Путь так далёк

      В тот вечер, пока Дин и Джей Джей спали, Сэм, напоследок обсудив с Виктором все детали, принялся претворять их план в жизнь. Изначально Сэм сомневался насчет диагноза, который должен был на себя примерить, однако Джей Джей подсказал ему достаточно неплохой вариант — вспомнить о своих фобиях. Стыдно признаться, но Сэм, взрослый мужчина, до ужаса боялся клоунов, и при достаточном применении воображения, воспроизведя все свои ощущения, возникающие в присутствии клоунов, он мог оказаться вполне убедительным, чем он и решил воспользоваться.       Вдвоем беты отправились в лечебницу. При встрече с дежурным врачом Сэм напустил на себя самый серьезный вид, отдав инициативу Виктору. Пожилой сухонький бета скептически осмотрел их обоих. — Что вас привело сюда, молодые люди? — немного недовольно спросил он. — Доктор, мой друг сегодня на работе начал странно себя вести…- Виктор слегка заговорщически понизил голос, придвигаясь ближе к врачу. — Понимаете, ему повсюду мерещатся клоуны, которые якобы хотят его убить… — Доктор еще раз кинул взгляд на Сэма, оценивая. — Началось все с того, что к нам пришел наш клиент, и Сэм накинулся на него, после чего забился в угол и отказывался выходить оттуда. Со всеми бывает, парень переутомился, сами понимаете… Однако вечером инцидент повторился, и я решил отвезти его сюда. У нашей фирмы хорошая репутация, а он очень хороший специалист, поэтому мне бы не хотелось, чтобы вокруг этого была какая-то шумиха и кто-то знал об этом, Вы же понимаете? — Виктор подмигнул врачу. Тот сухо прокашлялся. — Любопытно. Мы понаблюдаем его некоторое время, и, если все дело всего лишь в переутомлении, то скоро Вы получите своего специалиста обратно целым и невредимым. Об условиях мы с Вами договоримся, — ответил ему врач. Он вызвал санитаров, которые проводили Сэма в его одноместную палату и вручили ему свежий комплект больничной одежды, заставляя переодеться, после чего забрали его личные вещи и унесли их в раздевалку. Что происходило дальше у Виктора с врачом, Сэм мог только догадываться, однако совершенно очевидно, что за нужную сумму можно запросто договориться с персоналом о сроках и условиях пребывания в данном лечебном заведении. Выходить Сэму уже никуда не хотелось, так как до отбоя оставалось совсем немного времени. Перед сном его навестил дежурный врач, взяв несколько анализов и проведя ряд тестов, после чего Винчестер-младший остался в палате наедине со своими мыслями.       Утром второго дня Сэм встал в бодром состоянии, предвкушая для себя скорое приключение. Спустившись в столовую на завтрак, он исподтишка рассматривал других пациентов лечебницы. Многие из них не производили впечатления больных людей, хотя и не проявляли общительности, сидя в одиночестве. Закончив завтрак, Винчестер решил осмотреться. Он хорошо запомнил схему, нарисованную ему Джей Джеем, и, гуляя по этажу, с легкостью находил то или иное помещение. Пару раз ему попадался уборщик, и Сэм осторожно рассматривал мужчину. Тот казался каким-то осунувшимся и не выспавшимся, и Сэм решил пока не делать выводов насчет мужчины.       По совету Джей Джея Винчестер решил навестить Бальтазара. Найдя его палату, он осторожно прошел внутрь, сталкиваясь взглядом с мужчиной, лежащим на кровати. — Чем могу быть полезен? — спросил тот. — Вы- Бальтазар? — перешел к делу Сэм, и, получив утвердительный кивок, немного расслабился. — Я от Джей Джея. Мужчина мгновенно оживился. — Джасти? Где он? С ним все в порядке? — обеспокоено спросил он. — Да, не волнуйтесь, он в безопасности. — Сэм удивился тому беспокойству, что испытывал за их мальчишку по сути посторонний человек. Хотя, если так посудить, посторонними были скорее они с братом, этот человек растил Джей Джея семь лет и был для него роднее многих. — Он попросил у нас помощи в спасении его папы, и мы с моим другом организовали небольшое расследование. Я здесь, чтобы помочь. И мне нужна от Вас некоторая информация.- сказал Сэм. Бальтазар кивнул. -Я расскажу Вам все, что потребуется. Ради мальчика и его папы я сделаю что угодно.       Сэм немного удивился. — Какие отношения связывают Вас с папой мальчика? — немного подумав, спросил он, с подозрением смотря на мужчину. — Нет, ничего такого, — Бальтазар немного грустно улыбнулся. — Я был бы рад, конечно, если бы что-то связывало, но увы, если можно так выразиться, только дружба. Я не был особо знаком с Кастиэлем до того, как ко мне подселили Джасти. Видел его иногда, когда он гулял по коридорам. Грустный, потерянный и одинокий мальчишка. Потом стало заметно, что он беременный. Не знаю, за что он оказался тут, хотя у меня и есть подозрения на этот счет. Я пытался разговорить его, но ничего не получалось. После рождения ребенка он немного повеселел, хотя меня все равно воспринимал с каким-то негативом. Позже я узнал, что ребенка по какой-то причине записали на меня, и, наверное, омега считал, что я замешан во всем этом. Я не стал его переубеждать. Не знаю, что произошло перед тем, как мальчишку отдали мне, но, видимо, что-то серьезное. Потому что омега потом пропал на некоторое время, а мне пришлось иметь дело с испуганным малышом, который не хотел видеть никого, кроме папы, и все время плакал. У меня нет детей, и я был к этому не готов. Со временем мне удалось наладить с ним контакт, и с тех пор мы с ним были друзьями, пока он не сбежал. Я рад, что с ним все в порядке.       Сэм задумался. — Хорошо. Джей Джей рассказал мне то, что было здесь при нем. Возможно, что-то уже не актуально. Мне нужно знать расписание работы врачей, время обхода пациентов, а особенно меня интересует Захария Новак. Возможно, Вы также слышали что-то подозрительное в разговорах персонала? Любая информация мне будет очень полезна.       Еще некоторое время Сэм провел у Бальтазара, и тот рассказал ему подробно все, что только мог. Поблагодарив мужчину, Винчестер решил рискнуть и заглянуть на третий этаж, посмотреть на Кастиэля. Тихо прокравшись к палате Новака, он подергал ручку и обнаружил, что дверь не заперта. Скользнув внутрь, Сэм замер перед кроватью бывшего парня своего брата, который в данный момент находился без сознания либо спал крепким сном. Сэм вспоминал, каким красивым и веселым был Кас, когда встречался с Дином, пытаясь сейчас найти в лежащем перед ним худом бледном мужчине хоть что-то от того милого смущающегося по любому поводу юноши. В вену на руке Каса был воткнут катетер, через который из капельницы поступала какая-то прозрачная жидкость без опознавательных знаков на упаковке. Сэм отметил, что состояние Новака стабильное, опасаясь задерживаться дольше, чем это было необходимо, и в тот момент, когда он собирался уже уходить, в палату вошел Захария. Винчестер сразу узнал его: Новак-старший уже в детстве вызывал у него неприязнь благодаря внешности. Мужчина был невысокого роста, плотненький, лысый, а его серые маленькие глаза смотрели холодно и вечно недовольно. — Кто вы, и что вы тут делаете?! — неприязненно вскрикнул субъект, и Сэм на мгновение растерялся. — Тссс, вы их сюда сейчас привлечете! … — громко прошептал он, прикладывая указательный палец к губам и осторожно беря Захарию под локоть, заговорщически наклоняясь к нему. — Кого - их? — высвобождаясь, удивленно смотрел на него Новак-старший. — Клоунов! — Сэм сделал круглые глаза, старательно изображая удивление непонятливостью собеседника, — Они тут, за дверью! — он изобразил ужас. — Клоунов? — Захария на миг задумался, - Ааа, новый пациент, Сэмуэль Вессон, коулрофобия, доведенная до мании, — про себя пробормотал он, доставая рацию, — Клайд, Моусли, зайдите в палату Новака, тут человеку надо помочь немного, проводить, — сообщил он по связи.       Сэм понимал, что сейчас за ним явятся явно не с пустыми руками, пусть он и не буянит, но стоять и ждать спокойно было лишним, поэтому он, продолжая играть роль, забился в угол, прикрываясь руками и раскачиваясь из стороны в сторону. Захария, сначала смотревший на него с подозрением, расслабился и, переключив внимание, подошел к Кастиэлю, быстро проверяя пульс на запястье и вынимая иглу капельницы из катетера. Сэм сделал вид, что не заметил манипуляций, несколько мгновений спустя уже выводимый из палаты под руки двумя крепкими альфами, которые доставили его в его палату, тем не менее, не став ничего ему вкалывать. Винчестер обрадовался этому факту, как и тому, что вряд ли Захария его теперь подозревает в чем-либо.       Вечером Сэм ходил по этажу, разговаривая для вида сам с собой, параллельно ловя обрывки разговоров санитаров и врачей. На первый взгляд, все было в порядке, однако это и навевало больше подозрений. Сэм знал от Милтона, что Новак-старший через каждые три дня остается в больнице дежурить в ночь, большую часть которой он спит у себя в кабинете, не закрываясь, чтобы в любой момент санитары могли его разбудить, что обычно нелегко. И сегодня была именно такая ночь, что Сэм и решил использовать для того, чтобы обыскать кабинет Захарии. После отбоя Винчестер как можно незаметней прокрался к кабинету Новака, осторожно входя внутрь. Как и было сказано, тот спал на кушетке за ширмой. Винчестер осторожно подкрался к письменному столику, дергая за ручки ящиков. Первые два открылись без труда, но в них ничего важного не обнаружилось. Дергая третий ящик, Сэм убедился, что тот закрыт. Этот вариант был продуман, поэтому парень аккуратно достал из-за пазухи вилку, прибранную им сегодня во время обеда, и нашел на столе скрепку, распрямляя ее. Поковырявшись в замке, он с трудом, но открыл его, быстро и тихо перебирая бумаги и натыкаясь на папку. В папке Сэм обнаружил завещание старика Чарльза Новака, в котором было прописано, что все финансы семьи наследует Кастиэль, в пользование Захарии поступает только особняк, в котором проживала семья Новаков. Вот, собственно, и мотив для того, чтобы объявить брата недееспособным, упрятав его как можно надежней. Однако нужны были еще доказательства, и Сэм принялся копаться дальше. В самом низу обнаружилась вторая, неофициальная карта на Кастиэля Новака, где указывалось время и дозы инъекций, а также названия препаратов, среди которых Гальцион был еще не самым опасным и запрещенным. За их использование бету не то что лицензии врача лишить — посадить могут очень надолго. Пусть подписей Захарии там и нет, но можно провести экспертизу по почерку, доказав, что все записи принадлежат руке беты. Хоть в данный момент главной целью расследования было спасение Кастиэля, но они с Виктором не могли оставить все как есть, ведь это все равно что разворошить осиное гнездо: даже если они избавятся от Захарии, это не будет означать, что опасность миновала, в этом явно замешан не только Новак, поэтому действовать нужно быстро, по горячим следам, и если уж разоблачать, то всех сразу. Винчестер успел прочитать историю больницы и ее организационную структуру, и знал, что последние двадцать лет директором лечебницы является Наоми Мастерс. Захария, будучи даже главным врачом, не мог бы достаточно свободно проворачивать здесь свои дела без ведома кого-то вышестоящего, а значит, Наоми также была вовлечена как минимум в историю с Кастиэлем, образуя, таким образом, уже цепочку подозреваемых. Следовательно, навестить кабинет директора тоже стоило. Вот только, в отличие от Захарии, у Наоми не было определенного графика, и действовать в ее случае надо было иначе.       Внезапно в коридоре послышались шаги, и Сэм в панике попытался спрятаться под стол, что с его высоким ростом было просто невыполнимо. В кабинет влетел один из сегодняшних санитаров, будя Захарию. Бета встал, поворчал, что не могут обойтись без него, и, потирая глаза, вышел из кабинета в сопровождении санитара. Сэм облегченно выдохнул, закрывая ящик. Винчестер осторожно вышел из кабинета, прокравшись к неработающей кабинке туалета, и, аккуратно ложась на пол, наполовину сумел пролезть под дверью, спрятав документы за диспенсер. Сэм заметил на полу почерневшие от времени капли крови и тихо ругнулся: видимо, мальчишке тут крепко доставалось, кто-то не гнушался тем, чтобы избивать ребенка. Так же аккуратно выбравшись из-под двери, он осторожно вернулся к себе в кровать, надеясь, что Захария не скоро хватится пропажи и он успеет еще найти что-то важное и у директора.       Третий день Сэм провел спокойно, стараясь как можно чаще быть на виду среди других пациентов. В то же время, основываясь пока лишь на своих догадках, он уже выстроил в мыслях всю схему того, что здесь происходило и происходит, надеясь отыскать ночью недостающий пазл, определив выгоду во всем этом для директора лечебницы. Совершенно очевидно, что многие пациенты больницы не являются больными, но по каким-то причинам находятся здесь. Возможно, по тем же причинам, что Кастиэль и Бальтазар, то есть, получившие наследство родственники, которых их близкие ценят меньше, нежели их деньги. В одиночку Захарии такое не под силам, да и не факт, что он в принципе причастен к чему-либо, кроме истории с Новаком-младшим, а значит, есть другие персонажи в этой игре, более вышестоящие. Но очевидно и то, что у директора тоже должны быть покровители, которые так или иначе получают от всего этого выгоду. Это-то он и собирался выяснить, надеясь, что Наоми хранит хотя бы что-то в своем рабочем кабинете.       Выждав еще некоторое время после отбоя и дождавшись, пока в коридорах стихнет звук шагов санитаров, Сэм осторожно вышел из своей палаты, направляясь в этот раз к кабинету Наоми. Поравнявшись с ним, Винчестер тихо повернул ручку, но, как и ожидалось, дверь оказалась закрыта. Взламывать замок был не вариант, так как вилка и скрепка не самые лучшие инструменты. Сэм подумал о том, что, возможно, у кого-то из персонала есть ключи ото всех кабинетов, вот только у кого? Но едва он решил пойти проверить ординаторскую, как его остановил хриплый голос, раздавшийся позади. — Заблудился, сынок? — спросил некто, и Сэм, обернувшись к говорящему, узнал уборщика. Парень замер, соображая, что же делать. Он помнил, что мистеру Кэмпбэллу не стоит доверять, несмотря на то, что он помог мальчишке бежать. Впрочем, не очень здоровый вид мужчины говорил о том, что он в последнее время живет не очень спокойно, а значит, ему тоже вполне могли угрожать, и он принимал участие в этом ради того, чтобы кого-то защитить. Это можно использовать в двух направлениях, как для шантажа, так и для просьбы о помощи. Поэтому лучше сейчас будет не изображать неведение, а сразу начать с главного. — Чем Вас шантажируют? — смело смотря ему прямо в глаза, спросил Сэм. Мужчина вздрогнул. — Кто Вы? … О чем Вы, я не понимаю… — занервничал он. — Нет, Вы меня прекрасно поняли, — ответил Сэм. Мужчина воровато осмотрелся по сторонам, после чего схватил Сэма за локоть и потащил куда-то в направлении подсобки. Сэм позволил затащить себя в помещение, и, дождавшись, пока уборщик закроет дверь, выжидающе уставился на него. — Кто тебя послал, парень? — гневно спросил мистер Кэмпбэлл. — Я не буду называть его имя. Я вообще не понимаю, как Вы могли так подставить ребенка! — перешел в наступление Винчестер. Во взгляде мужчины мелькнуло понимание, после чего он сжался и поник. — Я не хотел. Они сказали, что если я этого не сделаю, то пострадает моя семья. Он хороший мальчик, но что бы выбрал ты на моем месте? — спросил уборщик Сэма, пытаясь найти у него понимание. Винчестер был зол, но мужчина был прав: нет ничего дороже семьи, и на его месте он бы тоже сделал все, лишь бы ее защитить. Что он сейчас и делает. — Послушайте, я могу помочь. Но мне потребуется Ваша помощь. Я гарантирую Вам, что Вашу семью никто не тронет, и Вы пойдете по программе защиты свидетелей, — сказал Сэм. — Ради этого я готов помочь чем угодно, — вздохнул мужчина. — Что от меня потребуется? — Для начала, мне нужны ключи от кабинета директора. Вы уборщик, а значит, у Вас есть доступ ко всем помещениям в этом здании. Пока я буду искать информацию, мне нужно, чтобы Вы подстраховали меня на тот случай, если кто-то появится поблизости.       Мужчина согласно кивнул, после чего они направились к кабинету Наоми. Он быстро открыл дверь, пропуская внутрь Сэма и закрывая ее за ним. Стараясь не привлекать внимания, Сэм решил ограничиться настольной лампой. Быстро осмотрев содержимое ящиков и не найдя ничего подозрительного, он вздохнул. Кажется, директор оказалась прозорливей, нежели Захария. Произведя более тщательный обыск, он обнаружил за одной из картин встроенный сейф с электронным замком. Мгновение Сэм размышлял, но вскоре вспомнил, как Виктор рассказывал ему об одном своем деле, когда ему пришлось защищать обвиняемого в краже со взломом сейфа, и речь тогда шла о взломе как раз электронного сейфа. Виктор тогда нашел в интернете несколько статей, описывающих способы взлома таких сейфов. Сэм вспомнил, что под кодовой панелью на случай аварийного отключения электричества есть замочное отверстие, которое вполне возможно открыть отмычкой. Аккуратно сняв пластиковую заглушку, он, найдя и распрямляя вторую скрепку, вставил их обе в замок, старательно слушая, как щелкают язычки в замке сейфа. Повозившись минут пятнадцать, парень с удовлетворением услышал щелчок открываемого замка. Довольно улыбнувшись, он протянул руку в сейф, вытаскивая его содержимое наружу. На первый взгляд ничего необычного, однако вскоре его внимание привлекла папка с надписью «СукроКорп» на обложке. Открыв ее, Сэм погрузился в чтение. В этой папке обнаружились платежные документы от «СукроКорп» на счета некой компании «Санни Мит», подтверждающие перевод немаленьких сумм за поставку сырья, а также данные на каких-то пациентов, договора купли-продажи на недвижимость. Прочитав документы внимательней, Сэм обнаружил, что в карте каждого из них указаны органы, стоимость и дата передачи, очевидно, лечебницей в компанию «СукроКорп». Сомнений не оставалось: лечебница довольно тесно сотрудничала от имени подставной фирмы с довольно немаленькой компанией, известной производством корма для домашних животных, нелегально продавая ей человеческие органы своих пациентов. Для определения группы риска стоило бы поподробнее ознакомиться с досье на этих людей, однако наверняка это люди, которых либо уже нет родственников и их никто не ждет, либо бедолаги, подобные Кастиэлю, проданные собственными родственниками на вечное лечение. Довольно хороший бизнес, ведь никто не будет докапываться, умер ли своей смертью пациент психиатрической лечебницы, либо нет, да и прикрытие неплохое, к тому же, «СукроКорп» явно оказывает хорошее покровительство. В принципе, понятно, что Захария с историей Кастиэля здесь замешан совершенно случайно, однако это лишь одна из ниточек, ведущих к громкому делу. Сэм довольно улыбнулся, пряча папку под одежду и закрывая сейф обратно. Коротко постучав в дверь, он дал находящемуся неподалеку уборщику знак, и тот выпустил его, закрывая кабинет. Сэм дал ему понять, что все прошло удачно, после чего быстро спрятал документы к предыдущим и попросил у уборщика сотовый, сбрасывая Виктору СМС: «Все готово, жду. Сэм». После этого он вернулся в кровать, но из-за взбудораженного состояния так и не смог уснуть до самого утра.       Утром в лечебницу явился Виктор. По счастью, в больнице вновь дежурил тот же врач, что принимал их с Сэмом, и Хенриксен, деликатно намекнув ему, что «его» сотрудник срочно нужен ему обратно, подкрепил свою просьбу конвертом с деньгами. Вскоре Сэм, забрав все улики из их временного пристанища, и, получив на руки выписной эпикриз, счастливо и благополучно покинул эти стены. Больше всего ему хотелось позвонить брату и сообщить ему о том, что он нашел то, что им поможет спасти Каса, однако решил пока повременить с этим, сначала доведя дело до конца. Вдвоем с Виктором они совершили пару звонков в ФБР и полицию, и уже вскоре, передав все документы ответственным за расследование агентам, они оказались в оцепленной полицией лечебнице. Всюду царила суматоха: пациенты опасливо жались к стенам, уборщика поспешно эвакуировали как одного из главных свидетелей, директор и врачебный персонал были арестованы. Правда, не удалось найти Захарию, но Сэм знал, что полиция сейчас строила засаду у беты дома, дожидаясь его возвращения. Что касается пациентов, квалифицированный врачебный персонал, прибывший в больницу вместе с ФБР, в данный момент проводил осмотр больных, оценивая их состояние, в то время как бюро параллельно с ними проводило допросы и поиски потенциальных свидетелей. Но Сэма сейчас волновал лишь один человек, и он быстро направился в уже знакомую палату на третьем этаже. Агенты решили, что будет лучше, если показания у Каса возьмет тот, кого он знает, поэтому, вооружив Винчестера диктофоном, они возложили эту миссию на него. Когда он открыл дверь, то увидел, что Кас находится в сознании, и у него берет кровь на анализы молодой врач, на мгновение отвлекшийся на вошедшего, однако молча продолживший свое дело. Взгляд лежащего сфокусировался на Сэме, и он некоторое время бездумно рассматривал Винчестера, однако вскоре во взгляде синих глаз мелькнуло узнавание и удивление. — Сэм? Это ты? — с непривычки хрипло спросил его Кас. — Привет, Кас, — улыбнулся Сэм. — Как ты? Мне нужно, чтобы ты рассказал мне кое-что о том, как ты оказался тут и что происходило вплоть до этого момента. Это нужно нам для того, чтобы… — Молодой человек, — подал голос врач, прерывая Сэма. — Пациенту требуется реабилитация, в данный момент не очень уместно проводить допрос… — Я расскажу тебе все, Сэм, — прервал врача Кас, — только ответь, где мой сын? И… Где Дин? — Все в порядке, они вместе у нас дома, — улыбнулся Винчестер, доставая диктофон и включая его. Кас на мгновение облегченно закатил глаза, после чего медленно и, прерываясь на то, чтобы дать отвыкшему от разговоров горлу отдохнуть, начал рассказывать бете свою историю.