Сделка

Кровь течет вниз по склону, а у подножья каждого склона лежит Темный луг.

Автомобиль мягко затормозил на асфальтированной дорожке возле въезда в гараж. Сара вышла из машины и с удовольствием потянулась. После долгих часов, проведенных в дороге, было приятно, наконец, выпрямиться во весь рост, тем более что Тоби, сидевший в детском кресле на заднем сиденье рядом с ней, почти все время капризничал. Пока Сара стояла возле машины, щурясь от яркого солнца, отец выгружал вещи из багажника, а мачеха освобождала Тоби из плена неудобного сиденья. Получив свободу, мальчик мгновенно повеселел и, вырвавшись из рук матери, побежал на лужайку перед домом. Они впервые приехали в Иллинойс к родителям Карен всей семьей. До этого Сара видела мистера и миссис Лоуренс всего дважды – на свадьбе ее отца с Карен и сразу после рождения Тоби, когда они приезжали посмотреть на внука. С того дня прошло уже почти пять лет, поэтому Сара чувствовала некоторую неловкость. Для родителей мачехи она являлась, по сути, посторонним человеком, которого они едва знают, и Сара сильно сомневалась, стоит ли ей вообще ехать. Но отец и Карен на все ее возражения отвечали, что две недели летних каникул, проведенных у мистера и миссис Лоуренс, это хороший шанс познакомиться поближе и установить с ними дружественные отношения. - Тебе там понравится, - убеждала ее Карен. – Там очень красиво. Их дом на отшибе, а из окон открывается чудесный вид на реку и лес. Тебе нужно хоть один раз съездить туда, чтобы увидеть все это. Сару едва ли можно было соблазнить красотами Иллинойса, но, тем не менее, сейчас она стояла возле дома родителей своей мачехи и оглядывалась по сторонам. Здесь и правда было живописно: пышная августовская зелень разрослась повсюду, куда бы ни устремлялся взгляд. Только трава на лужайке перед домом была аккуратно подстрижена. Погода стояла отличная, и воздух был наполнен ароматом цветов, стрекотом кузнечиков и цикад. - Готовы идти в дом? – спросил отец, подхватывая сумки. – Тоби! Пойдем, поздороваемся с дедушкой и бабушкой! Мальчик, который до этого носился кругами по лужайке, распугивая бабочек, побежал к родителям и сестре. Сара ловко подхватила его на руки и начала щекотать, заставив Тоби завизжать от восторга. - Ну все, хватит, - строго сказала Карен. – Мы еще даже в дом не вошли, а вы уже хулиганите. Сара поставила Тоби на землю, взяла за руку и повела к крыльцу. Дом Лоуренсов был небольшой, но очень симпатичный, с просторной верандой, широкими окнами и черепичной крышей. К крыльцу вела посыпанная гравием дорожка, а под окнами расположились ухоженные клумбы. Они еще не успели подняться по ступенькам, когда входная дверь распахнулась, и на веранду вышли родители Карен. - Наконец-то! – воскликнул мистер Лоуренс. – Мы уже боялись, что вы не успеете до темноты, и ужин остынет. Здравствуй, Роберт! Он крепко пожал руку своему зятю, после чего подхватил Тоби и посадил его себе на шею. - Бет, посмотри, как наш внук вырос, скоро отца догонит! Миссис Лоуренс, обнимавшая в это время дочь, посмотрела на Тоби, весело глядящего на нее сверху вниз. - Совсем взрослый! – улыбнулась она. – Ну-ка, Тоби, спускайся, дедушка поможет папе с вещами. Проходите скорее! Ее глаза нашли Сару, которая смущенно стояла возле крыльца, наблюдая сцену приветствия. - Здравствуй Сара. Не стой там, заходи в дом. Сара тихо поздоровалась в ответ и начала подниматься по ступенькам. Миссис Лоуренс отступила в сторону, давая ей пройти, после чего зашла в дом сама, прикрыв за собой дверь. - Я так давно не видела твою дочь, Роберт, - обратилась она к зятю. – Она и раньше была прелестна, но сейчас стала настоящей красавицей! Мы с Френком так рады, что вы, наконец, приехали все вместе и теперь вся семья в сборе. Сара на миг застыла на месте. Любое упоминание о семье до сих пор вызывало у нее неприятные воспоминания, хотя в последние годы ее отношения с Карен стали намного лучше. О своей же матери Сара думала обычно с грустью, стараясь не заходить в своих фантазиях о том, что было бы, если бы ее родители не разошлись, слишком далеко. К счастью, во всеобщей суете никто не заметил смену настроения Сары. Им показали комнаты. Сару разместили в мансарде, это было небольшое, но очень уютное помещение с трогательными голубыми обоями на стенах, обставленное мебелью светло-бежевого цвета. Окно выходило на задний двор, и когда Сара подошла к нему, чтобы посмотреть на открывающийся из него вид, у девушки невольно вырвался восхищенный вздох: Карен была права. В нескольких сотнях футов от дома петляла серебристая лента реки. Противоположный берег, крутой и обрывистый, обступили плакучие ивы. Река, изгибаясь, терялась в зеленой роще и целом море звуков: шелесте листьев на ветру, щебете птиц в ветвях. Но все звуки тонули в другом, стрекочущем, сильном, доносящемся буквально отовсюду – пении цикад. Сара открыла окно, и в комнату вместе с теплым, наполненным ароматом цветов воздухом, ворвался треск насекомых, незаметных в густой растительности, но их незримое присутствие казалось почти осязаемым. Девушка с минуту постояла у окна, любуясь открывшимся перед ней видом и слушая, как поют цикады. От их песни почему-то стала тревожно и Сара, смутившись, закрыла окно.

***

После того, как все более менее разместились в своих комнатах, мистер и миссис Лоуренс пригласили гостей за стол. Ужин был очень вкусным, но Сара устала в дороге и ела без особого аппетита, чем вызвала сильное беспокойство у миссис Лоуренс. - Сара, что с тобой? Не нравится пудинг? - Ну что вы, все очень вкусно, просто меня немного растрясло в машине. Это скоро пройдет. Миссис Лоуренс сочувственно посмотрела на Сару, и девушка потупилась. Пожилая леди была излишне предупредительна, предлагая всем добавки и вскакивая с места, едва стоило кому-то согласиться. Эта суетливость несколько не вязалась с ее аккуратной и ухоженной внешностью, поэтому Саре пришла в голову мысль, что их гостеприимная хозяйка чересчур старается всем угодить. - Тебе понравилась комната, Сара? – спросил мистер Лоуренс. - Да, все чудесно. Вид из окна просто поразительный. - Я же говорила, - улыбнулась Карен. – Раньше это была моя комната. Иногда я до сих пор скучаю по ней и по пейзажу, который открывается из окон. - Дедушка, - подал голос Тоби. – А что это за звуки на улице? Кто-то трещит громко-громко. - Это цикады, - объяснил мистер Лоуренс. – Я тебе их потом покажу. Их очень много в этом году, они похожи на мух, только очень большие. - Не припомню, когда в последний раз их было так много, - заметила Карен. - Уже лет пятнадцать, даже больше, - отозвалась миссис Лоуренс. – Я слышала, что некоторые цикады поют раз в семнадцать лет, должно быть, это те самые. - Вот видишь, Тоби, как тебе повезло, - засмеялся папа. – Увидишь цикад в этом году, а то следующего раза придется ждать еще семнадцать лет. Все непринужденно рассмеялись, так что ужин завершился на довольно веселой ноте. Когда миссис Лоуренс и Карен стали убирать со стола, Сара поднялась к себе, распахнула окно и устроилась на подоконнике. Солнце шло к закату, жара постепенно спадала, звуки с улицы стали тише. Девушка сонно наблюдала, как небо постепенно окрашивается в нежные персиковые и розовые тона, зеленые кроны деревьев отсвечивают золотом, а гладь реки становится похожей на молоко. Саре так хотелось почувствовать густую траву под ногами, спуститься к воде, в которой купали свои ветви ивы и ощутить, как ноздри щекочет запах ила и лабазника, растущего на берегу. Роща, которая находилась так близко, словно приглашала укрыться среди вековых деревьев и сбросить с себя ежедневную суету. Все это будто напоминало сон, который Сара видела когда-то давно, а теперь помнила лишь смутно. Ей почему-то казалось, что теперь она его вспомнит.

***

Двух дней, проведенных в доме родителей Карен, Саре хватило, чтобы немного ознакомиться с окрестностями. Она готова была часами бродить по берегу реки, наблюдая, как резвятся в воде рыбешки, как ветер играет с головками цветов, а стрекозы замирают над речной гладью. Идти домой не хотелось, да и семейству, судя по всему, было не до нее. Все внимание мистера и миссис Лоуренс было сосредоточено на Тоби, но Сара ожидала такого расклада и не возражала против него. У поворота реки росла старая ольха, ее ствол навис над самой водой. Сара приметила ее еще когда пришла сюда в первый раз. Девушка осторожно перебиралась с берега на накренившееся дерево и осторожно садилась на него, придерживаясь за теплую шершавую кору. Здесь можно было закрыть глаза и просто сидеть, вслушиваясь в звуки, которые окружали со всех сторон. Все это было похоже на грезы наяву, это волновало Сару и заставляло ее сильнее взывать к собственной памяти, казалось, еще немного, и она поймет, где и когда испытывала что-то подобное, но нет. Сколько бы усилий Сара не прилагала, результатом было лишь разочарование. Под вечер девушка уходила домой в слегка расстроенных чувствах. За ужином Карен сообщила, что завтра они с утра собираются за покупками и попросила присмотреть за Тоби. - Это ненадолго, - сказала она. – Мы вернемся еще до полудня, вы даже проголодаться не успеете. Просто проследи, чтобы он не уходил никуда со двора. - Хорошо, я присмотрю за ним, - кивнула Сара, отметив, что мачеха явно удивилась ее моментальному согласию. Но на самом деле Сара просто не хотела пока больше ходить к реке, чтобы унять то чувство беспокойства, которое охватывало ее там, на берегу. Стоило дать себе немного отвлечься, почитать что-нибудь и не забивать свою голову смутными обрывками воспоминаний. На следующее утро, когда отец с Карен уехали, Сара вышла с книгой на веранду. Тоби уже бегал по лужайке с мячиком, который все время норовил скатиться под уклон, ведущий в сторону от дома. - Тоби, не подходи близко к дороге! – крикнула Сара. До шоссе было примерно полторы сотни футов, но кроме лужайки от дома его ничего не отделяло и Тоби, заигравшись, мог выскочить на нее. Услышав крик сестры, мальчик поймал, наконец, свой мячик и побежал обратно к крыльцу. Сара успокоилась и поудобнее устроилась в плетеном кресле, пристроив книгу на коленях. Она читала «Совы на тарелках» Алана Гарнера, текст быстро ее увлек. Сара больше не замечала, как ветер ласково играет с ее волосами, а солнце совершает ежедневный путь по небу; не слышала треска насекомых и редкого гула машин с дороги. Она не заметила, как Тоби неловко выронил мяч из рук, и тот покатился прочь, не давая себя поймать. Сара не видела, как мяч, подпрыгнув, выкатился на шоссе и остановился посреди дороги, а Тоби радостно устремился к нему. В себя ее привел жуткий визг тормозов и звук удара. То, что произошло, не снилось ей даже в самых чудовищных кошмарах. Бросив книгу, не разбирая дороги, она неслась к шоссе, еще не готовая смириться с тем, что случилось нечто непоправимое. Но ужас происходящего открывался ей в полной мере: автомобиль, стоящий посреди дороги с помятым капотом и кровью на бампере, причитающая женщина и растерянный мужчина, склонившийся над распростертым перед ним телом. На асфальте в неестественной позе лежал ее брат. Мертвенно бледный, в пятнах крови. Под его головой натекла темно-красная лужа, испачкавшая его золотистые кудряшки, глаза мальчика были закрыты. Сара рухнула на колени. Мир вокруг нее замер. В застывшем воздухе весело пели цикады.