Смерть - это только начало

Судя по темноте в комнате и по боли в моих глазах, проспал я совсем немного. Рука Джерарда все ещё покоилась на мне. Из-за этого я испытывал небольшие трудности в дыхании. Или не от этого? Руку я решил не убирать, не хочу будить его, да и самому надо постараться заснуть. Я закрыл глаза, но тут сон как рукой сняло. Джи закричал. Потом он стал стонать во сне.  — Не умирай, прошу тебя, — промычал он, и из его глаза полилась одинокая слеза.  — Джерард, любимый, проснись, — я стал трясти его. Через пару минут он открыл глаза.  — Фрэнки, это ты? — он посмотрел на меня, а после прижал к себе.  — Я это, я. Что такое? Почему ты кричал?  — Мне приснился дурной сон, — он отстранился от меня и опустил глаза.  — Про что был этот сон? Кто там умер?  — Откуда ты знаешь?  — Ты говорил во сне.  — Фрэнки, прости, — слёзы одна за другой стали катиться из его глаз.  — Да объясни ты уже, что такое. За что я должен прощать тебя?  — Просто, если я говорю во сне, то это значит, что сон вещий. А в этом сне умер ты. Тебя укусил мертвец. Я был весь в крови, в твоей крови, Фрэнк. Ты умирал у меня на руках. Ты просил убить тебя, чтобы не стать ходячим. Но я не смог. Я не смогу убить тебя. Даже в такой ситуации, понимаешь? Я лучше сам убью себя. Ведь потом мы проснемся вместе, — он не мог больше говорить и, закрыв лицо руками, стал всхлипывать.  — Послушай, никто не умрёт. Это просто нелепая случайность, — я прижал его к себе и обнял.  — Нет. Это случалось часто. Началось всё еще с детства. Мне приснилась авария: в аварии погиб мой друг и его семья. Мне приснилась ссора: родители на следующий день сильно поругались между собой. Мне приснилась разлука: меня бросил любимый человек. Мне приснилось знакомство: я нашёл тебя. А теперь это. Главная особенность таких снов заключается в том, что я всегда говорю во сне.  — Джи, не переживай, я не умру. Я обещаю, что не умру. В конце концов, так просто оставить тебя одного? Нет уж. Тебе ещё долго придется со мной мучиться, — он улыбнулся и прижался ко мне. Под его напором я лёг обратно на кровать.  — Не обещай того, чем ты не в праве руководить. Ты не знаешь, что случится с тобой, когда ты покинешь стены этой комнаты. И да, ещё. Я готов мучиться с тобой всю жизнь, — он поцеловал меня и перевернул нас так, что на нём уже лежал я. Он запустил руки в мои волосы. Моё тело моментально покрылось мурашками от его прикосновений. Одной рукой он опустился на мою спину. Немного махинаций, и рука под моей рубашкой. Легкими поглаживаниями он стал оттягивать её. Напряжение в моих штанах начало расти. Чёрт, только от его прикосновений меня кидает в пот. Что уж говорить о большем. Он стал покрывать мою шею поцелуями. Эти губы были такими нежными, приятными… желанными. Такое чувство, что они специально созданы для меня, только для меня, ни для кого больше. Я приподнял его голову и прильнул к губам. Как же мне нравится их вкус. Ммм, они такие сладкие. Я провёл языком по зубам, и он понял. Я прорвался в его рот, и там наши языки слились в страстном вальсе. Внутри было так горячо. Я стал стягивать с него рубашку. Он повиновался мне и сам стал помогать. У меня уже был каменный стояк. Еще чуть-чуть и мы приступим. Не терпится.  — Блять, что это? — о нет, он оторвал от меня свои губы. — Кто-то стучится, Фрэнки.  — Нет, давай не будем открывать. Притворимся, что мы ещё спим.  — А если это что-то важное?  — Знаешь, что действительно важное?  — Ну и что же?  — То, что мои штаны скоро не выдержат. И вообще, давай уже одевайся быстрее, заебал тут голым шариться.  — Я тебя сегодня еще не ебал. Раз такой умный, то сам иди и открывай. Ты одетый.  — Ага, мне как раз так и идти, — я показал пальцем на свои штаны и накрыл их одеялом. — И я сплю. Всё. Джерард открыл дверь и в комнату ввалился Джейк.  — Ребята, срочно нужна помощь. Там ограда не выдерживает. Их слишком много. Только этого сейчас не хватало. Джи сказал, что мы скоро будем. Джейк ушел, оставив нас наедине.  — Значит так, ты остаешься здесь.  — Что? С какого это я остаюсь здесь?  — С такого. Ты не должен умереть. Ты обещал.  — Но я не оставлю тебя одного. А вдруг умрешь ты? Такой, знаешь ли, обмен. Если не я, то ты.  — Лучше я, чем ты.  — И что я буду делать, когда ты умрешь, а? Вот вы все такие благородные. Я умру, но зато ты будешь жив. Да какая, блять, может быть жизнь, когда человек, которого ты любишь, умер. Причем, ты знаешь, что ты мог помочь. Но нет, ты же должен выжить. Как же. Он же мучиться потом без тебя будет. А на чувства другого человека плевать. Как-нибудь переживёт. Главное, что не я. Да? Так всё?  — Фрэнки, прошу, не надо.  — Я пойду с тобой и точка.  — Пожалуйста, этот сон… ты умрешь там.  — Но ты тоже можешь умереть там, Джи.  — Ладно, одевайся. Но как только я скажу тебе уходить, ты сразу уйдешь.  — Нет, я никуда не уйду.  — Фрэнк.  — Джерард.  — Ладно, но ты всегда будешь рядом.  — Хорошо, пошли уже, а то нам ничего не останется. Мы побежали на улицу. Ох, и много ходячих там. Джерард взял автомат, а мне оставил нож. И что за дискриминация? Если я маленького роста, то это не значит, что я не умею обращаться с оружием. И как я до сих пор живу с этим? А вот и первая жертва. Как же я люблю убивать. Эм, мертвецов. Прежде я не убивал людей, но Джерард говорил, что иногда это необходимо. Необходимо тогда, когда человека укусили или просто смертельно ранили. Ведь этот вирус уже во всех нас. Жутко от этой мысли. Это даже если я умру от простуды, то я могу стать этим монстром, которое ест всё живое на своем пути. Ну, если, конечно, его не убьют. Но всё равно. Жить с мыслью о том, что в тебе живет эта тварь… И зачем Джерард рассказал мне это? Связался на свою голову. А вот и второй. Ооо, как же я люблю, когда из них выливается эта гниль, которая раньше была кровью. У некоторых она ещё сохранила свой прежний вид, но у тех, которые обратились с самого начала, она уже коричневого цвета, и по состоянию чем-то желе напоминает. Сразу двое. Кажется, я начинаю понимать маньяков. То чувство, когда на тебя брызгает кровь твоей жертвы (пусть уже мертвой) незабываемо. Да, когда все закончится, то мне нужно будет сходить на прием к психиатру. Интересно, через сколько восстановится всё то, что было раньше? Хотя бы приближенная версия того, что было. Быстрее бы уже. Тогда нам с Джерардом ничего грозить не будет. Мы купим себе дом за городом, подружимся с соседями, он будет читать газеты и смотреть телевизор, а я готовить и убирать. Потом мы усыновим ребенка. Мы будем любить его. Мы дадим ему все, что только нужно, чтобы он был счастливым. И если кто-то посмеет унизить его из-за того, что он воспитывался в однополой семье, то я зарежу его, разрублю на мелкие кусочки. Опыт у меня уже есть. Хм, нет, так думать нельзя. Тем более о живых людях.  — Спасите меня, помогите, нет, уйди, тварь, — это был Рэй. С его стороны ворота уже разрушились. Они окружили нашего друга и стали пожирать его. Я не мог смотреть на это и кинулся к нему, но меня тут же перехватила чья-то рука.  — Джерард, ты чего? Их надо убить, — я попытался вырваться, но всё напрасно.  — Нет, ходячих слишком много. Пойдешь туда — отправишься следом за Рэем.  — И что теперь? Всё равно нужно покончить с ними.  — Я сказал, что один ты туда не пойдешь. Нам надо удержать эту стену. Рэю ты все равно не поможешь. Потерять одного — это уже много. А ты тут вторым удумал быть.  — А чего это ты командуешь, куда мне идти и где быть?  — Фрэнки, я не командую, я умоляю, не отходи от меня. Я люблю тебя и не могу потерять.  — Хорошо, Джи. Прости, я не знаю, что нашло на меня. Я тоже люблю тебя. Он быстро поцеловал меня в щеку и пошел помогать Лин. Я же защищал тыл. Черт, даже женщине он доверяет больше, чем мне. Неужели это всё из-за сна? Или он просто придумал это? Ладно, я поверю ему. Надеюсь, не напрасно. Я нашел в толпе Энди и Эшли. Они стояли спиной друг к другу и отбивали наступающих мертвецов. Их было слишком много. Я подбежал поближе к Джерарду и стал убивать с каждым разом всё больше и больше. Нас окружили, патроны почти на исходе, одним ножом не справиться. Лин ушла к Энди.  — Вот так, наверное, и умрем. Вместе, — он посмотрел на меня взглядом, полным боли. Он был похож на котёнка, которого выбросили на улицу. — Я люблю тебя.  — Подожди, мы еще не умираем, — тут я почувствовал боль в ноге. Это ходячий, он укусил меня.  — Джерард, меня укусили, прости. Было бы меньше мертвецов, ногу можно было бы отрезать. Но нет. Если я сейчас начну резать, то от меня и пальца не останется.  — Что такое?  — Нога. Прости, я не сдержал обещания. Вот теперь точно самое время: я люблю тебя больше, чем когда-то любил кого-либо. Умоляю, живи дальше. Не умирай. Он взял меня за руку и стал тащить сквозь толпу ходячих. Я еле успевал за ним, ведь нога чертовски болела. Джерард расталкивал, а иногда и убивал мертвецов, но это у него не всегда получалось. Наконец он вытащил меня за ворота, выбросил оружие и взял меня на руки.  — Джи, куда мы?  — Не важно. Я должен унести тебя отсюда. Я должен отрезать тебе ногу.  — Уже слишком поздно. Вирус распространился достаточно далеко. Думаю, он уже где-то у сердца. Пытается занять твоё место, но у него это не получится, поверь мне. Ты там как пиявка присосался. Он аккуратно положил меня на землю, склонился надо мной и стал плакать.  — Джи, ну чего ты?  — Я не смог спасти тебя. Я знал, что так всё и будет, но ничего не сделал. Надо было закрыть тебя. Пусть бы ты ушел от меня, проклинал бы меня перед сном, но зато был бы жив. А сейчас… я потерял тебя, не успев приобрести.  — Любимый, у тебя еще вся жизнь впереди. Еще столько непрочитанных страниц. К сожалению, я не стал главным персонажем в твоей книге, а всего лишь главой. И вот, эта глава закончилась, но скоро начнется новая, еще лучше. Посмотри на меня, посмотри, перестань плакать. Скоро всё будет нормально, слышишь меня. Ты найдешь себе человека, который будет любить тебя так же сильно, как и я. Но будет одно исключение: он сможет сделать тебя счастливым. Я уже не могу, а он сможет. Тебе будет так хорошо с ним, что ты забудешь меня. Слышишь, Джи. У тебя будет нормальная жизнь. Обещай мне, что ты не совершишь глупость, пожалуйста.  — Хорошо, Фрэнки. Я не буду убивать себя, я обещаю. Я найду себе человека, которым сделает меня счастливым. Но тебя я не забуду. Никогда не забуду. Ты лучшее, что случалось со мной.  — С тобой должно случиться что-то лучше. Так всегда бывает, но потом ты просто встречаешь кого-нибудь другого и всё — тебе кажется, что он лучше всех и тебе с ним очень хорошо. Тогда ты и забываешь всех людей, которые были до него. Он прижал меня к себе и стал плакать ещё сильнее. По всему моему телу прошлась резкая боль. Меня кинуло в жар, голова ужасно болит. Воздух в  лёгких иссякал, еще мгновение, и его не станет. В глазах всё расплылось. Лес слился в одно большое чёрно-зеленое пятно. Наверное, моя история закончилась. Я хочу увидеть Джерарда, но уже не могу. Единственное, на что мне хватает сил, так это сказать еще пару заветных слов.  — Я люблю тебя.  — Нет, не уходи! Он стал кричать, я чувствовал горячие слезы на своих руках. Но я не мог уже обнять его, я не мог вытереть слезы с его прекрасного лица. Я уже ничего не могу. Прощай, Джи…