Полностью сломлены

      — Ты… тебя ведь Энди зовут? — она с трудом, но вспомнила мое имя.       — Да, а ты — Лия, — здравый смысл подсказывал мне, что ради своей безопасности мне следует рвать отсюда когти как можно скорее. Но я не собиралась его слушать. Я слишком устала от этого.       — Мы едем на одну вечеринку, — она зачем-то подмигнула мне. — Поехали с нами! Будет очень весело, обещаю!       Немного поразмыслив, я села на мотоцикл к парню с прыщами и крепко вцепилась в сиденье, на что Лия рассмеялась и сказала: «Нет, ты неправильно держишься! Вот так нужно», а потом демонстративно обняла водителя, сцепив руки у него на животе. Я проигнорировала ее, потому что обниматься с этим прыщавым типом — сомнительное удовольствие. Лучше держаться за выступ сзади, за сидением. Слава Богу, парень дал мне шлем. Надеюсь, что это просто мера безопасности, а не намек на то, что и на меня без слез не взглянешь.       Я поехала непонятно куда, непонятно с кем. Я даже фамилии ни одного из них не знаю! Скажете, что я сошла с ума? Я с вами соглашусь.       Мы ехали действительно недолго, минут пять. Все это время я продумывала пути к отступлению на случай, если эти двое парней преступного вида завезут нас в какой-нибудь старый, заброшенный сарай и захотят сделать что-нибудь… неприемлемое. Хотя раз с ними поехала Лия, значит, ничего плохого нам угрожать не может?.. Она же не совсем того, надеюсь. Ведь, если подумать, она подруга Эрика, а уж кто-кто, а этот парень умеет выбирать друзей.       Незаметно для меня мы подъехали к какому-то многоэтажному дому, в котором громко играла музыка. Мы услышали ее еще до того, как остановились рядом с ним. Нет, серьезно, она оглушила меня прямо с улицы.       Парни сразу же куда-то исчезли, а Лия взяла меня под руку, как будто мы хорошие подруги, и потащила в этот дом.       — А соседи не пожалуются на громкую музыку? — прокричала я, чтобы меня было хоть немного слышно.       — Здесь нет соседей, — ответила мне Лия. — Этот дом только недавно построили, сюда еще никто не заселился.       — Так здесь никто не живет?       — Почему же никто? Здесь живет наш с тобой друг, хозяин квартиры и организатор вечеринки! — мы уже зашли в подъезд и поднимались по лестнице (мы хотели подняться на лифте, но там была какая-то парочка, которая любезно попросила нас выбрать другой способ попасть на этаж выше, предварительно поинтересовавшись, не хотим ли мы к ним присоединиться).       — Какой наш друг? — не поняла я. Это не квартира Эрика, я точно знаю.       — Ты как будто никогда раньше в таких местах не была! — рассмеялась Лия. — Все, пришедшие на вечеринку, — его друзья. Так что ты теперь тоже!       Здорово, теперь я стала подругой какого-то незнакомого парня, имени которого я даже не знаю. И Лия, возможно, не знает. Мы подходили к двери квартиры, из которой играла музыка. По дому и правда было видно, что ремонт слегка не закончен. Хотя, если не приглядываться, то очень даже ничего. Только сейчас я обратила внимание, что у Лии были очень сильно подведены глаза, а губы накрашены алой помадой. Возможно, она была чуть-чуть пьяна, но это было заметно только по чересчур сверкающим глазам. На ней были коротенькие шорты и топ. Я мысленно прокляла себя за то, что мои комплексы никогда не позволили бы мне так одеться.       Когда мы зашли, у меня просто упала челюсть. ТАКОГО я точно не ожидала. Людей было много, очень много. Местами они вообще стояли вплотную друг к другу. Музыка стучала в голове, заставляя сердце биться практически где-то в горле. С непривычки у меня заслезились глаза, потому что здесь было накурено. И жарко. Видимо, тут еще не провели вентиляцию. Квартира была огромной, я даже заметила лестницу, ведущую наверх, а это значило, что она еще и двухэтажная.       Судя по тому, как все вокруг смеялись и улыбались, людям было весело. Кто-то танцевал под музыку, кто-то сидел у барной стойки. В центре было что-то вроде танцпола: там была почти половина всех людей в этой комнате. Несколько парочек сидели за столиками у стены. Один парень лежал в углу, распластавшись по всему дивану. В руке он сжимал бутылку. Наверное, это минералка.       Если я и стояла с открытым ртом и выпученными глазами, то Лия лишь слегка улыбалась, глядя на все это безобразие.       — Посмотри, как я одета, — пожаловалась я ей шепотом на ухо. Я заметно выделялась среди толпы, и меня это совершенно не устраивало.       — Это легко исправить, — она прищурилась и осмотрела меня с ног до головы. — Пойдем в уборную!       Немного толкаясь (иначе никак), мы прошли сквозь толпу к той самой комнате. Дверь была закрыта. После того, как мы постучали, из туалета вышел парень. Затем девушка. Затем еще один парень. Может, девушка нашла там что-то интересное и позвала своих друзей посмотреть? Другого объяснения всему этому у меня не было.       Как только мы попали в уборную, Лия вцепилась в край моего платья:       — Тебе не жалко эту юбку?       — Н-нет, наверное…       Моя белая и немного пышная юбка была мне чуть ниже колена. Лия взяла в руки края и оторвала большую ее часть.       — Пару пуговиц расстегни, — посоветовала мне Лия, махнув рукой на мою джинсовую жилетку. Но я так и стояла без движения, представляя то, как буду оплакивать юбку, когда приду домой.       Мне это, конечно, не нравилось, но я не хотела выделятся среди остальных. Только потому, что тогда на меня бы обращали еще больше внимания, а мне это ни к чему. Если бы я знала, что будет такое, то я бы одела какие-нибудь джинсы и кожанку. Точно.       Теперь она с недовольным видом осматривала мое лицо. Боже, только не это…       — Ты вообще не красишься? — она странно на меня посмотрела.       — Нет.       Ни одна из моих любимых книжных героинь не красилась. Если бы не это, то, вполне возможно, что я бы знала, как это делается. Она немного порылась в сумочке и достала оттуда маленькую красную косметичку. Все еще смотря на меня, как на какое-то сверхъестественное существо, она коварно улыбнулась.       — Значит так, — начала она, — закрой глаза и не открывай.       Я послушно выполняла все, о чем она говорила, после чего она провела чем-то по моим векам. По ощущениям — как будто мне ткнули ручкой в глаз.       — А теперь открой и посмотри вверх, — я заметила в ее руке черный карандаш и тут же отвела взгляд к потолку. Она подвела внутреннюю сторону нижнего века.       — Ну-ка, посмотри на меня. Да-а-а, так намного лучше! — радостно воскликнула она.       В зеркале на меня таращилась незнакомая мне наркоманка лет двадцати пяти, страдающая алкоголизмом. Но стоило мне перестать корчить кислую мину, что так точно выражала все мое смятение и недовольство по поводу происходящего, как она тут же превратилась в двадцатилетнюю шлюху, которая всем своим видом показывала, что готова на соитие с любым, кто купит ей еще один коктейль.       Кажется, моя крыша покинула меня окончательно и бесповоротно…