Путь так далёк

Сейчас       Многочасовое ожидание томило уже едва стоящего усталости на ногах Дина, и он в очередной раз присел на скамейку, вымученно прислоняясь спиной к стене и упираясь в нее макушкой. Происходящее сейчас словно подводило итог последним шести годам его жизни, словно говорило, что все было не напрасно, оттого казалось еще более ценным. Спроси его сейчас кто, согласился бы Дин что-то поменять в своей жизни, он бы с уверенностью ответил, что нет. Винчестер закрыл глаза всего на пару мгновений, однако перед мысленным взором, как во сне, замелькали события последних лет. Пять лет назад        Дин хорошо помнил тяжелое чувство вины и неловкости, сопровождающее его после возвращения к семье, с горечью отмечая, что отношения с сыном, и без того никогда не бывшие особо сердечными, казалось, окончательно и бесповоротно испорчены. Джей Джей демонстративно игнорировал Дина, но Винчестер старался терпеть, понимая, что заслужил это, да и угрозы Бальтазара тоже возымели свое действие. Уступать свою семью этому прощелыге Дину совсем не хотелось. Оттого он с удвоенным рвением принялся ухаживать за Касом, не оставляя его буквально ни на минуту. Альфа договорился с персоналом больницы, чтобы ему разрешили оставаться на ночь в палате омеги, и совсем перестал появляться на съемной квартире. С одной стороны, ему хотелось сократить встречи с сыном, так как налаживать отношения сразу с двумя людьми для Дина было достаточно тяжело, но с другой — Винчестеру стало казаться, что, оставаясь наедине с больничными стенами, Кас снова чувствует себя одиноко, словно он вернулся в прошлое и оказался в Лоуренсовской лечебнице, а все происходящее было лишь его очередным сном. Вняв совету Бенни, Дин стал разговаривать с омегой лишь о текущих и будущих делах, не упоминая безвозвратно ушедшее прошлое. Однако и это было достаточно тяжело, потому что периоды активности, в один из которых Кас и заговорил тогда в больничном парке, выпадали у омеги не так уж и часто, большую часть времени Кас по-прежнему находился где-то глубоко в себе, и привлечь его внимание в такие моменты было непросто. Иногда Дину казалось, словно настоящий Кас где-то далеко, а вовсе не перед ним, однако альфа упорно продолжал стараться. Все чаще он стал замечать изменения настроения Каса, понимать его самочувствие по внешним признакам. Альфа регулярно общался с лечащим врачом Кастиэля, узнавая подробности о его физическом состоянии, о ходе лечения, о том, что может мучить и мучает омегу, отчего ругал себя за то, что был раньше так слеп и не замечал страданий Каса. Дин проклинал Новака-старшего за все то, что вынужден переживать омега, и злился на себя, что ничем не может помочь облегчить Касу его состояние. Хотя и не понимал, что дает омеге самое главное — поддержку, внимание и заботу от любимого мужчины. Иногда Дин безотчетно ревновал омегу к их сыну, неосознанно пытаясь завладеть всем вниманием Каса, хотя и осознавал, что у Джей Джея в отношении омеги гораздо больше прав, чем у него. В отличие от отца, подросток не особо сдерживал раздражение и пресекал все подобные попытки Дина скандалами, из-за чего альфы неизменно конфликтовали. Тем не менее, постепенно всеобщие старания начали окупаться: Кас все больше и больше проявлял интерес к происходящему, потихоньку разговаривал, улыбался, более охотно начал посещать все процедуры и проходить терапию, его уже меньше мучили боли и бессонницы, а тело начало крепнуть. И вскоре, заботливо поддерживаемый своими альфами, он смог сделать первый шаг, ознаменовавший начало успешной реабилитации. Четыре года назад       Тем не менее, чтобы восстановить атрофированные мышцы и заставить их работать, омеге потребовалось еще около года. Все это время Дин и Джей Джей были рядом, помогая и поддерживая Каса. Омеге было очень нелегко, неудачи сильно расстраивали его, и Новак переживал и пытался замкнуться в себе, чего альфы изо всех сил старались не допустить. Между ними все еще был силен дух соперничества, но Кас к тому времени уже понял, насколько тяжелы отношения отца и сына, и старался сглаживать все конфликты, в немалой степени виня во всем себя.       Вскоре омега прошел медкомиссию, принявшую решение о его выписке, и семья наконец-то смогла вернуться в родной город. К тому времени все наследство Новаков было потрачено на оплату счетов за лечение, поэтому Дин был рад, что им не пришлось задерживаться дольше. Единственным оставшимся имуществом Каса был его родовой особняк, но омега категорически отказался туда даже просто заходить, к облегчению Дина, переживавшего, что Кастиэля и без этого будут преследовать тяжелые воспоминания по приезду в Лоуренс. Поэтому их маленькая семья направилась сразу в старенький домик Винчестеров. Сэм уже год как съехал к Габриэлю, большую часть жизни проводя и вовсе в Вашингтоне, и его комната пустовала, чем тут же воспользовался Джей Джей, с независимым видом прошествовавший в свое первое настоящее жилье. Касу же Дин решил постелить в своей комнате, намереваясь перебраться на диван. Однако омега пресек эту попытку, ссылаясь на то, что в чужом доме ему будет неуютно одному, и альфе ничего не оставалось кроме как разделить постель с Касом. Несмотря ни на что, их отношения все еще не заходили дальше объятий, отчего оба испытывали неловкость от происходящего. Кас сильно изменился за год, стал крепким и более привлекательным, однако Дин все равно не мог заставить себя перешагнуть возведенный между ними барьер. Омега же просто не знал как, ведь его единственным опытом был и оставался Винчестер в далекой юности. В ту самую ночь они оба долго не могли уснуть, и Дин завел разговор об их дальнейшей семейной жизни, неловко предложив Касу официально зарегистрировать их брак и сына. Кас растерялся от неожиданности, но ответил согласием, после чего они наконец-то смогли уснуть.       На следующий день Кас, — Дин преимущественно отмалчивался в стороне, — поговорил с Джей Джеем, объяснив ему всю ситуацию. Подросток был не очень доволен как одним, так и другим, однако не хотел расстраивать омегу и согласился, для вида повозмущавшись. Джей Джей не признался бы никому, что хоть его и слегка пугало все происходящее, все же он был рад тому, что у него теперь есть постоянный дом, оба родителя и относительно счастливый папа. Немного огорчало подростка то, что отцы решили отправить его в вечернюю школу, однако выбора ему никто не давал. Дин же вернулся на свою старую работу, в автомастерскую Бобби Сингера, стараясь брать смены так, чтобы быть с Касом по вечерам, когда сына нет дома, опасаясь оставлять омегу наедине с собой. Некоторое время спустя они с Касом все же устроили маленькую неофициальную церемонию, зарегистрировав документально их маленькую семью Винчестеров. Так потихоньку и начал налаживаться их быт.       Однако вскоре проблемы все же стали появляться, а началось все с того, что Касу все-таки захотелось навестить свой отчий дом, забрать что-либо из памятных вещей, ну и заодно показать сыну свое родовое гнездо. Дин не очень хорошо воспринял эту идею, однако не мог найти причин, чтобы отказать Касу. Поэтому в один прекрасный день семья Винчестеров направилась в пустующий особняк Новаков. В пути омега вел себя довольно сдержанно, и Дин отчасти перестал так бояться за него. Однако, уже бродя по дому, Кас выглядел довольно грустным и все больше и больше потерянным, муж и сын лишь молча следовали за ним, встревоженно переглядываясь меж собой. Однако альфы совсем не ожидали того, что на подходе к одной из комнат омега вдруг расплачется и осядет на пол. Перепуганные Дин и Джей Джей подхватили его за руки и приобняли с двух сторон, не позволяя упасть. Что вызвало такую реакцию именно на эту комнату, они не знали, так как Кас не рассказывал им про то, какую роль в его жизни сыграл кабинет Захарии — а это был именно он. Отчасти омега и сам уже не очень помнил, отчасти просто не хотел ворошить тяжелые воспоминания, однако добиться ответа от него Дин и Джей Джей так и не смогли. Забрав вещи, которые Кас собрал в процессе хождения по особняку, они увели его домой, и переволновавшийся омега уснул, а Дин и Джей Джей еще долго сидели на кухне и разговаривали, строя догадки. Как ни странно, забота о Кастиэле была по-прежнему чуть ли не единственным, что их объединяло. Придя ночью в спальню, Дин был огорошен вопросом Каса, впервые решившего поинтересоваться судьбой своего старшего брата. Винчестер решил, что скрывать правду смысла нет, и рассказал Касу все как было. Омега замолчал, лишь крепко прижавшись к мужу, и спрятал лицо у того на груди, поэтому узнать, о чем Кас думает, Дин не мог. Три года назад       Вскоре после этого Дин и Джей Джей заметили, что Кас стал вести себя странней обычного. Не столько его, сколько всех домочадцев, мучили внезапные и сильные перемены его настроения, и обоих альф это пугало. Джей Джей никогда не видел раньше папу таким, и происходящее сильно напоминало ему психиатрическую клинику, в которой он насмотрелся на разных пациентов с расстройствами поведения. Сын боялся, что омега пережил тогда в особняке какое-то потрясение, расшатавшее ему психику, и его снова отправят в больницу. Дин же строил догадки иного толка, в один прекрасный день даже обыскав все личные вещи омеги, но не найдя там ничего подозрительного. С тех пор, как они вернулись в этот дом, альфа, по совету лечащего врача Кастиэля, доктора Миллигана, лично выбирал и контролировал все лекарства в доме, боясь, что у Каса случится рецидив, но то, что он нашел, не вызывало опасений. Выяснить у омеги что-либо не представлялось возможным, потому что он уходил от ответа, и Дин, в надежде, что это хоть как-то поможет, позвонил Сэму и попросил его приехать, побыть какое-то время у них. Брат всегда умел общаться со всякими людьми, да и Касу бы не помешало разнообразие в общении, так как он все время сидел дома, с мужем и сыном, ведь друзей у него не было. Однако Сэм немного не успел…       Той памятной ночью Кас поднялся с кровати, сказав проснувшемуся вслед за ним Дину, что пошел попить воды. Винчестер задремал, но когда проснулся и увидел, что с того момента прошло уже два часа, а Каса все нет, перепугался не на шутку, кинувшись искать омегу по дому и нигде не находя его. Растормошив сына, вместе с ним Дин в панике отправился искать по улицам исчезнувшего Каса, однако тот нигде не попадался. Отчаявшись, Винчестеры рванули в полицейский участок, однако их внимание привлекли мчащиеся навстречу пожарные и полицейские машины. Какое-то шестое чувство подсказало альфам, что нужно отправиться вслед за ними. К огромному удивлению Винчестеров, те привели их к старому особняку Новаков, из окон которого мощным столпом било пламя. Дин испытывал сильнейшее дежа вю, мысленно снова переживая события, лишившие его матери, отчего замер в ужасе на месте. Однако очнулся он оттого, что Джей Джей дергал его за руку и кричал: «Отец! Там папа, в доме папа!». Как оказалось, пока Дин был весь в своих мыслях, Джей Джей сбегал к офицерам и узнал у них, что происходит. Услышав, что в доме находится омега, он понял, что речь идет о Касе, и попытался рвануть на помощь, но полицейские не пропустили его. Вид слез сына привел альфу в чувство, и он, наплевав на все, рванул в сторону особняка мимо кордона полиции, помня, где находится черный вход в дом. Где именно искать омегу, он не знал, однако все же внезапно вспомнил, какие сильные эмоции у Каса вызвала та самая комната, и, старательно уворачиваясь от огня и закрыв лицо рукавом куртки, устремился именно к ней. Когда Дин распахнул дверь, его ожидало очень иррациональное и инфернальное зрелище: стоящий босиком и в одних ночных брюках Кас истерически хохотал, окруженный всполохами пламени. На секунду Дин почувствовал себя беспомощным и плачущим маленьким мальчиком, пытающимся пробиться к матери в дом, но удерживаемый отцом, смотрящим, как их бывшее жилище тушат пожарные и понимающим, что его жизнь уже никогда не будет прежней. Однако, смахнув наваждение, Дин решительно кинулся к омеге, вытаскивая сопротивляющегося и рыдающего мужа из комнаты, а после и из дома. Поручив омегу врачам, он пытался осознать все произошедшее, обнимая уткнувшегося ему в грудь плачущего сына. Старый дом разгорелся не на шутку, и потушить его пожарным удалось уже под самый конец, не спася абсолютно ничего. Дин не был этим расстроен. Для него этот дом был как символ старой жизни его омеги, и он надеялся, что после того, как особняк канет в Лету, Кас наконец-то сможет начать новую жизнь, не отягощенную плохими воспоминаниями.       Между тем, нервный срыв, случившийся у омеги, привел его обратно в Вашингтон, к доктору Миллигану. По факту возгорания особняка Новаков в отношении омеги возбуждать дело не стали, списав все на несчастный случай. Произошедшее оставило сильный отпечаток в душе Джей Джея, осознавшего, что если с папой снова что-то случится, то он попросту может остаться один, и подросток изменил свое отношение к Дину. К тому же, то обстоятельство, что Винчестер не растерялся и побежал в огонь, рискуя своей жизнью, чтобы спасти Каса, придавало альфе в глазах сына вес, заставляя невольно уважать. Оставшись вдвоем, старший и младший Винчестеры сообща приняли решение продать дом и навсегда уехать из Лоуренса, принесшего им столько бед, понимая, что здесь они никогда не смогут быть счастливы. Вот только с выбором будущего места жительства альфы долго не могли определиться. В итоге, после долгих сомнений и споров, они остановили свой выбор на Бостоне, несмотря на то, что и об этом городе у обоих были не самые лучшие воспоминания. Дин же пытался отшутиться, что этот город когда-то свел их, таким образом, положив основу воссоединения их семьи, и он же продолжит свое дело. Вскоре отец и сын уехали в Вашингтон к Касу, поручив Гейбу и Сэму заняться продажей их дома и покупкой нового в Бостоне. Два года назад       Сеанс интенсивной психотерапии позволил Касу в короткие сроки прийти в себя. Никто из близких не хотел напоминать ему о произошедшем, хотя все предполагали, что врачи обсуждали этот вопрос с омегой. Тем не менее, Дин не мог решить, как именно сообщить мужу об их переезде и тянул до последнего, пока Джей Джей не взял все в свои руки и сам не поговорил с папой. Само собой, Кас очень удивился, но отнесся ко всему с пониманием. Вскоре после окончания терапии Винчестеры перебрались в их новый маленький домик в Бэк Бэе, и Дин отметил про себя, что Кас стал вести себя намного свободнее, словно скинул со своих плеч тяжелый груз. Альфа же быстро нашел себе работу недалеко от дома, постепенно перетянув туда и Джей Джея, к тому времени уже окончившего вечернюю школу, взяв на себя его обучение механике и радуясь успехам сына.       Дину все еще доставляло беспокойство то, что Кас несколько замкнут и общается только с ним и сыном, но как решить эту проблему, альфа не знал. Так же, несмотря ни на что, между ними до сих пор не поднималась тема интимных отношений, но Винчестер понял, что обходить стороной этот вопрос больше не сможет. Но так он никогда не был мастером говорить, то решил осторожно перейти к делу, чем напугал омегу. В ходе последующего объяснения смущенный Кас поведал, что переживает по поводу того, что у них вряд ли будут еще дети, однако Дин отшутился, сказав, что в их возрасте уже следует ожидать, что двадцатиоднолетний сын скоро сделает их дедушками, хотя его и в самом деле беспокоила тема возраста, ведь Кас был уже не молод для подобных вещей, случись они вдруг. Тем не менее, тема была благополучно замята и альфе все же удалось перевести их отношения с Касом на новый уровень, отчего оба словно переживали вторую юность.       Совершенно неожиданно для родителей, шутливое предположение Дина сбылось, и вскоре Джей Джей привел домой худого и оборванного парнишку, представив его Самандриэлем и сообщив родителям только то, что они дружили в детстве и теперь он будет с ними жить. Дину это очень не понравилось, однако Кас успокоил альфу, в результате чего омежка был принят в семью. Так или иначе, но Самандриэль сыграл не последнюю роль в социализации Каса. Робкий и застенчивый юноша легко расположил старшего омегу к себе, и вскоре тот смог немало узнать о пареньке. Самандриэль рано лишился родителей и был отдан на воспитание дяде, но тот так плохо с ним обращался, что мальчишка бежал из дома. Вскоре он прибился к портовым бродяжкам, где и прожил несколько лет под именем Альфи, сведя знакомство с Джей Джеем. Когда альфа сбежал с Дином, Азазель был в бешенстве и пытался выяснить у мальчишки, что тот знает об этом. Пытаясь выбить из него правду, омегу неплохо отделали и собирались изнасиловать, однако ему удалось сбежать. Пять лет он прятался, скитался по ночлежкам, работал за еду и выживал как мог, уже ни на что не надеясь. Однако совершенно случайно встретил на улице Джей Джея. Несмотря на то, что прошло столько времени и альфа подрос и возмужал, Альфи узнал его и кинулся навстречу, поначалу удивив не узнавшего его Винчестера, ведь и омега за столько лет из почти ребенка превратился в молодого и симпатичного юношу. Когда Джей Джей наконец-то признал парня и пытался спросить о его делах, тот отвечал уклончиво, однако альфа и так понял все по внешнему виду его бывшего друга: тот был худым, изможденным и носил старую потрепанную одежду не по размеру. И тогда Винчестер-младший принял отчаянное решение, потащив упирающегося и смущенного парня к себе домой и ставя родителей перед фактом. Почувствовавший в Самандриэле родственную душу, Кас быстро сдружился с ним, и вскоре альфы уже не боялись за Кастиэля, зная, что за ним присматривает юный омежка и эти две израненные души помогают друг другу. Год назад       О природе отношений сына с их новым сожителем Дин особо не задумывался, хотя и замечал иногда, с каким тоскливым видом омежка посматривает на младшего альфу, про себя удивляясь, насколько же Джей Джей похож на него во всем, в том числе и в своей твердолобости. Однако вмешиваться в это альфа нужным не считал, думая, что дети и сами разберутся. У него же внезапно начались совсем другие заботы: смущенный и краснеющий Кас сообщил ему, что ждет ребенка. Омега долго не знал, как сказать, мучился и переживал, что не сможет выносить плод, но Самандриэль поддержал его, уговорив поделиться с мужем и не страдать одному, а также вместе принять решение, как быть дальше. Дин, конечно, был шокирован, ведь он был уверен в том, что омега бесплоден. К тому же, первая беременность Каса его миновала, и все для него сейчас было впервые, отчего альфа нервничал. Он очень боялся за здоровье мужа, боялся, что тот будет вспоминать обстоятельства первой беременности и это может снова вызвать у него срыв. Не знал, как сказать об этом старшему сыну, ведь Дину казалось, что заводить ребенка и давать ему то, чего не было у Джей Джея — нормальное детство, — будет предательством по отношению к старшему. Однако, вопреки опасению, сын отнесся к этой новости вполне доброжелательно, порадовавшись за родителей. Тем не менее, всеобщее опасение за здоровье омеги заставило семью обратиться к доктору Миллигану. Бета был очень удивлен причиной приезда семьи, и не торопился давать какие-либо прогнозы. После тщательного осмотра он сообщил, что риск естественного прерывания беременности довольно велик, так как у омеги все еще слабое здоровье и уже не столь юный возраст, и настоятельно рекомендовал Касу провести ближайшие месяцы в больнице под наблюдением врачей. Винчестеры были не очень обрадованы этой перспективой, ведь снова пришлось бы повторить то, что им уже приходилось проходить несколько лет назад, пока Кас восстанавливался после психиатрической клиники. Да и омега боялся остаться в больнице один, как двадцать лет назад, испытывая невольно ощущение дежа вю, но денег на то, чтобы разместить в стационаре его и Дина, в этот раз у Винчестеров не было. Однако ситуацию совершенно внезапно спас полученный Винчестерами перевод на большую сумму, и Джей Джей, заручившись поддержкой четы Ширли, заверил родителей, что это подарок Габриэля к рождению будущего малыша. Истинного отправителя он совсем не хотел бы называть, отлично понимая, что отец просто бы отказался от денег, столь необходимых сейчас, но Бальтазар просто не мог остаться в стороне. Этой суммы хватило на размещение старших Винчестеров в стационаре на несколько месяцев, а Джей Джей и Самандриэль отправились домой, где омежка взял на себя все заботы об альфе.       Вторая беременность омеги протекала довольно тяжело, Кас очень плохо себя чувствовал, и Дин начинал жалеть, что они решились на это. Тем не менее, он был рядом и помогал мужу во всем, поддерживая его, и вскоре уже сам с нетерпением ожидал второго ребенка, не понимая, как раньше мог думать иначе. Когда угроза выкидыша миновала, Каса наконец-то отпустили домой, и последующие месяцы протекали уже гораздо счастливее в окружении любящей семьи и привычных домашних стен. Самандриэль к тому времени стал ему как родной, и Кас часто шутил, что у него уже три сына, чем немало смущал юного омежку. Паренек же нередко делился со старшим омегой переживаниями о своих безответных чувствах к Джей Джею, на что Кас, поглаживая свой большой живот, советовал парнишке потерпеть, потому что своего мужа он очень хорошо знал, и Джей Джей был похож на него абсолютно во всем. Про себя же омега думал, что ему, выходит, еще повезло и все могло бы быть гораздо хуже. Тем не менее, шло время, но единственным, что развивалось в доме Винчестеров, был лишь будущий ребенок Каса и Дина, поэтому Самандриэль все еще продолжал ждать. Сейчас       Размышления Дина были неожиданно прерваны. — Мистер Винчестер? — спросил его подошедший медбрат. Дин покосился на спящего рядом в сидячем положении уставшего Джей Джея и на сжавшегося у него на коленях приобнимаемого им Самандриэля, и решительно шагнул навстречу бете, кивая. Молодой человек доброжелательно улыбнулся, осторожно протягивая ему розовый сверток и дожидаясь, пока альфа робко и опасливо прижмет его к себе, внимательно всматриваясь в лицо ребенка, после чего удалился обратно в кабинет. — Привет, Дани, — сказал Дин, наблюдая, как маленький омежка сонно причмокивает пухлыми касовскими губками.       Альфа совершенно не придал значения тому, что через мгновение медбрат вернулся обратно со вторым, голубым свертком, думая, что это чужой младенец, поэтому, когда бета протянул сверток с малышом ему, Винчестер осознавал это еще несколько казавшихся бесконечными секунд, рефлекторно принимая ребенка во вторую руку. — Поздравляю, у Вас крепкие и красивые малыши, - дежурно улыбнулся медбрат, и Дин немного растеряно застыл на месте, всматриваясь в недовольное личико второго младенца, крошечного альфочки, так похожего на него самого. Ребенок закряхтел, открывая ротик и заходясь в крике, отчего проснулись спавшие мгновение назад Джей Джей и Самандриэль. Младший альфа заметил, что его руки приобнимают омежку, отчего смутился и побыстрее их отдернул, и Самандриэль немного помрачнел. Однако их внимание тут же переключилось на растерянного Дина, держащего в руках плачущих детей, да и было с чего теряться, ведь он никогда не имел дела с младенцами. — Па? Это все наши? - удивленно переспросил Джей Джей, вскакивая и подходя ближе, чтобы рассмотреть новорожденных братьев. Дин рассеяно кивнул. - Ого! Ну вы с папой даете! — Вы можете зайти к мужу, но ненадолго, ему нужно хорошо отдохнуть, - вновь подал голос медбрат, и Винчестер жалобно посмотрел на Самандриэля. Омежка улыбнулся, без слов понимая Дина, и поспешил ему на помощь, осторожно забирая альфочку и передавая его Джей Джею, а себе забрав омежку. Почувствовавший свободу, Дин, напоследок окинув взглядом всех своих детей, развернулся и быстро направился в послеродовую палату, намереваясь как следует отблагодарить своего мужа, а заодно выяснить, знал ли Кас о том, что носит двойню, или это сюрприз для всей семьи.       А тем временем большой и шумный город, простирающийся за окном, продолжал жить своей жизнью, равнодушной к судьбам так случайно соединенных им людей, сумевших обрести счастье сквозь множество невзгод.

Конец