Волк и Тигр

      Столовая. Какая первая ассоциация приходит в голову нормальному человеку с этим словом? Правильно, еда. А если хочется ответить нечто вроде: яд, отрава, способ похудеть или угробить желудок, то ты явно повидал жизнь и попробовал её на вкус. Впрочем, как оказалось, там могут подавать нормальную еду. Да, я охренел, когда это узнал, и даже сначала не поверил, но потом, распробовав, осознал: жизнь, отнюдь, не только говно.       По крайней мере, в этой школе научились-таки готовить нормальные, вкусные блюда: не подбирая с пола булочки или пиццу и потом выкидывая их обратно к остальным, не разбавляя чай водой, не превращая мясо в паштет, и вообще не используя мясные продукты сомнительного происхождения. Это не могло не радовать, ведь я, наконец, смог поесть в столовый. Впервые за... лет пять.       Я был очень голоден, видимо, не хило измотал себя или, быть может, тут просто очень вкусно пахло, и мой мозг решил, что я обязан хоть что-то съесть. Короче, я не смог устоять и купил себе порцию гречневой каши с очень аппетитной такой котлетой. И чай, конечно, как же без него. И уже было собирался вкусить сей простой, но желанный "плод своих трудов", как заметил - а мест-то уже нет! Проходя между рядами, я, правда, увидел одно свободное. Печально, но меня посетило дежа-вю, ибо это местечко было в компании королевской персоны. Но я же не самоубийца, чтобы туда садиться, верно? Так что я прошёл дальше, заприметив вообще пустой стол. Там не было ни стульев, ни скамейки, но это не беда. Поставив еду, я притащил стул, что несправедливо стоял в углу совсем одиноко и без работы. Поставил его так, чтоб сидеть к шумной своре шакалов спиной (и не видеть раздражённого взгляда Алексея) и принялся за еду.       Скажу честно, с таким трудом пихать в себя столь вкусную еду мне ещё не приходилось. Как и не предоставлялось возможности наблюдать за тем, как кто-то жестоко издевается над едой. Просто, когда мои нервы сдали, и я оглянулся, чтобы показать один конкретный и понятный жест отправки в далёкие края, я увидел нечто ужасное и странное. А зачем я повернулся, спрашивается? Всё дело в том, что сидя спокойно за столом и никого не трогая, я слышал (прекрасно слышал, должен заметить), как Алексей сначала доказывал, что Максим выиграл смухлевав, якобы перед самым финишем едва ли не столкнув того с дороги (в это, кстати, я мог поверить, но сомневаюсь, что было именно так, к тому же, если его так легко столкнуть с дороги, это говорит лишь о его слабости), а затем перешёл на меня. Конкретнее, он, опять же, доказывал (наверное, самому себе), что это я его отвлекал. И потом ещё и послал его, обматерив. Я, конечно, матюкнулся, но в хорошем смысле, и тем более, не по его персону. Но не это меня вывело из себя, а его конечная фраза:       - Хм, если бы у этого идиота было побольше мозгов, то он давно бы понял, что не стоит меня злить. Но пока пусть играется себе на здоровье в героя-одиночку, меня это даже забавляет. К тому же, рано или поздно, я преподам этой нахальной сучке урок хороших манер, - будничным тоном закончил он свой рассказ.       Вот как, как тут можно спокойно сидеть и есть, а? Мало того, что тебя тут взглядом пилят, так ещё и оскорбляют! Значит, по его мнению, я идиот, да? И это только потому, что у меня, видите ли, другой взгляд на вещи. Но назвать меня нахальной сучкой... Это не просто возмутительное нахальство, но и жалобная мольба о хорошей мужской пощёчине, в виде кулака по обнаглевшей роже! Я драку затевать не собирался, но за такие слова надо отвечать, к тому же, давно пора его самооценке напомнить про парочку долгов. Во-первых, его чёртов поцелуй, мразь такая, как вспомню, так тошно становиться. Во-вторых, он столько пилил меня взглядом, что теперь я мог попросить компенсацию за моральное унижение. Кто же знает, что именно он делал? Может, он меня глазами раздевал...       Короче, я не выдержал и решил внести в его рассказ свою лепту, но стоило мне повернуться, как я забыл, зачем это сделал.       Я не мог поверить своим глазам по началу, а потом просто прикусил язык и повернулся обратно. Охренеть! Они распивали «Ягуар» и «Red Bull» в столовке! Мало того, он ещё придумали игру - убей соседа хлебом. Кидались скомканными ломтями, будто волейбольным мячом! А когда тот падал на пол, они спокойно делали новый и так раз пять, пока я на них смотрел! Использовать кашу, даже представить страшно, в качестве предмета для жонглирования, или чего-то подобного... И ещё ржать как кони, при виде того, как один парень из их компании, уже видимо напившись, пытается спуститься под стол, не то, чтобы полежать в ногах «короля», не то, пардон-те, отсосать у него. Это... Это что вообще такое было?! Боже, мои глаза... Я никогда не выкину эту картину из своей памяти. Теперь, я определённо видел всё! Сев обратно, как сидел, я начал есть, точнее пытаться это сделать и соображать, как их вообще из школы не выкинули? И это президент класса, мать его? Ну, ахуеть не встать!       И тут вдруг, совсем неожиданно, передо мной садится Максим, который, видимо, вычислив меня в толпе и увидев свободное местечко, решил присоединиться к трапезе. Так вот, он сел и наступила долгая пауза, там, за моей спиной... и тишина. Я, не веря свои ушам, повернулся назад и увидел, как эти мелкие шакалы полностью поменялись в лицах, а Алекс не просто заткнулся, но и отвернулся от меня, смотря куда-то в окно. Чёёёрт!! Как?!       Если я скажу, что я был шокирован, то я ничего не скажу. Как, вот как он это сделал?! Что это за чёрная магия?       - Чувааак, слууушай, как ты это сделал? Что это за запрещённая чёрная магия, а? Колись, ты владеешь силой внушения или гипнозом, аки новый Вольф Мессинг, да? - охренев от происходящего, спрашиваю я, растягивая слова. - Что ты сделал? - не выдержав классного вида онемевших хулиганов неудачников, я начал нервно хихикать, стараясь не подавиться своим обедом.       На это он лишь широко улыбнулся и приступил к своей еде. Я долго наблюдал за тем, как понемногу, парни выходили из-за стола и нервно проходили мимо, стараясь не смотреть в нашу сторону. А Алексей... Он и вовсе что-то притих, так, что я начал волноваться, не проснулась ли у него совесть или ещё чего-нибудь. Ан, нет, он, кажется, пришёл в себя и теперь снова начал сверлить в моей спине дырку своими голубыми лампочками. От, ведь, тварь поганая. Всё никак не уймётся. Я нервно стукнул ложкой по тарелке и тихо послал его на все три великих буквы. Да сгинь ты уже, а! Дай поесть спокойно хоть. Но стоило мне так подумать, как я заметил на лице Макса хитрую ухмылку, он подмигнул мне и перевёл взгляд с меня на блондина. И, как говорится, они встретились взглядами. Тигр против льва, раунд два, файт!       Впрочем, я уже знал, что результат будет тот же, что и на физкультуре. И это чертовски мне нравилось, хоть кто-то поставит этого наглого засранца на место! И, ура, Алекс быстро сдался, уступая и тут. Ха! Никто не обыграет это черноволосого сукина сына в гляделки. Алексей опустил голову, упирая немного озлобленный и усталый взгляд в свой портфель, быстро собираясь на урок. Это мне уже нравится, хоть я и не понимаю, в чём тут прикол. Я поворачиваюсь обратно и внимательно всматриваюсь в глаза Тигра. О, боги, они были почти жёлтыми! Яркого зелёно-жёлтого цвета и поблёскивали яростными искорками, а сам взгляд был такой строгий, сильный, даже жуткий, что я тоже отвёл глаза от него, невольно ощущая, как по коже побежали мурашки. Нет, меня это не напугало, а... завело. Ах-ха-ха! Да, ёпт, мне так понравились эти жёсткие и дикие, но красивые глаза с немой угрозой, эта не сходящая с губ надменная усмешка, что я ощутил лёгкое возбуждение. Ах-ха, ты сбрендил совсем, милок. Ку-ку? Где крыша? Как уехала в отпуска?! А когда вернётся? Не скоро?! Ммм, ну, поздравляю тебя с этим!       Чтобы не думать о нахлынувших на меня эмоциях, я начинаю оживлённо есть, всё равно время уже поджимало.       - Знаешь, уж не знаю что это за тёмная магия, но если ты будешь проделывать это каждый раз, когда они будут сидеть рядом, то садись только рядом со мной, ок, да? - предлагаю я ему, выпив свой чай.       - Хм, интересное предложение. А что я с этого буду иметь? - заинтересовано спрашивает он, опираясь локтями о стол и скрещивая пальцы вместе. Он кладёт подбородок на этот крепкий замок и хитро смотрит как горностай на кролика, чуть прищуривая левый глаз и медленно поднимая бровь.       - Эм... в смысле? - озадачено спрашиваю я, недоверчиво вглядываясь в глубокие непроницаемые болота напротив.       Я не могу уловить, где тут заканчивается грань шутки и начинается прямое предложение... чего-то. Он просто не читаем для меня.       - Ну, что я получу взамен за охрану твоего душевного здоровья от посягательств обожаемого нами всеми короля, м? Это не простая, я бы даже сказал, опасная задача, так как на твою персону он тратит не мало усилий, пытаясь обольстить своим вниманием. А ходить за тобой в роли телохранителя я не смогу всегда... Впрочем, это весело, мне нравится. Только, что я получу за такую трудную работу, мой дорогой королевский фаворит? - чуть наклоняясь в мою сторону, договаривает он, чуть понижая тембр голоса.       Максим говорил так медленно и пленительно-коварно, растягивая слова, замедляя ритм и выделяя связанные со мной словосочетания, что я, заглядевшись на очаровательные зелёные глаза, вдруг моментально потемневшие, не сразу понял суть, что именно он говорил. О, Дибелла, у него такой классный, обольстительный голос! А когда он, порой, переходил на шёпот, я и вовсе таял.       Ах, был бы он девушкой, я бы перебил его и хитро так сказал что-то вроде: «Ох, соблазнительная чертовка, говори, заговаривай меня полностью». Но вот ирония, сейчас я сам почувствовал себя бабой...       - М... А дружба и всё, что к ней прилагается, уже не прокатит? Или тебе нужно что-то более... существенное? - с надеждой на снисхождение, говорю я, улыбаясь.       - Это... не плохо, я согласен, - вставая со стула, признаётся он, с умилением смотря на меня. - А что ты имел в виду под «более существенным, чем дружба»? - с нездоровым интересом спрашивает он, выходя со мной из столовой.       Я повернулся к нему с каменным лицом и хотел было закатить глаза, сославшись на шутку, но, увидев, как он пристально всматривается в мои глаза и хитренько так улыбается, я ворчу и отворачиваюсь, чувствуя, как наливаются алым щёки.       - Иди, ты... Неважно, что я имел в виду, ты ж согласился на первое, верно?       - Ха, верно, но мне вот интересно, если бы я выбрал второе, то что бы это было?.. - интернируется он, пытаясь заглянуть мне в глаза.       - Это тайна! Я никогда тебе это не скажу. Даже под страхом ужасной и медленной смерти! Да и неважно это теперь, короче, выбрось это из головы, я просто... просто сказал не то, что хотел. Вернее, вернее ты не то подумал, если подумал о... ну... кхем, нет, не думай понимать, что я сейчас сказал! Короче, забудь...! - выпалил я на одном дыхании.       Быстро поднимался вверх по лестнице, мысленно казня свой длинный язык и излишнюю болтливость, я отчётливо слышал сзади долго не утихающий смех моего новоиспечённого друга. Или, может...       СТОООП!! Мозг, если ты сейчас же не заткнёшься, я устрою тебе лаботомию в виде воспоминаний об уроках математики! Действительно, он испугался, или просто усевшись за парту, я смог отвлечься от сих размышлений на урок, не знаю. Но это помогло. Оставшиеся два урока русских были спокойными и весёлыми; я продолжил своё знакомство с Максимом и совсем забыл и про Алекса, и про Дениса с его проблемами, и вообще о многом. Только приехав домой и, даже не садясь за комп, а сразу развалившись на диване и врубив музыку, я осознал, на сколько этот день был насыщенным. Просто БУМ во всей моей жизни!       Я врубил громкость на максимум и положил телефон рядом с подушкой. Заиграла классная песня: Linkin Park – When They Come For Me, и я начал подпевать в голос с Честером. Но в голове всё крутилась строчка из вспомненного мной стиха Уильяма Блейка «Тигр». А ведь точно, стих будто о нём...       Я подошёл к компьютеру и набрал первую строчку. Найдя стихотворение целиком, я начал тихо его повторять, старясь запомнить. Не знаю, для чего. Просто оно мне понравилось.

Тигр, Тигр, жгучий страх, Ты горишь в ночных лесах. Чей бессмертный взор, любя, Создал страшного тебя?

      Я вспоминаю его глаза. Зелёные хитрые, наполненные свободой и влажным воздухом...

В небесах иль средь зыбей Вспыхнул блеск твоих очей? Как дерзал он так парить? Кто посмел огонь схватить?

      Вижу эти бешеные искры страстной натуры, вижу чёрные, словно угольки, зрачки...

Кто скрутил и для чего Нервы сердца твоего? Чьею страшною рукой Ты был выкован - такой?

      Теперь, я смотрю на его образ целиком. Мысленно обвожу взглядом сильные плечи. Всматриваюсь в красивые руки...

Чей был молот, цепи чьи, Чтоб скрепить мечты твои? Кто взметнул твой быстрый взмах, Ухватил смертельный страх?

      В памяти проносятся моменты, как я впервые его увидел и как он сидел рядом со мной после забега...

В тот великий час, когда Воззвала к звезде звезда, В час, как небо всё зажглось Влажным блеском звездных слёз, -

      И вот я снова в том классе, и снова вокруг тот сумрак, что окутывал нас обоих. Делал ближе...

Он, создание любя, Улыбнулся ль на тебя? Тот же ль он тебя создал, Кто рожденье агнцу дал?

      Он улыбается. Он... прекрасен. Это так необычно осознавать, но я определённо чувствую нечто странное каждый раз, как вижу его, каждый раз, когда он стоит рядом...       Я снова сажусь на кровать и снимаю резинку с волос. О, да! Свобода. Моя шевелюра, наконец, спокойно ложится на плечи, будто сама устала от тугой оковы. Чувствую, как накатывается усталость. Я откидываюсь на подушку, убирая руки под голову, и закрываю глаза. Начинает играть знакомая мелодичная песня группы Placebo - A Million Little Pieces. Я подыгрываю ритму песни пальцами, перебирая ими, как на пианино... Я ухожу глубоко в себя, расслабляюсь и, наконец, ощущаю, как впервые за долгое время во мне просыпается романтик. Я пою вместе с Брайаном, не слыша собственного голоса...

There wasn't much I used to need A smile would blow a summer breeze through my heart Now my mistakes are haunting me Like winter came and put a freeze on my heart I've lost the power to understand What it takes to be a man with my heart I saw you wanted this to end You tried your best to be a friend to my heart But I'm leaving this wary town Please no grieving my love, understand...*

      Всё как во сне. Я уже не чувствую ни ног, ни собственного дыхания, не слышу ударов сердца. Всё замедлилось и ушло куда-то далеко, далеко...       Кажется, я уже уснул. Я не редко засыпаю днём, это помогает затем поздно не ложиться. Да и попросту привычка, какая она есть. Хотя нет, это не сон, а лишь спокойная полудрёма.       Я не замечаю, как меняются песни в плейлисте, как тикают часы. Но вот раздаётся тихий стук. Так стучат капли дождя. А вот громкий рокот небес. Началась гроза? Осенью? Это классно, очень. Сейчас бы выйти на балкон и, попивая горячий крепкий чай, смотреть на блеск белых смертоносных змей, что быстро проскальзывают по тёмному небу. Слышать рык одинокого зверя, что сидит там, наверху, прячась за тенью тёмного тумана из мелких капель. Но мне так лень вставать. Поэтому я включаю своё воображение, ведь это не трудно.       Видеть, как капли ударяют о серый асфальт, как прохожие быстро прячут лица за чёрными зонтами. Как одинокий маленький жёлтый кусочек солнца, подхваченный жестоким ветром, охватывает новая волна дрожи, и он взмывает в небо, продолжая свой путь в холодной пустоте. Видеть, как он внимательно смотрит на меня, улыбается, совсем немного, почти неуловимо, одними глазами, и тихо шепчет, что пора идти...       И вот, я снова вижу его, снова натыкаюсь на его тень, неуловимо-тонкий образ в голове. Он не хочет уходить, или, может, я не хочу его прогонять? Что же это со мной?       Поворачиваюсь набок, снимаю с пальца свой перстень и сжимаю его в ладони. Жмурюсь от бьющего света из окна, открываю глаза. Немного покрутя кольцо в руке, кладу его на спинку дивана, проводя кончиками пальцев по мягкому ворсу. Теперь это ощущение стало каким-то особенным. Не знаю, почему, я задумываюсь - а какого это, гладить тигра? Я бы хотел попробовать. Наверно, это опасно, но невероятно приятно. И вновь закрываю глаза, вновь поворачиваюсь на спину и улыбаюсь беспорядочным мыслям. Мне надо поспать, отдохнуть. И, может быть, проснувшись, я увижу картинку этого мира уже совсем иначе...