Волк и Тигр

      Прохладно. Я так долго стоял на месте, что моя опорная нога уже онемела. Не люблю ждать, но сейчас, слушая мелодичный голос Theodor Bastard, я ухожу куда-то в прострацию, сонное состояние, отдыхая от всего.       Хм, а ведь совсем немного времени прошло с тех пор, как мы с Вовкой тащились по меланхоличным стишкам и поэмам, слушали только рок и арт хаус. Предчувствие апокалиптических изменений тогда услащало наши умы, и, поддаваясь дружному порыву, мы любили гулять с его псом, бегать по улицам в странных, понятных только нам образах. А вдохновляли на это геройство нас песни и игры...       Ах, воспоминания. Вздохнув, перевожу взгляд в одно из верхних узких окон, где видно лишь серые ветви деревьев, и тихо напеваю слова песни.

Предчувствия и сны - Подсказки с той стороны. Ловля злых зверей в подземном мире души. Ловля злых зверей, Ловля злых зверей, Ловля злых зверей на дне своей души...

      Музыка вплетается тонкой лозой хмеля, мысли в голове сплетаются в странный клубок аккуратных набросков, символов, чувств. Перед глазами почему-то всплывают кадры из Мастера и Маргариты. В нос вдруг ударяет приятный запах костра и можжевельника. Вспоминаются походы с классом на природу, как мы поднимались на вершину одной из гор, посиделки у костра под гитару и наше с Вовкой увлечение Михаилом Булгаковым...       Звонок. Ну да, конечно. Школа, вот мне интересно, ты специально стараешься сегодня меня позлить? Даже в воспоминаниях посидеть не дашь?! Да ёпт вашу ж мать... Хотя нет, день сегодня хороший, солнечный, а ещё я познакомился с Максимом. Чёрт! Я совсем забыл, что он сюда раньше пришёл. Но почему я его не видел? Где он?       Убираю телефон в сумку и иду вслед за нашей толпой на улицу. Ах, приятный ветерок, осеннее бледно-голубое небо. Под ногами приятно шуршит опавшая листва. И не смотря на шум вокруг, не обращая внимания на разговоры, я ощущаю умиротворённость в душе.       Подходя к стадиону, учитель сказал, что сегодня будем сдавать норматив по бегу, а именно, один, мать его, километр бежать. Я чуть воздухом не поперхнулся! Один километр?! Какого... Как?! Как им это в голову пришло (не знаю уж кому) сегодня эту хуйню сдавать?! Вот как такой спринтер как я, пробежит нормально эту дистанцию? Да я через сотню метров уже лежать буду. Я же борзая, а не волк, такой выносливостью просто не обладаю. Аррр! Долбанный организм, не предназначенный для долгого бега! Вкачал все очки не в стамину, а в магию, которая нихрина не работает!       Но, увы, разубедить нашего препода, что я нихера не пробегу, тем более на нормальный норматив, не вышло. Видимо, он думает, раз я мужик (а я же мужик пока ещё, да?), да ещё и здоровый, я не то что пробегу, но и первым к финишу придти должен. И что же мне теперь делать? Эх, вот как знал, что на лечебную физкультуру надо было нести справку... Но сейчас уже поздно, так что - получай фашист гранату.       Так, ладно, хватит хныкать. Уж пробегу как-нибудь, не сахарная девка всё ж. Не помру и не растаю. Надеюсь. Хотя надо заранее найти место, куда потом упасть можно будет и полежать. Потому что, вероятность того, что я не упаду без сил после этого забега и не буду лежать в полуобмарочном состоянии, крайне мала. Отыскав симпатичную полянку с коротко подстриженной травой, более-менее сухой, я встал в строй.       А где же Максим? Я его не смог найти среди народу. Странно. Зато Блонди находить было не нужно. Напротив, его крайне трудно было не заметить. В ярко белом, чистейшей воды, спортивном костюме с красными полосами. Бля, да как ему в голову взбрело придти в этом на улицу? Ток что из стирки или он моется вместе со своими вещами каждый день? Белый в белом, как символично! Ну, не только же у него белые и красные вещи. Или? Что за страсть одеваться в цвет польского флага. Или японского?       - Итак, девочки! Сегодня мы с вами бежим, - но не успел учитель закончить, как тут же нашёлся Алекс.       - Девочки? Вы только девочек заставите бежать? Ай-яй-яй... Секситские шуточки, это плохо, Сергей Денисович, - будничным тоном сообщил он. И тут же в строю раздались натянуто истеричные смешки.       - Я вижу, ты считаешь себя едва ли не мастером сатиры, Марцев? И с чего ты вдруг решили, что я обращался только к девушкам?       - Вы же не хотите сказать, что ВСЕ присутствующие здесь - бабы? - отозвался кто-то из свиты Алекса.       - Не все, конечно. Но видимо кое-кто уже себя к ним приписал. Так ладно, девушки и те немногие, кто хочет похвастаться своими мужскими причиндалами, сегодня бегут один километр. Так что затяните свои шнурки и втяните животы. Если увижу, как кто-то остановится, чтоб поправить майку или завязать кроссы, я сам его поправлю и затяну морским узлом. Всем ясно? Ну и молодцы, - продолжил спокойно учитель.       Эх, все тут такие весёлые люди, как я погляжу. И добрые. Готовы добровольно завязывать за тебя шнурки. Небось, Алекс сейчас уже строит козни в голове, так как его сравнили с девушкой. Хотя, кто его знает, может, он даже согласен? Так или иначе, сейчас меня это не волнует. Вот совсем! Но на перемене можно будет уточнить, хе-хе-хе.       Мы начали разминку, ну там тянулись по всякому, разогревались. После чего все встали в позицию на старте. Я не стал рваться вперёд. Во-первых, как ты стартанёшь в беге на большую дистанцию - не имеет значения, как по мне. Во-вторых, я всё равно сдохну после первых ста метров, так что не буду мешаться. Кстати, у меня толчковая нога правая, а у большинства левая. Это так, наблюдение, хотя из-за него вспомнились строчки из песни Высоцкого:

«Но я лучше выпью зелье с отравою, И над собой что-нибудь сделаю - Но свою неправую правую Я не сменю на правую левую! Трибуны дружно начали смеяться - Но пыл мой от насмешек не ослаб: Разбег, толчок, полет... И два двенадцать - Теперь уже мой пройденный этап!»

      И вот свисток! Все ринулись вперёд. Азарт, желание победить и получить хорошую оценку толкает их сильней, они стараются вырваться вперёд уже сейчас, даже не смотря на то, что у них не хватит сил пробежать так всю дистанцию. Все бегут, будто за ними пустили питбуля. А я... А что я? Никогда не люблю бежать впереди оравы всей, так что я мирно и спокойно, пытаясь удержать своё дыхание в норме, плетусь сзади и смотрю на быстро удаляющийся косяк сельдей. Нет, пожалуй, больше это похоже на косяк мелкой рыбёшки. В голову начинают лезть сбивающие с ритма мысли о сравнении себя с крупным хищником, типа морского леопарда или льва. И этот их характерный звук на подобии лая-крика. Чёрт! Ах-ха, это жутко смешит и мешает, но я начинаю представлять, что я тюлень, гонящийся за рыбками на ужин. Ухахахах! Начинаю махать ластами, то есть руками, в ритм каждого шага. ЧЁРТ! Это так ржачно! И так не вовремя...       Пробежав метров триста, ну или чуть побольше, я так устал, что был похож на измотанного длинным походом в гору американца. Жирного американца. Очень ленивую жирную жопу. Фу, нет, это уже перебор. Но так или иначе, я ощущал, как медленно, но верно мои ноги замедляют ход, дыхалки не хватает, и пульс зашкаливает; я слышу, как в ушах отдаются удары сердца. Всё, хватит с меня. Я едва ли не останавливаюсь, как вдруг мимо меня, наверное, пробегая уже второй круг, проносится Алексей с каким-то парнем, в котором я не сразу узнаю Макса. В моей голове так и рисуется картина маслом - будто явившись из неоткуда, брюнет нагнал Алексея в два счёта и упорно преследовал.       Вот это было зрелище, я вам скажу. Два заклятых врага, а именно так они выглядели в тот момент, неслись подобно двум локомотивам, не уступая и не желая уступать ни на секунду. Оба, судя по всему, люди выносливые, очень упорные и чертовски принципиальные. Одному важна победа, её констатация. Ну, и конечно, результат этой самой победы. А второму... Я думаю, он упорно оттесняет короля с позиции лидера, не то ставя на место, не то напоминая, где оно. Склоняюсь больше ко второму, ибо, смотря на лицо Алексея, искривлённое одновременно злобой и усталостью, мне показалось, что он уже был в подобной ситуации, а потому просто не мог позволить себе повторения ошибки. А Максим... Ну, что Максим, - он просто быстро бежал рядом. И бежал так спокойно, что я начал волноваться по этому поводу. Неужели его вообще никто и ничто не колышет? Однако, пробегая почти передо мной, едва не снеся в обливион, эти двое одновременно посмотрели на меня, а Максим и вовсе замедлился, оглядываясь, на что Алекс отреагировал весьма чувствительно. Нет, он не остановился, но тоже замедлил бег, смотря на Максима, вдруг побежавшего спиной. Он смачно выругался, проорав тому в уши:       - Ты совсем ебанулся?.. Сука!       Ха, вот это лицо у него было, такого эпичного удивления и гнева я ещё не видел. А Макс меж тем просто бежал и... смотрел на меня. Я немного офигел. Хотя «немного» - это слабо сказано, так как на такую наглость мало кто бы решился. Я, конечно, не против, но так и проиграть можно, а с таким потенциалом, он вполне мог придти к финишу первым. Однако его, судя по всему, это нисколько не волновало. Мля, мне б такую выдержку и нервы! Он засмеялся, услышав голос блондина, и подмигнул мне. Тут вдруг пришла одна идея в голову, уж больно лестная. Дескать он специально тормознул передо мной и разозлил львёнка. Ооо, ну, это так мило.       Однако Алекс уже развернулся, видя быстро приближающихся одноклассников, и прибавил ходу. Не знаю, к чему я это вспомнил, но тогда я был воодушевлён по самое не хочу и потому, цитируя одного пирата-работорговца из клёвой игры, я закричал:       - Беги, твою мать! Давай! Ты, блядь, оглох?! Давай уёбывай, сука, беги! Беги, Форрест, беги! - на что Максим как-то особенно хитро ухмыльнулся и пустился во весь дух.       Вау! Да я молодец, а? И пробежал почти две трети круга. Впрочем, дальше я плёлся как умирающий осёл. Завидев полянку, что я заранее приметил, грохнулся туда трупиком и, сделав глубокий вдох, вытянулся.       - Ааах... Слабак! - неодобрительно заметил наш физрук.       На это я лишь тихо добавил:       – Быть может, и слабак, зато живой. Пока что...       Ууух... Я так странно себя ещё никогда не чувствовал. С одной стороны, я очень устал, долго выравнивал дыхание и начинал соображать более-менее. С другой - я был крайне рад своему успеху: пробежал больше четырёхсот метров без остановки меньше, чем за полторы минуты. Мой новый рекорд. Да и лицо Алекса так прикольно маячило в памяти. Хе-хе. Жаль, фотика не было. Эх, и телефон оставил в раздевалке, ну и ладно. Так пока полежу.       Я убрал одну руку под голову, а вторую положил на траву. Перебирал её и чувствовал, как ещё живые зелёные травинки приятно щекочут кожу, да ещё и солнце начало припекать, почти как летом, ей-богу. Такое приятно чувство теплоты и накатившей усталости... Мммм. Нега.       Я слышу пение птиц, где-то вдалеке отдаётся гул машин, а ещё приятное шуршание листвы. Я на секунду открываю глаза и смотрю на далёкое, уже отдающее холодом Охотского моря, небо. Оно наполнено густыми и длинными вереницами облаков, столь же печальными, как и вся природа. Вот солнце прячется за одним из ватных монстров, и того тут же окаймляет золотым свечением, будто просвечивая на рентгене. Я вожу рукой по земле, ещё не сильно остывшей от первых холодных дождей, и нахожу маленький, занесённые откуда-то ветром, жёлтый кусочек солнца. Шершавый и чуть порванный, немного потрёпанный временем. Он такой маленький и изящный, словно его сделал художник-мастер из далёкого и по-старинному провинциального городка Франции. Модерн природы, вот оно - истинное искусство жизни. А ведь, по сути - листик берёзы.       Я поворачиваю голову, так как меня отвлёк шум удара чего-то о перекладину рядом стоящего турника. Это оказался футбольный мяч. Не сразу поняв, откуда он взялся, и как его сюда занесло, я начал его разглядывать, пока не подбежал парнишка из нашего класса и не пнул на поле. Оу, они, похоже, начали игру и без меня. Хотя в таком состоянии я бы не рискнул даже вставать пока. Ну, ладно, шучу, шуткую. Мне просто лень. Да и футбол не самая моя любимая игра. Так что я спокойно ложусь и продолжаю разглядывать облака. Хм, интересно, кто же прибежал первым?       Впрочем, мне не пришлось долго гадать. Я услышал шаркающие, но тихие шаги. Кто-то подошёл совсем близко ко мне и сел рядом. Я прикрыл один глаз и посмотрел в ту сторону. Как ни странно, это был Максим, оперевшийся спиной на железную трубу турника, скрестивший ноги в позу лотоса. Он разматывал наушники от плеера, задумчиво разглядывая провод.       - О, а я как раз хотел спросить, кто же прибежал первым, ты или всё-таки ты? - ехидно спросил я и, чуть запрокинув голову назад, посмотрел на него в упор.       Тот же, не поднимая взгляда, продолжил свою важную операцию, только теперь еле заметно улыбаясь.       - Ха, всё-таки первый вариант ответа! Да я чёртов экстрасенс! Хотя теперь мои предсказания тревожат меня, друг мой - вскоре после возвращения в школу на нас упадёт кирпичик из основания лестницы в царство божие, ибо ангелы сочтут мольбы бедной коронованной персоны оправданными. Вангую, не надо было обижать нашего короля - владыку света и всепрощения! Даааа... Ибо воздастся тебе по грехи твои тёмные! - в конце я, правда, уже сам начал смеяться, присоединяясь к хихикающему Максиму.       Потом, поотойдя немного, я всмотрелся в его глаза, играющие сейчас зелёными огоньками задора и хитрого мятежа.       - Коронованная персона? Это ты про Алексея так, да? Ммм, хорошо подметил. Однако, он не король, а, скорее, принц, - удовлетворённо говорит он, и его голос такой мягкий и приятный, что я невольно умиляюсь.       - Ну, король лев, как бы. Только в данной ситуации это молодой Шрам, побелённый по собственному приказу гиенами.       - Хах, об этом я как-то не задумывался, - честно признался он. – Думаю, на льва он похож сильнее. Странно, что я раньше до этого не догадался, - задумчиво произнёс он.       - А вы давно знакомы? - поинтересовался я. Давно же хотел узнать, откуда такая странная неприязнь идёт.       - Давно... - тише говорит он, и поднимает голову вверх.       С минуту молча, он смотрит в небо, будто вспоминая своё детство, и продолжает, снова улыбнувшись, только чуть печальнее:       - Это долгая история, в общем-то, как и все подобные. Мы с ним всегда были друзьями-соперниками, однако врагами стали лишь после одного инцидента. Собственно, я из-за него и ушёл из школы. Было это давно, но после мы так и не разговаривали. Это его инициатива, я не был зол на него, скорее... разочаровался в нём. С тех пор, как я его видел в последний раз, он изменился, и не в лучшую сторону. Но это и ожидаемо. Власть, обожание и растущая надменность всех меняет безвозвратно.       - А что конкретно произошло? Почему он, да и вообще все, молчат об этом? - задаю я, наконец, интересующий меня вопрос.       - Хм, ну он и не расскажет, это болезненное воспоминание для него, - с издёвкой говорит Макс. - А детали нашего «дела» знают лишь три человека: он, я и одна особа женского пола, что покинула школу вместе со мной, - разъясняет Максим.       - Вы поспорили... то есть поссорились из-за девушки? - удивлённо спрашиваю я.       - Нет, это была не ссора и уж тем более не спор. Просто... Просто наши... отношения дошли до точки кипения, вот и всё, а когда он решил применить грубую силу, я ответил тем же. Девушка эта не была моим другом, хотя мне нравилась. Она была девушкой Алексея.       - Так вы подрались из-за его девушки? Но, по-моему, этого мало для такой обиды с его стороны. Что-то было ещё, верно? Это был любовный треугольник, да? - всё не унимался я.       - Ха, а ты любопытный, как та самая Варвара, - улыбаясь, говорит Макс. – Нет, конечно, это была не просто драка. Но вспоминать я это не люблю, уж извини. А что до треугольника - тут ты не прав, эта девушка любила его, причём долго, думаю, как никто его ни тогда, ни после, не полюбит, а между тем её никто не любил. Жизнь - боль, как говориться. Тут уж ничего не сделать. Но я, в отличие от Алекса, или как ты говоришь, короля, уважал её, а он - использовал. Вот и конфликт, - поменяв позу, он опёрся головой на ладони и чуть сгорбился, наклоняясь ко мне.       - Ох, не томи, что же всё-таки там произошло? Ведь это интересная история! - отозвался я, когда тот замолчал.       Но он лишь покачал головой и, да, снова улыбнулся. Он часто это делает. Это как цокать в конце предложения или употреблять слова-паразиты. Только в более милой форме. Мне нравится она. Надо бы взять на вооружение.       - Нет. По крайней мере, не сейчас. Может, как-нибудь потом я её тебе поведаю, - на выдохе отвечает он.       - Ловлю на слове, Макс, - на это он кивает и встаёт. Отряхнувшись, он скрестил руки на груди и перенёс вес тела на правую ногу.       - Скоро звонок, вставай. Если не хочешь переодеваться в толкучке, то нужно идти сейчас, - хихикает он, смотря, как я морщусь при упоминании раздевалки.       - Я, пожалуй, переоденусь в другом месте. Например, в туалете. Это будет не так отвратно, - признаюсь я.       - Хм, а ты стесняшка, как я погляжу, - ухмыляясь своим словам, Макс прищуривает глаза, отчего его взгляд становить выразительнее и хитрее. - Это забавно, учитывая, что ты у нас крутой плохой парень.       - Да иди ты, - смущенно рявкаю. - Я не стесняшка, просто, ну просто... Печенька. Да, я печенька, и не хочу, чтоб на меня кто-то смотрел голодным взглядом.       - Ууу, как интересно! И кто же на тебя собирается там так смотреть, м? Эх, и похоже, ты не представляешь, как это здорово, чувствовать на себе голодные взгляды. Это так повышает бонус самооценки. А ещё, это порой приводит к интересным умозаключениям, например, - кто именно на тебя смотрит и кому ты нравишься. Кстати, я люблю печеньки, - он водит по мне взглядом с головы до ног, отчего я чувствую, как невольно краснею.       - Ну вот, заговорили про еду, теперь есть охота, - быстро перевожу я тему, пытаясь встать.       Рывком не выходит, так что я аккуратно поднимаюсь и отряхиваю себя. Максим ничего не отвечает, вот только его взгляд становится мягче, а на губах играет умилительная улыбка. Я говорю, чтобы он не ждал меня, и, немного помедлив, Максим всё же разворачивается к школе. Он медленно удаляется прочь, а я пытаюсь сообразить, не было ли в его словах скрытого подтекста.       Он такой... странный. Я его только сегодня встретил, а уже беседую, как со старым другом. Это меня нисколько не пугает, просто удивляет. Странно замечать за собой такие мелочи, как направление взгляда, а я уже сколько раз ловил себя на том, что смотрю на него, и при этом точно могу сказать, когда на мне его взгляд. Нет, я не считаю, и третьего глаза у меня нет. Просто я чувствую его изучающие прикосновение, оно такое ощутимое, что порой мурашки бегут. Странно, не правда ли?       Я уже не видел его спины, а он всё маячил перед глазами, как образ, туманный и размытый. Будто во сне...       Он высокий. Очень высокий. Если мой метр с кепкой это не нормально, хотя я и не лилипут, то даже простых парней в классе он был выше на голову. Думаю, он под два метра... Ну, минимум 190! Широкоплечий, мускулистый, но не качок. Он по телосложению точно тигр. Такой крепкий, мощный, но изящный, состоящий из плавных линий. Загорелая кожа, мягкие, но мужественные скулы, небольшой шрамом на переносице. Он выглядит не на семнадцать или восемнадцать, увидел бы я его на улице, сказал бы, что ему минимум двадцать три.       Его вечная полуулыбка - полу ухмылка, хитрая, коварная, и ярко-зелёные, чуть раскосые глаза в вечном прищуре, с томным и манящим взглядом. Нет, это не глаза, что глазеют, это очи, что очаровывают. Да, это лицо чародея. А ещё его волосы - цвета вороньего пера, отливаю блёклым речным перламутром. И ещё этот длинный ёжик, в который охота зарыться пальцами! А какой у него голос? Он не предназначен для пения, таким голосом или читают книгу черной магии, или обольщают дам. Дополняет его образ серьга в ухе. Серебряная, выделяющаяся на тёмном фоне облегающей чёрной футболки. На физкультуре он, конечно, снял тёмно-серый жилет и поменял брюки на спортивные штаны. Если бы ему ещё гитару в руки или посадить за барабаны, можно спутать с рок музыкантом. Плюс, он так двигается, как не делает это ни один знакомый мне человек: плавно и быстро, а порой резко и с замиранием. Как хищник, как сидящий в засаде дикий кот. Осторожен, уверен, собран, но расслаблен. Это ведь почти мистический образ. Он был бы прекрасным магом-разбойником в нашей бывшей банде безумных личностей...       Я что-то долго рассуждал и за рассусоливанием пропустил вперёд всех, включая учителя. Опомнившись, я хватаю себя в охапку и, прихрамывая из-за онемевшей ноги, спешу обратно в школу. Сейчас будет долгая перемена, так что я успею и похавать, и сделать домашку по русскому. Как-то. Я прибавляю шаг и перед входом в школу примечаю то самое дерево, что я рисовал из окна. Надо будет дорисовать - пронеслось в моей голове. Окей, только сначала - еда!