Мрачные тени.

Ночью, Занзасу приснился сон. Очень странный сон. О внезапном приходе этого парня, о том, что отец ему вовсе не отец, о многом, что за целый год наболело. Утром, все это тяжелым грузом стало давить на голову, от чего последняя разболелась , как в похмелье. Мужчина сидевший на кровати морщился от первых лучей солнца, так нахально проникших сквозь тяжелые плотные занавески.В комнате было душно и сильно пахло кровью, на светлом ковре было несколько пятен. А еще настоящего Варийского босса приследовало явное чувство того, что он забыл что-то очень важное, то чего забывать ему ни как не следовало, но он лишь посчитал это игрой своего буйного воображения. *** Время утекало каплями из клепсидры, нервами из тела, кровью клятвы. Он готовился, готовился к этому чщательно, он продумывал все до мельчайших подробностей, чтобы не допустить не единой ошибки, чтобы все вышло именно так как хочет он. Он не щадил служащих и офицеров Варии, он отсеивал лишний "баласт" оставляя только самых-самых из самых-самых. Он готов был жертвовать жизнями миллионов ради достижения своей мечты.С таким размахом он был человек. До момента, как он узнал всю правду, эта цель, целью-то в общем и не была, так ненавязчивая мечта, которая вряд ли когда-то сбудется. Но именно сейчас, когда он узнал, что отец ему не отец, а его жена ему не мать, то понял, что именно сейчас Вонгола нужна ему как никто другой.Только не Вонгола ему сейчас нужна была.Ему было больно настолько, что все, абсолютно все физические потребности вдруг перестали существовать.Только голод и нытье в душе, той душе которую еще никому не дано было полюбить. Третий босс Варии сейчас чертовски нуждался в любви и понимании, в нежности, доброте и ненавязчивой ласке.Терпеть эту боль, можно было бы не в одиночку, а вдвоем.Но Занзас еще будучи школьником, презирал такие чувства, что не чужды любому здравомыслящему человеку, как жалость, сочувствие, понимание любовь и настоящая дружба. А по сему судите сами. *** Суперби хотел все оставить как есть. Клятва остается клятвой и ничего больше. Но не так все легко как кажется на первый взгляд. Каждую ночь, он мучается кошмарами, снами о прошлом. Ему снится та женщина. Ему снится, как она уничтожает самое важное и дорогое в его жизни. Как он в муках умирает, в последний раз смотря ему в глаза, перед своим уходом навсегда,- оставляя его душу вечно гнить в этом теле,- усмехается и со словами "забудь все" закрывая глаза.Навечно. Навечно- эти слова всегда гулким эхом отдавались в серебрянноволосой голове заставляя страдать и мучаться. Его терзает то, что рано или поздно, Занзас действительно покинет его, а он останется все в том же теле не меняясь из года в год. А что ему делать? Он не может умереть по собственной воле, даже если нажрется чесноку или воткнет себе осиновый кол в сердце.На нем проклятие и ничего с этим не поделаешь.Смысл его жизни, которой он сейчас живет, грозит уйти на всегда Скуало посмотрел в иллюминатор самолета в котором летел.Летел он с задания, из Рима.Он был там не раз, но всегда не любил этот город, слишком уж он был ярким, слишком солнечным и радостным, оставляющим в тени все свои недостатки и грехи.Такие места мечник всегда не любил.А вообще он сейчас думал не Риме, он думал о безумной и навязчивой идее Занзаса. Кто они сейчас в мире мафии?Да никто!Просто детишки, что путаются под ногами даже не смотря на то, что Суперби как мог возвращал собственное дело в привычное для него русло, но все же былого величия Вария так и не достигла.Конечно,многие ее просто недооценивали, но по сравнению с Вонголой, он и действительно дети..Чего еще сказать? *** Это ощущение. Пустоты. Какой-то отреченности и еще чего-то. Заплакать-нельзя-это не по мужски.Гордость, тупая гордость и всего-то, тупая глупая гордость приближенная к посмертному греху- гордыне. Пустой взгляд невольно остановился на ноющей от боли левой руке.Бывшей левой руке.Перед взглядом уже не было худой изящной кисти с тонкими белыми пальцами, только обрубок аккуратно перевязанный антисептическими бинтами, чтобы не попала никакая зараза и не загноилось. Скуало посмотрел в потолок.Гордость.Гордость.Гордость.Он воин, стратег, убийца в конце- концов основатель Варии, он не имеет права плакать, даже если хочется.Даже если боль режет не только острыми лезвиями бритвы по сердцу душе и определенным частям тела.Он мужчина.Он воин.Он гордая Акула.Он не должен плакать. Мечник повернул голову бездумно уставившись куда-то вдаль.На глаза попался железный протез, который в дальнейшем уже никогда ему не сможет заменить руку.Им нельзя поболтать в воздухе, им нельзя коснуться чего-то и это что-то почувствовать.Это просто не-воз-мо-жно.Дурацкое слово, не находите? Занзас уже давно наблюдал за действиями своего капитана.Он провел здесь все время , даже не смотря на то, что медсестры его активно пытались уложить в собственную палату,- в конце концов всем хочется жить полноценным человеком, а не кучкой пепла-,так что пришлось поставить рядом с койкой Скуало еще одну.Занзас всегда находил умиротворение и гармонию в этом человеке.Злом, агрессивном, с голосом как иерихонская труба, но все же таким по-домашнему теплым и за этот год ставшим таким дорогим. Всё накрылось медным, нет, чугунным тазом. Революцию, бунт, мятеж, переворот — или как там ещё называет подобный акт недовольная Вонгола — подавили, растоптали уничтожили источник недовольства— просто убив в нем боевой дух и гордость.Теперь ему все по-барабану. По крайней мере, ему посчастливилось отделаться только шрамами и не большими травмами вроде перелома руки и небольшого сотрясения мозга, а вот Скуало не повезло не повезло. Он никогда не сможет забыть те эмоции, когда увидел без сознания валяющегося мечника.Он тихо посапывал в траве возле территории битвы- его и Генкши- та еще продажная сволочь,- аккуратно обрубленная рука сильно кровоточила.Его взрывало изнутри, ему хотелось уничтожить всех и вся только за то, что его капитан потерял всего лишь руку.Но просто повалился от усталости рядом с ним и долго смотрел на небо, пока Вонгольцы не подавили остатки восставших.Это было самым больным ранением , которое он только мог получить. Первым этого молчания и задумчивого лица босса не выдержал Скуало. - Вройй! Может ты хоть немного поговоришь со мной, - Суперби думал, что его голос прозвучал как всегда громко и звонко, но вышло хрипло и тихо.Этот придурок с дурацкими бровями порвал ему связки.Уебок. Занзас посмотрел в глаза мечнику, обошел его койку вокруг подходя к своей и двинул ту коленом вплотную к койке мечника. - Что-ты-делаешь?-чеканя слова поинтересовался мечник, на что нынешний Варийский босс промолчал и завалился рядом вплотную к Скуало положив на оголенную одеялом спину горячие руки.Сейчас и правда ничего не нужно было говорить, и так все было понятно.Понятно Занзасу, понятно Скуало.Понятно- без слов.Эта жизнь с ними сыграет еще не мало злых шуток, но они будут вместе идти смеясь ей в лицо и крепко-крепко держась за руки.Сейчас они в этом уверенны. Ведь он поклялся ему волосами.А он поклялся ему кровью.Клятва не просто мужчины, клятва того, кто любит.