Светлые чувства темной души, или второй шанс для Тома Реддла.

      Определенно, первые два учебных дня были не из легких. Во-первых, подъем. За два месяца каникул режим сбился, и подъем в семь утра дался нелегко. Во-вторых,опять-таки два месяца без друзей не давали спокойно сидеть на уроках — то и дело на каждом занятии снимали по пятерке баллов с каждого факультета за разговоры. В третьих, нескончаемые намеки преподавателей о том, что на седьмом курсе нам предстоят экзамены ЖАБА, а посему мы должны - нет, просто обязаны! - прилежно учить,ся так как экзамены на шестом курсе будут своеобразной подготовкой к ЖАБА. И, естественно, тонны домашней работы и километры пергамента.       После каникул тяжело было с первого дня войти в русло. В первый день приплелась к кровати как выжатый лимон. Но, похоже на Молли с Артуром это не распространялось — Молли вернулась после одиннадцати, как всегда излучающая фибры любви. Она так увлеклась грезами, пока расчесывала свои золотые кудри перед туалетным столиком, что по столбикам кровати начала плестись омела. Вирджиния громко застонала, а Лира (еще одна соседка по комнате), просто не выдержала и сказала: — Молли прекращай. Честное слово, тошнит уже… — Вы просто мне завидуете, — ответила Молли с горделивым видом. — Ну, конечно же, как иначе, — иронично заметила я. — Кстати, у нас, завтра, первый урок — защита от тёмных искусств. К тому же спаренный со Слизерином. Не правда ли, это так мило… — с кислым выражением отозвалась Лира.       Мы дружно вздохнули, пары со Слизерином были взаимно противны обоим факультетам. Но те, кто составлял расписание, явно делали это специально. То ли шутка у них такая, то ли помирить нас хотели. Тогда, в первом случае, шутка была весьма не удачной, а во втором — пустая надежда. В Слизерин входили практически все чистокровные волшебники. Ну, а остальные факультеты были рады принять любого ребенка вне зависимости от концентрации волшебной крови в организме. У них были другие требования: преобладание тех или иных качеств в волшебнике: в нашем — сила и отвага, в Когтевране — ум и сообразительность, в Пуффендуе — доброта и сострадание.       За всей суматохой дня, я как-то не вспоминала о новом профессоре, но лежа в кровати, после слов Лиры, почему-то он снова заполнял мою голову… Наутро, не выспавшись, мы все дружно поплелись в душ, а затем и в Большой зал на завтрак. Уселись завтракать, и чёрт меня дернул снова посмотреть на учительский стол… Пальцы профессора Рэддла держали бокал с соком, а сам он о чём-то разговаривал со Слизнортом. Тут он резко повернул голову в мою сторону, посмотрел на меня. И снова это разряд…       Опять пропал аппетит. Снова заставляю себя поесть и стараюсь не думать о том, что через полчаса я буду сидеть у него в кабинете и слушать лекции. Если один взгляд этих изумрудов способен вывести меня из равновесия, то что будет, когда я услышу его голос? Хм, как-то странно смотрит в нашу сторону профессор Реддл… — сделала заключение Молли. — С чего бы это? — Наверное, это потому, — ответила я, — что нам сейчас идти к нему на урок. Вот и пытается он нас разглядеть в непринужденной обстановке.       Молли бросила на меня весьма странный взгляд, но от комментариев воздержалась. На первый урок по защите я шла как на эшафот, ноги еле слушались, странное волнение и дискомфорт не давали настроиться. Мы зашли в класс, и я выбрала, как мне казалось, самое безопасное место — в дальнем углу у окна.       Обратив взор в окно, я подумала: "как красиво…". Здесь, в Хогвартсе, осень уже начала вступать в свои права. Мне открылся удивительной красоты пейзаж: черное озеро окаймленное запретным лесом в котором зелень деревьев смешивалась с красной и золотистой листвою. А горизонт заслоняли темные горы с белоснежными вершинами…Вот бы увидеть все это в лучах заката… Уйдя в эти мысли, я совершенно забыла где нахожусь. Из раздумья меня вывел голос профессора Реддла: — Мисс Дэвис, надеюсь, я вас не отвлекаю? Я понимаю, что пейзажи за окном завораживают, и прекрасно было бы увидеть все это в лучах заката, — он что, мысли читает?! — но верните свой разум на урок, — спокойно, с достоинством и неким величием произнес он. Я обернулась, опять газа в глаза… Изумруды смотрели на меня в упор, лицо никаких эмоций не выражало. — Вы, если я не ошибаюсь, на остальных уроках стараетесь сидеть в первом ряду? — Да… — еле выдавила я, не в силах отвести взгляд. — Я был бы очень рад, если бы и на моем уроке вы также сидели в первом ряду. С этими словами он развернулся и скользящей походкой вернулся к кафедре. — Я жду, мисс Дэвис, пересядьте ближе. Я, как во сне, с трудом собрала свой мозг, и учебники в кучу, спустилась к первому ряду сопровождаемая тихими смешками со стороны Слизерицев. Сев у самого края, я впилась глазами в парту. — На своих уроках я не потерплю насмешек и пререканий, а так же я хочу, что бы все смотрели на меня, а не на парты. Я с удивлением подняла глаза и обнаружила, что профессор стоит, прямо возле меня и впивается взглядом. — Вы меня поняли мисс Дэвис? — Он спросил тихо, будто хотел, что бы это услышала только я. — Да… — Вот и отлично. Наш урок мы начнем с того что проверим ваши знания, которые вы получали на протяжении пяти лет. Это для того чтоб я оценил вас по своей шкале, и в зависимости от этого давал вам материал.       И профессор прошел дальше по ряду, выбирая учеников для показательных дуэлей. Меня он, к счастью, проигнорировал. Выставив перед аудиторией, по пять человек с каждого факультета, он дал одним нападать с помощью заклинаний, а оппонентам защищаться с помощью "Протэго", за тем — поменяться местами.       Сперва, все шло с переменным успехом. Один из наших завис в воздухе, но когда Белла Блек швырнула "Экспелиармусом" в Артура Уизли — он так мастерски выставил щит, что заклинание не просто отскочило, а попало прямехонько в Рабастана Лестрейнджа, его отбросило к стене и он упал с таким грохотом, что ахнул весь класс. Победная ухмылка Артура меркла на фоне злостного лица Беллы, а Молли захлопала в ладоши и послала своему любимому воздушный поцелуй. Для несдержанной Беллы это стало последней каплей. Развернувшись к Молли, она грозно произнесла: — Чего радуешься, рыжая?       У нее был такой взгляд, будто она собралась убить ее. Молли побледнела. А я напряглась, готовая в любой момент защитить подругу, и, схватившись за палочку, стала наблюдать.  — Ты думаешь, что если твоему дружку раз повезло, то он что-то может? Если он чистокровный, то это еще не значит, что он может тягаться с домом Блэков. Я не позволю, какой-то нищей смеяться надо мной! — и с этими словами она уже начала поднимать палочку, но я была быстрее. «Левикорпус» — первое, о чем я подумала, тут же Белатриса взлетела в воздух и перевернулась. Теперь она висела вниз головой, и всему классу открылся великолепный вид на черные шелковые панталончики и сеточные чулочки, закрепленные подтяжками. Визг стоял страшный, Рабастан, уже очнувшийся от заклинания, пытался подняться на ноги, и смотрел на свою подружку ошалелым взглядом… — ХВАТИТ! Мою руку сильно одернуло, но палочку я не выпустила. Белла грохнулась на пол, и бросилась было ко мне, но была зафиксирована безмолвным заклинанием профессора. — Так, так, так… Неужели у нас в классе есть ученица, владеющая невербальными заклинаниями? — не без тени удивления сказал профессор, глядя на меня. Опять эта его приподнятая бровь… — Есть немного… — еле слышно выдавила я из себя. — Хм… девушка, которая умеет без лишних заминок пользоваться невербалом, не может внятно ответить на четко поставленный вопрос? Встаньте! — я встала, и он практически вплотную подошел ко мне… — Посмотрите на меня и четко ответьте на вопрос.- Этот приказной тон таки вывел меня из оцепенения. — Да, я владею невербальными заклинаниями, — ответила я, глядя на профессора. — И насколько хорошо? — А это уже решать вам, профессор, — теперь уже была моя очередь смотреть на него с легким вызовом.       Профессор сощурил глаза, и легкая, едва заметная ухмылка коснулась его губ. - Итак, плюс 20 баллов мисс Дэвис за невербал и минус 10 за нападение на ученицу. Мисс Блек — минус 10 баллов за несдержанность и грубость на моем уроке, а Артуру Уизли пять баллов за такой эффектный щит. И, на десерт, мисс Дэвис, останетесь после урока — обсудим ваше наказание, — мои глаза, наверное, выдали крайнее возмущение поскольку, глядя на меня, профессор тут же добавил — да-да милая, именно наказание. Никто, — тут он уже обратился ко всему классу, — повторяю, никто и никогда не должен нападать на другого ученика в этом классе. Мне все равно, чем вы занимаетесь вне уроков, но здесь заклинания будут произноситься только для учебного процесса.       Он обвел весь класс таким леденящим взглядом, на мгновение дольше задержавшись на мне. Затем освободил Беллу от заклинания и приказал ей сесть на место. Проходя мимо меня, Белла провела большим пальцем по горлу. Не стоило объяснять, что значил этот жест. — Вы не будете нападать на Дэвис, Белатриса. Вы заслужили то, что она с вами сделала — вы квиты. Впредь думайте своей головой, перед тем как что-то делать. А теперь продолжим повторение…       И он начал выбирать следующую группу. В это раз ученики были более сдержанны и осторожны. Так прошли оба урока. Реддл каждому объяснял, что тот или иной ученик делает неправильно, где именно допустил ошибку и так далее.       Я за всем эти наблюдала как в тумане. Всего два дня, а я уже заработала наказание, замечательно…       Прозвенел звонок, все ринулись к дверям, а я осталась сидеть на своем месте в ожидании указаний.