Кнут и пряник

С момента отстранения Савады Тсунаеши от звания претендента на пост главы Вонголы прошло уже полгода. Она выросла морально и физически, поднялась, расправила плечи и собрала семью. Она многого добилась, её бояться и уважают. Она стала невестой самого опасного, непредсказуемого и непокорного убийцы последнего столетия, донной для одной из сильнейших мафиозных семей, лучшей ученицей сильнейшего из Аркобалено и дорогой подругой семей Мельфиоре и Каволоне, вторых по силе в Альянсе семей. Да Она Внешний советник Варии, в конце концов! Как эта девочка смогла столького добиться всего за каких-то полгодика? Антонио Эстранелло не понимал и всячески старался понять эту невероятную загадку. Он даже залез к ней в машину, чтобы познакомиться. Она интересовала его. Очень интересовала. В отличие от этого дубины Марка она могла бы стать идеальным носителем пламеня Примо Вонголы. Боги, за ней ушёл Рокудо Мукуро! Он так ждал их встречи, а мальчишка ускользнул за своей донной, как песок сквозь пальцы. Он залез к ней в машину, чтобы узнать уровень её силы, а что в итоге? Она спасла его от превращения в решето с лёгкой подачи ребёнка-убийцы, дала прозвище и улыбнулась ему. Удивительная, необычная донна Скайрини. Уж в скорой смене фамилии он не сомневался - девушка слишком горда, чтобы носить фамилию двух ублюдков, изуродовавших её мать. Он сам не знал, зачем представился именем одного из рядовых. Б2. Какая глупость! Но ему не хотелось, чтобы юная мафиози заранее возненавидела его... Но выкрасть девушку из особняка Варии только для того, чтобы выкачать пламя? Безумие. Марк Савада безумен. Для Антонио - пятидесятилетнего подростка, которому родная семья искалечила жизнь, - эта простая истина была так же очевидна, как то, что рано или поздно леди-босс размажит брату череп. Наверное, именно поэтому он пошёл на совершенно безумный поступок. О чем он только думал? Сбежать из своего фургона в самый разгар операции и рвануть к особняку. Идиот. Его ученик сошёл с ума, а он бежит по открытому полю к врагам, никто не знает о нем и об опасности. Бежать, бежать, бежать. Земля недалёко от него взрывается. Кажется, где-то в далека затявкал Гокудера Хаято, поливая грязью предателя его дражайшего "Джудайме". Уроды. Какие же они все уроды. Он и сам удивлялся, что смог выжить, что смог залезть на дерево, не опираясь на сломаную ногу. Какое невероятное везение! Цель его страданий прямо перед ним, только руку протяни. Но в таком положении это трудно. - Эй, Глупая Тсуна! Оборачивается и удивлённо озирается по сторонам. Она слишком мила, чтобы быть хладнокровной убийцей. - Я здесь, глупая леди-босс. Заметила, наконец-то. Что, он настолько ужасно выглядит? Откуда этот ужас в её глазах? Волнение? Испуг? И слова сами собой хрипом вырываются из горла. - Помнишь меня? И потом потерять сознание. Она ведь увидела. Нашла. Теперь все хорошо. Пока меня не увидит Рокудо Мукуро... Но, открыв глаза, он обнаружил, что почти цел, а Туманник сидит возле его кровати и сверлит его взглядом. Он так вырос. Теперь в нем чувствуется сила, мощь. Туман Варии. - Привет, - и зашёлся в кашле. В горле - пустыня, в голове - пустота, в глазах пляшут точки. - Не двигайся, идиот, - буркнул вариец, отводя взгляд. - Что? - беспомощно прохрипел учёный, не понимая, что происходит. - Ты потерял сознание и грохнулся на землю метров с пяти на спину. Повредил позвоночник в районе шеи, так что просто лежи тихо. Пламя Солнца не всесильно, а босс ещё не отошла от шока. - Ты ей сказал? - выдохнул обреченно, устало закрывая глаза. Неужели теперь эта милая девушка станет его ненавидеть? - Нет. И тишина. Минут пять ушло только на то, чтобы понять услышанное. Он не сказал. Не раскрыл. Они не знают. - Нет? - удивлённо, дрожащим голосом, - Нет?! - хрипло, надрывно, зло, вскакивая с койки и мгновенно падая обратно от жуткой боли в спине. - Дьявол! - Успокрйся, она сама догадалась. - В смысле? - Кен и Чикуса взялись за оружие, а я выронил трезубец. - Все ещё таскаешь с собой эту вилку? - Заткнись. Спустя пять минут после этого Рокудо Мукуро ушёл. Прошлое не отпускает их обоих. Слишком темное прошлое. Антонио Эстранелло открыл глаза. Его глупый братец ушёл, что ж, он его понимает. Они слишком давно не виделись. Хакуро и Мукуро Эстранелло. Братья, рождённые умирать бессчетное количество раз. Проект "Круги Ада". Подростки, умиравшие на протяжении пятидесяти лет. - Привет, Апельсинка. Тихий голос заставил ученого вздрогнуть. Он настолько погрузился в себя, что не заметил шагов прекрасной донны. - Чао, леди-босс. И дальше начался глупый разговор о том, как он себя чувствует, все ли у него есть. Но ученому это быстро надоело. - Давай уже без формальностей. Что ты хотела спросить? Ей, должно быть, непривычно видеть меня серьезным. - Кем ты приходишься Мукуро? Парень хмыкнул. - И это все? Ни почему обезьяна и очкарик хотели меня убить, ни почему я здесь, ни почему назвался безпламенным, а только про Рокудо Мукуро? Он уже предвкушал будущее зрелище оскорбленной до глубины души девушки, но он не учёл, что Савада Тсунаеши совсем не похожа на обычных девиц. - Реакция тех двоих значит, что ты связан с Эстранелло их времён, единственный выживший - Антонио Эстранелло. Вчера была похищена одна из моих подопечных, и, помятуя случай с хранителем облака дедушки, похищена она, скорее всего, моим братцем. Меня больше волнует реакция на тебя Мукуро. Как вы с ним связаны? - А у него спросить не хочешь? - расстроено спросил парень, обижено нахохлившись на своей койке. Донна Вария на это только рассмеялась. - Он или молчит, как рыба, или избегает разговора, покидая тело Хром. Но у тебя такой возможности нет. - Что верно, то верно. Один вопрос: зачем тебе это? Нет, он не понимал её. Хотел понять, но не понимал. Все эти люди столько ей сделали, а она прощает их и принимает в семью. Она выходит за Занзаса, она обустроила его братца, позволила вернуться этому Хибари. Да она, зная, кто он, заставила свои Солнца лечить его. Странная, странная леди-босс. На его слова девушка только пожала плечами: - Он мой друг. Больше его не беспокоили. Приносили поесть и попить, принять лекарства, но в основном все. Тишина. Обстановка комнаты была весьма уютной. Темно-коричневые шторы, светлый воздушный тюль, бежевые обои, мебель из обычного дерева, мягкий коричневый ковёр. Тепло. По-домашнему. Быть здесь так приятно, после белоснежных стен лабораторий и холодных подвалов старинного замка Вонголы. Обстановка успокаивала, клонило в сон. Уже засыпая, парень услышал, как дверь тихонько скрипнула. Желание поспать пропало, стоило почувствовать могильный холод и звон цепей. - Добрый вечер, Бермуда.