковиной. Присев на пол и облокотившись спиной о стену, Харуно обхватила лицо руками, стараясь успокоиться. «Она изначально это подстроила. Как я могла попасться на такую хрень? Ну и как мне теперь разгребать это дерьмо?!» Спустя полчаса в дверь вошла неизвестная ей женщина в форме. — Перевозка ждет, дамы, — обращаясь ко всем присутствующим в камере, она отошла в сторону, пропуская их на выход. Поднявшись на ноги, Сакура остановилась рядом с ней и, оглядев еще троих стоящих охранников, задала вопрос: — Куда мы направляемся? — В четвертое отделение, на оформление. Поднимите руки, — выполнив приказ, на нее нацепили какой-то странный пояс, а после снова сковали руки наручниками. — Мне нужно позвонить. — Вы получите доступ к телефону, как окажетесь в четвертом отделении. Готовы? — на этот раз, женщина обратилась ко всем. — Идем! Выстроенные в ряд женщины направились следом за остальными охранниками. Миновав несколько обшарпанных коридоров, они попали на улицу. Прямо возле входа стоял полицейский фургон, в который еще двое полицейский довольно небрежно запихивали заключенных по очереди. Мужчина захлопнул перед ее лицом дверцу и постучал по ней дважды, а затем машина тронулась. Через час Сакура уже сидела в темном коридоре, переполненном заключенными женщинами и людьми в форме. Обстановка продолжала давить на психику, отчего последняя стала сдавать. У нее не было никакой уверенности, что она сможет так просто отделаться. Если несколько часов назад она еще думала о том, что кто-то из братьев вытащат ее, то сейчас эти надежды сводились к нулю. Осознание того, что она никем им не приходится, а посему им нет причин ее вытаскивать, заставляло все тело покрываться леденящей душу дрожью, что, в свою очередь, порождало внутреннюю панику. «Отец всегда изощренно расправлялся с предателями. Моя мать тому подтверждение. И с чего я взяла, что он просто оставит меня в покое? Какая же я дура!» — Учиха Сакура? — стоящая за стойкой женщина выдернула розоволосую из мыслей, а затем подозвала ее к себе. — Есть серьезные заболевания? Диабет, туберкулез, ВИЧ, пищевая аллергия? — Нет, — услышав ответ, полицейская внимательно оглядела ее и простучала пальцами по клавиатуре, занося информацию в компьютер. — Сидите на чем-то? Наркотические зависимости, о которых нам стоит знать? — в ответ Сакура лишь отрицательно помотала головой, взволнованно вглядываясь в глаза стоящей напротив. — А лекарства? Принимаете лекарства по рецепту? — произнося каждое слово словно робот, офицер умудрялась смотреть на девушку каким-то презрительным взглядом. — Нет. — Сдавайте личные вещи, — выложив перед ней на стол прозрачный пакет, она продолжила, — часы, кольца, браслеты, кошелек, деньги, ключи, серьги для пирсинга, содержимое карманов. Когда Сакура выполнила все действия, и ее пакет опечатали, отметив на нем что-то маркером, женщина вновь продолжила зачитывать стандартные фразы: — Руку пожалуйста, — на нее нацепили бумажный браслет с какими-то надписями, — это ваша фотография? — Да, — все более неуверенно отвечала заключенная. — Подпишите, чтобы подтвердить список вещей, которые вы мне передали, — в очередной раз проделав все, что ей было велено, Харуно последовала за офицером, проходя в небольшую комнату с белыми стенами, не имевшую никакого освещения. — Раздевайтесь и кладите вещи в пакет, — каждое ее слово резало уши, а очередной приказ заставлял девушку морщиться и дрожать все больше. — Нижнее белье тоже снимайте, — пока Сакура избавлялась от всех предметов одежды, ощущая под ногами ледяной пол, стоящая напротив уже натягивала белые перчатки. — Поднимите руки, — тон, добавлявший еще больше холода в уже полностью нагое тело, заставил ее в очередной раз содрогнуться. Женщина стала проводить осмотр тела, после чего приказала ей открыть рот и, посвятив туда фонариком, заставляя поднять язык и опускать губы поочередно, те же действия проделала и с подошвами ступней. Розоволосой уже казалось это пределом, пока ей не было велено развернуться. — Согнитесь пожалуйста, — она уже еле сдерживала подступившие в глазам слезы от ужаса, который испытывала в данный момент. — Покашляйте. Закончив осмотр, женщина всучила ей в руки пакет с формой. — Надевайте робу, — забрав ее пакет с вещами и пометив его маркером, дожидаясь, пока заключенная оденет новую, она жестом указала на выход. — Пошли, — миновав очередной коридор, а затем еще несколько, Харуно вновь очутилась в камере, переполненной заключенными. Обхватив колени руками, она уселась в углу помещения, нервно проглатывая подступивший к горлу комок.***
Брюнет сидел в пустом кабинете, вальяжно раскинувшись на стуле, вертя в руках кубик-рубик, принадлежащий, по-видимому, хозяину стола, откуда и был взят предмет. После непродолжительного времени тот самый хозяин показался в двери. Заметив нежданного гостя, он устало вздохнул и, закрыв за собой дверь, уселся в кресло, разгребая лежащие на столе бумаги. Незваный "гость" лишь изогнул бровь, молча продолжив заниматься игрушкой в своих руках. Спустя пару минут повисшего в кабинете молчания один из них все же решился начать разговор первым: — Надо же, сам Учиха Саске пожаловал сюда. И не говори мне зачем. Черноглазый убрал взятый со стола предмет на место, скрестив пальцы рук, и разместил их перед собой, все еще держа одну согнутую в колене ногу на другой. Одарив сидящего напротив высокомерной улыбкой, он уставил свои черные, как оникс, глаза, в недовольные карие. — Ты подрываешь рабочий процесс моей компании, чего ты еще ждал? — ухмыльнувшись, брюнет продолжил сверлить второго взглядом. — Ну конечно. Без нее все канет в Лету, а ты разоришься. — С ее помощью ты не выйдешь на Мадару. Так, может, нам стоит объединить усилия? — С чего ты взял, что я стану якшаться с преступником вроде тебя? Ты все еще не в наручниках только благодаря своему брату и немереному количеству денег. — Нара, ты ведь всегда был умный парнем. Так, может, и сейчас мозги включишь? Ежели тебе известно, кем я являюсь, наверное, стоит хорошенько подумать, прежде чем перебегать мне дорогу? — тон говорящего становился все серьезней, а улыбка уже сползла с его лица, сменяясь на тонкую линию. Запрокинув голову назад, Шикамару недовольно цокнул. Город уже окутывал вечер, поэтому облаков через окно было не видать. А ведь он так любил наблюдать за ними, абстрагируясь от нудной работы и мечтая стать одним из них. — Как же все достало, — лениво протянул он, прекрасно понимая, в каком положении находится. Парень, в принципе, ожидал похожего исхода событий, но вызов есть вызов, пусть и анонимный. — Чего ты от меня хочешь, Учиха? — все еще пялясь в потолок. — На ней висят больше двадцати убийств, а также хранение наркотиков. У меня нет волшебной палочки, чтобы просто взять и удалить ее дело из базы — это уже не моя юрисдикция. — Это твои проблемы. Подписывай все, что нужно, а также удали из вашей базы ее фотографии и отпечатки, — брюнет наконец поднялся, шагая в сторону двери. — Как ты будешь разгребать эту, заваренную тобой же, кашу, меня не касается.***
— Учиха Сакура? — вошедший в камеру охранник заставил розоволосую в очередной раз вздрогнуть. — Да? — На выход. Вот уже несколько часов она все ждала встречи с адвокатом, прекрасно понимая, что с такими уликами он ей вряд ли поможет. — Куда меня ведут? — идущий быстрыми шагами мужчина продолжал ее игнорировать, сворачивая все в новые коридоры. Сунув ей в руки пакет с ее одеждой он отвел ее в закрытую комнату. — Переодевайся. — Зачем? Что случилось? — она не переставала донимать его расспросами, оглядывая его уставшими глазами, под которыми уже виднелись синяки от недосыпа и нервов. Устало вздохнув, мужчина все же соизволил ей ответить: — Ты свободна. Сдай форму и покинь территорию отделения, — все еще не веря своим ушам, девушка принялась судорожно переодеваться и, заполнив различные бумаги, забирая личные вещи, минуя охрану, вышла на улицу. Остановившись у самых ворот, которые медленно открывались перед ней, она вдохнула свежий прохладный ночной осенний воздух с таким удовольствием, будто все то время, проведенное в заключении, мысленно настраивала себя почувствовать его нескоро. Когда ворота, наконец, открылись, а охранник жестом указал ей выйти, перед собой розоволосая заметила уже знакомую машину. Сидящей в ней брюнет потянулся и открыл рукой переднюю дверь, не вставая с водительского сидения. Сев на указанное место, она удивленно посмотрела на водителя. — Наколку уже успела сделать? — протягивая ей сигарету, брюнет ухмыльнулся и завел мотор. — Очень смешно, — она отодвинула от себя сверток, — я не хочу. — Ты там даже сутки не провела, а выглядишь довольно потрепанной, — Учиха продолжал вести машину, на этот раз управляя автомобилем довольно медленно и спокойно. — Спасибо, — почти прошептала Харуно, все еще не веря в происходящее. — "Спасибо" на хлеб не намажешь, — усмехнулся он. — Кстати, о еде. Ты голодна? — Безумно. И все же с чего такая забота? И как ты смог так просто вытащить меня оттуда? — произнося каждое слово неуверенно, Сакура все-таки осмелилась задать этот вопрос, на который получила лишь тяжелый вздох. — Прекрати задавать глупые вопросы, иначе эту самую "заботу" ты больше не увидишь. Всю оставшуюся дорогу они ехали молча, пока через некоторое время не добрались до небольшого ресторанчика в районе Минато. Сняв с нее пальто и отодвинув перед Сакурой стул, Саске вел себя как джентльмен, коим поведением вызывал лишь шок у розоволосой. Пролистав меню, они стали дожидаться, пока у них примут заказ. Спустя пару минут к их столику подбежала молоденькая официантка. — Что будете заказывать? — ее взгляд пал на брюнета, сидящего в дорогом костюме и обладающего довольно красивой внешностью. Закатанные рукава белой рубашки, ворот которой был небрежно, но в то же время сексуально одернут в сторону, вызывали на ее щеках румянец. Оглядев молодую особу с ног до головы, с еле заметной ухмылкой на лице, заставляя ее еще больше покраснеть, брюнет сделал заказ, а затем обратил свой взор на Харуно, которая, в свою очередь, уже прикрывала лицо ладонью, облокачиваясь локтями о стол, силясь не рассмеяться на все заведение. Сделав также и свой заказ и дождавшись, когда официантка удалится, зеленоглазая наконец издала тихий смешок. — Что? — Учиха удивленно покосился в ее сторону. — Забудь, — сдерживая смех и пытаясь сделать выражение лица серьезным, она отвела взгляд в сторону. — Очаровательно. — Что именно? — Твоя улыбка. На этот раз и сама Сакура залилась румянцем, смотря прямо в его темные глаза, в которых уже играли чертики. — Видишь, — он нагнулся, приблизившись к ее лицу, — нет ничего странного в том, что девушки краснеют при виде меня, — а затем ухмыльнулся, отодвигаясь обратно. Смущение тут же сползло с ее щек, и девушка, недовольно хмыкнув, отвернулась в сторону. Закончив с едой и сев обратно в его автомобиль, они направились в неизвестном для Сакуры направлении, пока не прибыли к узнаваемому ей зданию. «Кажется, утром мы выходили именно из него. Зачем он снова привез меня сюда, а не в мою квартиру?» Вытащив ключи из зажигания, Учиха открыл дверь и, выходя из машины, добавил: — Вылезай. Выполнив очередное требование и последовав за ним, проходя за двери высотки, каждый ее шаг становился все неуверенней и медленней, пока она не остановилась посреди холла перед самым лифтом. Заметив это, брюнет протянул ей руку, смотря прямо в ее малахитовые глаза. — Успокойся, я не к себе в квартиру тебя веду. — Тогда куда? — она неуверенно положила свою ладонь в его раскрытую, вновь ощутив его тепло и немного грубую хватку. — Приводить тебя в порядок. «О чем он говорит? Какой еще порядок?» Пока они томно поднимались в лифте, все еще ощущая тепло его руки и смотря ему в спину, розоволосая обратила свой взор на электронное табло и многочисленные кнопки. «Почему мы едем на последний этаж? Или на сорок пятом находятся спа-салон, или я отказываюсь понимать, что он делает». Когда двери распахнулись, брюнет повел ее за собой в сторону лестницы и, достав ключи, отворил перед собой дверь. Прохладный воздух резко подул девушке в лицо, заставляя ее вздрогнуть от неожиданности. Все еще продолжая идти за ним вслед, она начала оглядывать окружающую ее обстановку. Ей оказалась большая крыша этого высокого здания, заставленная в некоторых местах проводами и большими, судя по виду, кабельными тарелками. По краям находились совсем маленькие ограждения из металла, а над головой виднелись ели заметные звезды. В городах всегда так: из-за присутствия многочисленных источников света красоту небесных тел редко когда можно было заметить. И все же в этом месте они виделись куда лучше. Из-за высоты дома по крыше гулял довольно холодный ветер, отчего рука, сжимающая ее ладонь, казалась еще горячее. Остановившись у самого края, Саске достал из сумки пластмассовый маленький бутылек и протянул его своей спутнице. — Что это? — взяв его в руки и осматривая со всех сторон, спросила она. — Ты мне доверяешь? — вполне серьезным тоном спросил Учиха, поставив ее в тупик. Не зная, что ответить, она уставила на него удивленный взгляд, поправляя развивающиеся от ветра длинные волосы. — Я тебя ни к чему не буду принуждать. Но я уверен, что это поможет забыть тебе о сегодняшнем неприятном инциденте, — закончив этот небольшой диалог, мужчина направился в противоположную сторону здания, оставляя Харуно в своих мыслях. Избавившись от крышки и поднеся горлышко к носу, она слабо вдохнула носом запах. «Странно: пахнет вовсе не как наркотик, и в то же время его нельзя сравнить с алкоголем». Все же решив сделать маленький глоток, девушка почувствовала сладкий привкус густой жидкости, чем-то напоминавший обычный сироп. «Слишком знакомых вкус. Что это такое?» — продолжив распробовать содержимое бутылька, она так увлеклась, что выпила все, отдаленно напоминающее детство. Внезапно она почувствовала, как ее плечи накрыло что-то теплое и, повернув голову, обнаружила стоящего сзади Саске, укрывающего ее пледом. — И как часто ты водишь сюда девиц, полюбоваться закатом? — улыбнувшись, она стала изучать его черты лица, дожидаясь ответа. — Ты правда хочешь это знать? — задав, очевидно, риторический вопрос, он отвел ее от края к небольшому бетонному квадрату, внутри которого располагалось множество проводов. Расстелив еще один плед, взятый им неизвестно откуда, он уселся на него, прислонившись спиной к стене. Повторяя его движения, она так же села рядом, попутно накрывая его частью своего одеяла. — Не притворяйся, что тебе не холодно. И все же что это было? Обычный сироп? — От кашля, — он усмехнулся, не глядя в ее сторону, а затем потянулся рукой в сумку. — И зачем я его выпила? Ты так о моем здоровье заранее беспокоишься? — Скоро узнаешь, — достав две таблетки, синего цвета, одну из которых он сразу проглотил, брюнет наконец обратил свой взор на девушку. — А это что такое? — Чудо таблетка, излечивающая все невзгоды, — в которой раз за день мужчина улыбнулся, вызывая очередную волну недоумения со стороны Сакуры. — Снова наркотики? — Каждый расслабляется по-своему, — положив вторую себе в рот, Учиха аккуратно ухватил розоволосый затылок одной рукой и притянул ее голову ближе к себе. Медленно обхватив ее губы своими, вызывая у последней мурашки от нового теплого прикосновения, он проник языком глубже, и оттянув напоследок нижнюю губу, отстранился. Почувствовав во рту ту самую таблетку, недолго думая, Харуно проглотила ее, прижимая к себе одеяло еще сильнее. Одного его теплого дыхания хватило, чтобы согреться, но после, стало еще холоднее, чем прежде. По прошествии несколько десятков минут легких разговоров, холод в ее теле полностью исчез, сменяясь на странный жар и слабое головокружение, отчего укрывающее обоих одеяло, невероятно сильно хотелось с себя скинуть, а легким глотнуть более прохладного воздуха, что Харуно и сделала, поднявшись на ноги. Последовав ее примеру, брюнет снова потянул ее за руку. — Ты боишься высоты? — оглядев ее игривым взглядом, мужчина притянул розоволусую к самому краю. Теперь ее с пропастью отделяла лишь невысокая перегородка, а внезапный порыв ветра сделал свое дело, принеся долгожданную прохладу ее вспотевшему телу. — Это вряд ли, — она подозрительно покосилась в сторону держащего ее за руку, стараясь предугадать его следующие действия. Внезапно Учиха обхватил талию Сакуры обеими руками и, подняв в воздух, поставил на то самое небольшое ограждение, шириной всего около тридцати сантиметров, чем вызвал вполне ожидаемый крик. — Ты что творишь?! Поставь меня на место! — зеленоглазая вцепилась в держащие ее руки с такой силой, что у самой уже побледнели костяшки на пальцах, а очередной порыв ветра вызвал новую, неведомую волну дрожи во всем теле. Как часто бы она не находилась на крышах разных зданий, выслеживая многочисленные цели, ей никогда не приходилось стоять вот так, на самом краю, находясь в уже не трезвом состоянии. — Просто доверься мне, — он сжал ее талию еще крепче, стараясь вселить в нее больше уверенности, — расслабься и закрой глаза. Стараясь успокоиться, она все же выполнила его указания. Глубоко вдохнув свежий воздух, девушка неожиданно для себя почувствовала странные ощущения: невероятная легкость окутала все ее тело, создавалось впечатление, будто она парит в воздухе, а под ногами уже не чувствуется никакой опоры. В ушах разливалась приятная мелодия, состоящая из немного шумного гула ветра, смешивающегося с ранее не слышимым звуком машин, разнообразных сигналов, редко сирен скорой или пожарных. Все проблемы и тягостные мысли наконец покинули ее голову. Вся тревога, беспокойство пропали, а мышцы тела расслабились, сменяя собой забытое чувство покоя. Появилось чувство полного довольства: абсолютно ничего не хотелось, ничто не привлекало теперь ее внимания, ни о чем не хотелось думать, будто теряешь контроль над собой. Это чувство покоя было столь приятным, что хотелось бы всегда прибывать в таковом состоянии. Голод, жажда, боль — все это испарилось, а в руках и ногах появилось приятное ощущение тяжести и тепла. Открыв глаза и опустив их вниз, розоволосая перестала испытывать страх, а невероятная высота теперь лишь завораживала. Подавшись странному желанию, в голове у себя она начала рисовать странные узоры из видимых внизу ярких цветов, излучаемых зданиями, фарами машин и уличными фонарями. Визуально приводить в движения неподвижные предметы и создавать из услышанных звуков новую музыку, поддаваясь своим фантазиям и грезам. Все они сменялись одна за другой, искажая восприятия времени. В голове зародилось необычайное, настолько безумное, сильное желание ощутить чувство полета, словно она забыла, где находится. Теперь она могла заглянуть в себя, не испытывая при этом чувство страха. Не было больше ненависти или чувства вины, не было отвращения к самой себе или осуждения. Сакура собрала все это и совладение своего же тела в кучу, приводя в движение праву ногу. Она уже почти сделала шаг, как вдруг почувствовала, нечто резко тянущее ее в обратном направлении. Испытав подобие полета, она уткнулась во что-то твердое, что с каждой секундой все крепче сжимало ее руки. — Сакура, — холодный голос словно привел ее сознание, отрезвляя рассудок, — не нужно этого делать. — Что? — уставив свои непонимающие малахитовые глаза на брюнета, полные наслаждения от происходящего, она как-то несвойственно себе, по-сумасшедшему улыбнулась. — Иди ко мне, — устало вздохнув, Саске отвел ее подальше от края и, прижав розоволосую к себе поближе, ухватил ее за затылок, крепко обняв. Запустив свои тонкие пальцы глубже в ее густые локоны, теперь он лишь обжигал ее щеки своим горячим дыханием. Нежно и мимолетно прикоснувшись своими губами к ее щеке, он постепенно начал спускаться ниже, с каждым разом все ярче и чувственнее обхватывая ее кожу теплыми прикосновениями. Горячее дыхание Ухичи скользило по ее шее, а затем поднялось к уху. Его губы едва касались его. Языком брюнет провел мокрую дорожку по ушной раковине, задевая все нервные окончания на своём пути. Он скользнул вниз до мочки уха, отчего Харуно вздрогнула и тут же прикрыла глаза от приятных ощущений. Сначала немного посасывая мочку уха, он страстно прикусил её, посылая электрический разряд по ее телу. Его дыхание обжигало, а раскалённые губы приносились с каждым разом все больше наслаждения. Опускаясь к шее, страстно и безжалостно целуя её, он не пропускали не миллиметра ее кожи, рисуя кончиком языка влажные узоры, иногда заменяя их нежным обхватыванием больших участков губами, слегка посасывая их, словно он не хотел оставлять на бархатной коже синяков. Держа пальцами ее подбородок, он то и дело вертел им в разные стороны, открывая себе больше пространства для действий, как будто изучал все ее эрогенные зоны, не упуская из виду даже самую незначительную реакцию или вдох с еле сдерживаемым стоном. Открыв резко глаза, находясь с запрокинутой назад головой, как только Учиха немного прикусил тонкую жилку на шее, перед собой она увидела множество ярких, до безумия красивых звезд, которых до этого было почти не разглядеть. Они завораживали своим манящим светом, а каждое его прикосновение уже доводили до экстаза. В этот момент ей хотелось только лишь ощутить его тепло, прикоснуться к нему, почувствовать его сладкий вкус. Пылкое чувство удовольствия, эмпатии, тепла и счастья - полностью охватило ее разум. Проведя тонкими холодными пальчиками вдоль его плеча, плавно рисуя линию на его шее, она приложила ладонь к щеке брюнета и потянулась губами к его, таким манящим и влажным, а, главное, теплым. Обхватывая поочередно то нижнюю, то верхнюю его губу, она впивалась в них со всей страстью, которая внезапно нахлынула на нее. Приложив вторую прохладную ладонь к его другой щеке, Сакура позволила себе углубить их поцелуй, проникая языком все глубже, изучая все: каждый миллиметр в его рте. Их губы переплетались, лишь на мгновения отдаляясь друг от друга, чтобы глотнуть воздуха, который после обжигал их лица. На этот раз она не закрывала глаза и, наоборот, смотрела в его темные. Осязание, обоняние, слух, зрение, координация движений — все это усилилось, оставляя за собой чувство эйфории. Все вокруг начало вращаться и кружиться: здания, звезды, город, огни — все смешивалось, переплеталось. С каждым его прикосновением, с каждым поцелуем, вокруг них все двигалось быстрее, и, казалось, они оба катаются на карусели, но при этом остаются на месте, и лишь мир мерцает, движется, ускоряясь с каждой секундой все больше. Все эмоции и мысли мешались между собой, вырываясь наружу: ей хотелось то ли плакать от внезапно нахлынувшего на нее ощущения счастья, то ли смеяться — мозг просто отказывался различать их. Время исказилось, и она уже забыла, как долго длится их поцелуй, пока брюнет не стал замедлять свои движения, постепенно отстраняясь от ее губ. Вновь обнимая розоволосую так крепко, что у нее перехватило дыхание, он наклонился к ее уху: — Пойдем домой, Сакура.
