Сила любви

- Мамору…, - голос в трубке был встревожен, и уже один этот факт заставил сердце парня пропустить удар. Встревоженная Мичиру это, как минимум, гибель мира в ближайшие несколько дней. Да и то, если повезет, - Нам нужно встретиться, Мамору. Долгий разговор вымотал обоих. Мичиру с трудом подбирала слова, а Мамору просто не знал, что отвечать и как реагировать на всю невозможность слов воительницы моря. Протестовать? Но это не кто-нибудь предлагает, а именно Мичиру! Ветер шумно путался в густой кроне деревьев, то открывая, то закрывая в листве маленькие окошки, а острые лучи вечернего солнца с радостью принимали приглашение к игре и выплетали в воздухе невесомую солнечную сеть, накидывая её на прохожих. Парень нашел взглядом ближайшую парковую скамейку и без сил опустился на нагретые солнцем доски. - С чего ты это вообще взяла? Во сне приснилось? Рей к снам чувствительна, но она ничего такого не говорила. - И не надо их вмешивать, это дело только для нас. Моему Зеркалу ты доверяешь? Думаешь, мне самой хочется в это верить? Я даже к Плутон обращалась, надеялась, что увиденное не так страшно, как мне показалось. А после разговора с ней уже вторые сутки уснуть не могу. - То есть, если всё останется как есть, мир погибнет? Ты хочешь сказать, что мы: я с Усаги и ты с Харукой, просто уничтожим мир? Своим чувством? - Нет, мы не уничтожим. Мы лишь его не спасем. - Это одно и то же! – Обычная выдержка покинула юношу, и он порывисто вскочил на ноги, нависая над присевшей рядом на скамью Мичиру. Та лишь бледно улыбнулась в ответ, запрокинув голову навстречу его требовательным глазам. - Давно ли мир для тебя разделился только на черное и белое? Мы можем оставить всё как есть, и позволить ему погибнуть. - Мы будем сражаться! - И проиграем. - Мичиру не дала себя сбить, готовая повторять мучившие её слова вновь и вновь, пока и Мамору не осознает всю их безнадежность. - Потому что врага уничтожит только их резонанс. - Это невозможно. Больше Мамору не кричал. Он снова сел, а, скорее, упал рядом с Мичиру. Девушка не повернула головы. - Мир спасет невозможная любовь... - Чёрт, тебе легко говорить! – выкрикнул парень в сердцах и осекся под взглядом цвета клокочущего моря. В этих глазах, не схожих с его ни в чем, кроме цвета, жила боль, не меньшая, чем он испытывал сам. - Чем мне легче, Мамору? Это ты можешь жить платонической любовью, а... - А ты нет? У Мичиру хватило сил на ещё одну улыбку. Бедный наивный Мамору. - Харука не может. Девушка плавно поднялась на ноги и пошла к выходу из парка, оставив Мамору бесполезно обдумывать очевидное. Что они с Харукой друг другу больше, чем подруги, если не знали, то догадывались все сенши, и защитник принцессы исключением не являлся. Скорее даже наоборот, в силу возраста он знал об этом чуть больше. Но так открыто ему об этом не говорили ни разу. Тем более что под угрозой оказывается его любовь. Его Усаги. Справится ли он? - Мичиру! Спокойный голос Мамору вызвал к жизни тихую улыбку. Да, он настоящий принц. Девушка обернулась. - Мне нужно обсудить это с Усаги. - Тогда завтра в кафе? На город опустилась тишина, полная шумом ночного мегаполиса. Нестерпимо яркая в эту ночь луна, пробиваясь сквозь неоновый свет, смотрела во все дома без исключения. В одном сжимала в объятиях зеленоволосую подругу сенши невидимого ветра, в другом молодой человек делил эту ночь с компьютером, в который раз рассчитывая шансы мира на выживание, а в третьем судорожно обнимала подушку маленькая светловолосая девушка, не раз спасавшая этот мир своей любовью. Они знали, что новому врагу безразличны силы сенши, его не убить лунным жезлом, а цепь любви Венеры рассыплется в пыль. Любая любовь рассыплется, кроме невозможной. Злое поветрие как придет, так и уйдет, оставляя после себя пустые, не способные к чувствам души. - Лишь резонанс любви принцессы и стража границ может остановить его. Принцесса это Усаги, у нас другой нет. А страж... Любой внешний воин, самый близкий ей по духу. - А почему тогда именно Харука? – Усаги подняла чистый взгляд на Мичиру. – Мы с ней совсем не похожи. Хотару, например, мне гораздо ближе. Или Сетцуна, я знаю её дольше всех внешних воинов, и она всегда была добра к Малышке... - Нет. - Мичиру терпеливо и чуть с сожалением улыбнулась. - В Хотару и Сетцуне живет смерть. А ты – сама жизнь. Тебе в пару нужен человек, такой же светлый внутри, как и ты сама. Который своей чистой слепой верой в счастье сможет перевернуть мир. - Но тогда при чем здесь Харука? – Мамору держался. Если Усаги не совсем представляла для себя понятие любви, меряя всю любовь на свете своим чувством к нему, то юноша знал, на что они собираются пойти. – Не она ли готова принести в жертву всех ради победы? Не она ли сколько раз стояла против Сейлор Мун, отрицая путь, избранный ею? Я не знаю более непохожих людей. - А я не знаю более похожих. Усаги не прислушивалась к спору. Она почти лежала на столике, обнимая высокий бокал с соком, и снизу вверх смотрела на Харуку. Спокойную, как всегда. Не задорную, как обычно. Напряженную, как в бою. В её руках уютно утроилась маленькая чашечка тонкого фарфора с нетронутым кофе. Усаги улыбнулась. Любить Харуку... Так странно. Она и так её любит. И Мичиру, и Сетцуну с Хотару. Любит всех сенши, с которыми за годы боёв уже давно стала семьей. Почему Мамору придает этому такое значение? Из-за того, что говорят, будто Харука с Мичиру в странных отношениях? Но какая разница, какие у них отношения, ведь можно же любить друг друга и без «этого»... Почувствовав, что лицо заливает краска, Усаги панически вскинула глаза на Харуку. Та в ответ улыбнулась и подмигнула всё более краснеющей девчушке. Но теперь Усаги смогла разглядеть в её глазах дистанцию, которой не было, когда та заигрывала с ней раньше. Словно сейчас это не настоящее. От внезапной мысли девушка вскочила: - Стойте! Мамору с Мичиру удивленно посмотрели на неё. - А как Харука будет меня любить? Парень поперхнулся, а скрипачка сжала запястье подруги, не замечая, что вдавливает ей в кожу ногти. Усаги сплела на груди пальцы: - Она же не любит меня! Она любит Мичиру, - и тут же без перехода обратилась к Харуке: - Почему ты безучастна? - Я уже дала свое согласие, - темно-серый взгляд, словно что-то искал на дне кофейной чашки. Но затем Харука подняла глаза на Усаги в упор и продолжила. - Более того, это было мое решение. Наш с тобой союз – единственный выход в сложившейся ситуации. Мы должны быть вместе. - Но ты этого не хочешь, - подчеркнула Усаги очевидное. - Когда в деле войны наши желания имели значение? Мир должен быть спасён, и больше ничего не важно. Ты хочешь отступить? - Я? – Девочка пригорюнилась, но лишь на секунду. - Я никогда не отступаю! - Тогда вперед, - подвела итог Мичиру, доставая Глубоководное Зеркало. Харука вытянула из воздуха Космический Меч, а Мамору материализовал в руках тонкую розу. - Зачем это? - с опаской спросила Усаги, под взглядом своего молодого человека открывая брошку с Серебряным кристаллом и глядя, как вокруг них разгорается зелено-красно-синее сияние, смывая лица друзей, их столик, кафе вокруг, и всё, что было ещё дальше. - Чтобы тебе ничего не мешало, - донесся из сияющей пустоты голос Харуки. Остатками сознания девушка ещё цеплялась за реальность, но та все равно вывернулась из её рук, и девушка погрузилась в пылающий мрак. Больше она ничего не помнила, но тишина хранила тот же голос и тот же вопрос: - Зачем это? - Я не могу взвалить тебе на плечи подобный груз, Харука. Прости, я знаю, ты хотела помнить. - Я справлюсь, ты не можешь стереть Нас! Чем я буду жить? - Ты начнешь с чистого листа. - Мичиру... - Забудь меня, Харука. Я буду помнить за двоих.