Глава 23
28 января 2016 г., 19:54
Гермиона с покровительственной улыбкой посмотрела на разгоряченных ребят, возвратившихся после почти двухчасовых полетов над Брайстон-хаусом. Ее всегда поражала эта их неуемная тяга мотаться в поднебесье, рискуя в любой момент свалиться с огромной высоты. До некоторых пор она и игру в квиддич считала бесполезной тратой времени и сил. Знакомство с Виктором Крамом заставило Гермиону пересмотреть свои взгляды на некоторые особенности интересов волшебников, но большой любви к полетам она так и не обрела.
– Дра-ако... Ты бы привел себя в порядок, а то выглядишь, как после оргии – щеки красные, глаза шальные, дыхание сбилось, хаос в одежде, – Гермиона решила немного подтрунить над другом, который больше всех излучал удовлетворение жизнью и казался неимоверно счастливым.
– Ты недалека от истины, – Драко и не пытался скрыть довольный горящий взгляд. – Летать на новой метле Гарри – это как бесконечный непрекращающийся оргазм, – он даже глаза прикрыл, давая понять, насколько ему понравилось тестировать «Молнию» последней марки.
– Пф-ф… так купи себе метлу и женись на ней, – рассмеялась Гермиона.
– Не выйдет, – Драко, притворяясь, скорбно вздохнул. – От метлы наследника не дождешься, так что мои родители не дадут благословения.
– Вот балабол! Марш переодеваться – ужин скоро, – Гермиона тоже закрыла книгу, собираясь отправиться в выделенную ей комнату, чтобы немного привести себя в порядок перед приходом Риддла и Снейпа.
– Предупреждаю – никаких официальных мантий наследника и тому подобного, – Гарри обращался к Драко, но информация предназначалась для всех. – Мы отдыхаем – поэтому расслабьтесь. Том и Северус не почетные гости, они – моя семья. А у нас все без затей. Так что достаточно будет просто переодеться в чистое, – он выразительно посмотрел на свои брюки, измазанные в зелени от травы.
Ужин прошел в спокойной и теплой обстановке. К присутствию Северуса, в принципе, ребята были уже привычны – их тренировки по боевой магии в школе редко обходились без него. Том, благодаря утренней встрече, тоже уже не воспринимался как совсем уж незнакомый человек. Говорили исключительно о предстоящей учебе, не касаясь пока других тем.
– А кто у нас будет в этом году преподавать ЗОТИ? – Гарри вопросительно посмотрел на Северуса. – У вас же сегодня был педагогический совет? Или я ошибаюсь?
– Не ошибаешься. Альбус решил пересчитать нас по головам, как цыплят, – кивнул Северус, задумчиво посмотрев на индейку, решая – стоит ли ему еще отрезать кусочек, или тот будет уже лишним. – Преподавателя ЗОТИ на собрании не было. Альбус надеется, что Министерство пойдет ему навстречу и, как и в прошлом году, прикомандирует Грюма. Но я в этом сомневаюсь, – он язвительно усмехнулся. – Судя по сообщениям Люциуса, у министра несколько другие планы. Однако окончательно еще ничего не решено. Так что пока неизвестно наверняка, кто займет эту должность, – Северус все же отказался от добавки мяса, решив ограничиться тушеными овощами. – Все выяснится, скорее всего, чуть ли не в последний день.
– Чтобы директор не успел отклонить предложенного Министерством кандидата? – Драко сразу ухватил суть сообщения.
– Похоже на то, – Северус бросил на него одобряющий взгляд.
После ужина Том, вставая из-за стола, напомнил Рону о его обещании сыграть партию в шахматы.
– Я видел в библиотеке шахматный столик. Так как? Готов показать, на что ты способен?
– Конечно, – Рон слегка улыбнулся в ответ. Спокойный, уравновешенный и какой-то уютный, что ли, Волдеморт был для него откровением. Том вовсе не походил на того монстра, о котором писали в газетах и кем пугали маленьких детей. Он, несомненно, являлся очень умным и весьма сильным магом, но это не отменяло его человечности. В нем не было ни высокомерия, ни заносчивости, ни надменности, весьма характерных для того же Дамблдора. Рон понимал, что Том, конечно же, в курсе его дара эмпата, но тем не менее он чувствовал, что тот не закрывал от него эмоции, а это однозначно говорило о доверии и было как минимум приятно.
Том и Рон направились в библиотеку, и все остальные без слов последовали за ними, собираясь скоротать вечер в приятной беседе. Драко устроился рядом с шахматным столиком, словно ему хотелось то ли внимательно проследить за игрой, то ли просто быть ближе к Тому. Северус облюбовал кресло, прихватив с собой вечерний выпуск «Лондонского магического бюллетеня», а Гарри и Гермиона удобно расположились на небольшом диванчике рядом.
Сначала Поттер поднял тему подарков, присланных ему друзьями. Драко подтвердил предположения Северуса и немного хвастливо – у него это получалось весьма забавно – заявил, что он уже кое-чему обучился и сможет помочь Гарри освоить азы обращения с холодным оружием. Гермиона тоже выказала желание овладеть несколькими практичными «трюками» с ножами или кинжалами:
– Думаю, мне это по силам. А иметь в запасе подобное умение всегда полезно. Я не собираюсь ни на кого нападать, да и вообще предпочла бы, чтобы мне никогда не понадобилось применять боевое искусство, но все эти тревожные статьи в газетах… – словно оправдываясь, пояснила она свое решение немного потренироваться в освоении приемов самообороны с холодным оружием.
– Очень разумно, – Том, сделав очередной ход, отвлекся от игры, чтобы поддержать разговор. – Абсолютно не стоит пренебрегать возможностями немагической защиты. Да и в любом случае подобные занятия окажутся весьма полезными для поддержания физической формы и развития концентрации внимания и чувства равновесия.
– Ты будешь неплохо смотреться с парой изящных кинжалов в руках, – поддержал его Гарри, авансом делая комплимент Гермионе.
– По поводу сообщений в газетах… – Северус воспользовался паузой в разговоре. – В Лютном Переулке сегодня ограбили аптеку, – он постучал пальцем по страницам газеты, давая понять, что об этом только что вычитал. – Нападавшие были в темных мантиях и белых масках на лицах. Они угрожали аптекарю ножом, как… – Северус быстро отыскал глазами нужное место в статье: – «как обычные магглы, у которых нет в крови ни капли магии, а в сердце ни грана благородства волшебника», – зачитал он.
– Конечно, было бы гораздо благороднее угрожать волшебной палочкой, – Гарри возмущенно фыркнул.
– Вот и пример того, что не стоит пренебрегать маггловскими приемами. В той книге, – Гермиона чуть смущенно улыбнулась, упоминая о собственном подарке Поттеру, – рассказывается, как можно обезоружить подобного негодяя, напавшего на вас даже с ножом в руках.
– Гарри, дашь почитать? – Рон был доволен найденным им решением, как повернуть ход шахматной партии в свою пользу, по крайней мере, пока Том не раскусит его стратегических планов. – Думаю, смогу отыскать там что-нибудь интересное и для себя.
– Без проблем, – пообещал Гарри, наблюдая за тем, как естественно Рон держится в присутствии Тома. Было видно, что ему комфортно, и он не чувствует ни скованности, ни неловкости. А ведь именно их знакомство должно было, по идее, вызвать больше всего проблем. Харизматичность Тома, вероятно, на всех действовала безотказно.
– Если что-то вам покажется полезным – можем потом подыскать конкретную литературу и потренироваться, – предложила Гермиона.
– Опять какие-то отрепки притворяются Упивающимися Смертью, – негодуя, бросил Малфой, возвращаясь к теме статьи.
– Знаешь, Драко… Может, мои слова покажутся тебе неправильными, все же я не с рождения жила в магическом мире и могу чего-то не понимать, как уже не раз выяснялось… – Гермиона слегка пожала плечами, признавая свое несовершенство. – Тогда ты объяснишь, в чем я ошибаюсь. Но я считаю, что ортодоксам нет причины принимать на свой счет упоминания в газетах об Упивающихся и считать, что кто-то притворяется ими. Там пишут абсолютно не об ортодоксах. И я говорю не о том, что все те гнусности совершили не они, а о том, что не нужно больше называть себя Упивающимися Смертью, – Гермиона стойко выдержала почти гневный взгляд Малфоя. Но вместе с тем она заметила, что Том заинтересованно прислушивается к ее словам, внешне не проявляя своего отношения к сказанному. И это придало ей сил для того, чтобы объяснить свое мнение. – Вспомни, – Гермиона продолжала обращаться к Драко, ей так было привычнее выражать свои мысли, – откуда появилось это наименование. Это ведь не являлось желанием самих ортодоксов так называться. Термин «Упивающиеся Смертью» придуман мистером Дамблдором, утверждающим в своих выступлениях семидесятых годов, что ортодоксы – это экстремистская организация, рвущаяся к завоеванию власти путем насилия и террора. Мы, тщательно изучив исторические источники, можем с достаточной уверенностью сказать, что это не соответствует истине. И цели, и методы у ортодоксов иные. Хотя… Возможно, насчет целей я и поторопилась, ведь для того, чтобы успешно реформировать уклад общества, необходимо обладать властью, – тихо, словно себе самой, добавила Гермиона. – В любом случае – растиражированные крики в прессе об Упивающихся Смертью, возможно, в прошлом и были достаточными для того, чтобы сами ортодоксы приняли такое название. Но сейчас нужно срочно разделить эти понятия – «ортодоксы» и «Упивающиеся Смертью» – и довести это до сведения обывателей. Не говоря уже о том, что не стоит держаться за, простите, – она бросила извиняющийся взгляд на Тома, – не очень благозвучное название организации.
– Я, в принципе, согласен с Гермионой, – тихо заметил Рон. Он прислушивался к словам подруги, на время позабыв об игре в шахматы. – То, что творят эти уроды, о которых пишут в газетах, выглядит именно так, как это было представлено в старых интервью директора.
– Не все ортодоксы в той войне были такими уж рыцарями без страха и упрека, но ты права, Гермиона, террор – это не наш метод, – Том довольно улыбнулся – ему импонировала эта умненькая девушка. Возможно, она была слишком прямолинейна, а временами излишне категорична и не очень корректна, однако ее нельзя было обвинить в недостатке тяги к справедливости. – Мне бы хотелось услышать – как ты предлагаешь донести эту весьма грамотную мысль до общественности? Думаешь – они вот так сразу и поверят?
– Нет, конечно же, так просто не получится… Для начала нужно, чтобы сами ортодоксы это осознали – они не Упивающиеся Смертью. Пусть «многоуважаемый», – Гермиона выделила слово таким образом, что всем было понятно, о ком идет речь, – себе заберет это прозвище, раз он его придумал.
– А он уже давно подсуетился, ему есть кого так назвать, – Гарри презрительно ухмыльнулся.
– Ты прав, – Гермиона, почувствовав поддержку друга, еще больше воспрянула духом и продолжила: – Было бы очень неплохо каким-то способом придать обществу ортодоксов статус законности. Я понимаю, что это очень непросто, особенно учитывая искусственно созданную им недобрую славу в прошлом. Но ведь можно сформулировать задачи организации таким образом, чтобы это не вызывало неприятия в умах волшебников разных социальных слоев… – Гермиона высказала свое предположение так, что было не совсем понятно – она то ли спрашивала, то ли утверждала возможность подобного. Скорее всего, раньше ей не приходилось тщательно задумываться над этим вопросом, и теперь она просто рассуждала вслух. – Ведь, по сути-то, ортодоксы – это ученые. И, конечно же, нужно активнее подключать прессу. Мне кажется, что если бы в газетах наравне с интервью от директора были и аналогичные от ортодоксов, то это пошатнуло бы веру в его «неубиваемую» правоту. Можно начать с частных изданий. Поверьте – обычные люди подобную прессу читают не реже, чем официально признанную государственной властью. Если среди рецептов и рассуждений о моде в таких газетах частенько станут появляться статьи о том, чем занимаются ортодоксы, то это со временем будет восприниматься основной массой волшебников как что-то важное и правильное. Наверное, есть еще немало способов, как изменить общественное мнение в пользу ортодоксов, но вот так сходу я пока не могу еще что-либо добавить, – Гермиона, казалось, даже дышать перестала, произнеся последнюю фразу, ожидая оценки своих рассуждений Томом.
– Браво! Гермиона, у тебя прекрасно развита логика и отменное чутье в стратегии, как, между прочим, и у твоего друга. Рон, предлагаю ничью, – Том, окинув внимательным взглядом положение шахматных фигур на доске после хода Рона, сделал заключение, что через несколько ходов они, скорее всего, все равно придут к необходимости остановиться на ничьей. – Гермиона, я вполне согласен с теми выводами, которые ты озвучила, и названные тобой методы достижения поставленной цели тоже считаю целесообразными. Ты права – для того, чтобы не подвергаться нападкам за то, чего не совершали, ортодоксам нужно заявить о себе, как об отдельной организации, чтобы ее не отождествляли с теми, кто воспользовался узнаваемыми символами, которые ранее были отличительными знаками нашего общества. Могу заверить, что решению этого вопроса уже уделяется довольно много внимания, – Том заметил румянец на щеках Гермионы, явно обрадовавшейся похвале. – Остается пока еще некоторая проблема с прессой… Большинство хозяев маленьких частных изданий, работающих независимо от влияния власть имущих, боятся репрессий, поэтому не рискуют печатать у себя компрометирующие, по их мнению, материалы. А центральные газеты все же прислушиваются к мнению Министерства, которое все никак не может определиться – возродился я или нет, – Том насмешливо улыбнулся своим словам.
– Папа Луны издает «Придиру», – словно размышляя, проговорил Рон, а заметив интерес к своим словам, пояснил: – Это такой журнал. Правда, статьи в нем несколько странные, но он довольно популярен среди волшебников.
– Небылицы, выдумки и откровенное перевирание фактов, придающее им несуразный вид. Хотя некоторые публикации весьма забавны и больше похожи на сатиру, чем на фантастический бред, – оценку журналу Северус дал на удивление без язвительности и сарказма. – И что ты предлагаешь, Рон, напомнив нам об этом весьма эксцентричном издании?
– Я дружу с Луной Лавгуд и мог бы поговорить с ее отцом. Может, он согласится напечатать нужные вам статьи?
– Нет, Рон. Тебе не стоит сейчас в это вмешиваться никоим образом, – категорично и твердо заявил Северус, помня о разговоре с Гарри о семье Уизли и о сложности сделать выбор между убеждениями и семьей. – А вот за подсказку – спасибо. Речь идет о журнале Ксенофилиуса Лавгуда, – пояснил он Тому. – Я с ним немного знаком, потому что мы в одно время учились в Хогвартсе. Если мне не изменяет память – а она пока еще не рисковала делать подобного, – насмешливо хмыкнул Северус, – то Ксенофилиус не очень дружен с Дамблдором. Не имею представления, в чем там причина, но, кажется, это тянется у них из прошлого. Не важно… Думаю, можно попробовать с ним поговорить. Учитывая специфику журнала, Ксенофилиус вполне может согласиться нам помочь без особого вреда для себя и репутации издания.
– Рон, ты молодец, – Том похвалил Уизли, а затем указал на шахматную доску: – Ну и что ты решил?
– Бесспорно – ничья. Все равно максимум через восемь ходов мы упремся в тупик, – Рон довольно улыбнулся – он мог гордиться, сведя к ничьей игру в шахматы с самим Волдемортом.
– Согласен, – Том поднялся и протянул руку для традиционного рукопожатия, благодаря за партию.
– С вами очень интересно играть, не то что… – пожимая руку, Рон бросил взгляд на Поттера.
– Я слишком предсказуем в шахматах – можешь не повторять, я помню, – рассмеялся Гарри в ответ на намек.
– Ну что же, молодые люди, нам с Северусом пора домой, – Том направился к двери, намереваясь возвратиться на ночь в Певерелл-мэнор. – А вы здесь не балуйте, – он притворно сурово погрозил пальцем. Четверка друзей в ответ громко рассмеялась, переглядываясь.
– Что смешного вы услышали? – Северус принял свой самый устрашающий вид, которым запугивал новичков в Хогвартсе, правда, для убедительности ему не хватало черной мантии, застегнутой под горло – серые рубашка и брюки не были равноценной заменой его школьной «классике».
– Все нормально! Уверяю – это мы о своем! – Гарри, выставив перед собой ладони, поспешил успокоить Северуса.
– Но это ваше «свое» как-то связано с замечанием Тома, – обманчиво мягкий тон, казалось, сочился предупреждением против любого своеволия не только в поступках, но и в мыслях. – Не расскажешь, как именно? – у Северуса впечатляюще получилось выглядеть исключительно серьезным, и лишь искорки насмешки в глазах говорили об обратном.
– Нет, – Гарри переглянулся с друзьями, стараясь не смеяться. – Поверь…
– Во что? – Поттеру вдруг показалось, что в голосе Северуса прозвучали нотки откровенной ревности, но он поспешно отмахнулся от наваждения. – Ты меня явно с кем-то спутал – я не являюсь поклонником слепой веры, – категоричность заявления Снейпа не подлежала сомнению.
– Просто… Драко сегодня шутил по поводу ночной оргии, вот мы и рассмеялись после слов… – Гермиона, решив вмешаться, смутилась от собственного заявления, поняв, как оно прозвучало для человека, не слышавшего их шутливого дневного разговора.
– Так нам стоит остаться на ночь здесь? – Северус, на секунду оглянувшись на тихо посмеивающегося над словами Гермионы Тома, оценивая его реакцию на разговор, впился взглядом в Гарри, вопросительно приподняв бровь и стойко продолжая сдерживаться от веселья.
– Только если планируешь присоединиться к нам во время оргии, – наигранно-простодушно ответил ему Гарри, переводя все в шутку. – Мы не против. Правда, ребята?
– Сейчас ты у нас договоришься, – пообещал Северус, все же не сдержавшись от улыбки, несмотря на то, что в его глазах еще таилась легкая тень предупреждения. – Надеюсь, антипохмельное ты додумался сварить заранее. На меня не надейся, – насмешливо фыркнув, Северус направился к выходу, решив, что дольше задерживаться нет необходимости. Гарри никогда не подводил их, так что не было ни малейших причин для переживаний и недоверия.
– А то я не догадывался. Конечно же, сварил! Надеюсь, трех пинт нам хватит, – шутливо бросил ему вслед Гарри.
– Обопьетесь зельем, – не остался в долгу Северус, ехидно усмехнувшись, – лечить не буду.
– Это самый невероятный вечер в моей жизни, – заметил Рон, когда дверь за Томом и Северусом закрылась, оставляя его в кругу друзей. Восторг и некоторое неверие в реальность происходящего смешались в равных пропорциях в его тоне. – Я никогда сильно не задумывался над тем, каким человеком мог быть Риддл, до того, как ты рассказал о своем знакомстве с ним, – обратился Рон к Гарри. – Не то чтобы у нас в семье так уж ненавидели Волдеморта, но он был олицетворением зла, побежденного Мальчиком-Который-Выжил, – он, извиняясь, улыбнулся, помня, что Поттер не любил этой клички. – Понимаете, Волдеморт представлялся, скорее, неким символом, чем реальным человеком. А сегодня я ужинал с ним за одним столом и играл в шахматы… Про Снейпа я вообще молчу. Конечно же, мы уже давно в школе с ним общаемся гораздо ближе, чем с другими преподавателями, но… Мерлин! – Рон не мог подобрать слов, чтобы описать свое впечатление от прошедшего вечера.
– Но он классный! – помог ему Драко. – Ты ведь это хотел сказать? Они оба классные – и Том, и Снейп!
– Такое впечатление, что ты говоришь о девчонках, – фыркнула Гермиона, посмеиваясь над восхищенным Драко. – Но должна согласиться – вечер был неимоверно интересным.
– Да ладно тебе притворяться! – Малфой насмешливо скривился, готовясь разоблачить наигранное спокойствие подруги. – Ты же была готова прыгать от радости, когда Том тебя похвалил. Во-во! Смотрите – она покраснела! Я прав! – он, смеясь, указал на Гермиону пальцем, забывая о манерах.
– А я и не скрываю, что мне было очень приятно услышать одобрение моим рассуждениям. Все же кто я – и кто Волдеморт, – Гермиона решительно поднялась с дивана. – Думаю, и нам стоит отправиться отдыхать. И никаких оргий, мистер Малфой! – она преувеличенно строго посмотрела на Драко, пытавшегося возразить ей.
– Пфф… У меня и в мыслях не было говорить о пьянке. Я просто хотел отметить, как быстро ты решила уйти от объяснений, – возразил Драко с выражением уязвленного самолюбия, однако не выдержал и улыбнулся. – Дядюшка с утра планировал к нам присоединиться? – обратился он к Гарри, вслед за друзьями отправляясь на второй этаж – предложение Гермионы было воспринято как сигнал к действию, получив общее одобрение.
– Думаю, он придет ближе к обеду, – Гарри не спешил объяснять, что Сириус, вероятно, в эту ночь уже будет дежурить в новом штабе Ордена Феникса, который они с Люпином днем должны были привести в порядок. Как-никак это была тайна не Гарри. Если Сириус посчитает нужным – сам завтра расскажет. – Спокойной всем ночи и, если будет что-то необходимо – не стесняйтесь звать Нимбла, – напомнил Гарри друзьям перед тем, как скрыться в хозяйских покоях.
***
Утро в Брайстон-хаусе началось со смеха Поттера, проказливо стучащегося в окна комнат, занятых его гостями – он встретил рассвет, паря на «Молнии» над своим небольшим поместьем. До момента побудки друзей Гарри уже больше часа любовался окрестностями с высоты птичьего полета. Он и в Певерелл-мэноре время от времени любил полетать в одиночестве на рассвете – подобная прогулка всегда заряжала его энергией и хорошим настроением. Ему нравилось наблюдать за тем, как густо-синие ночные тени постепенно отступают под уверенным приближением рассвета, прячутся в бездонных расселинах, заползают под камни и коряги, ныряют в глубину озерных вод, тщательно избегая встречи с ласковыми солнечными лучами, словно панически страшась оказаться навсегда в плену их искренней бескорыстной жажды одарить всех теплом и светом. Не прошло и десяти минут, как в небе к Гарри присоединились Рон и Драко, прямо в пижамах оседлавших метлы и дружно пытающихся догнать возмутителя утренней тишины и спокойствия. После завтрака Гермиона предложила снова отправиться на берег. – Нельзя упускать возможность понежиться на солнышке. Скоро в школе мы будем только мечтать о подобном, – она даже плечами передернула, вспоминая холод и сквозняки в коридорах древнего замка. – А еще у меня возникло несколько вопросов, – добавила она вполголоса, переведя взгляд с Рона на Драко, – по поводу предварительной магической помолвки. – О-о… – Малфой возвел глаза к небу. – Ты же не отступишься? Может, все же подождешь до начала занятий? Я прихвачу из дома книгу по магическим узам, – он попытался заинтересовать Гермиону обещанием. – У тебя будет возможность прочесть сразу о трех-четырех дюжинах различных вариантов помолвки и брака. – Ты обязательно возьмешь книгу, о которой говоришь, в школу, но кое-что мне хотелось бы прояснить уже сегодня. Конечно же, если ты не знаешь ответа, то мне придется подождать… – Гермиона прекрасно догадывалась, что, сомневаясь в обширности кругозора Драко, она наверняка спровоцирует его на ответный шаг и он непременно захочет доказать, что неплохо разбирается в поднятой для обсуждения теме, даже если его познания будут не на высоте. Однако это позволит выжать из него все сведения, которыми он располагает. – Задавай уже свои вопросы, – буркнул Драко, направляясь вместе со всей компанией к морю. Он понимал, что его практически берут на слабо, но уступать не желал. – Не торопись. Сначала я хотела бы услышать одно объяснение от Рона, – Гермиона бросила на Уизли жадный взгляд, словно интересовалась – согласится ли он утолить ее любопытство. – Спрашивай уже, – снисходительно махнув рукой, сдался Рон. – Я вчера обдумывала ситуацию с Джинни, – Гермиона зашла издали, решив немного пояснить причину своего интереса. – Я вроде понимаю позицию твоих родителей, Рон. Они спасают дочь от ошибочного шага. Но этот Джес… Ты говорил, что он симпатичный и вполне нормальный мужчина. Так вот мне неясно, что же такого во всех понятиях приятного человека, судя по твоим описаниям, заставляет идти на подобный шаг – связывать себя с Джинни? – Гермионе и в самом деле было интересно, что может послужить причиной для того, чтобы взрослый человек на несколько лет отказался от самой возможности интимной жизни. – А что в этом непонятного? Он хочет создать семью. Ты разве никогда не слышала о браках по договору? – Рон недоверчиво посмотрел на подругу, не понимая, почему потребовалось объяснять ей прописные истины. – Только не нужно сейчас начинать о чувствах и тому подобное, – заметив блеск противоречия в глазах Гермионы, поспешил он остановить поток возмущений. – Хорошо, – пообещала она. – Я вообще-то хотела узнать… Он ведь взрослый. Что ему мешает обойтись без, простите, издевательства над своей природой, добровольно отказываясь от сексуальной жизни? – даже не порозовев от своей откровенности, уточнила Гермиона, с трудом сдержавшись, чтобы не начать задавать очередные вопросы, вызванные словами Рона. – Ах, ты об этом?.. Папа говорил, что у Джеса весной погибла жена – они всего несколько месяцев прожили вместе. Она отправилась в гости к родителям-магглам и попала то ли под машину, то ли под поезд, – Рон поглядел на Гермиону, проверяя ее реакцию на свои слова. – У ее родителей не было возможности связаться с Джесом, поэтому его жена умерла, тогда как в больнице Святого Мунго ее наверняка сумели бы спасти. В общем – он сейчас в трауре и все равно не может вести активный поиск жены. А с папой они дружат, вот Джес и согласился подумать. – Вот мне опять, наверное, не хватает информации, чтобы понять… – пробормотала Гермиона, усаживаясь прямо на песок на берегу, проигнорировав шезлонг. – Почему он не может искать себе жену? Я понимаю – траур… Но ведь есть еще что-то. Да? – Потому что разорванные брачные узы – не важно: из-за смерти одного из супругов или по какой-либо другой причине – оставляют на личной магии некоторый как бы след, и требуется дождаться, когда он развеется, перед тем как вступать в новый союз. На это уходит обычно три-четыре года. Иначе не исключены непредвиденные сюрпризы во время брачного обряда. На помолвку подобное условие не распространяется, – менторским тоном дал справку Драко. – То есть Джес рассчитывает в будущем все же жениться на Джинни? – не успокаивалась Гермиона. – Если он даст согласие – то да, – Рону все еще было не ясно, почему Гермиона снова подняла тему предварительной помолвки. – Но Джинни может отказаться, и он об этом знает. Почему не заключить помолвку с тем, кто отвечает взаимностью? Разве можно надеяться, что девушка, которую заставили… – Стоп-стоп. В мире тысячи счастливых семей образованы по предварительной договоренности между родителями молодоженов. Есть страны, где подобное возведено в закон. И вместе с тем никто не отменял любовь между супругами. Тогда как имеется вполне внушительная статистика разводов среди браков, заключенных якобы по любви. Мы не вправе вмешиваться в личную жизнь других людей, – Гарри только покачал головой в ответ на упрямо поджатые губы Гермионы. Он хотел, чтобы этот разговор был закончен, да и Рон явно не горел желанием и дальше обсуждать будущее своей сестры, по-видимому, он уже был и не рад, что рассказал об этом при Гермионе. – Когда Джинни станет совершеннолетней, она сама решит свою судьбу, а сейчас ее родители примут все меры, чтобы удержать ее от ошибки. – Такие браки, если пара все же решается заключить союз, почти всегда довольно крепки, – высказал свое мнение Драко. – Боюсь, у тебя после моих вчерашних объяснений возникло превратное понимание сути того, что предстоит Джинни. Предварительная помолвка – это не только ограничения в плане секса. Магические узы в этом случае таковы, что помолвленные практически не могут лгать друг другу, а значит, у них не будет оснований сомневаться в будущем супруге. И это далеко не все. Прочтешь в книге. Все – закрыли тему. А то такое впечатление, что мы собрались специально для того, чтобы обсудить судьбу Джинни, – Драко не скрывал своего недовольства. – Вы заметили, что Том сразу позволил нам называть себя по имени, а Снейп воздержался от подобного. – Он наш учитель, – тут же нашлась с ответом Гермиона, все еще обиженная тем, что никто не поддержал ее в вопросе с осуждением насильственной помолвки. – Думаешь, боится, что мы в школе выдадим себя? – вряд ли Рона так уж интересовал ответ, он выглядел несколько рассеянным. – Северус ничего не боится, он – остерегается, – уточнил Гарри с улыбкой. – Вы его ученики, он просто держит дистанцию. Тому в этом плане проще. Он знает, что вы мои друзья, поэтому не видит причин, почему бы ему не избавиться от некоторых условностей и не перейти на обращение по именам. – Ах! Что это?! Гермиона вжала голову в плечи от неожиданности, но, несмотря на испуг, в ее руке мгновенно появилась волшебная палочка. Собственно, как и у всех остальных. Вокруг творилось что-то, на первый взгляд, непонятное – с неба сплошным потоком лилась вода, но она не попадала на ребят, скатываясь тугими струями в песок по прикрывшему их невидимому зонту. Один только Гарри довольно ухмылялся – это он, вовремя заметив опасность, выставил над всеми щит. – Сириус, нас больше! – выкрикнул Поттер, пытаясь сквозь поток воды рассмотреть крестного, стоящего на верху лестницы. – Но ты ведь не дашь своим друзьям одолеть меня? – нагло поинтересовался Блэк, торопливо спускаясь на берег. – Я не собираюсь снова после тебя приводить пляж в порядок, – светопреставление прекратилось, и все увидели бодро подходящего к ним Сириуса. Гарри жестом предложил ему присесть на предусмотрительно приготовленный пятый шезлонг. – Так мы сегодня играть не будем? – притворно-расстроенно спросил Блэк, по пути пожав руки Рону и Драко и поцеловав кончики пальцев Гермионе, заставив ее мило улыбнуться в ответ. – Если кто-нибудь захочет размяться и провести тренировку – я не против. Но превращать здесь все в месиво не пойми чего не стоит, – Гарри показал на мокрый песок вокруг места, где они сидели, и выразительно посмотрел на крестного, стараясь дать ему понять, что он пока не собирается пугать друзей демонстрацией своей магической мощи. Как бы то ни было, одно дело – знать, и совсем другое – увидеть своими глазами. После неспешного разговора о всяких мелочах Рон все же изъявил желание вспомнить их игры «каждый сам за себя». Гарри попросил Нимбла принести из его комнаты шкатулку с щитовыми артефактами. В прошлый раз Том взял на себя охрану лестницы от повреждений при случайном попадании в нее разрушающего заклятья. Так что теперь Гарри о подобном побеспокоился заранее. Пляж был единственным местом в этой усадьбе, где имелось достаточно простора для маневра при тренировке, и к тому же здесь было проще всего организовать защитный периметр, установив вдоль обрыва специальные артефакты. В сторону же моря можно было швырять заклинания столько, сколько душе заблагорассудится – там ничто от них не пострадает. Тренировку ограничили по времени, удовольствовавшись тремя раундами по пятнадцать минут. Прежде всего, из-за Гермионы и Рона, которые вообще не практиковались после окончания занятий в школе, так что им было сложно сразу войти в форму. А во-вторых, время близилось к обеду, и никто не хотел опаздывать к столу, проголодавшись на свежем воздухе. Сириус, успевший еще накануне вечером переговорить с Гарри через сквозное зеркало, знал о том, что его друзья познакомились с Томом. Так что теперь ему захотелось немного похулиганить и посмотреть на их реакцию после своего признания: – Гарри, мы вчера с Ремусом уже составили график нашего с ним дежурства в штабе Ордена Феникса. Альбус одобрил его. Я имею в виду график, – Сириус говорил так, словно это было в порядке вещей – обсуждать подобное с крестником в присутствии его друзей. – Вы же в курсе, что Упивающиеся сожгли дом… – Ой! Мы за всеми этими разговорами… – Гермиона растерянно посмотрела на Гарри, когда до нее дошло, что они даже не принесли ему свои соболезнования – ведь Дурсли все-таки были его родней. – Они живы, – опередил возможные извинения Гарри, заметивший, что раскаяние в собственной черствости уже начало овладевать его подругой. Да и Рон выглядел немного потеряно. Только Драко, уже знавший наверняка, как обстоят дела, был спокоен. – Мы их успели спрятать, – пояснил он. – Мне Сириус, Том и Северус помогли. Об этом, конечно, никто не знает и не должен узнать, – на всякий случай предупредил он. – Это хорошо, – облегченно выдохнул Рон. – А про суд расскажешь? – Ты «Ежедневный Пророк» читал? Дамблдор там почти все выложил для широкой публики, – Гарри криво усмехнулся. – Адвокат помог мне без особых затруднений разрешить эту проблему, – он кратко рассказал о самом суде и разговоре с Дамблдором после него. – У нас все под контролем. Надеюсь, и в дальнейшем будет так же. – Альбус иного мнения. Он хочет сам контролировать тебя. И, если я правильно его понял, то он тебе прочит не последнее место в Ордене. Так что – быть тебе моим боссом, – Сириус вернул разговор в прежнее русло. – Ты собираешься вступить в Орден Феникса? – Драко вопросительно посмотрел на Гарри. – Время покажет. Возможно, придется. Но я хотел бы быть подальше от него, – честно признался Поттер. – То есть ты рассматриваешь вариант, когда будешь выступать на стороне Дамблдора? – Гермиона подозрительно поглядела на него. – А чем тебе не угодил Альбус? – притворно-возмущенно поинтересовался у нее Сириус. – Не на сторону же Упивающихся Гарри становиться! – Дядюшка, не пытайся показать, что ты рад возможности выполнять приказы Дамблдора. Мы все равно не поверим. Но твоя работа в его штабе может быть нам очень полезна, – Драко добродушно усмехался Блэку. – Не вышло… Значит, вам директор точно не нравится? – Сириус, казалось, даже расстроился тому, что никто не поверил в его искреннее желание служить Ордену. – А с чего он нам должен нравиться? – Рон в двух словах рассказал Сириусу, как Дамблдор склонял его к предательству. – Вот старый козел! – не сдержал эмоций Блэк. Обсуждение непорядочности Дамблдора заняло некоторое время. Затем Сириус и ребята еще немного полетали, гоняясь за снитчем, захваченным из дому Роном, а Гермиона предпочла в это время поплескаться в купальне, где чуть позже к ней присоединились и все остальные. Ужин прошел немного грустновато – никому не хотелось прощаться. Все понимали, что они увидятся всего через несколько дней, но будет это уже первого сентября, когда начнется учебный год. Благополучно доставив своих друзей по домам, Гарри отправился в Блэк-хаус, где намеревался заночевать. Все равно с утра ему следовало быть готовым к последней летней тренировке по магическому бою с Сириусом и Ремусом.
