Я-попаданка!

Свет ночного светила Эриэйры, Аэйриса, проходя сквозь ветви росших под окном деревьев, рисовал на потолке спальни причудливые узоры из теней. Тени как живые, постоянно перемещались, следуя за движением ветвей, сплетая всё новые и новые узоры. За окном, в залитом волшебным светом ночного светила саду, хозяйничал ветер. Его порывы были слабы, но волны благодатной прохлады, принесенные им, были напоены озоном, обещая долгожданный дождь. Беспрепятственно проникая в комнату, через открытое окно, прохлада гонимая ветром, приятно касалась едва прикрытого простынёй тела. Дышалось легко, но сон отказывался принять Калеориса в свои объятья и подарить долгожданный отдых уставшему телу. Мысли, устроившие чехарду в его голове, не располагали ко сну. Прошедший день был трудным, но интересным. События дня прокручивались в голове, будоража мозг, не давая ему отключиться. Так много информации, что невозможно сразу её проанализировать. Всё портили неприятные ощущения, что тебя обманывают, не давая здраво мыслить. Он помнил виноватые глаза юноши, не оставляющие сомнения в том, что Калеорису отказано в доверии. Видимо Лилия и в правду не умела лгать. Что же такого она могла увидеть в своих воспоминаниях, что всё так резко изменилось? Но самым тяжелым из всего происшедшего было то, что он потерял Меридэйла и теперь должен обмануть самого дорогого человека, предоставив ему Лилию вместо сына. Да, так хотел сам Меридэйл. Теперь Калеорис мог в полной мере осознать ночной разговор с младшим Наверисом. Это было не праздное предположение, что должен и что не должен говорить маг в нестандартной ситуации заказчику. Это было руководство к действию для самого Эвортена, и он собирался ему следовать. Тогда получалось, что Мер знал, каким будет результат охоты за его сознанием. Как это возможно? Откуда он знал это? Да, Меридэйл был «симбиотиком», но провидцем он точно не был. Однако, всё шло по его сценарию. И чем больше Эвортен думал об этом, тем больше он ощущал себя вне игры и больше нестыковок находил. Он пытался подробнее вспомнить момент водворения пойманного сознания в тело, но это давалось ему с трудом, так как в тот момент собственное сознание практически покинуло его. И всё-таки, какие-то смутные образы кружились в его голове, но поймать их не представлялось возможным. Калеорис собрав волю в кулак, пытался оживить воспоминания. Вот последним усилием он посылает пойманное сознание в тело…пробел, кусок воспоминаний выпал… покачиваясь и расплываясь, движется потолок, это Гербериан несёт его на руках … пробел…смутно, боковым зрением, тело Меридэйла окутанное покрывалом из голубых искр. Вот! Вот, оно – голубые искры! Голубые искры, это сознание Меридэйла. Нет ни каких сомнений - это он. Тогда, что происходит? Ещё одно усилие. Голова начинает кружиться, к горлу подступает тошнота. Калеорис делает ещё усилие, в глазах темнеет, но на грани сознания возникает видение голубого сияния окутывающего Меридэйла и вот оно то, что он так упорно искал – мириады голубых искр, во всех направлениях пронзают хаотичные потоки искр солнечного света. Это Лилия…Что же… Измученный мозг, выжатый и истерзанный, отключился, наконец-то сдаваясь. Калеорис, безвольной куклой упал на подушки. Дверь скрипнув приоткрылась, в образовавшуюся щель просунулась взлохмаченная голова юноши. Несколько секунд он прислушивался к тишине в комнате, а затем проскользнул внутрь. Быстро миновав расстояние от двери до кровати, юркнул под одеяло, обвив руками тело мужчины и крепко к нему прижавшись. Не получив в ответ ни какой реакции, Меридейл поднял голову и попытался в неверном свете ночного светила разглядеть лицо Калеориса. - Дэй, почему он не реагирует, неужели так крепко спит? - Теперь спит. Мы с тобой укатали его чуть не до смерти. Он просто не выдержал напряжения и потерял сознание. Но теперь уже просто спит. Я поделюсь с ним силой, минут через десять он проснётся. Давай просто полежим. - А у нас есть из чего выбирать? Меридейл замер, положив голову на грудь доктора. Некоторое время не внешнюю, не внутреннюю тишину ничто не нарушало. Но вот послышался тихий стон и Калеорис зашевелился. Сделав несколько безуспешных попыток открыть глаза, снова замер. - Мер, ты что твори-ишь, зараза?- зашипел возмущенно Дэй. - Ты о чём? – в голосе Мера сквозило удивление. - Какого черта, ты так лапаешь Эвортена? Он вообще-то мне как брат. - Упс-с. Я-то тут, каким боком? Ты же у нас за рулём. - Я просто соскучился. А вот ты о чем думаешь? - О чем это таком я думаю? Стоп, а ты откуда знаешь, о чём я думаю? Ты меня подслушиваешь? - Придурок. Ты думаешь вслух. – возмутился Дэй. -Да-а? Вот черт! Ну, даже если и так, что уж такого преступного, ты увидел в моих мыслях? Калеорис красивый мужчина, к нему приятно прикасаться. Я же не могу отключить чувствительность. Почему не понежиться в приятных ощущениях? Ведь я ни чего не делаю и даже не думаю ни чего пахабного. Перестраховщик, елки палки. Их перепалку прервал удивлённый голос Эвортена. - Ты, что тут делаешь? Меридейл подскочил от неожиданности, Калеорис отодвинув его в сторону, сел на кровати. - Прости-прости, что потревожил тебя, ты так крепко спал, а мне срочно нужно поговорить с тобой. Ты разрешишь? - Откуда такая нерешительность? Ты не уверен, что я соглашусь? Что так вдруг? Юноша опустил голову. - Прости меня Эвор, я не сказал тебе всей правды. Но честно, это не потому, что я тебе не доверяю… Калеорис оттолкнул протянутые к нему руки. - Я чувствовал, чувствовал, что это ты! Я знал!!! Но всё-таки я надеялся, что ты не можешь так поступить со мной. Ты позволил мне думать, что я убил тебя! Понимаешь? Я тебя убил!!! Ты, хотя бы немного, можешь представить себе, что я почувствовал? - Эвор, пожалуйста… - Что, пожалуйста?! Что ты хочешь от меня? Я не понимаю, зачем ты это сделал? Для чего всё это? Меридейл прорвавшись, сквозь отмахивающиеся от него руки, крепко обнял Калеориса. - Умоляю, выслушай! Я не сказал, не потому, что не доверяю тебе. Мужчина вырвался из кольца рук и схватив Навериса за плечи, стал трясти его. - Тогда почему? - Я хотел сохранить тебе жизнь. Я люблю тебя как брата и я знаю, как дорог ты отцу. Ему будет невыносимо трудно потерять сразу двоих. Калеорис замер, выпустив плечи юноши. - Ты сейчас о чём? – прошептал он, словно боялся, что их кто-то услышит. - Лилия была права, когда говорила, что тебе нельзя лгать и что моё желание защитить, будет для тебя оскорблением. К женщинам вообще стоит прислушиваться, особенно к взрослым. Что ты хочешь мне сказать? – в его голосе слышалось понимание необратимости ситуации и обреченность. - Не надо Эвор, дураком ты никогда не был и всё уже понял сам. Или ты думаешь, что если я сейчас скажу, что это совсем не то, о чём ты подумал, всё останется по-старому? Прости, но нет. В настоящий момент, нас в комнате трое. Такова реальность и уже ничего не изменить. - Мер, это конец. Зачем тебе понадобилось делать это? И вообще как это стало возможным. О таком даже ни кто не осмеливался мечтать. Да, что там мечтать, такое просто ни кому в голову не приходило. - Всё ребята, хватит. Эвор, не будь ребёнком, что сделано, то сделано. На твои вопросы двумя словами не ответишь, поэтому всё завтра. А сейчас давайте обозначим главные вопросы. Во первых: Отец ни о чём знать не должен. ( это не обсуждается) Очнулся мальчик. Ну и слава богам. Во вторых: Раз вы оба так уверены, что рано или поздно мы всё равно погорим, то будем считать, что Эвор тоже ничего не знает. ( это не обсуждается) Мы не имеем права оставить отца одного. - Лилия? Это ты? – Калеорис неуверенно провёл рукой по коленке Меридейла. - Если ты про коленку, то это мы, а если ты про то кто говорит, то да, это я. Или ты думаешь, что здесь есть ещё кто-то кроме нас двоих? Вроде больше никого не видела. Но наверняка сказать не могу. Ведь наш мальчик, как шкатулка с сюрпризами, не знаешь, что ему в голову взбредёт. Дэй, не мыркай, не так уж мы далеко от истины. - Дэй? – доктор выжидающе замер. - Естественно, Дэй. А как ты с нами общаться собираешься? Откуда мы будем знать, кого ты хочешь услышать? И так как предполагается, что чаще всего с миром общаться буду я, значит я Мер, а уж нашему мальчику что осталось. Мысль ясна. - Куда уж яснее. - Вот и замечательно, продолжим размышлять дальше. Эвор, тебе по второму вопросу всё понятно? - Не очень. Это что же? Если вас разоблачат, я должен от вас откреститься? Вот смотрите, какой я белый и пушистый, а они бяки. Я, не я и лошадь не моя. Так что ли? Да за кого вы меня принимаете? - Думаю, за умного человека. Амбиции свои поприжми-ка. Давай всё-таки будем больше мозгами работать. Сейчас мы ищем способ сократить потери до минимума. Так как Дэй и я в любом случае попадём под раздачу, по всем известным причинам, остаёшься ты. О том, что ты совершил ритуал, знает только отец. А это значит – никто. О том, что в тело вернулось двое вместо одного, знаешь только ты, кроме нас, разумеется, но мы не в счет. Опять получается, что не знает никто. Неплохая картина. Правда? Вот и давайте всё так и сохраним. Думаю, что против никто не будет. Не услышав возражений, Мер продолжил дальше. В третьих: Все страхи, которые мы нагородили с доктором, потеряли свою актуальность с появлением Дэя. Это очень много, почти всё. В четвертых: Коррис Лоодейлис. Я так понимаю, это моя проблема. Ведь для этого Дэй приложил столько усилий и нарушил столько законов. Но я, кое что, хочу у вас узнать. Есть ли возможность избежать этого брака? Желательно без жертв. Вздохнув, Калеорис начал объяснять. - Нет, избежать этого брака невозможно. Подожди, не так. Твой вопрос был поставлен правильно. Без жертв невозможно. И жертвы будут только с нашей стороны. Нашей семье оказана великая честь. Ребёнка «симбиотика» оставили в семье, жениха определили местного, и похоже не будут препятствовать дальнейшему контакту семьи с тобой. Ко всему прочему губернатор и Гербериан хорошие друзья. Это сто процентное везение. - А это ничего, что женишок, почти довел пацана до самоубийства? Это хоть как-то принимается во внимание? - Ну, отчего же нет? Принимается. Объявят о расторжении помолвки. Вас изымут из семьи, без права дальнейшего контакта и сдадут в казну. Что с вами будет происходить в дальнейшем, мы уже не узнаем никогда. Вот и всё. - Спасибо. Очень доходчиво. Как не кинь, везде клин. Раз другого выхода нет, значит будем воспитывать жениха. Терять, из-за этого паразита, семью, я как-то не намерен. Хорошо. С этим вопросом всё ясно. Ах, да, забыл. Когда намечается, эта чертова свадьба? Скоро? -Это как посмотреть? – Эвортен пожал плечами – Для кого скоро, для кого не очень. На седьмой месяц после шестнадцатого дня рождения «симбиотика». - Странная какая-то дата. Не семнадцать и не шестнадцать с половиной. - Ритуальная. Считается что по окончании седьмого месяца после шестнадцатилетия, «симбиотик» входит в полную силу. Этот день считается совершеннолетием. - Витиевато, но против правил не попрешь. И когда это знаменательное событие произойдёт? Ой! Не отвечай. Дэй возмущается. Через полгода, так через полгода. Слава богам, не завтра. Дэй, чего ты так возмущаешься, я же твои мысли не читаю. И ответить тебе ни кто не запрещает. Ну и что, что тебя Эвор не слышит? Вопрос-то мной был задан, а я тебя слышу. Ладно, мальчики, мы подошли к пятому вопросу. По этому вопросу возражения не принимаются. Я не советуюсь с вами, а довожу до вашего сведения. Прости Дэй, если тебе не понравится, ты будешь пострадавшей стороной, но это не изменит моего решения. Ничего немыслимого и страшного, речь пойдёт о нашем гардеробе и физическом состоянии тела. Что касается гардероба. Извини Дэй, это цветовоё сумасшествие я на себя не одену, даже если это последний писк моды. Поэтому, Эвор, будь добр, обеспечь нам портного. Что касается физического состояния тела, тут всё просто. Нам нужно только место для тренировок. Учителей пока не надо. Хочу научить тело выполнять то, что я знаю и умею. И мне фиолетово, как по местным меркам должен выглядеть младший муж. Думаю, эти эталоны придуманы старшими мужьями, что бы было проще держать в узде младших. Я такого удовольствия Лоодейлису доставлять не собираюсь. Вот и всё. В остальном полагаюсь на вас, обещаю быть прилежным учеником. - Ну, ты даёшь Мер! – Калеорис встряхнулся, как бы освобождаясь от наваждения – Тебе бы правителем быть, такой напор, такая уверенность, ты действуешь как гипноз, тебе не возможно не подчиняться. - Спасибо, конечно, но думаю, что эта способность может здесь мне выйти боком. Необходимо научиться укорачивать свой норов. Помогите мне в этом, пожалуйста. Надо идти, а то мне кажется, что Дэй уже засыпает. Парень встал с кровати и направился к двери, но уже взявшись за ручку остановился. - Вы что-то ещё хотите сказать? Я слушаю. Меридейл развернулся и оперся спиной о дверь. - Да это ещё не всё. Обнаружение нас силами внутренней безопасности страны, это ещё не самая большая проблема. - Не-е-ет?- Калеорис встав с кровати, подошёл к парню почти вплотную. – Что же может быть ещё страшнее? - Не знаю я, страшнее или нет, но со счетов не сбросишь. Дэй - демиург. Ты должен об этом знать. - Демиург? Да с чего вы это взяли? Откуда такая уверенность? - Когда Дэй искал меня, сумев прорваться в океан междумирья, получил значительный прилив сил, и не выдержав их брожения в себе, создал новый мир. - Чтооо? - Я думаю, что невозможно незаметно создать новый мир и за это придётся отвечать. Теперь точно всё. - Дэй, что с тобой происходит? Как ты себя чувствуешь? Я никогда не слышал о таком. - Нормально я себя чувствую. – буркнул парень. – Я что виноват, что сила сама липнет ко мне? Давайте на сегодня всё. Нет уже никаких сил. Мы пошли, а ты поосмысливай ситуацию. Может, что придумаешь. Наверис выскользнул за дверь, оставляя за спиной застывшего в безмолвном удивлении Эвортена.