Только пожелай...

      Она любила засиживаться в этом кафе. Здесь никогда не собиралось много людей, можно было спокойно позаниматься уроками или почитать в тишине хорошую книгу. Карин ценила эту маленькую забегаловку еще и за то, что здесь к ней не приставали самоуверенные пикаперы типа: «уверен ты тоже от меня без ума, тебе повезло, что я обратил на тебя внимание». Как же эти идиоты её бесили, всё время клюющие на её ангельскую внешность, они видели в ней только красивую куклу. Девушка действительно была не дурна собой: сияющие глаза цвета грозового неба, фарфоровая кожа без шрамов и родимых пятен, аккуратные черты лица, длинные черные волосы спадали до поясницы, она давно хотела их подстричь, но сестра её всё время отговаривала, говоря, что это прибавляет ей шарма. Но девушке хотелось избавиться от своего «шарма», поэтому она часто надевала огромные квадратные очки в толстой оправе.       Из-за этих очков она и поругалась сегодня с семьёй, плюс ко всему она всё же подстригла свои волосы под каре. Отец с братом на неё сильно кричали: «Карин, ты же девочка. Девочка должна быть женственной и привлекательной“. На что она заявила: «Хватит делать из меня „милашку“, я буду той, кем хочу!» — и в доказательство своим словам нацепила футбольные шорты и сбежала в своё любимое кафе.       Она села за свой любимый столик, его как будто специально для неё никто не занимал. Конечно, она злилась на них, но в, то, же время была мрачнее тучи. Так всегда бывает, когда ругаешься с дорогими тебе людьми, совесть всегда стремится убедить тебя, что виновата во всём ТЫ и только ТЫ.       «Вот бы мне сейчас чего-нибудь сладенького, — размышляла Карин — и как назло не гроша в кармане, а если вернусь домой, они снова на меня накинуться: „отстраняешься от семьи ещё и денег просишь!“, „если будешь так себя вести, никогда не найдёшь себе парня“ и тд. и тп. Как же меня это достало!»       - Здесь не занято? — добродушный мужской голос обратился к ней, но этого оказалось не достаточно, чтобы вырвать девушку из своих мыслей.       - Да конечно. — на автомате ответила она, не поднимая глаз на незнакомца.       На столе перед ней появилась вазочка с мороженом. Ванильное с шоколадной крошкой — её любимое. Карин отвернулась от окна и взглянула на больно щедрого незнакомца.       - Простите, не мог видеть грустной такую красивую девушку. — Это был парень её возраста: на нем был карамельный пиджак, шею обволакивал широкий зеленый шарф, даже не смотря на то, что сейчас конец лета, было, не так уж холодно, а из-под тёмно-синей шляпы с зеленой лентой выбивались растрёпанные белые волосы.       «Класс ещё один „пикап-мастер“, его даже эти уродские очки не отпугнули» — подумала Карин, но про себя отметила, что у незнакомца очень красивые глаза, ей всегда нравился бирюзовый цвет, но чтобы в глазах — это новшество.       - Спасибо, — ответила она. —, но у меня сейчас совсем нет денег, чтобы заплатить за...       - Не стоит, я угощаю! — он продолжал также по-доброму улыбаться, в его улыбке не было ни чего кроме искренней доброты.       - Нет! — она замахала руками. — Я так не могу, меня потом будет мучить совесть. Я воспитана так, что за всё надо платить.       - Вот как? Если вы хотите меня отблагодарить, — «О-о сейчас попросит его поцеловать, все парни одинаковые!» — то поведайте, кто посмел вас расстроить.       «Что? Вот это нежданчик!» — для Карин это было неожиданно, но она решила, что выговориться незнакомому (но такому приятному) молодому человеку сейчас для неё лучший выход она взяла ложку и начала свой рассказ, поедая уже подтаявшее лакомство. Парень слушал её очень внимательно, не перебивал и не отвлекал. Девушку это очень радовало, она не ненавидела людей, которые только притворялись, что слушают её. А он был другим, ему она действительно была интересна.       Внезапно всё вокруг них будто исчезло или стало совсем не заметным. Небольшой столик у окна в маленькой кондитерской стал отдельным миром специально для них, где существовали только её голос и заинтересованный взгляд бирюзовых глаз. Для Карин весь мир окрасился в бирюзовый цвет — цвет его глаз стал её любимым.       -… Они делают из меня ту, кем я не являюсь. — закончила она. Парень помолчал минуту, будто пытаясь разобрать по полочкам услышанное или убедиться, что девушка закончила рассказ, потом сказал:       - Я думаю, ты права, каждый должен сам выбирать свою судьбу, быть тем, кем хочет его сердце.       - А кем вы хотели бы быть? — неожиданно задала вопрос Карин. Он улыбнулся и, сняв шляпу, поклонился ей.       - Тем, кто вернёт вам вашу улыбку. Карин смутилась, на бледном личике выступил легкий румянец.       - Д-давай перейдём на «ты»… — предложила она.       - Был бы рад, но я всегда считал, что чтобы обращаться на «ты», нужно знать имя собеседника.       - К-куросаки К-карин. — представилась она, пытаясь согнать со щёк противный румянец, и протянула ему руку.       - Хитсугая Тоширо. — он поцеловал протянутую ему ладонь, и поднялся из-за стола, снова пряча белоснежные волосы под шляпой с узкими полями. — Надеюсь, мы еще встретимся Карин-тян.       - П-подожди! — она еще пуще покраснела от такого жеста — А если я захочу снова с тобой встретиться…?       - Только пожелай…