Истинный - не истинный

Три недели спустя.

Утро выдалось на удивление теплым. Солнце ярко светило, пробираясь своими лучами в самые удаленные и укромные уголки улиц, парков, скверов и аллей; огромные хлопья снега опускались на землю, вальсируя под вымышленный аккомпанемент Шопена, виртуозно исполненный гулом только начавшего просыпаться города. Уже повсюду мигали огоньки гирлянд, шастали Санты со своими эльфами, люди в спешке покупали подарки своим родным и близким, огромных размеров ель была взгромождена на пятиметровую площадку и украшена разноцветными шарами, конфетами и бантами. Вот оно, Рождество, проникающее в каждый дом, квартиру, заставляя неосознанно радоваться рождественским хлопотам. И в сердце Чонуна забрался дух Рождества. Он два дня искал подарки своим любимым ШиЧолям, как их называл, и нашел, наконец, то, что искал. Омега решил подарить Чхве красный свитер с глупо торчащим оленем с глупыми глазами, а своему хёну такой же, только для беременных. Самому омеге покупки показались жутко глупыми, но от них так и веяло теплом и любовью, что не купить их парень не мог. Квартира Кима тоже принимала рождественский облик: гирлянда обвилась вокруг гардин, свисая к маленькой складной ёлочке; любимый омегой веночек омелы красовался над порогом гостиной. Чонун любил Рождество, с самого детства любил и всегда загадывал одно и то же желание: только бы люди, которых он любит, были счастливы и здоровы, ничего более не нужно. Омега сладко потягивался, лениво разлепляя глаза. — Доброе утро, — ласково улыбнулся он и нежно погладил свой уже заметно выросший животик. Маленький комочек счастья, словно отвечая, отозвался греющим теплом, которое чувствовал Ким. Последние две недели омега старался забыть обо всем и обо всех, заботясь только о себе и своем будущем малыше. И это, надо сказать, дало свои плоды: тёмные круги под глазами исчезли, кожа приобрела здоровый цвет, сам парень заметно похорошел. Теперь и в зеркало смотреться не страшно. Впервые за последний месяц Чонун чувствовал себя омегой, нежным и привлекательным. Даже на улице прохожие альфы оборачивались, когда он проходил мимо, озаряя их своей лучезарной улыбкой. Все, наконец, наладилось. Кроме одного. Рёук. Альфа стал все чаще приходить к Киму. Нет, он не просто навещал своего омегу и будущего ребенка, вовсе нет. Рёук просил, нет, умолял сделать аборт, избавиться от дитя и продолжить развлекаться с ним. На все его просьбы и мольбы омега только мотал головой и выпроваживал гостя за порог.

***

Все дни разлуки с Чонуном Кюхён ходил сам не свой: предпочитал отмалчиваться там, где раньше непременно бы начал спор, чаще стал задерживаться на работе, стал чаще зависать в телефоне, просто пялясь на экран. Сонмин был в недоумении, но радовался, конечно, больше. Ведь возвращать альфу не пришлось, сам прибежал, извинялся, извинялся нежно, осторожно, а потом быстрее и глубже, и Ли его простил. Простил, но молчание Чо его раздражало. Раздражало так, что омега все чаще стал срываться по пустякам. В конечном счёте это привело к тому, что Кюхён не выдержал и накричал на Сонмина, да так, как никогда до этого. У омеги от страха сердце готово было выпрыгнуть из груди, настолько устрашающими и полными гнева и злости были глаза альфы. Два дня до Рождества, и Кюхён выбирает подарок для своего омеги. Единственное, что он не выбросит в мусорное ведро или не смоет в унитаз — дорогой подарок. Именно поэтому альфа сейчас выбирал в ювелирном серебряный браслет. — Чо Кюхён, объясни хоть, что именно ты ищешь, я помогу, — ныл Шивон уже выбравший для Чоля золотые серьги с рубиновыми вставками. — То, что он не выбросит. — продолжая разглядывать витрины, ответил Чо. — Подари ему сейф. Тогда он его точно поднять не сможет. — раздраженно буркнул тот. — Очень смешно. — Нет, правда, зачем ему дарить что-то, если он все равно выкинет твой подарок? — Ши? — Что? — Замолчи. Старший фыркнул, усаживаясь на диванчик в углу, ожидая, пока он выберет хоть что-то. А Чо уже выбрал, только не Сонмину. Внимание альфы привлекла серебряная цепочка незамысловатого плетения с кулончиком в форме круга с вставкой из фианита. Очень просто, но красиво. Кюхён даже представил, как будет выглядеть эта цепочка на шее Чонуна. — Ну, ты выбрал? — после десяти минут ожидания спросил Шивон. — Да, это. Альфа наугад ткнул в витрину, пряча во внутреннем кармане уже упакованный подарок для Чонуна.

***

Через два дня Шивон будил Чоля нежным поцелуем, постепенно переходящим в более страстный и чувственный. — Доброе утро, родные, — улыбнулся альфа, целуя омегу сначала в лоб, а потом его живот, — У меня для тебя подарок. — Ты его под ёлку обещал положить, — надулся Хи, садясь на кровати. — Прости, не сдержался. Просто так хочется посмотреть, как они будут смотреться на тебе. — Кто "они"? — С Рождеством, — произнёс Шивон, приподнося бархатную коробочку синего цвета. — Что там? — спросил омега, не решаясь открыть. — А ты загляни. Хичоль осторожно открыл коробочку и ахнул. — Ши, они великолепны! Альфе в благодарность достались крепкие объятия и много, очень много нежных и коротких поцелуев. — Чоль, может позовем сегодня на ужин Кюхёна с его омегой? Познакомимся, наконец, нормально, посидим, отметим. Как ты думаешь? — Я не против. Но ужин готовишь ты. — А давай ты мне поможешь? — Ещё чего? Твои друзья, ты и готовь. — Но я не умею, ты же знаешь. — шептал альфа в шею парню. — Хорошо, помогу, подлиза. За час до прихода гостей в дверь позвонили. — Чёрт, Ши, я не успел курицу приготовить! Почему они так рано? — негодовал омега, открывая дверь. — Привет, с Рождеством! Пришедший Чонун бросился обнимать друга. — Это ты? Чонун, прости, я совсем забыл про тебя. Замотался с этим ужином. — ответно обняв друга, извинялся старший. — Я уж понял. Если Ким Хичоль не пришёл поздравлять с утра, то он либо занят, либо забыл. — улыбался Чонун. — Проходи. Сняв пальто, омега пошел за другом в гостиную. — Хён, я вам подарки принёс. Где твой альфа? — Стой! У меня тоже есть для тебя кое-что! Хи убежал в спальню и через минуту вернулся с подарочным пакетом. — С Рождеством, Чонун, — улыбнулся старший, вручив свой подарок. — Спасибо. Чонун достал из пакета подарок. — Хён... Это... — Да. Оно самое. Коллекционное издание, еле у одной тётки отобрал. — Спасибо... Это тебе, вот. Хичоль нетерпеливо раскрыл свой подарок. — Как это мило, спасибо тебе, — обняв друга, Чоль почти расплакался. — А это тебе, Шивон. — Мне? Спасибо, а что там? — Открой. Альфа открыл свой подарок и удивлённо посмотрел на своего омегу. — Одинаковые. Чонун, откуда ты знаешь? — удивился Хичоль. — Знаю, ты всегда парные вещи любил. С Рождеством, ребята, — Ким младший обнял своих друзей и еще раз пожелал всего самого лучшего. Омеги еще немного поболтали, отправив Ши следить за курицей в духовке. — Ты не останешься на ужин? — Нет, я буду только мешать. — ответил младший, надевая шапку. — Глупый, вовсе нет. Ты мой друг, почти брат, останься. — Спасибо, хён, но нет, мне пора. — Точно? Чонун кивнул и, обняв старшего, пошел домой. Поднимаясь по лестнице на свой этаж, омега заметил, что в почтовом ящике что-то есть. Заглянув внутрь, парень обнаружил коробочку-шкатулку, обвязанную синей лентой. К коробке прилагалась записка.

С Рождеством! Прости, хотел отдать лично, но тебя не было дома. Кюхён.

Омега удивился. Поспешно зайдя домой и раздевшись, Чонун решил открыть коробочку. Его руки дрожали, когда он развязывал бант. Открыв шкатулку, парень замер. Его взору предстал серебряный кулон. — Зачем?.. — прошептал он. — Зачем ты?.. Дурак...