"Судьбы жестокая насмешка."

      Прошел уже день после исчезновения Аллена. Никто из Ноев, кроме Роад, и самого Графа об этом не знает. Не до этого. Все на заданиях. Кто-то экзорцистов уничтожает, кто-то Чистую Силу. Некоторые вообще занимаются исследованиями или изучением старинных книг. Все заняты. Шерил все время сейчас на посте премьер-министра. Дела и жизнь в городе накалились. Но и Тысячелетний не расслаблялся за весь день.       С тех пор, как ушел Уолкер, плохое предчувствие Графа никуда не делось, а только усилилось. Не то что бы оно усиливалось каждый день или час, а по мере наступления той самой опасности или момента, когда ему может угрожать опасность. Что ему могла так угрожать, он не знал. Но если в записке он написал не волноваться ни при каких обстоятельствах, то он мог и знать о той угрозе, которая возникла над ним. Вариантов и вариаций происшествия много, но нет ничего верного в том, что именно тебе удостоверилось. Оставалось только ждать. Ждать и волноваться. Хотя бы бумажная работа заставляла его забыться на некоторое время.       Роад было не лучше. Во время школьных занятий она только и делала, что смотрела в окно и размышляла о ситуации. Во время перемен, когда она должна была начать веселиться, разыгрывать и играть с другими учениками, она оставалась стоять в одном из самых неприметных уголках школьного заведения, что довольно удивило учеников. Но подойти и спросить: «Все ли в порядке?» — духу ни у кого не хватало.       Она стала довольно часто задумываться за весь день. Сильно отличалась от себя прежней, но во время обеда, когда она увидела рыбу, ее посетила довольно забавная, но и не веселая мысль: «Что же будет? А что сделает Тики, когда узнает о случившемся?». Вариантов событий было не меньше, чем размышлений об Аллене. Но ответ долго себя ждать не заставил.       Когда Микк вернулся домой, к Графу в кабинет, оповещать того о выполненном задании, то увидел довольно интересную и настораживающую картину: Роад сидела с грустным, довольно подавленным, лицом. Тысячелетний весь в раздумьях и даже не замечает того, что уже ставит свою подпись не на документах, а на салфетках или том, что первое попадется под руку. Ему это не понравилось. Где веселая и беззаботная Мечта? Где веселый и надоедливый со своим "Малышом Тики" Граф? Ничего не понятно.       Постояв и подумав, что же делать, решил замучить их кучей вопросов, но ему отвечали очень медленно и так же не в их нем обычном репертуаре. Но когда их его уст прозвучал вопрос относящийся характером к Малышу, то взгляды этих двоих помрачнели вдвое. Поняв, что попал он в самую точку, начал было радоваться, но то, что этой точкой оказался Аллен, ему совершенно не нравилось.       И спустя еще очень большую кучу вопросов, ему просто подсунули белый сверток с запиской. Тот в свою очередь удивился, но прочитав помрачнел не хуже двоих. Уселся в ближайшее кресло и занялся тем же самым, что и Первый с Девятой — думать. Просчитав все те варианты, которые он мог и все сюжеты, сдался. Ничего он не понимает. Ни-че-го-шень-ки. Став мрачнее самой мрачной тучи и самого темного неба, он просто поплелся к себе в комнату. Продолжать свои думы…       И вот так постепенно почти все из Семьи Ноя заразились "думой". У каждого были свои предположения, варианты и завершения этой истории. Но один из вариантов завершения был у всех этих "почти" одинаковый. Суть концовки была в том, что Аллен придет домой и просто всем улыбнется. Одна единственная одинаковая мысль. Они на ней не стали долго зацикливаться. Ведь шансы этого завершения были 99,9%. Но вот оставшийся 0,1% их заставлял волноваться пуще прежнего.       А когда остатки этой семьи, то есть Майтра и Мудрость, узнали об этой проблеме, ответили один ответом: «Если сказал, что вернется и волноваться не надо, то так и поступите!» —, но они были в этом настолько уверены, что поверили их ним словам и перестали волноваться. Вот только неделя прошла, а известий о пропавшем еще не было…