Я-попаданка!

Темнота окружающая Меридейла была теплой и мягкой, ластилась к нему как котёнок, признавая своего. Хотелось остаться здесь, не куда не спешить и отдав себя в тёплые, пушистые лапки, просто заснуть. Но больше чем потребность уснуть, в нём билось желание, добраться до несносного мальчишки и потребовать с него ответа на все вопросы, скопившиеся за этот бесконечный день. В конце концов, потребовать у него объяснения, что за интриги он тут плетёт? И, чёрт возьми, каким боком, это безобразие касается бедной Лилии? Он почувствовал, как в глубине сознания опять запульсировал гнев, пытаясь вырваться из под контроля и затопить всё вокруг. Но юноша не позволил ему сделать это, усилием воли сжав его до маленькой бьющейся точки и загнав в тёмные глубины подсознания. Меридейл летел в темноте, летел с огромной скоростью, как будто его несли крылья и он определённо чувствовал их за спиной. Тьма впереди стала стремительно рассеиваться, открывая взгляду сияющий купол. На этот раз без всякого участия со стороны юноши, его глаза прикрыла коричневая дымка. Не снижая скорости он, преодолев стену, оказался в зале с уходящими вдаль солнечными и синими колоннами. - Ну-у, и где ты прячешься, интриган несчастный? Может мне тебя ещё и в розыск объявить? Прекрати играть в прятки, будь мужчиной, выходи! Перед взором Меридейла ( или Лилии? Вот зараза, день за белых, день за красных) прямо из воздуха, голубым пламенем, стала ткаться фигура хозяина тела. Это смотрелось, по меньшей мере, странно. И вообще Лилии казалось, что путешествие в архивы своего собственного мозга должны выглядеть как-то иначе. Скажем так – бестелесно. А тут, хочешь поговорить с гостем? Пожалуйста, вот он, говори. Вполне узнаваем и даже эмоциональный фон присутствует. Всё как обычно. Ну, почти, если убрать спецэффекты. А как насчёт тактильного восприятия? Попробовать что ли? И вот уже рука тянется к лицу стоящего напротив юноши. - Эй, эй, ты чего? Держи ручки при себе. Это тебе не светская беседа. И если ты думаешь иначе, то ты ошибаешься. Мы с тобой две разные энергии в одном теле и мне в течении полугода едва удалось добиться равновесия. Поэтому воздержись от желания меня полапать, я не отвечаю за результат. А я, знаешь ли, не мазохист. - А как же тогда твоя шоковая терапия? - Какая ещё шоковая терапия? Я тебя не понимаю, Лилия. О чём ты говоришь? – искренне удивился Меридейл. - Вот как? Ты же мне мозги чуть не вынес, когда я попыталась мысленно тебе угрожать. Виски прошила такая боль, что я уже подумала это мой первый и последний день в этом мире. - Ну, ты даёшь! Неужели ты, правда, так думаешь? Если ты ещё не поняла, повторю – Это наш общий дом. Один на двоих и других вариантов нет. Надеюсь, ты достаточно адекватна, что бы понять это. Причинять боль самому себе мне как-то не улыбается. Ты просто перенапряглась и боль вполне нормальная реакция мозга, пытающегося заставить тебя отдохнуть. - Ты будешь удивлён, но это единственное, что я могу понять и принять из всего произошедшего со мной за день. Надеюсь, сейчас я получу внятное объяснение той хрени, что со мной происходит, как я подозреваю, по твоей вине? Или по причине закипания наших мозгов, ты отправишь меня спать? - Пусть Боги хранят тебя. Конечно, объясню. Мне просто страшно подумать, что ты ещё насочиняешь до утра. А об усталости не думай, ты же не чувствуешь её сейчас? Нет? – получив утвердительный кивок Лилии, Меридейл продолжил – Я подпитал нас энергией, пока вы выясняли отношения с Калеорисом. - Кстати о птичках! Пока ты ещё ни чего не сказал, у меня одно условие, которое не обсуждается. Ни когда и не при каких обстоятельствах я не стану врать Калеорису. Мне по гроб жизни хватит тех мгновений, когда я увидела в его глазах боль понимания, что его предают. Я намерена всё ему рассказать и если ты не согласен, разговора не получится. Я не стану принимать участия в твоих планах. Избавляйся потом от меня, как сочтёшь нужным, мне по барабану, всё равно я должна была умереть. Но если ты согласишься, а потом попытаешься заставить меня, его обманывать, я не стану миндальничать и мало тебе не покажется. В отличии от тебя, я не побоюсь причинить боль себе. Я слов на ветер не бросаю. Не понимаю, почему ты так с ним поступаешь, он ведь любит тебя и твоего отца. А ты позволяешь ему думать, что он не смог тебя вернуть. Хлеще того, что он, вероятнее всего, разрушил твоё сознание. К чему такая жестокость? - Пожалуйста, остановись! Я в ужасе от скорости и необузданности твоего воображения. – взмолился Меридейл, умоляюще глядя на Лилию. – Ты усердно лепишь из меня какого-то монстра, забывая, что мне всего шестнадцать лет и что мне может быть просто страшно. Я, так же как и ты, только сегодня пришёл в сознание и не знаю, что здесь происходит. Кто чем дышит. Но в отличие от тебя я знаю, чего боюсь. У нас считается страшным преступлением выход сознания за пределы тела. Хотя умеют это делать считанные единицы и вот теперь я. Предполагается, что если человек в состоянии вывести своё сознание за пределы телесной оболочки, то умеет и вернуть его туда. Логично? - Логично. – согласилась Лилия – Но в чём же здесь преступление? - Не спеши, подумай. Это даже не преступление. Это государственная измена. - Государственная измена? Круто. Да в чём же это… Ой! Ты хочешь сказать… - Умница! Я знал, что ты поймёшь. Ты права. Если человек в состоянии вернуть сознание в тело, то обязательно ли это должно быть его тело? - Мер, это же практически безграничная власть. – тихо прошептала Лилия. - Теоретически. Ведь проникнув в чужое тело не факт, что ты справишься с сознанием носителя тела и сможешь использовать его в своих целях. А теперь, напрягись и классифицируй то, что сделал я. Вышел за пределы своего тела, захватил чужое сознание и подселил его к себе. И если бы я поставил целью полностью подчинить тебя, то так бы оно и было. Что же с нами будет, если правда выйдет наружу? – он замолчал, ожидая ответа, но ответа не последовало. - Действительно, о чем тут гадать? Смертная казнь. Других вариантов нет. Ты всё ещё думаешь, что мне нечего было бояться? - Согласна, беспросвет. Но поздно закрывать конюшню, после того, как коней украли. Дело сделано и нам с этим жить. Но моё мнение не изменилось, Калеориса надо поставить в известность. - Да, не против я, не против. Просто не хотелось подвергать его опасности. После того как он всё узнает, он будет следующим за нами в очереди на эшафот. Но думаю, что моя забота о нём, в данном случае, его только оскорбит. Поэтому я за то, что бы всё ему рассказать. - Мер, это надо сделать до приезда отца. Пусть он знает, что вернул тебя и проблем, что мы с ним нагородили, на самом деле нет. - Хорошо. Отвечу на твои вопросы и пойдём к нему. - Да проблемы с узнаванием, знаниями и магией больше нет. Зато появилась проблема покруче предыдущих. Я ведь не преувеличиваю? Насколько я поняла, ты своим ходом пришел за мной, не в соседнюю комнату, а в другой мир. Делаем, так любимые нами, выводы. Ты, а теперь и я вместе с тобой, представляю собой опасность вселенских масштабов. - Всё правильно. – устало вздохнул юноша. – Задавай свои вопросы, имеешь полное право. - Первый и главный вопрос. За каким чёртом тебе было надо подставлять под топор палача свою голову и выпадать из реальности, на полгода добывая меня. - Ответ на этот вопрос до банальности прост. Я слаб. Я созидатель и не умею защищаться. Нет, не драться, тогда всё было бы проще. Хотя и в этом плане я бесполезен, с моим-то телосложением, думаю, скоро ты это почувствуешь в полной мере. - Не ной, по поводу своей хрупкости, здесь я тебя не поддерживаю. – возмутилась Лилия. – Уж что-что, а тело всегда в твоих руках и забота о нём твоя прямая обязанность. - Возможно, ты права. Здесь сказывается традиционное воспитание. «Симбиотик» должен быть хрупким и неконфликтным. Ведь моё предназначение быть младшим мужем не предполагает наличие силы духа. Это делает меня уязвимым в психологическом плане. И как выяснилось, не просто уязвимым, целенаправленные нападки, завуалированные оскорбления и унижения разрушают меня. Мой будущий муж по своей сущности разрушитель. Ему доставляет удовольствие издеваться надо мной и наблюдать, как я захлёбываюсь бессильным гневом. За полтора года он, практически, довёл меня до самоубийства. Нет, он не законченный садист, но он органически ненавидит безвольных людей. Его бесит, что я не пытаюсь защищаться. А я просто не умею этого делать. Всё, что я хочу от жизни это, что бы мне ни мешали заниматься наукой. Но это непозволительная роскошь. Никто мне этого не разрешит. Мои обязанности заключаются в обеспечении сильного потомства, умении чувствовать ситуацию, складывающуюся вокруг моего супруга, чтобы вовремя его направить по верному пути, энергетически подпитывать его на протяжении всего жизненного пути и создавать благоприятный климат в семье. Вот и всё. - Это, что за фигня? – начала заводится Лилия – А где за всем этим ты? А обязанности перед тобой? Ты что « Энерджайзер»? - « Энерджайзер»? Что это? - Портативный источник энергии, предполагается, что он намного мощнее себе подобных. - Наверное, ты нашла удачное сравнение. Я и есть этот самый « Энерджайзер». - Ну, а любить-то тебя, хотя бы, должны? - Если повезёт. Но это явно не мой случай. - Ха! Не обязаны, значит. Это мы ещё будем посмотреть. Нет, я просто охреневаю, в этой электричке. Давай дальше. - Ты стала как-то непонятно выражаться. Что ты этим хочешь сказать? - Не заморачивайся. Я просто злюсь. Что эти выражения обозначают, я просвещу тебя в более подходящее время. Продолжай. - Что тут продолжать. Дойдя до черты, за которой смерть меня уже не пугала, я сделал то, что сделал. Я решил, что умирать мне ещё рано. Моя смерть принесла бы моим близким бесконечные неприятности. Я решил укрепить себя вторым сознанием, более сильным и в какой-то степени агрессивным. Этого никто, никогда не делал, но я почему-то решил, что смогу это сделать. Сначала я слушал свой мир, я не совсем понимал, что я хочу услышать. Постепенно я понял, что всё это время я посылаю призыв и на него должен откликнуться тот, кто мне нужен. В моём мире его не было. Я стал стараться преодолеть энергетическую защиту нашего мира и выйти в океан междумирья. Кстати, наш мир называется Эрийэйра. Мир крепко держал меня, но всё же я победил. Вырвавшись на свободу, я ошалел. Это в полном смысле была СВОБОДА. Сила захлестнула меня, не было ни капли сомнения, что я могу всё. Это было так опьяняюще, я не удержался и воспользовался своей силой. Лилия, я создал МИР! Мой мир! Довольно далеко от Эрийэйры, побоялся, что кто-нибудь почувствует мою силу, это было нежелательно. И ещё, я не населил его разумной жизнью. Побоялся. Ведь разумная жизнь требует постоянного внимания, а смогу ли я его уделять новорожденному? Но это мир моей мечты. Я хотел бы там жить. Мер, ты демиург? – с уважением спросила Лилия.- Тогда ты попал. Если тебя не вычислят свои, тебя найдут демиурги. - Откуда ты это знаешь? - Я не знаю. Я это чувствую. Новый мир невозможно не заметить. Думаю что, создавая, его ты сильно наследил, однозначно вторгшись на чужую территорию. Хорошо, вопросы будем решать по мере поступления. Не отвлекайся. Ночь не бесконечна, а у нас ещё дела. - Я стал покидать свой мир каждую ночь, но так ничего и не слышал. И наконец-то этот день настал, я услышал тебя. Нет не так. Сначала я увидел тебя. В моём мозгу вспыхнула четкая картина: Высокая светловолосая женщина ссорилась в подъезде жилого дома с тёмноволосым мужчиной, значительно крупнее её. Не смотря на то, что мужчина явно был сильнее, страха в её глазах не было. О чём они спорили, я не слышал. Неожиданно мужчина с размаху ударил женщину по щеке и, несмотря на то, что она не выглядела хрупкой, от удара её отбросило на стену. Мужчина не дал ей опомниться, навалившись на неё всем своим телом. Что дальше происходило, не возможно было рассмотреть из-за широкой спины мужчины, но женщина сделала какое-то движение и он, согнувшись, стал опускаться на колени. Когда его голова достигла до уровня её груди, мужчина получил в вдогонку удар кулаком в челюсть. Внезапно я стал слышать, о чём они говорят. - Сууука!- прохрипел мужчина. - Возможно. – сплёвывая кровь и проверяя языком целостность зубов, обернувшись проговорила женщина – Но я не собираюсь доказывая обратное, стелиться половой тряпкой тебе под ноги. Не в этой жизни.- за её спиной захлопнулись двери лифта. - Не в этой жизни говоришь? – усмехнулся мужчина, поднимаясь с колен. В углу картины появились песочные часы, отсчитывающие последние мгновения жизни. Твоё время истекало, и я понял, что моим вторым «я» должна стать ты. Теперь в своём сознании я постоянно видел эти часы. В ту ночь, когда в часах осталось несколько песчинок, я, покинув тело, помчался к тебе, что бы успеть встретить твоё сознание после смерти тела. Успел я во время, мне пришлось усыпить тебя, что бы прекратить агонию. Нужно было возвращаться, а дёрганье чужого сознания этому не способствовало. Неожиданно возвращение с чужим сознанием оказалось проблематичным. Силы покидали меня, а восполнить их я почему-то не мог. Расстояние сокращалось очень медленно. Стало понятно, что мне тебя не дотянуть до места. Отпускать тебя очень не хотелось. Ты была именно такой, как было мне необходимо. Положение спас Эвортен, его сеть захватила нас, расшвыряв в противоположные стороны. Даже мне, понимающему, что происходит, было не по себе. Ты же, спутанная энергией, билась как пойманная птица. Сеть, это всегда тяжело. Как Калеорис дотянул нас до тела, я не помню. Остатки моих сил ушли на то, что бы замаскировать нас под одно сознание, но мне это удалось не очень хорошо. Так как тобой было израсходовано меньше сил, ты искрила. Только то, что Эвортен был без сознания на момент нашего водворения в тело, спасло нас от разоблачения. Следующее полгода у меня ушло на достижение равновесия между нашими сознаниями. Два сознания в одном теле оказалось крайне взрывоопасным состоянием. Сначала я боролся с тем, что бы ты не прилипла ко мне и не взорвала нас ко всем чертям. Когда ты немного пришла в себя, пришлось бороться за свою независимость. Ты оказалась крепким орешком и настойчиво пыталась меня подавить. Параллельно пришлось бороться с собой, так как силы были на исходе, я боялся сорваться и подавить тебя. И опять нас спас Калеорис, он заметил, что мои энергетические запасы истощаются, и стал меня подпитывать. Уравновесив нас, я получил возможность подпитываться сам. Последним рывком было сохранение автономного мышления каждого из нас. Всё. Теперь мы два независимых сознания в одном теле. - Стоп. С этого места поподробнее. Что значит два независимых сознания? - Ты разве не заметила, что не слышишь, о чём я думаю? Так вот, я тебя тоже не слышу. Но при необходимости и обоюдном согласии, мы можем мыслить совместно. Я подумал, что необходимо сохранить конфиденциальность мышления, во избежание возникновения неудобных ситуаций и сохранения личного пространства. - Ты, гений! – восхищенно выдохнула Лилия – Я горжусь тем, что ты выбрал меня. Спасибо. Я сделаю всё, что бы защитить нас. Больше одиноким ты уже не будешь. Ах, да. Ещё один момент. Ты не считаешь, что я запутаюсь в конец, если ты будешь звать меня Лилией. - Оп. Точно. Делимся. Ты, несомненно, Мер, все так к тебе будут обращаться, и ты не будешь путаться. При нашем общении, если ты Мер, то мне остаётся Дейл. Лилия захохотала. - Господи… Чип…Чип и Дейл. Ааааа…Сделай что-нибудь… Я сейчас лопну. – она продолжала истерично смеяться. - Что смешного? –Меридэйл непонимающе смотрел на Лилию. - Посмотри… раздел мультфильмы… Уолт Дисней… Чип и Дейл…спешат на… помощь. Всё больше не могу. Можно, я всё таки, буду звать тебя Дэй? Иначе меня так будет скручивать каждый раз, когда я буду к тебе обращаться. Меридейл молчал. Наконец он заговорил, голос его звучал удивлённо. - Что это было? Это ведь не настоящие воспоминания? - Нет. Это кино для детей, потом объясню. - А можно мне брать эти воспоминания? Это же не личное? Занимательно. - Да без проблем. Пользуйся. Бедный мой. Ты ещё не представляешь, до какой степени занимательно, это своего рода наркотик, сжирающий массу твоего времени. Рекомендую ещё разделы кино, библиотека, театр и Интернет. Заходи без спроса. - А что за зверьки эти Чип и Дейл? Красивые. - Бурундуки. Давай всё потом, нам пора к Калеорису. - Конечно, идём. Стоп. Как идём? Не забыла, нас двое? Ты двигаешься, говоришь, идешь, совершаешь все действия. Я твой навигатор. Мои обязанности вовремя раскрывать перед тобой соответствующие воспоминания и обеспечить нас энергией. Ты обязана научиться читать мои воспоминания как свои собственные. Ну, что готова. Вперёд, Мер. - Вперёд, Дэй. Меридейл встав с кровати, накинул халат и не включая света, покинул комнату.