Я-попаданка!

Дэй неохотно вынырнул из сна, по его лицу скользило тёплое пятно. Вот оно пробежало по закрытым векам, вызывая с обратной стороны яркие всполохи, переместилось на кончик носа, ощутимо пригревая его и щекоча. Нос непроизвольно сморщился, и пару раз захватив воздух открытым ртом, Дэй уткнувшись в подушку лицом, громко чихнул. Ответом ему была полная тишина. «Это что же получается, я проснулся первым? Я проснулся первым!» - резко сев, он ещё раз внимательно прислушался к себе, но в голове, кроме его мыслей, по-прежнему ничего не было слышно. « Ха! Значит и тебе не чужды человеческие слабости. Ну-ну, давай посмотрим, как это «приятно» когда тебе спать не дают.» Только он собрался крикнуть погромче, как услышал ехидненькое покашливание. « Кхэм, кхэм. Вас приветствует, уже знакомая вам, птица Обломинго. Не напрягайся, родимый, я уже давно не сплю. - А чего тогда молчишь? – обиделся Дэй. - Интересно было посмотреть, что ты собираешься делать. От твоего сознания так фонило желанием сделать мне пакость, что я не мог отказать себе в удовольствии посмотреть, что же ты придумаешь. Хотя, справедливости ради, должен признать что, находясь в одном теле и одной голове, не очень-то пофантазируешь. Ты чего так рано подорвался? Спал бы ещё. - Некогда нам сегодня разлёживаться. Мы же собирались к кузнецу сходить или уже передумал? Просто неизвестно, когда у нас снова выдастся свободное время. - Тогда подъём. Ещё нужно чертежи сделать, полдня, как минимум, на это уйдёт.» В комнату, посверкивая начищенными пуговицами ливреи, вошёл Гариен. - Звали, господин? - Да, да, проходи. – пригласил Меридейл старого слугу, беря с кровати чистое бельё и большое белое полотенце.- Гариен, пока я буду приводить себя в порядок, распорядись принести в старую беседку столик и пару стульев. Я сегодня собираюсь там работать и позавтракать хочу тоже там. Много не несите: кувшин молока, булочку или печенье и каких-нибудь фруктов. - Всё будет сделано, молодой господин. – слуга удалился походкой достойной короля. С удовольствием потянувшись, до хруста в костях, Меридейл откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди и засунув уставшие пальцы под мышки. Он с наслаждением вдыхал, полной грудью, напоенный смолистым ароматом воздух. На столе, сложенные в аккуратную стопку, лежали законченные чертежи и наброски. Одним своим видом они вызывали в душе чувство удовлетворённости от качественно и в срок проделанной работы. «- Ловко у тебя получается, как будто карандаш и линейка сами чертили, а ты только слегка придерживал их. – похвалил Дэй. - Твоим пальчикам спасибо. Быстро они к моим мыслям приспособились. И хотя здесь нет ничего по-настоящему сложного, для твоих рук это незнакомая работа. Я же занимался этим девять лет к ряду, четыре года в школе и пять лет в институте. - Ты так долго учился в учебных заведениях? - На самом деле дольше. Это черчение в школе преподавали четыре года, а учился я там десять лет. - Ты учился целых пятнадцать лет? - Да. Но что тебя так удивляет? Это распространённая схема обучения. Те же, кто собирается посвятить жизнь науке или исследовательской деятельности, учатся ещё дольше. Здесь это занимает меньше времени? - Обучение в Академии занимает до семи лет, но это для старших. - в голосе Дэя послышалось сожаление. – А начальные знания все получают на дому, уж кто как сможет. Для очень многих оно остаётся единственным, так как дальнейшее обучение удовольствие не из дешёвых. Для меня, учиться вместе с другими детьми, жить в не дома - это несбыточная мечта. Мой отец в состоянии оплатить дальнейшее обучение, но так как я «симбиотик», то путь в учебные учреждения для меня заказан. В дальнейшем, в этом вопросе, я могу полагаться только на себя самого. - Печально. Всё чем я смогу тебе помочь, это дать просмотреть воспоминания, об этом периоде моей жизни. Чтобы у тебя сложилось маломальское представление, что это такое. Конечно, своего опыта этим не заменить, но испытать чужие эмоции, всё-таки лучше, чем совсем ничего. - Не объясняй так много, я не собираюсь отказываться и обязательно воспользуюсь твоим предложением.» - Господи-и-и-н. – Меридейл обернулся на голос, разглядев через стекло покрытое замысловатой вязью металлической решётки, стоящую за дверью служанку. - Почему ты не заходишь Лиззи? Тебе не кажется, что так разговаривать будет удобнее? Девушка, заступив одной ногой в беседку, выглянула из-за двери. - А некогда прохаживаться, вас к столу зовут, обедать пора. - Отец уже пришёл? – обрадовался юноша, быстро собрав со стола бумаги и чертёжные принадлежности, направился на выход. - Нет, господин Наверис обедать не придут, они человека прислали предупредить, что у них времени нет. - Зачем же тогда ты меня от дела оторвала? Я есть не хочу. – он остановился на крылечке удивлённо глядя на девушку. - Если вы сейчас не пойдёте, Гариен за вами сам придёт. Он сказал, что вы уже не маленький мальчик по углам кушать. - Ладно, ладно, понял я всё, пошли уже говорунья.- подтолкнул он девушку под локоток, заставляя её идти впереди себя. Дома, не став пререкаться, Меридейл добросовестно отыграл церемонию приёма пищи, согласно установленного порядка и правил. Он, картинно промокнув губы салфеткой, отложил её в сторону. - А теперь, Гариен, скажи, зачем это всё было нужно? Стоило ли накрывать для одного? Раньше ты не был таким щепетильным. – обратился он к стоявшему за спиной мужчине. - Стоило, господин. – как отрезал слуга. – Вы уже не маленький мальчик, чтобы поступать, как вздумается. «Симбиотик» «симбиотиком», а питаться вы должны во время и правильно. Что хорошего если вас ветром качает? А на счёт того, что в гостиной вам на одного накрыли, так у губернатора дом по более нашего будет, и вам, не раз и не два, придётся одному есть в огромной комнате. Дом чужой и слуги чужие, поступать, так как привыкли, вы не сможете, а если и сможете то очень нескоро. - Хорошо, Гариен. Я всё понял. Взрослая жизнь это совсем не весело. Но ты не можешь не согласиться, что эти чертовы правила я знаю назубок? - Не могу отрицать. - Тогда, может, сменишь гнев на милость, и пока я дома, побалуешь меня ещё немного? Ты позволишь мне, побыть любимым ребёнком? - Умеете вы, господин, заставить сердце плакать. Мы все сделаем всё от нас зависящее, чтобы вы накопили побольше добрых воспоминаний о доме. С Меридейла разом слетела вся серьёзность и соскочив со стула он повис на шее у слуги и чмокнув в щёку, крепко обнял его. - Как же я люблю тебя, Гариен.- прошептал он. – Мне будет тебя не хватать. На глаза старика навернулись слёзы, он ласково погладил растрепавшиеся волосы парнишки. - Будет вам. Свадьба ещё не завтра, не рвите сердце заранее. - Хитрый ты. Строжиться заранее можно, а тосковать нет. - От строгости одна польза, а от тоски только расстройство. - Хорошо. Уговорил. Отойдя от слуги, Мередейл встрепенулся. - Да, чуть не забыл, мне ненадолго необходимо отлучиться, не теряйте меня. - Как это отлучиться? Куда отлучиться? – засуетился старик. - У меня к кузнецу дело. Отец мне разрешил. Я не буду там долго. - Ничего не знаю, и знать не хочу. Никуда я вас одного не отпущу. Да что же это делается? Одного не отпущу, хоть режьте меня. А не дай пресветлые боги, что с вами случится? Что тогда делать прикажете? Охочих-то вас заполучить меньше не стало. - Да, что со мной может случиться? Тут всего-то, пройти вниз по улице. А красть меня, себе дороже. - Не отпущу. Сейчас не старое время, умельцев развелось, пруд пруди. Вот недавно слышал, ищут одного такого, так имперская канцелярия найти не может. А вы говорите себе дороже, по всему видать, подешевело. - Ох, и вредный же ты, Гариен. – почувствовав себя неловко от слов старика, Наверис поспешно согласился. - Хорошо, пусть тогда меня Анатис проводит. Да, и поторопи его, ждать не стану, через десять минут ухожу. Дойдя до конца аллеи, Меридейл остановился перед большими, коваными воротами. Сквозь причудливые извивы металлического узора, были видны часть дороги из тёмно-серой брусчатки и деревья, с красивыми раскидистыми кронами, на противоположной стороне улицы. Подоспевший Анатис, смуглый, коренастый молодой мужчина, предупредительно распахнул перед ним калитку, расположенную в каменной стене, рядом с воротами. «Мер? Что у нас с сердцем? Ты волнуешься? - А ты бы на моём месте не волновался? - Куда уж мне на твоё место, ты меня и на моём хорошо трясёшь. – усмехнулся Дэй. - Ну, тебя, я серьёзно. Сейчас мы сделаем шаг и окажемся на улице. Я первый раз увижу мир, который должен стать мне вторым домом. - Тогда нечего растягивать удовольствие. Вперёд.» Меридеэйл рассеяно улыбнувшись придерживающему калитку Анатису, собравшись с духом, шагнул за порог. Пройдя немного вперёд, он замер. Ошеломлённый Мер, не мог сдвинуться с места сам и не давал это сделать Дэю, во все глаза разглядывая открывшуюся перед ними картину. Широкая лента дороги, под небольшим уклоном, спускаясь сверху улицы, сбегала вниз и там скрывалась за поворотом. Красивый серый цвет придавал ей схожесть с быстрой рекой, заключённой по краям в узор из малиновых и зелёных камней и невысокие берега-бордюры, украшенные волнами из прозрачных камней, разных оттенков. Было видно, что крупные цветные плитки тротуаров, относятся к той же породе, что и брусчатка. За красивыми каменно-металлическими заборами, сквозь зелень садов были видны белоснежные стены особняков. Вдоль дороги насажены деревья и высокие цветущие кусты. Из изящных вазонов, установленных на постаментах, водопадом свешивались гирлянды крупных цветов. Через равные промежутки стояли фонари, представляющие собой шедевры ручной ковки. - Господин, осторожно! – Анатис дёрнул Меридейла за локоть, отчего тот резко отступив назад, упал на грудь мужчины. Мимо проехал открытый экипаж. Компания молодых людей сидящих в нём, что-то увлечённо обсуждали, весело смеясь и жестикулируя. Они даже не заметили незадачливого пешехода, только кучер успел грозно крикнуть: - Куда-а-а?! - Спасибо. – поблагодарил Меридейл слугу, поправляя лёгкую курточку. – Задумался немного. - Что же вас так заинтересовало, что вы перед собой ничего не видите? За те полгода, что вас с нами не было, вроде как, ничего не поменялось. - Просто я подумал, как здорово снова всё это видеть. - И то, правда, господин, спасибо пресветлым богам, за то, что вы снова с нами. Наконец, справившись с эмоциями, Меридейл, сопровождаемый идущим в двух шагах от него слугой, отправился вниз по улице. « - И как тебе Террион? – полюбопытствовал Дэй, не скрывая гордости за свой город. - Так красиво, даже дух захватывает. А как чисто. Не во всех домах такую чистоту встретишь. - Это старая часть города, а в новую часть завтра поедим, там очень красиво. - А что за камни вы используете для мощения дорог и отделки? Это имеет какое-то особое значение или просто легко добываемый материал? - Всё вместе. Непрозрачные камни это кварцит, он состоит в основном из кварца. Прозрачные камни и есть сам кварц. Наш мир магический и не малую роль в этом сыграло наличие в недрах большого количества кварца и кварцесодержащих минералов. Возможно, тебе не известно, так как это не входило в сферу твоих интересов, что кварц является магическим камнем.* Если даже не брать во внимание его чрезвычайную прочность, а он уступает только корундам, топазам и алмазам он обладает бесценным свойством проводить любые виды энергии аккумулировать её и впоследствии передавать. Все кварцы обладают способностью усиливать наши мысли и транслировать информацию на огромные расстояния, даже за пределы нашего мира, в океан междумирья. Главное, он усиливает магические способности и может вернуть человеку здоровый биологический ритм, тем самым избавляя его от многих болезней. Из него делают магические шары, с помощью которых можно предсказать будущие и увидеть прошлое. И ещё много чего может этот минерал. Всего не охватить в короткой беседе, но думаю, что главное ты понял. Кварц – основа магии нашего мира. Конечно, мостить кварцем дороги это неподъёмное удовольствие, да этого и не требуется, для таких целей есть кварцит, а его у нас достаточно.» - Господин! Мы уже пришли. – остановившись Анатис окликнул своего хозяина, который продолжал идти дальше. – Вот же ворота. – для пущей убедительности он постучал кулаком в замысловатую вязь металлическую узора. Очнувшись от размышлений, Меридейл повернул назад. - Прости, задумался. - Ну, что вы, господин, не виноватьтесь. Знать, важное у вас дело к кузнецу, коль так задумались. Дождавшись, когда парень подойдёт, спросил: - Звать что ли? - Конечно, зови, не забор же подпирать пришли. Протянув руку сквозь прутья, Анатис подёргал плетёный кожаный шнурок, висящий с обратной стороны ворот. Весёлый перезвон пары колокольчиков прокатился по округе. - Ишь ты, какие голосистые.- слуга одобрительно пощёлкал языком. – Поди, на другом конце города слыхать. Всё-таки, знатный умелец наш Молчун, ещё никому не удавалось отлить колоколец, чтобы вровень с его работой были. Нет той красоты, не говоря уж о голосе. Послышался звук шагов, подошедший мужчина, с усилием отворил створку ворот. Поклонившись Наверису, обратился к нему с вопросом: - Могу ли я узнать ваше имя и что привело вас сюда? - Разумеется. Меридейл Наверис. – бровь мужчины непроизвольно дёрнулась вверх, и он с интересом посмотрел на юношу. - Я хотел бы сделать у вас заказ, на изготовление необходимых мне предметов. « Как посмотрю, ты у нас популярная личность. Если тебя и не видели, то слышать о тебе точно слышали.- хмыкнул Мер. - Что тут удивительного? Я, как никак, сын мэра. – отмахнулся от него Дэй» - Прошу. – мужчина почтительно поклонившись отступил в сторону, предлагая им войти. – Следуйте за мной, я вас провожу. Войдя за ним во двор, они ступили на широкую дорожку, выложенную разноцветным кварцитом, сплетающимся в красивый, сложный узор. Сквозь густые заросли цветущих растений, дорожка вывела их к дому. Собственно, домом в прямом смысле это строение назвать было нельзя. Перед восхищённым взглядом Меридейла, на небольшом возвышении, стоял самый настоящий терем. Он был именно таким, как выглядели терема, которые Меру доводилось видеть на иллюстрациях о старинном деревянном зодчестве, в своей прежней жизни. Собранный из оцилиндрованных, ровных брёвен, он состоял из нескольких одно и двух этажных помещений, под обособленными крышами и двух не симметрично расположенных башен. Он больше походил бы на крепость, чем на жилой дом, если бы не широкие светлые окна, с резными ставнями, да цветные витражи на балконах и сплошное искусно вырезанное деревянное кружево вперемешку с тончайшим кованым узором. Узорчатая дорожка закончилась, а вместе с ней ушла из под ног прочная поверхность. Терем, своими внушительными размерами, величественностью и тем, что находился на возвышении, прочно завладевал вниманием посетителей, не давая возможности отвлечься на что-то другое. А как раз на это другое стоило посмотреть. Когда Меридейл наконец смог оторвать взгляд от терема и огляделся вокруг, то увидел, что дорожка не закончилась, а под прямыми углами разошлась в стороны, скрываясь в посадках ухоженных деревьев и кустов. Вся площадь перед возвышенностью была обнесена невысоким бордюром из молочно белого камня, образующим овал, полностью заполненный гладкими полупрозрачными голубыми камешками, самые крупные из которых были не больше куриного яйца. В центре располагался небольшой водоём, с выложенной посередине каменной горкой, сквозь щели в которой струилась вода. По краям площадки на металлических конструкциях, напоминающих усечённые пирамиды, лежали большие прозрачные шары, поверхность которых состояла из множества мелких граней. Внутри шаров плавала едва заметная розовая дымка. Тумбы и основания шаров оплетали кованные виноградные лозы, среди листвы, так напоминающей настоящую, висели редкие виноградные кисти, собранные из искусно ошлифованных жёлто-зелёных и фиолетовых камней. Меридейл не удержавшись подошёл ближе и затаив дыхание, подвёл сложенные лодочкой ладони под крупную кисть, подсознательно ожидая прикосновение живых ягод. Но кожи, тихо стукнув, коснулся тёплый, прогретый солнцем камень. Виноградины зашевелились под нажимом пальцев, всё-таки они очень были похожи на настоящие и их было приятно держать в руке. - Это магия? – спросил он сопровождающего. - Ну, что вы. Это работа нашего хозяина. Песнь сердца, как он говорит. А вот свет в светильниках магический. Приходите к нам как-нибудь вечером посмотреть. Это такая красота, словами не передать. - Непременно приду, как только получу согласие вашего господина. – Меридейл с сожалением выпустил из рук гроздь, ещё раз погладив её напоследок. – Хотелось бы осмотреть здесь всё повнимательнее, но если мы этим займёмся сейчас, то думаю и до вечера не управимся, а мне всё-таки хотелось бы решить вопрос, ради которого мы сюда и пришли. Преодолев подъём в десять широких ступеней, целиком состоящих из гладких белых плит, они, наконец, оказались перед высоким крыльцом, ведущим в терем. Оно было устроено с выходом с одной площадки на три стороны. Широкая – центральная часть и две боковые лестницы, по ширине вмещающие не более двух человек. Поднимаясь вверх, Меридейл старался не крутить головой по сторонам. Всё было настолько красиво выточено и выковано, что хотелось подойти ближе и внимательнее рассмотреть узоры украшений, выполненные мастерами настолько искусно, что даже металлические детали казались невесомыми. Сделай он так и тогда уже точно оторваться будет невозможно, а это совсем уж невежливо по отношению к хозяину дома и так у него ушло более получаса на преодоление расстояния от ворот до входа в дом. - Прошу. – сопровождающий открыл тяжёлую дубовую дверь, предлагая Меридейлу войти внутрь. - Господин. – позвал слуга. – Я вас на крыльце подожду. Посижу на ступеньках, пока вы с делами не управитесь. - Хорошо, Анатис, побудь здесь, не думаю, что задержусь надолго. Гостиная имела вполне современный вид. В просторной комнате стояли два кожаных дивана и несколько кресел. Часть противоположной от входа стены, выступала сантиметров на тридцать вперёд и от пола до потолка была выложена блестящими перламутровой глазурью изразцами. Видимо с обратной стороны была устроена печь. По обе стороны от выступа располагались две двери. С правой стороны на второй этаж поднималась узкая лестница, ограждённая тонкими, деревянными перилами на металлических витиеватых балясинах. В том же стиле была выкована большая люстра, спускающаяся из центра потолка. В раскрытых чашах цветов, выступающих из ажурных переплетений, лежали матовые белые шары. Похоже, что и здесь освещение было магическим. Из керамических горшков, установленных в специальных держателях на стенах, сплошным водопадом спускались пышные вьющиеся растения с крупными белыми и розовыми цветами. Солнечные лучи, проходящие сквозь широкие окна, наполняли комнату светом, вызывая ощущение праздника. - Сен, где сейчас хозяин? – обратился сопровождающий к вышедшему из соседней комнаты парню. - Был наверху. Позвать? - Нет, не надо я сам. – и показывая на один из диванов, обратился к Меридейлу. – Подождите, пожалуйста, здесь, пока я хожу. Ждать пришлось недолго, сверху послышались звуки негромкого разговора и приближающихся шагов. На лестнице показалась крупная фигура кузнеца.. Остановившись на середине лестницы, он внимательно посмотрел на юношу и вдруг широко улыбнулся. Его низкий голос, казалось, заполнил всю гостиную. - Господин Меридейл Наверис. Рад видеть вас в добром здравии. И зачем же такому молодому человеку понадобился Ерклис Молчун? - Я хотел бы заказать у вас оборудование для физических упражнений. Вы можете мне помочь? Чертежи у меня имеются. Естественно, оплату гарантирую. – Меридейл поднял взгляд на подошедшего и теперь возвышающегося над ним кузнеца. Мужчина молча забрал у него из рук свёрнутые в трубку листы, одним движением развязал скрепляющую их тесьму и распрямив бросил быстрый взгляд на первый чертёж. - Нарисовал, значит. Что ж молодец, хвалю. Серьёзные дела по серьёзному и решаются. Открыв одну из дверей, он сделал приглашающий жест рукой, пропуская юношу в кабинет впереди себя. Войдя следом, Ерклис прошёл к массивному столу, стоящему у окна и разложив чертежи, оперевшись руками о столешницу, стал молча рассматривать их. Хмыкнул, взяв один из них в руки и постучав по нему указательным пальцем, глянул на Меридейла из под кустистых бровей. - Знатно сделано. Видать не в первой. Где ж руку-то так набил, господин? Молод ты, вроде ещё, чтобы такими делами часто заниматься. А по всему выходит, хорошо знаешь то, что бумаге доверил. Вон, даже нутро вывел и всё, что там есть, показал. Да понятно-то как, что и вопросов, если только какая-нибудь малость осталось. А один наипервейший вопрос всё же есть. Не обессудь, спрошу. Это где же так зорко естество видеть учат? Чтоб не мучиться тебе, как ловчее соврать, говори как есть. В одном городе живём. Да и не из последней ты семьи. Сын уважаемого человека. Хоть и не дознавался, а всё о тебе от самых пелёнок знаю. А посему выходит, негде тебе было такому обучиться. Дитя ты ещё, из города не уезжал, а те учителя, что к тебе приставлены были, такого понимания тебе дать не могли. Коли кто из них такое бы умел, о том не токмо в Террионе, а подалее известно было бы. Не малолетки - мужи в очередь перед дверьми бы стояли. Что скажешь господин Наверис? Говорить не бойся. Прозвище моё знаешь. Что в моём доме сказано будет, в моём доме и умрёт. Меридейл молчал, но глаз от кузнеца не прятал, пристально всматриваясь в него, словно решая с чего начать. « - Мер, что делать? Промолчать не удастся, вопросов станет ещё больше. - Шшш. Не истеричь. Я буду говорить. - Давай. – с облегчением вздохнул Дэй.» - Мастер… - нерешительно начал Меридейл. - Хм. – кузнец улыбнулся, от чего его суровое лицо прояснилось и сразу стало видно, что он значительно моложе чем казалось на первый взгляд. – Хорошее слово. Желанное любому владеющему, каким бы то не было, ремеслом. Не волнуйся парень, я судить тебя не собираюсь. - Хорошо. Раз вы всё обо мне знаете то и о том, что я «симбиотик» вам тоже известно? Получив в ответ утвердительный кивок, Меридейл продолжил: - Поэтому, моё детство существенно отличалось от детства обычных детей. Нет, меня не избегали и не отталкивали. Но в связи с тем, что обучали нас разным вещам и в разное время, моментов, когда я пересекался с ними, было очень и очень мало. По этой причине, а, возможно просто потому, что мне это нравится, моими друзьями стали книги. - Хочешь сказать, что этому – Ерклис кивнул головой в сторону разбросанных по столу чертежей. – ты научился из книг? - Можно сказать и так. Во всяком случае, они научили меня размышлять и подробно обосновывать свои выводы. Нет ничего лучше для понимания вопроса, чем наглядный пример. Чертёж этим примером и является. Напрасно вы думаете, что по молодости лет мне не приходилось часто этим заниматься. Возможно, вы слышали о моём увлечении алхимией. Уверяю вас, что этот предмет состоит не только из порошков, трав и горелки с тиглями. Для исследований необходимо различное оборудование и не всегда его можно купить. Приходится поработать головой и руками. Прежде чем, что-то сделать, необходимо просчитать детали и здесь только один вариант - бумага и карандаш. Кузнец молча смотрел на Меридейла. Взгляд его изменился, из любопытного стал цепким, пронизывающим. - Карандаш говоришь. Ну-ну. Значит, этот способ ты придумал сам? - Да, нет же. Вы меня не поняли. Если бы меня учили специально, то я бы делал, как здесь принято. А так, ото всюду помаленьку, по крохам и собралось. - Сдаётся мне, что этот заказ ты и сам мог бы выполнить. Обошлось бы и быстрее, и дешевле. Так зачем я тебе понадобился? - Меридейл отвел взгляд в сторону. Обманывать этого человека было нелегко. Язык словно присох к нёбу. Неожиданно ног коснулось что-то мокрое и прохладное. Глянув вниз, он увидел, что весь пол покрыт слоем воды, её поверхность рябила, местами всплескиваясь мелкими барашками волн. Уровень стремительно поднимался и вот уже в сером шевелении скрылись колени. Тело налилось свинцом, не позволяя не только сойти с места, но просто пошевелить рукой. Оторвав взгляд от воды, Наверис посмотрел на кузнеца. - Зачем? Чего вы этим хотите добиться? - Я должен знать с кем имею дело. – спокойно прозвучало в ответ. - Разве все обязаны перед вами отчитываться? Я просто очередной заказчик. Главный вопрос здесь, насколько качественно и в какой срок вы сможете выполнить работу, и в состоянии ли я её оплатить по достоинству. - Прости, малец. Тебе просто нужно было сказать правду, когда я спрашивал, а не пытаться меня обмануть. Вода, пронизывая холодными иглами онемевшее тело, поднялась до груди, а волны, ставшие выше, захлёстывали лицо. «Дэй. Какого чёрта происходит? Это же не настоящая вода? - Нет…морок.. – его голос звучал еле слышно и больше походил на шорох листьев. - Так сделай что-нибуть. - Не могу…первое правило…робототехники…Тяжело. Он эмпат…сильный очень. - Твою мать! Весело у вас тут. Сплошной цирк, без перерыва. Ну, что же, господин хороший, давай поиграем.» Внимательно наблюдая за парнем Ерклис не мог понять, что творится у того в голове. Какие чувства он испытывает: страх, удивление или гнев. Его лицо лишь слегка побледнело, но никаких эмоций не выражало, ни один мускул не дрогнул, искажая прекрасные черты. В глазах, спокойно смотревших на него, кроме лёгкого удивления ничего прочесть было нельзя. Будучи сильным эмпатом, он впервые столкнулся с тем, что сознание, принявшее сотворенный им морок, так и осталось закрытым для него. Те отголоски паники, что ему удалось услышать, ничего общего не имели с глазами, смотревшими на него. Он поднял морок выше, к самому подбородку, заставляя Меридейла слегка запрокинуть голову. Это действие принесло неожиданный результат. Вместо, вполне предсказуемого, испуга, губы парня искривила ироничная улыбка. Ещё чуть-чуть и он со смехом спросит: - И что дальше? Правила игры, явно, изменились, Ерклис чувствовал это. Подтверждение не заставило себя долго ждать. Сквозь серую дымку морока, на одно краткое мгновение, солнечный свет выхватил хрупкую фигурку Меридейла. От неожиданности Ерклис прикрыл глаза, а когда открыл их, натолкнулся взглядом на прозрачную золотистую преграду, отделявшую его от необычного заказчика. Резко обернувшись вокруг себя, он проследил за проплывающей перед ним светящейся лентой. Поблескивающее мелкими искорками пространство над головой, исключением не было, как и пол, сквозь щели в котором пробивалось мягкое свечение. Попробовав прикоснуться к маленькой блёстке, он резко отдёрнул руку, получив довольно таки чувствительный укус, и теперь с удивлением рассматривал, вспухший, на подушечке указательного пальца, водянистый пузырёк. Ожёг? Нарядная клетка надёжно удерживала его. Наверис всё ещё стоял на том месте, где его настигло заклинание утопленника. Его лицо было невозмутимо, как будто не произошло ничего необычного. Покрутив головой из стороны в сторону, тем самым, проверив подвижность шеи, он наклонился и постучал кулаками по икрам и бёдрам, разгоняя кровь в онемевших ногах. Процедура приятных ощущений не вызывала и он зажмурившись прикусил губу, дожидаясь пока толпы мурашек, марширующих по его телу, не поредеют. Постояв, в таком положении, ещё несколько мгновений и видимо почувствовав себя лучше, Меридейл распрямился, встречаясь с суровым взглядом Ерклиса. Он изо всех сил пытался удержать на месте уголки губ, дрожащие и кривящиеся от рвущейся наружу улыбки. Но проиграв это сражение, рассмеялся так искренне и весело, что сердиться на него было просто невозможно. Состроив виноватую мордочку, паренёк пожал плечами и развёл руки в стороны, всем своим видом говоря: - Простите, но другого выхода у меня не было. И Ерклис сдался, обречённо склонив голову и приподняв руки вверх, признавая своё поражение. Разделяющая их преграда тотчас исчезла, освобождая незадачливого мага. - Мастер. – обратился к нему Меридейл. – Вы узнали всё, что хотели или осталось что-то ещё, требующие срочного разъяснения? - Вопросов больше чем было, но главное, что хотел узнать, теперь знаю. - Интересно, ради чего вы такое представление устроили. Стоило ли это ваших драгоценных усилий? - Вроде бы уважительно говоришь, а вроде, как и смеёшься. – кузнец сдвинул брови, подозрительно глядя на парня. - Как это у вас, благородных, так получается? Покуда в люльке лежите вас этому учат что ли? - Летка. – вдруг басовито крикнул кузнец, от неожиданности парень отступил пару шагов назад. В приоткрывшуюся дверь просунулась чумазая детская мордашка, в обрамлении растрёпанных золотых кудряшек. -Звали дядька? - Сколько тебе ещё нужно повторить, чтобы накрепко запомнил? Не говори через порог, не гневи домового. А может для лучшей памяти розг тебе дать? Вслед за испуганной мордашкой в комнату просочилось худенькое тельце мальчишки лет семи-восьми. - Не надо розг, я запомню. Правда-правда, не забуду больше. – на мужчину преданно смотрели голубые глазёнки. - Ну, раз обещаешь, поверю на этот раз. – Меридейл заметил, как повлажнели глаза у строгого дядьки, а голос стал глухим, словно, что-то встало поперёк горла, и не давало ему выйти. – А теперь дуй на кухню, скажи Анеши, что я велел принести нам с гостем чаю и что к нему полагается. - Всё сейчас будет. – радостно воскликнул малец, мгновенно исчезая за дверью. - Племяш мой, Летисий, сестры нашей младшей единственный сынок, со мной живёт.- тяжело выдохнув, Ерклис на мгновение приложил к глазам рукав и словно стесняясь своих чувств, торопливо продолжил. – Мариса у нас златовласой была. Лети весь в неё и хрупкий такой же. Как я из него кузнеца делать буду? Ума не приложу. К нему и прикоснуться-то страшно, вдруг сломается. Сирота он. Отец его, Кронат, знатным охотником был. Позапрошлым годом, по зиме, после хорошей охоты, поехали в соседний город на ярмарку меха сбыть, да обнов прикупить. Два работника с ними были. Так и сгинули все, никаких следов не осталось. Видать на лихих людей нарвались. Без мага там не обошлось. Точно. Иначе я и после метели смог бы их найти. А так даже друзья помочь не смогли, не смотря на то, что не из последних магов были. Семеро нас братьев, все кузнецы, как и наши отец с дедом. Мариса была желанным и любимым ребёнком, подарком богов. Одна девочка на ораву пацанов. Ласковая была, заботливая, для всех доброе слово находила, весёлая и подвижная, как весенний ручеёк. Не уберегли. Вот только Летисий от неё и остался, как драгоценная память о том, что она была в этом мире. Дверь открылась, Ерклис замолчал, тряхнул головой, словно сбрасывая с себя горькие воспоминания, обернулся на скрип, махнул рукой приглашая: - Входи Анеша. Ставь сюда, что ты там принесла. – поспешно собрал чертежи освобождая место на столе. В комнату вошла молоденькая девушка, неся перед собой серебряный разнос, уставленный керамической посудой. Аккуратно опустив его на указанное место, споро расставила чашки с блюдцами, вазочки с мелкими кусочками колотого сахара и красивым вареньем из прозрачных, крупных ягод, пузатенький чайник с кипятком, маленький запарник, вкусно пахнущий какими-то травами. Последней на стол была поставлена глубокая чашка, доверху наполненная небольшими пирожками. Аромат от них исходил одуряющий. В животе Меридейла одобряюще буркнуло. - Спасибо детка, поблагодари маму за мои любимые пироги. Девушка смущенно поклонилась, уже подходя к порогу, спохватилась и обернувшись, ещё раз поклонилась. - Кушайте на здоровье. Когда дверь закрылась, Ерклис указал на стул напротив себя. - Располагайся. Перекусим немного, а то на пустой желудок и разговор не клеится. - Простите, если обидел и в мыслях не держал ничего подобного. – смущённо проговорил Меридейл, опускаясь на предложенный стул. - Держал-держал. Да, только, что уж там – заслужил. Но как говоришь, оно того стоило. – хозяин не спеша разлил по чашкам кипяток, щедро добавляя ароматного настоя, одну из них подвигая собеседнику, продолжил прерванный разговор. - Прости, навредить я тебе не хотел, да и не стал бы. Слюбопытничал чрезмерно, но ведь не каждый день железных людей встречаешь. - Каких? – удивился Меридейл, отдёргивая горячую чашку от губ. – Это я-то железный? С какого боку? Для пущей убедительности, он потыкал себя пальцами в плечи и грудь. - Знаю, что не входу названье. Пока я изучал тебя, думаю, ты тоже обо мне понимание составил. Для эмпата железный человек - это такие люди, как ты. Вот вижу тебя, говорю, а мыслей твоих не слышу. Не то чтобы уж очень приятно было чужим думам внимать, но так мне на роду написано. Да и не слушаю я всех подряд, закрываюсь, а иначе ума лишишься. Только, при желании, каждого человека услышать можно. Одних больше, других меньше, а третьих с усилием. Тебя же не слышу совсем. Пытаюсь через силу до тебя добраться, но мерещится, что в железную стену бьюсь, аж в голове гудит. Только через железо мы слышать не можем. Отсюда и железный человек. - Так что же вы у меня, всё-таки, хотели узнать, кроме того, что я железный человек? Просто спросить была не судьба? - Так я и спросил, да ты мне не ответил. Коли сам работу сделать можешь, зачем тебе я? Что ж молчишь? - Что знают двое, знает и свинья. – буркнул Меридейл. – А если от этого зависит твоя свобода, не очень то и поговорить захочешь. - Не доверяешь? Оно правильно, наверное, только вредить тебе, у меня интересу нет, а вот про другое возражать не стану. Так, что не волнуйся за зря, наш разговор нашим и останется. Доверишься? - Что уж там, для вас это теперь и не тайна совсем. Я – «симбиотик», мне шестнадцать лет, раскрытие силы предполагается через полгода, перед бракосочетанием, поэтому координатора у меня нет. Но сами видите, что раскрываться, скорее всего, уже нечему. Ваших работ я ранее не видел, как-то не приходилось. Получается, что сделать под вас не смогу, а то как будет выглядеть моя работа, обязательно, вызовет ненужные вопросы. Думаете, мне хочется терять свободу раньше времени? – Меридейл тяжело вздохнув, склонил голову, старательно разглядывая свои руки. - Боишься, что с установлением над тобой контроля не только свободу потеряешь? В ответ молчаливый кивок. - Так сильно отличается то, что от тебя ожидали, от того что получилось? - Да. – теперь Меридейл открыто смотрел в глаза кузнецу. - Трудно было одному справляться? – вопрос был риторический и ответа на него кузнец не ждал. – Думаю, очень трудно. Не зря же ты полгода без сознания пролежал. Контроль над «симбиотиками» устанавливается не только для того, чтобы ограничить их свободу, но и для того чтобы помочь во время открытия силы. Выпытывать что не так, не стану, придёт время, захочешь сам расскажешь. Надеюсь, ты понимаешь, что без присмотра тебя не оставят, как и то что неучтённых магов не бывает. Вот и я на службе состою. Не пугайся, хватать и вязать тебя, причин у меня нет. Пусть всё идёт, как для тебя с рождения написано. А страх твой перед чужим контролем не беспричинен. Есть такая опаска, как попасть в нечистые руки. Ты и как «симбиотик» ценность большую имеешь, а если ещё приложить то, что к тебе с оказией прицепилось, то, думаю, не попусту тревожишься. В положенный срок мы тебе надёжного координатора выделим. Ну, а коли во дворец призовут, туда и проводим, мы, всё-таки, имперская служба. Одно твёрдо обещать могу, что со всей строгостью проследим, чтобы мимо не провезли. Видя, как опустились плечи и сгорбилась спина у парня, попытался его подбодрить. - Чего нос повесил? Разве я тебе сказал что-то, чего ты до сей поры не знал? Ничего пока в твоей жизни не изменится и постарайся, чтобы и дальше так было, а это в основном от тебя зависит. Покуда же, я за тобой присматривать буду. Меридейл приободрился, и уже улыбаясь, поклонился кузнецу. - Спасибо вам мастер за понимание. Для меня сейчас самое главное, чтобы всё шло по плану. С этим и я и моя семья уже давно смирились. В дверь постучали и получив разрешение, в комнату вошла Анеша. - Хозяин, со стола убирать можно? - Можно и побыстрее. Юркой, как белочка, девушке не нужно было повторного приглашения. Только пару раз плеснулся подол широкой длинной юбки, промелькнули быстрые ручки, в обратном порядке составляя посуду на разнос, а её уже и след простыл. Жалобно скрипнула дверь, возвещая, что выпустила посетителя. - Чисто ураган. – улыбнулся парень. - Молодая, пока ещё летает, земля волю даёт, к себе тянуть не спешит. Что ж, чреву своему мы угодили, теперь и о делах поговорить можно. Заказ исполнить берусь. Срок исполнения оговорим. Прикидки твои сейчас смотреть будем, что не пойму сразу же и пояснишь. Оплату деньгами не возьму, учить будешь твои наглядные примеры рисовать. Может быть, еще что-то полезное вспомнишь, я буду только рад. Обсуждение протекало бурно. Спорили, как за последний кусок хлеба и каждый раз кузнец был бит, заказчик точно знал, что хочет. Ущемлённым Ерклис себя не чувствовал, перед знаниями все равны, без ссылок на общественное положение или авторитет. Хочешь выходить победителем - учись. За мирными обсуждениями и рьяными спорами не заметили, как за окнами стемнело. Меридейл заволновался, что его должно быть уже дома потеряли, так как он задержался дольше, чем рассчитывал. Быстро собрав чертежи, сложил их в аккуратную стопку и собрался уходить, но почти у двери хозяин остановил его. - Даже и не думай, одного не пущу. А парня-то твоего я давно домой отправил. Чего человеку было зря мучиться. Так что один не пойдёшь, не дай боги, случится что, как перед мэром и губернатором отчитываться буду? Смерти моей возжелал? Сейчас только своих предупрежу и провожу до дома. Меридейл спорить не стал. Мало приятного, по темным улицам одному тащится. На самом деле на улицах и даже в переулках было достаточно светло от горящих ровным светом фонарей. Под чутким руководством мэра, местные маги работали более, чем добросовестно. Не смотря на это, с наступлением темноты основная масса народа с улиц исчезла. Редкие прохожие быстро проходили мимо, торопясь поскорее попасть домой. И только Меридейл с кузнецом, в полном молчании не спеша, шли посередине дороги. Тишина давила, вызывая чувство неловкости и что бы избавиться от него, он спросил Ерклиса: - Скажите, ведь Молчун – это прозвище, а не фамилия? - Прозвище и есть, а фамилия у меня что ни наесть кузнечная – Коваль. - Но почему, Молчун? Мне кажется, что вы достаточно красноречивы. - Не за то назван молчуном, что говорить не умею, а за то, что пустобрёхство не люблю. А коль есть предмет достойный, почему бы и не поговорить. Язык мне, как и прочим даден. Только вот достойное-то редко на обсуждение выносится, всё больше сплетни, да откровенная брехня. - Ерклис. – Меридейл запнулся. – Я могу вас так называть? - А то, как же ещё? – удивился мужчина. - Спасибо. Я хотел сказать, что с неделю у нас не получится начать заниматься. Все эти приезды высокопоставленных лиц, отнимут очень много времени и не только у меня, но, думаю, и у вас тоже. Поэтому с выполнением заказа я вас не тороплю. - Там видно будет. А вот и твой дом - Спасибо, что проводили. К нему протянулась широкая ладонь. Немного подумав, Меридейл решительно положил на неё свою узкую ладошку, которая в тоже мгновение скрылась в огромном кулаке кузнеца. По всему, Ерклис был сам смущён таким результатом, бережно пожав протянутую руку, он тут же её отпустил. - Как на тебя посмотрю, так думаю, что у моего Летисия всё-таки есть шанс стать кузнецом. – он удручённо покачал головой ещё раз окинув взглядом хрупкую фигурку. – Как ни крути, а заказ твой совсем не пустое дело. Ох, как он тебе нужен. Освободишься, приходи, посмотрим, что у нас получится. Дом встретил тишиной и приглушённым светом. Навстречу ему, всплёскивая руками, спешил Гариен. - Молодой господин, что же это такое? На дворе почти ночь, а вас всё нет и нет. Разве так можно? Мы уже собрались Анатиса за вами посылать. - Прости Гариен, так получилось. Да и не шёл я один, меня Ерклис проводил, до самых ворот. - Сам Молчун? Странно. Это совсем на него не похоже. Но это не важно, главное вы дома. - О! Молодой господин, нашёлся. Слава богам, всё обошлось. – на смуглом лице вошедшего мужчины расцвела улыбка. – Ну вот, сдержал кузнец обещание, доставил в целости и сохранности. Теперь я могу быть свободен? - Иди, Анатис. Иди. – замахал на него руками Гариен. - Отца с Калиорисом ещё нет? - Нет. Господин Наверис присылал мальчишку, предупредить, что дома будут за полночь. Проверяют, всё ли готово. Утром им будет не до того. Не успеешь оглянуться, как уже принц прибудет. Вам в гостиной накрыть или принести ужин в вашу комнату? - Не надо, я не хочу есть. У кузнеца меня голодом не морили. - Чудно. Слыхом не слыхивал, чтобы у Молчуна кто-то так долго гостевал, а его бы там ещё и обедом потчевали. Видать, понравились вы ему. - Скажешь тоже, понравился. Заказ ему мой понравился. – почувствовав, тяжесть опускающуюся на плечи, Меридейл понял, как он устал. – Пойду- ка я к себе, лягу спать пораньше, день сегодня был слишком длинный. - Спокойной ночи, молодой господин. Оказавшись у себя в комнате, Меридейл упал спиной на кровать, широко раскинув руки. Веки, в один миг налившиеся свинцом, закрылись сами собой. Мер с усилием вынырнул из вязкого тумана. «- Дэй, имей совесть. Ты, что собрался спать, не раздевшись и не приведя себя в порядок? Не получив ответа, он уже не на шутку рассердился. - Ну и чёрт с тобой! Только от меня-то отцепись, дай мне встать. Я и без тебя управлюсь.» Всё так же не слыша ответа, он понял, что перестал чувствовать непомерную тяжесть, почти расплющившую тело. Получив свободу, действительно, по быстрому ополоснувшись, не стал задерживаться и надев пижаму, юркнул в постель. В отличии от Дэя, как бы он не устал, сразу уснуть не мог. Ему обязательно нужно было полежать, подумать о событиях прошедшего дня и проблемах дня наступающего или же просто пофантазировать о том, что приходило в беспокойную головушку. Но, как бы там ни было, усталость взяла своё и уже засыпая, угасающее сознание выхватило резкое движение. Мгновенно переходя к бодрствованию, он внимательно осматривал пространство под сверкающим куполом. Всё спокойно. Мягко светились колонны и больше ничего, если не считать присутствие его самого, даже Дэй умудрился не попасть в поле зрения. Ему стало смешно от такого нелепого предположения. - Какая чушь иногда приходит в голову. О каком движении может идти речь, это же не общественное здание, а наше общее с Дэем сознание. – проворчал Мер. - Точно начинаю с ума сходить. И опять быстрое мельтешение, но рассмотреть он ничего не успел, так как объект исчез за ближайшей колонной. - Офанареть! Что творится в датском королевстве? Как заправский сыщик, Мер подкрался к колонне и заглянул за неё. - Упс… - это всё что он был в состоянии сказать. - Дэээй! Дэй, смотри скорее, у нас тараканы завелись. - Какие тара… Ой! – мгновенно материализовавшийся рядом паренёк, состроив умильную мордашку, стёк вниз и присев на корточки во все глаза рассматривал, опирающееся на тупой конец, яйцо. Оно было высотой сантиметров двадцать пять и двадцать в самой широкой части. С острого конца свешивался смешной чубчик, как будто нарисованный чёрным фломастером. Ниже шли круглые глазки, с лучиками ресниц, едва обозначенные крылья носа с двумя точками ноздрей и вытянутый буквой «О» ротик с пухлыми губками. Под несуществующим подбородком два треугольника воротничка рубашки и небольшой галстук. Завершал картину ремешок с пряжкой, выделяющий талию. Яйцо, забившись между колонной и стеной, слегка покачивалось из стороны в сторону. – Кааакаая прееелесть! Давай оставим его себе. - Эй, чудо ты мое сердобольное, включи мозги. Это не подброшенный к тебе во двор котёнок. Оно даже не в голову пробралось, а в наше с тобой сознание. Ты хотя бы представляешь, как оно сюда попало? И, в конце концов, что это такое? Вдруг оно взорвётся, останутся от нас с тобой рожки да ножки. - Ну, Мер, пожалуйста, я не чувствую от него никакой опасности. – в голосе Дэя появилась подозрительная хрипотца. – Посмотри, оно же плачет! Действительно, ротик закрылся, уголки губ горестно опустились вниз, а на кончике реснички одного глаза, появился контур повисшей слезинки. Через мгновение нарисованная капелька сорвалась, прокатившись по щеке, упала на пузико и разбрызгалась мелкими чёрточками. - Оставим-оставим, только не вздумай реветь. - Спасибо, я правда сам за ним буду следить. – воспрянул духом Дэй. - Фууу. – Мер выдохнул, с отрешённым видом покачав головой, признавая безнадёжность ситуации. – Приколы нашего городка, да и только. Молодой человек, вы не забыли, что вы, вроде бы, как хозяин этого домика? Да и хотел бы я посмотреть, каким образом ты бы выселял отсюда нового квартиранта, если бы я сказал «нет». Вдруг раздались какие-то непонятные щелчки, и перед глазами удивлённых парней предстала странная картина. Яйцо упало на бок и снизу его тельца одна за другой выскочили короткие донольддаковские лапки с широким основанием. Смешно подёргав конечностями в воздухе, через мгновение хозяин приобретения уже уверенно упирался ими в пол. Ещё пара щелчков и по бокам яйца появились ручки, явно из того же набора, что и лапки. Чудо пару раз подпрыгнуло, похлопало в ладошки и с неожиданной скоростью рвануло в сторону Дэя. Отчего тот шлёпнулся на пятую точку. Вцепившись ручками в согнутую в колене ногу парня, оно прижалось к ней всем тельцем и замерло. - Ну, что ты? Что ты? Перестать, пожалуйста. - осторожно отцепив маленькие пальчики, Дэй взял яйцо на руки и оно тут же прижалось к его груди. - Дааа, дела… - Мер растерянно смотрел на застывшую парочку. - Одно хорошо – в кино ходить не надо и так сплошные мультики, смотреть, не пересмотреть. - Мультики? Мультики! Точно! – встрепенулся Дэй, на вытянутых руках отодвинув от себя малыша, радостно выпалил: – Мы будем звать тебя Тикки! Тебе нравится? На что новоиспечённый Тикки захлопал в ладошки, черты его лица поплыли, и вот уже глазки хитро щурятся, а улыбка растянулась от уха до уха. Ну, если бы, конечно, у него эти самые уши были. - И всё же, лучше уж тараканы. – пробормотал, так и не успокоившийся Мер. - Почему это лучше? – ощетинился Дэй, вновь прижимая к себе Тикки. - Потому, что они маленькие. По-быстрому бы их тапками перебили и забыли. А Тикки? Как его не называй, всё равно яйцо, а раз так, из него со временем кто-то должен вылупиться. Я не прав? - Прав. – обречённо выдохнул Дэй, пряча виновника обсуждения на груди. - Не делайте из меня монстра. Тикки действительно очень хорошенький и я вместо того, чтобы строжиться, потискался бы вместе с вами. Только кто-то же должен расставить все точки над «i». Есть на Земле такая птица – страус. Его яйца будут поменьше, чем наш малыш, а вылупившиеся из них страусята вымахивают до одного метра семидесяти сантиметров, с весом под сто семьдесят пять килограммов, с нехилой такой скоростью передвижения – семьдесят километров в час. Да, забыл сказать, что питается эта птичка не только червячками и травкой, но и мелким зверьём не брезгует. Это так, информация к размышлению. - Ты к чему, это Мер? - К тому, что нам необходимо поговорить. Тикки, я так понимаю, с разговорами у тебя проблема. Тогда давай поступим следующим образом: «да» - сжимаешь ладошку в кулачёк, «нет» - качаешь ей из стороны в сторону. Понятно? Малыш послушно сжал кулачёк. - Умница. – не смог сдержать улыбку Мер. – Раз всем всё понятно, поехали. - Тикки, из тебя кто-то выведется? Ладошка сжалась в ответ. - Скоро? Покачивание из стороны в сторону. - Не знаешь или не скоро? Тикки показал один пальчик и покачал ладошкой. - Ах, ты, какой молодец! Значит, не знаешь. Большое? Кулачёк. - Место займёт много? Покачивание. - Для нас оно будет представлять опасность? Покачивание. - Славно. Кто вылупится – не известно. Когда вылупится, тоже неизвестно. Большой, неопасный и места займёт мало. Звучит сносно. Ай, пусть живёт. Простите-простите, забыл. Тикки, тебя высиживать надо? Покачивание. - А кормить? Покачивание и смущённая улыбка. - Понятно, значит, от нас кормишься. Не смущайся, этого следовало ожидать, ты же не физический объект. Ни каких неприятных ощущений у меня нет. А у тебя, Дэй? - Я тоже ничего не чувствую. - Нормально. Если так дальше пойдёт, прокормим. Ну, что же? Приветствуем тебя в нашем общежитии, Тикки. Обрадованный Дэй подкинул малыша вверх и чуть, было, не уронил его, увидев, как бледное тельце охватило голубое свечение. Мер хмыкнул, пытаясь удержать рвущийся из него смех. - Ты чего? - Теперь, мой друг, не отвертишься, сходство-то вот оно, не сотрёшь. Тикки по праву твой. А то я не я и хата не моя. Согрешил? Кайся. - Ты о чём? Какое согрешил? - и вдруг хрюкнув, он сложился пополам. - Дэй, что с тобой? Испугавшись Мер кинулся к парню и резко остановился, так как тот, разогнувшись выставил ему навстречу смущённого Тикки, светящегося голубыми и солнечными всполохами. - Вместе… каяться… будем. – задыхаясь от смеха выдавил он. * - Это, действительно, так и есть на самом деле, сама была удивлена, когда прочитала об этом, а ведь просто хотела правдоподобно написать, каким камнем издавна пользовались для устройства мостовых. Оказалось же, что кварц обладает поистине фантастическими свойствами.