Истинный - не истинный

Из рыданий омегу вытащил неожиданно зазвонивший телефон. — Алло? — осипшим голосом произнёс Чонун, отвечая на звонок. — Та-ак, что на этот раз случилось? Он опять тебя ударил? — послышался в телефоне обеспокоенный и злой голос друга. — Всё в порядке, Хи, — уверял его омега, стирая с щёк мокрые дорожки, будто друг смотрит на него. — Знаю я твои "всё в порядке", Чонун! Я скоро буду. — Спасибо, Чоль... — Мороженое какое брать? — Клубничное. И с тертым шоколадом. Привезли два ведерка... — Всё настолько плохо? Чонун промолчал. И без слов было понятно, что на душе тяжело. Чоль тяжело вздохнул, и послышались короткие гудки. Омега отложил телефон и стал ждать друга. Через несколько минут в дверь позвонили. Омега босыми ногами пошлепал в прихожую открывать дверь. Сомнений, что приехал Хичоль, не было. — Стоило мне тебя оставить на неделю из-за течки, так ты уже в депрессии! — оглядев заплаканное лицо друга, воскликнул Хи. Хичоль — высокий омега с огненно-рыжими волосами и пухлыми губами. Худое тело и длинные ноги сводили альф с ума. От его запаха мяты у альф в радиусе пятнадцати метров сносило крышу, а Чоль нагло этим пользовался, зная свою популярность. Они дружили с Чонуном ещё со средней школы. Хи всегда был рядом, всегда был готов помочь. И в тот период жизни Чонуна он был с ним, утешал, успокаивал накатывающие истерики, пустил к себе жить, позволил спать рядом, крепко обнимал и шептал всякие глупости перед сном. Именно благодаря нему Чонун смог отпустить и пережить события двенадцатилетней давности, смог пережить смерть родителей и брата. Чоль быстренько прошёл на кухню и стал выкладывать продукты. — Смотри, что у меня есть, — улыбнулся Хичоль, вытаскивая из пакета два ведерка с мороженым — клубничным и с тертым шоколадом, — я ещё печенье купил. Младший выдавил подобие улыбки. — Ты какое будешь? — Клубничное... — прошептал омега, забирая ведерко. Чонун пошёл в гостиную, как можно удобнее устроился на диване и принялся уплетать лакомство. Хи присел рядом со своей порцией десерта. — Ты расскажешь мне, что случилось? — спросил старший после минутного созерцания того, как Чонун ест. — Мхм... — грустно протянул омега. — Расскажи тогда. Не мучай ни себя, ни меня, — нетерпеливо заявил Хи, принимаясь за свою порцию, — тебе Рёук что-то сказал? — Сказал, — как-то безразлично произнёс парень. — Что он сказал? Злость с новой силой закипала в крови Хичоля. Никто не смеет обижать его Чонуна безнаказанно. — Сказал, что ребёнка воспитывать не собирается и велел сделать мне аборт, — голос предательски задрожал на последнем слове. — Стоп... Какой ребёнок? Какой ещё аборт? — недоумевал старший. — Наш с ним... Я беременный. — Ты... Что? Беременный?! Он него?! Но... Хичоль вскочил с дивана и нервно расхаживал по комнате. Чонун виновато опустил голову. Вот-вот снова хлынут слёзы, но надо держаться. — Да как он смеет?! Урод! Скотина! Тварь не благодарная! — злился Чоль, с каждым словом запихивая себе в рот ложку мороженого, — надеюсь, ты не делал глупостей? — указывая на живот друга настороженно спросил старший, — не смей его убивать. — Ты с ума сошёл? Конечно, нет! — Вот и правильно... Хичоль сел обратно на диван. Повисла неловкая пауза, каждый думал о своём. Хи, вылавливая из своего мороженого кусочки шоколада, вдруг спросил: — А какой срок? — Месяца два. — А... Можно потрогать? — Конечно! — улыбнулся парень. Чонун отложил в сторону ведерко, присаживаясь ближе к другу. Чоль осторожно положил руку на ещё плоский живот Чонуна и почувствовал какое-то тепло. — Тоже хочу, — обиженно протянул старший. — Будет, все будет, Хи. У тебя есть истинный, вы будете счастливы. Хичоль был старше друга, но все ещё не имел детей. Нет, со здоровьем у него все было хорошо, просто они когда-то давно обещали друг другу, что выйдут замуж только за истинных. А ещё он боялся. Боялся брать на себя такую ответственность, боялся, что сделает ребёнку больно, причинит вред. Страшно... Чонун встретил своего истинного около года назад, а Хи — совсем недавно. Он очень хотел большую семью и много-много детишек, но начинать разговор с альфой об этом не решался. Всё-таки, они вместе всего три месяца... Вдруг телефон старшего зазвонил, отвлекая его от столь увлекательного занятия. — Чего тебе? Какая разница, где я? Нет, не у родителей. Не сбежал я! С каждым словом лицо Чоля принимало все более грозный вид. — Я что, по-твоему не могу пойти к лучшему другу, с которым не виделся целую неделю? Из-за твоего члена, между прочим! Омега изменился в лице, услышав что-то в телефоне. — Куда ты идёшь? Это какой ещё друг? Вот оно что... Тогда передай своему другу, что если не привезёт тебя домой к одиннадцати, я его побью, а ты можешь домой не возвращаться. Да, именно так. Всё, Шивон, не беси меня. — Если ты и дальше так с ним будешь разговаривать, он тебя бросит, — констатировал Чонун, запихивая в рот очередную ложку мороженого. Все же, мороженое — лучший антидепрессант, особенно, если он привезен лучшим другом. — Не бросит, он меня любит, — легкомысленно отмахнулся Чоль, но, увидев вмиг помрачневшее лицо друга, исправился, — ой, прости... — Все нормально, — грустно улыбнулся Чонун. Снова повисла немая тишина. Хичоль думал о том, как же повезло его другу, а тот думал о том, как, должно быть, счастлив Хичоль. — Почему он так? Почему он меня не любит? Почему я ему не нужен? Я не умею готовить? Я не возбуждаю его? Я такой уродливый? — жалобно произнёс Чонун. — Не говори ерунды. Ты очень даже красивый. Просто Рёук слишком молод. — Ему двадцать восемь, — буркнул Чонун. — Дело не в возрасте, Чонун, дело в сознании. Он ещё не нагулялся. Он активен и постоянно движется. Он яркая личность, как и его запах. А ты... А ты скромный и домашний омега. Ты спокойный и уравновешенный. Ему нужен омега под стать себе, такой же активный. А тебе нужен альфа для семьи, а не для постоянного движения в непонятном направлении. Хичоль сделал небольшую паузу. — Забудь его. Он тебе не нужен. Сейчас главное заботиться о ребёнке и не волноваться, хорошо питаться и побольше гулять на свежем воздухе. И никакой работы! Понял меня? Чонун кивнул и мило улыбнулся другу. Вот он, тот Чоль, который всегда был рядом, заменяя ему семью. Всё-таки, он не один, его не бросили. Чоль просидел у Чонуна до поздней ночи. Они болтали на самые разные темы, порой совершенно абсурдные. В итоге Хи стало лень ехать домой, и он остался у друга. Они легли вместе. Чоль обнял Чонуна и, как раньше, говорил всякие глупости перед сном. А Чонун был счастлив и благодарен. Безумно. Младший заснул, обнимая друга в ответ, и с счастливой улыбкой провалился в царство Морфея.