Ведьма, сны и пироги

Но открыть дверь он не успел, его сгребли в сторону и крепко приложили о стену, выбив воздух из легких. - Снять кого-нибудь, говоришь? – прошипел Дин, держащий его сейчас за грудки, и ещё раз душевно стукнул им стенку. Им на голову посыпалась штукатурка. - Советую тебе прекратить ломать мной номер, а то чую, ему и так не долго осталось. Не хватало ещё, чтобы нас под ним похоронило. - Грр… - И что тебе опять не так? Правду сказать? Сказал. Всё, что хотел узнать – узнал. Что ещё?! - Тебе реально настолько на меня плевать? - Да ты что! – неподдельно удивился Сэм, - это ведь ты после моего эпохального признания осведомился, по каким именно шлюхиным постелям меня носило. Не носило. Если бы я мог… - Не понял… - Чего именно ты не понял, Дин? - Где именно тут было признание… - Причина, по которой я тогда ушел, была в том, что у меня стояло так, что можно было дрова колоть. И как ты думаешь, на кого же? До Дина только сейчас дошел весь прикол ситуации, тогда он услышал только то, что мелкий свалил не потому, что испугался или ему стало противно. Об остальном он просто не подумал, не осознал. - Т-ты? - Я. Пусти уже что ли. - Ты куда? - Пройдусь. - Вот уж фигу! – неожиданно воспротивился он, схватив брата за руку и дернув к себе, - Ты уже раз прогулялся. И, не давая себе ни мгновения на размышление или осмысление, быстро поцеловал в его губы. Сэм стоял, не шевелясь, казалось, даже не дыша, на поцелуй не ответил и вообще никак не отреагировал, за что получил ощутимый укус в нижнюю губу и недовольное урчание. Плюнув с высокой ели на всё и мысленно послав всех в бездну, он подался навстречу и с жаром ответил, размыкая губы для чужого языка, чем Дин не замедлил воспользоваться. - Я больше не могу так, - хрипло, пытаясь восстановить дыхание, - не могу больше. Я рядом, но не могу даже коснуться, у меня крыша едет, будто не было всех этих лет, что я учился запирать это в себе там, где никто не сможет увидеть, - уперся лбом в лоб, - ведь я уже как-то научился с этим жить… так какого черта, а? - Не одному тебе трудно и печально. Думаешь, мне сейчас сильно смешно? А ты мне, кстати, ещё и губу прокусил. Кровопийца. - Эй! Я тебе тут, понимаешь ли, душу изливаю, а он ещё чем-то и недоволен? Мелкий поганец. - Вот так всегда – чуть только что-то не так и я виноват. Но если серьезно – думаю, тут виновата… - Чертова ведьма. - Да. Всколыхнула душу сначала снами, а потом ещё этот... бар. - Убить мало, - буркнул Дин, потянув за волосы, заставляя окинуть голову, и жадно впиваясь ртом в шею, оставляя большой красноватый след на коже. «Прямо как во сне. Наверное, у меня пунктик на том, чтобы пометить его». Расстегнув пару пуговиц у него на рубашке и покрывая шею и ключицы кусачими поцелуями, он, тем не менее, прислушивался, стараясь уловить малейший признак неудовольствия – брат был слишком податлив, не может такого быть… - Если ты не остановишь меня сейчас,- перевел дыхание, - то потом уже черта с два это у тебя получится, Сэмми. - К черту, - поднял тот на Дина затуманенные желанием глаза, - ты думаешь, я сейчас ещё могу остановиться? Вопрос был чисто риторическим – после увиденного сейчас Дин уже не отпустил бы его, даже начни он вырываться; момент, чтобы сдать назад, упущен безвозвратно и хрен с ним. Поэтому, когда Сэм сдернул с него футболку – бог знает, куда он уже дел его куртку и рубашку, - то явственное осознание того, что крышу сносит не ему одному, заставило окончательно потерять голову и рвануть ремень из пазов. Потом, внезапно вспомнив, что мелкий всё ещё одет сверху, он взялся за рубашку, по какому-то недоразумению судьбы, застегнутую на все пуговицы. - На кой ты вообще так тщательно одевался? - О-охх… откуда же я мог знать… ммм… что не стоило… Низкие с хрипотцой стоны не шли ни в какое сравнение со всем тем, что он слышал раньше – этот голос и этот человек заставляли терять рассудок. А мысль о том, что именно на него так реагирует его любимый Сэмми, убивала самоконтроль окончательно. Содрав-таки с него футболку, он расстегнул ему ширинку и засунул руку под боксеры, обхватив ладонью напряженную плоть. Сэм громко застонал и подался навстречу ласкающей руке. Взглянув на покрасневшие раскрытые губы, из которых вырывалось прерывистое горячее дыхание, и которые поминутно сохли, потому приходилось их постоянно облизывать – увидев язык, скользнувший по губам, Дин не выдержал и снова припал к ним, сразу запуская язык в его рот. Ответ пришел незамедлительно – горячий язык сплелся с его, дыхание смешалось, а руки взялись и за его ремень, освобождая из тесного плена уже давно каменно стоящий член. Рука скользнула по нему вверх, и ему пришлось перехватить руку партнера, чтобы не кончить прямо сейчас. На мгновение оторвавшись от младшего, он сам облизал пальцы и продолжил терзать его губы, аккуратно введя один палец. Сэм только невнятно что-то промычал ему в рот, но зажиматься или отстраняться не стал – значит, всё нормально. Оставив, наконец, в покое уже алые и припухшие губы, он снова принялся за шею, потом ключицы, грудь, живот… к тому времени, как в нем уже двигалось четыре пальца, Дин уже спустился вниз по животу и осторожно, с интересом облизывал его истекающий смазкой член. Сэма уже трясло всего с ног до головы, как от лихорадки, внутри уже просто жгло, а пальцев было безбожно мало. - Черт, хватит меня мучить... - Мм? - Аргх… трахни уже, не могу… Заучав, он неохотно выпустил изо рта, любознательно втянутую туда головку, и, не вынимая пальцев, отклонился к тумбочке – там он видел нужный тюбик. Выдавив на ладонь почти половину, он смазал себя, вытянул пальцы и толкнул мелкого в грудь, роняя его спиной на кровать. Тот, абсолютно не протестуя, согнул ноги в коленях и развел в стороны. Обозрев такой вид, Дин медленно выдохнул, пытаясь вернуть себе хоть немного самообладания, и, наклонившись к нему, медленно начал входить, боясь причинить ему боль в ответ на такое доверие. - Б-быстрее… Диин! Все умные мысли вынесло из головы в момент и он одним толчком вошел до конца и на мгновение застыл – привыкнуть надо было обоим. Ощущения ошеломляли – горячо, туго, его приняли полностью, до конца. Осознание этого заставляло слезы наворачиваться на глаза. Сэм обеспокоенно приподнялся: - Дин? – попытка отдышаться. – Ты в порядке? - А? Да, конечно… - Хмм... – явственно недоверчиво хмыкнул тот, небеспричинно подозревая, что от него сейчас скрывают что-то важное. Неожиданный толчок сбил дыхание – Дин, сам не зная, что искать, с первого раза попал по простате. И энергично теперь по ней долбился, не давая Сэму даже вдохнуть толком. Долго продержаться в таком темпе он не мог, но даже сквозь туман возбуждения в мозге, он понимал, что брат сейчас что-то скрывает. Это неожиданно сильно взбесило, захотелось отомстить. Но, так как в силу дичайшего желания мысли были достаточно специфичными… то и отомстить хотелось необычно. Почувствовав, что сейчас, он столкнул с себя весьма удивленного Дина, заставив его выйти из него, и помог себе рукой, двинув ладонью по стволу всего пару раз. - Сэм? Тот недобро ухмыльнулся и, приблизившись, притянул к себе, поцеловал его в скулу, потом в шею, оставив на ней засос и отметину от зубов. Почувствовав которые на коже, Дин громко застонал и будто сам себя испугался, резко заткнувшись. «Скрывать, значит, надумал, да? Ну, держись…» Руки Сэма были сразу везде, ласкали, гладили, щипали, заставляя его вздрагивать, изгибаться и изо всех сил глушить в себе стоны, чем бесил его еще сильнее. - Чего же ты молчишь, Дииин? – хрипло проурчали ему в ухо, опаляя его горячим дыханием, властные, издевательские нотки в родном голосе заставляли прогибаться под него, вспомнить то ощущение, когда желаешь не обладать, а отдаваться. А отдаться ему хотелось с тех самых пор, как он увидел его в том клятом баре - не захотеть было невозможно. И сейчас эта невозможная грешная мечта воплощалась в жизнь, от чего ноги раздвигались сами собой, а глушить громкие бесстыдные стоны не имелось никакой возможности. Понимая, что сейчас Дин и кончить может, что было бы сильно некстати, он пережал рукой его член у основания и ввел в него смазанный палец. Дин задумчиво поерзал, анализируя ощущения. Ощущения были так себе, но его сейчас больше занимала большая горячая рука, обхватывающая ствол и большой палец, небрежно поглаживающий нежную кожу и очерчивающий выступающие венки. Второй и третий палец вообще прошли мимо его внимания – кончить хотелось с каждым мгновение все сильнее, а ему не давали, продолжая ласкать, при этом ещё покусывая шею и плечи. В голове мутилось, впившись ртом поверх уже проявляющегося засоса, подновляя его, он ввел ещё один палец: - Мхммм… д-давай ужеее… гааах… Сильно хотелось помучить ещё, спросить – чего именно он просит, но это было бы уже слегка слишком через чур, поэтому он послушно вынул пальцы, смазал свой член и приставил к его входу, начав вводить головку: - Ты уверен? В ответ Дин с силой подался назад, рывком насаживаясь почти наполовину, заставив вскрикнуть обоих – комфортно было очень условно. Слишком туго, от резкой нежданной боли он рефлекторно сжался, доставляя Сэму несколько не самых приятных мгновений. Чтобы отвлечь его от боли, он чуть разжал руку и несколько раз провел по напряженной плоти, сразу же после этого снова туго обхватывая его. Это сработало, он несколько расслабился, позволив ему войти до конца. После этого он остановился, давая ему привыкнуть: - Д-двигайся ужжже… чёрттебядериии!!! Сэм подчинился, парой толчков нашел простату и, взяв сразу хороший темп, принялся глубоко и с силой брать его, плюнув на всякие нежности и аккуратности – Дин ему сейчас этого не простит, и особенно не простит потом, припоминая до самой старости. Чувствуя, что уже сам на грани, он отпустил его член, вцепившись и другой рукой в его бедра и через пару движений Дин, до этого размеренно вскрикивающий на ритмичные движения внутри, просто заорал уже во всю глотку и изогнулся так, что возникали серьезные опасения на счет целостности его позвоночника, забрызгав всю простынь и сжав брата внутри так, что у того звезды перед глазами замерцали, заставив кончить и его. Простынь они сегодня совместно уделали просто вхлам и её уже было проще сжечь, чем привести в порядок, что их сейчас, впрочем, абсолютно не парило – сил не было даже встать, не то что… - Да, спать тут сегодня не получится… - А, пофиг, пойдем на твою кровать – ей не привыкать. Поочередно зевая, оба с трудом соскреблись с постели и, синхронно взглянув на двери ванной, отмели эту идею – в ванной им сейчас только убиться можно, ибо ноги нифига не держат и вообще сил не осталось ни что. - Утром, - зевая, забрался под одеяло, - все завтра… - Угу, - как-то уже даже привычно, притянув его поближе к себе под одеялом, тихо вздохнул и постарался не думать о том, что будет утром. Уснули оба, только закрыв глаза. «Все утром…»