Глава 107
9 января 2017 г., 19:39
Наконец Дамблдору надоело играть в гляделки, и он счел нужным дать Поттеру время, чтобы тот мог хорошенько все взвесить и признать правоту предоставленных ему объяснений. Альбус надеялся, что природное упрямство не помешает Гарри принять верное решение, ведь речь шла о противостоянии тому, кого тот считал убийцей своих родителей.
– Вчера я получил из Отдела образования официальный документ, разрешающий тебе продолжить обучение в Хогвартсе. Осталось утрясти с Попечительским советом твои требования о свободном посещении занятий. Но, думаю, с этим сложностей не будет, – поставил в известность Дамблдор. – А сейчас… Гарри, ты позволишь профессору Снейпу провести углубленную проверку состояния твоего здоровья?
– Без проблем, если вы находите это необходимым, – Поттер демонстративно достал волшебную палочку. – Только диагностические заклинания, сэр, – сухо обратился он с явным предупреждением в голосе к Снейпу, – и ничего иного.
– Гарри! Ты же не предполагаешь, что мы собираемся тебе навредить? – Дамблдор был шокирован столь откровенным намеком, граничившим с угрозой применения магии.
– Мистер Грюм учил меня постоянной бдительности. А он, смею заметить, являлся одним из лучших авроров. Так что к его мнению следует прислушаться, разве не так? – Поттер, с момента прихода державшийся холодно и немногословно, сделал вид, что решил снизойти до объяснений. – Давая согласие на проведение колдомедицинской диагностики, я на время отключу некоторые функции защитных амулетов, которые обеспечивают мою безопасность. Иначе профессор Снейп не сможет увидеть достоверную картину моего состояния. А раз так, то вы должны понимать, что я обязан предпринять меры, чтобы мне не был причинен любой, в том числе и случайный, вред.
– Но раньше ты не проявлял такой щепетильности…
– А раньше меня и не забрасывало в Арку Смерти, профессор, – жестко ответил Гарри, перебивая Дамблдора. – Я получил крайне очевидное свидетельство того, что далеко не все, даже из тех, кто зовет себя твоим другом и защитником, кинутся на выручку, если с тобой стрясется беда. Заверяю вас, это оказалось для меня весьма поучительно, сэр, – слова хлестали наотмашь, отбирая у Альбуса право на оправдания. – Благодаря этому очень наглядному уроку жизни я имел возможность убедиться, насколько важно самостоятельно заботиться о себе, если желаешь избежать неприятностей. Многое гораздо проще предупредить, чем позже расхлебывать результаты собственного легкомыслия.
– Но… Мальчик мой, как ты можешь обвинять нас в том несчастье, что с тобой случилось? Все произошло настолько внезапно и молниеносно! И вообще, это с Сириуса надо спрашивать, что за узы связывали его с… К тому же профессор Снейп… – Дамблдор, казалось, на время растерял свое хваленое красноречие.
– Сириусу нужна была помощь. Именно о нем я говорил, а не о себе. И к профессору Снейпу у меня претензий нет. Я уже поблагодарил его за посильное содействие там, в Отделе тайн, – Поттер обозначил головой вежливый полупоклон Северусу. – Так вы будете меня обследовать, сэр? – спросил Гарри у него, острым, как бритва, взглядом обрывая потуги Дамблдора объясниться. Тот лишь поджал губы, поражаясь властности, появившейся в характере Поттера, и задумываясь – а есть ли хоть малейший шанс склонить его к сотрудничеству? И не обманывается ли сам Альбус в своих чаяниях?
Снейп молча кивнул и приступил к плетению колдомедицинских чар проверки состояния здоровья. Гарри с легкостью прятал то, что было не предназначено для глаз Дамблдора, если вдруг окажется, что тот умел читать магические диаграммы, возникавшие в воздухе – Северус еще дома пояснил, что и как следует скрыть из показаний углубленной диагностики.
– Пока не вижу никаких серьезных отклонений, чары свидетельствуют, что перед нами – достаточно здоровый молодой человек, но… – Северус специально подпустил в тон некоторое сомнение, играя по велению Дамблдора. – Но для полной уверенности необходимо исследовать еще и кровь – она является источником очень богатой информации, и это сможет окончательно нас убедить, что с вами все в порядке, мистер Поттер, – нейтральным тоном поставил в известность Снейп, доставая из кармана небольшой флакон.
– Не думаю, что это необходимо. Я прекрасно себя чувствую. К тому же меня осматривал целитель, и он подтвердил, что я не нуждаюсь ни в каком лечении, – Гарри одарил Дамблдора твердым взглядом человека, не намеренного отступаться от своего мнения.
– Мальчик мой, уважь старика. Я просто волнуюсь о тебе…
– Нет. Никакие личные жидкости я не собираюсь давать на проверку. Не вижу в этом потребности, сэр. Профессор Снейп только что определенно сказал, что чары показывают сносные характеристики. Этого вполне хватит для того, чтобы вы отныне не беспокоились обо мне, сэр, – слова Гарри прозвучали так, что любому стало бы ясно – он и до этого не видел надобности в обследовании, а лишь пошел на поводу беспричинно беспокоившегося старика. – Я так понимаю, что у вас больше нет ко мне вопросов? – Поттер не дал Дамблдору в очередной раз возразить, ставя точку в теме с забором крови.
– Зря ты так беспечно относишься к своему здоровью. Лишняя диагностика абсолютно не повредила бы тебе, – Альбус покачал головой. – Нет, я не стану тебя задерживать. Я выполнил свой долг, рассказав о пророчестве. Теперь ты обязан задуматься над тем, что это сулит тебе в будущем. Однако еще раз предложу: Гарри, ты не желаешь остаться в Хогвартсе? В это неспокойное время здесь тебе было бы безопаснее.
– Нет. Это не подлежит обсуждению. Я отлично себя чувствую в своем поместье, сэр. Но спасибо за заботу, – Поттер, несмотря на заявление директора, что тот исчерпал темы для беседы, не спешил покидать уютного кресла. – Профессор Дамблдор, если вы не против, я бы хотел обсудить с вами еще один момент.
– Я слушаю тебя, мой мальчик, – Альбус снисходительно кивнул, подтверждая свою готовность внимать.
– Может, вы отпустите профессора Снейпа? Вопрос, который требует прояснения, довольно конфиденциального характера, – предупредил Гарри.
– Ничего страшного. Если ты не возражаешь, то я бы предпочел, чтобы профессор Снейп остался. Я доверяю ему и уверен, он не станет посвящать посторонних в подробности того, что услышит, – Альбус планировал после ухода Поттера дать кое-какие указания Северусу.
– Как пожелаете. Сэр, прошла почти половина выделенного вам банком Гринготтс срока, а вы даже не начали возвращать имущество рода Поттер. Мой поверенный переживает, что потом у него будет слишком много работы по оформлению документации надлежащим образом. Так что вам следовало бы скорее определиться и приступить к выполнению гринготтского предписания, – Гарри говорил по-деловому, не проявляя выраженных эмоций.
– Это не так просто, Гарри, – Дамблдора разозлила настойчивость Поттера. Он никак не ожидал, что тот снова поднимет эту тему до сентября, когда истечет положенное время. Альбусу не хотелось бы вести подобные дебаты при Снейпе, но от своего же выбора теперь было бы как минимум неловко отказываться. – Сейчас меня волнуют дела, поважнее этого долга. Я вообще не понимаю, как ты можешь отмахиваться от того, что творится в нашем мире, и заниматься исключительно личным? Ты должен…
– Я должен заботиться о благополучии рода, сэр. И какое отношение к этому имеет то, о чем вы упоминаете? – Гарри умело сдерживал раздражение. Он подготовился к этому разговору, прекрасно предугадав реакцию Дамблдора.
– Когда Волдеморт доберется до тебя и вызовет на решающую схватку, тебе будет абсолютно все равно, вернул ли я трактат по истории темных веков или нет, – Альбус недовольно хмурился, забыв о маске доброго и покладистого старичка.
– Моему роду не безразлично. Это – моя обязанность, и я ее выполню. Так что, сэр, попрошу несколько активизировать свои действия и найти в своем плотном графике время для возврата книг и артефактов, – Гарри был рафинированно учтив и вежлив в своих требованиях.
– Мне сложно вспомнить, кому я отдал некоторые вещи. Я уже предупреждал об этом…
– В таком случае поскорее составьте список, и мой поверенный подсчитает, какую сумму вам будет необходимо оплатить в счет как бы их покупки. Это не должно занять много времени – из сейфов рода Поттер вы взяли семнадцать артефактов и восемь старинных книг. Три книги и четыре артефакта передали в Отдел по надзору за неправомерным применением темной магии, еще три артефакта находились у мистера Грюма во время случившейся с ним трагедии. Так что за вами остаются всего десять артефактов и пять книг, – Дамблдор предположил, что Гарри специально это озвучил в отместку ему за то, что оставил Снейпа свидетелем их беседы, подчеркивая недальновидность этого решения. – К тому же… Несмотря на вашу несомненную загруженность очень важными делами, вы могли бы начать процесс возврата прямо сейчас. Хотите, я освежу вашу память, сэр, и подскажу, где находятся кое-какие позаимствованные вами ценности моего рода? К примеру, вам стоит срочно заменить стекла в очках, так как они не служат вашему якобы плохому зрению, а помогают видеть определенный спектр магического поля и принадлежат роду Поттер. А вот цепочку-щит и перстень-хамелеон, определяющий яды даже в воздухе, вы в состоянии отдать без проблем – они вами не подверглись встраиванию в оправу, как стекла.
– Откуда вам знать, что это ваши вещи? И, вообще, о каком перстне вы говорите? Об этом? – Дамблдор показал кольцо с крупным сапфиром на своей руке.
– Вы что, принимаете меня за недалекого третьекурсника? – высокомерие и презрение прорезались в тоне Поттера. – Я говорю о перстне на мизинце правой руки.
– Но… Как?
– Он невидим? Да? Вы об этом спрашиваете? – Гарри нагло заулыбался, оглянувшись на Снейпа, который тоже выдал свою заинтересованность. Правда, Северус и ранее замечал это украшение, когда Дамблдор наведывался к нему в лабораторию, ведь перстень становился видимым, если фиксировал вредные примеси в воздухе, а когда их концентрация грозила большими проблемами для здоровья, то выставлял своеобразную преграду. – Не забывайте, что я – глава рода. А этот артефакт отмечен магическим клеймом. От меня нельзя скрыть подобное, – Гарри слегка привирал, зная, что Дамблдор не может проверить его слов в этом конкретном случае – тот никогда не был главой рода и не представлял, о чем идет речь. А перстень Поттер и в самом деле отлично видел благодаря своему дару Источника. – Так что… – Гарри протянул руку ладонью кверху, предлагая отдать обозначенные вещи.
Альбусу ничего не оставалось, как снять перстень с пальца и открепить цепочку от очков, возвращая их законному владельцу. Не устраивать же препирательство при Снейпе. Видимо, и в самом деле стоило послушать Поттера и остаться для беседы наедине. Тогда можно было бы выторговать отсрочку до сентября, что не перечило условиям предписания. Хотя Альбус и давал себе отчет – с некоторыми вещами все же придется расстаться, иначе гоблины насчитают такую сумму возмещения, что пустят его по миру без единого кната в кармане.
– Доволен? Гарри, тебе не стыдно ставить старого человека в такое положение?
– Доволен, – честно подтвердил Поттер, пряча перстень и цепочку. – А в такое положение, как вы выразились, профессор Дамблдор, не я вас поставил. Вы вполне могли отдать все по первому же требованию моего поверенного. Надеюсь, мне не понадобится больше поднимать этот вопрос. У меня, как бы вас это ни удивило, тоже очень много важных дел. Итак, за вами осталось восемь артефактов и пять книг. И не забывайте, пожалуйста… я не продаю ценности рода, а в Гринготтсе мне способны точно указать, находятся ли вещи, подлежащие возврату, у вас или переданы третьему лицу. Вы не знали и этого? – Гарри почти потешался. – Но как же? Ладно, я воспитывался у магглов, но ведь вы всю жизнь провели в магическом мире, – он осуждающе покачал головой. Гарри понимал, что еще чуть-чуть – и он перегнет палку, скатившись к недостойному поведению, но не сумел отказать себе в удовольствии послушать, как Дамблдор скрипит зубами, не имея возможности что-то сказать в свое оправдание. – Как раз к сентябрю окончится и финансовая ревизия. Так что через два месяца мы, полагаю, придем к соглашению по всем пунктам, касавшимся вашего гражданского опекунства надо мной, – Гарри снова вернулся к безэмоциональному тону.
– Самостоятельность – это хорошо, но черствость к окружающим, жадность и высокомерие не принесут тебе удачи, Гарри, – Дамблдор двумя руками вцепился в какой-то пергамент, чтобы избежать искушения выхватить волшебную палочку и уничтожить этого выскочку.
– Вы неправильно все оцениваете, сэр. Это не черствость, не жадность и не высокомерие, как вы сказали. Это – справедливость, бережное отношение к достоянию, собранному предками, и гордость являться частью известного древнего рода, – Гарри поднялся из кресла, произнося слова отповеди, чтобы глядеть при этом на Дамблдора сверху вниз. Поттер тоже знал приемы невербального давления на оппонента. – Еще раз благодарю за то, что поделились полным текстом пророчества. Надеюсь, я могу воспользоваться вашим камином? – Гарри не стал интересоваться, нет ли у Дамблдора желания продолжить беседу. Достаточно было того, что он сам не хотел этого.
– Да, конечно, – Альбус жестом указал на камин. – И все же я попросил бы тебя, Гарри, пересмотреть некоторые свои позиции. Тебе не обойтись без поддержки мудрых наставников, не отказывайся от помощи, потому что она тебе скоро пригодится. Не стоит считать всех своими врагами, – напутствовал Дамблдор Поттера, пока тот готовился к перемещению дымолетной транспортной сетью.
– А я не всех считаю своими врагами. Вы ошибаетесь, – дерзко заметил Поттер, перед тем как скрыться в мареве магического огня.
– Т-ты… Ты видишь, во что он превратился?! – не сдержался Альбус, оставшись в кабинете наедине со Снейпом. – Магический мир обречен, если мы не сумеем его переубедить! Ему же не нужны те побрякушки, что он так нагло у меня забрал! Я не дурак и все понимаю! Это лишь для того, чтобы отомстить мне за то, что отправил его в детстве к магглам. И никаких объяснений он не хочет принимать, щенок! А я ведь говорил ему, что в магическом мире ему не было бы проходу… – эмоции бушевали, Дамблдор часто дышал, словно только что ему пришлось быстро подниматься по крутой лестнице. События последних недель знатно подточили его способность сохранять невозмутимость в любой ситуации. Раньше Альбус мог себе позволить немного выговориться Грюму. Но после возвращения Сириуса из Азкабана Аластор слишком отдалился и перестал подходить на роль доверенного лица, почти друга. И сейчас Дамблдор чисто интуитивно определил на это место Снейпа. Пусть Северус и был молод, но он никогда не подводил, никогда не пытался казаться лучше, чем есть, и всегда выполнял приказы настолько хорошо, насколько это было вообще достижимо. – Я рассчитывал, что, оградив его от славы победителя, как теперь и тебе ясно – незаслуженной, мне удастся уберечь его от дурного влияния. Заносчивость, высокомерие и завышенное самомнение – это не те качества, которыми должен обладать тот, кому предстоит схватка с Темным Лордом. Северус, изыщи возможность побеседовать с Поттером до начала занятий в Хогвартсе. Напиши ему письмо и назначь встречу, предложи позаниматься с ним зельями или боевой магией – ты же мастер… – Дамблдор не приказывал – он просил. Это было что-то новое, но он действительно искренне просил – Снейп научился отлично распознавать, когда тот играл на публику. А следовательно – Дамблдор был в отчаянии. – Я верю, ты придумаешь, как организовать себе встречу с ним. Убеди его смириться со своей участью. Раз он игнорирует все сказанное мной, то вся надежда на тебя и твое умение доносить истину. Северус, мне нужен этот мальчишка послушным и покладистым. Найди способ достучаться до него. Используй свои знания, чтобы заставить его покориться судьбе и прислушаться к моим доводам.
– Альбус, ты советуешь мне подчинить его разум? Жидкое Империо? Или я не так тебя понял? – Северусу не нравилось то, какой поворот принимало дело, и он не стал скрывать, что подобное ему не по нраву.
– Нет. Поттер обязан оставаться самим собой. Я имел в виду исключительно твой дар вкладывать в головы студентов крупицы здравого смысла, – поспешил заверить Дамблдор, однако, с минуту поразмышляв, добавил: – Хотя если не будет выхода, нам придется воспользоваться кардинальными мерами. Но с этим торопиться не стоит. Думаю, у нас еще есть время, чтобы склонить Поттера к сотрудничеству.
– Хорошо. Я попробую с ним поговорить. Но ничего не стану обещать заранее, – Снейп мысленно облегченно вздохнул. К форсированию выступления против Дамблдора они еще не были готовы – следовало дождаться, когда пройдут выборы министра. – Ты еще что-то хотел обсудить?
– Да, – Альбус уже достаточно успокоился после выходки Поттера и теперь мог более адекватно вести беседу. – Скажи, тебя вызывали повторно по инциденту в Отделе тайн?
– На той неделе, – кивнул Северус. – Ни о чем особенном не спрашивали, поэтому я не посчитал необходимым отчитываться перед тобой.
– И все же, что их интересовало? – Дамблдор не отступался.
– Все то же самое, что и в прошлый раз, когда Скримджер сюда приходил. Разве что спросили – знаю ли я, как выглядит патронус Шеклболта? Я сказал, что это рысь. Скрывать подобное смысла не было. К тому же, похоже, им известно, что Кингсли присылал тебе сообщение в тот вечер.
– Люпин все им выложил, – презрительно бросил Альбус. – А еще что у тебя выпытывали?
– Слышал ли я сигнал тревоги в Министерстве, и когда он прозвучал? Я заявил, что затрудняюсь точно ответить, но вроде он уже раздавался, когда мы пришли в Аврорат. Больше ничего нового не спрашивали. Разве что уточнили, какими заклинаниями я пользовался во время схватки с преступниками. Скримджер же тогда почему-то упустил это при опросе, – Северус и в самом деле не откровенничал для протокола, зато в частной беседе без утайки рассказал Руфусу все, как было.
– Хорошо. Держи меня в курсе того, чего тебе удастся добиться в работе с Поттером. И, как я уже просил тебя, Северус, постарайся не пропадать, ты можешь понадобиться Ордену в любое время, – Альбус чувствовал себя обессиленным. Ему все сложнее давались долгие разговоры, особенно если они выходили неприятными, а таких было большинство.
– Учту твои пожелания, – скупо кивнул Снейп и, попрощавшись, отправился в Косой Переулок – ему вдруг захотелось прикупить у Фортескью его волшебного мороженого. Северус и сам любил этот десерт со свежими ягодами и фруктами, а уж Гарри и Том так и вовсе были заядлыми сладкоежками.
***
Когда Северус вернулся домой, Гарри уже успел ознакомить Тома, специально возвратившегося из Министерства еще днем, с основными моментами своего визита к Дамблдору. Так что за обедом слушали рассказ Снейпа о его диалоге с Альбусом, прикидывали, какой линии поведения выгоднее придерживаться при следующих встречах с этим ушлым магом, немного обсудили планы на ближайшие неделю-другую. Одним словом, для общения нашли достаточно полезных и интересных тем, чтобы продолжить беседу, наслаждаясь сиестой на террасе – после нескольких дождливых дней наконец установилась сухая погода, и хоть солнце все еще порой пряталось за быстро бежавшими по небу облаками, было невероятно приятно провести время на свежем воздухе. – Тренировочный зал ждет нас, – напомнил Гарри о намеченном еще накануне мероприятии. Глядя на Поттера, Северус и Том собрались основательно заняться своими способностями к беспалочковой магии. Они не были новичками в этом разделе колдовства, но по сравнению с Гарри казались сейчас себе всего-навсего детьми. Все, конечно же, понимали, что не последнюю роль в виртуозном овладении искусством творить волшебство без предназначенного для этого инструмента Поттеру сильно помог его дар Источника, но и без такого подспорья для Тома и Северуса существовали возможности улучшить собственные навыки. Так как в быту они и раньше мало пользовались волшебной палочкой, то решено было практиковаться на боевых чарах, начиная с простейших и постепенно усложняя поставленную перед собой задачу. Гарри отводилась ответственная роль страховки, потому что еще далеко не всегда более-менее серьезные беспалочковые заклинания выходили так, как того хотелось бы, и имелась весьма нешуточная опасность навредить друг другу. Поттер следил за преобразованиями в магическом поле и при надобности вмешивался: либо подправлял огрехи, озвучивая свои действия и указывая на ошибки, либо, если не успевал разобраться с искажением рисунка колдовства, просто создавал мгновенный щит, чтобы неверно сплетенные пряди проклятия никому не причинили вреда. Так что тренировки для всех были интересными и напряженными, заставляли выкладываться по полной и приносили достаточное удовлетворение, чтобы быть довольными своими успехами. – Ты прав, пора размяться, – Северус очень любил упражняться в боевой магии, особенно учитывая, что в течение учебного года у него были несколько ограничены возможности заниматься этим. Редкие спарринги с Гарри в тайном убежище в подземельях и еще более редкие с Томом, когда удавалось в выходные вырваться домой на целый день, не покрывали его потребности в активном расходовании магии. – Идемте, – кивнул Том. Он сегодня чувствовал себя немного уставшим, но полагал, что это не должно было помешать ему составить компанию партнерам. – Отработаем связывающие чары, – предложил он, считая, что это будет безопаснее. Если вдруг он и напортачит, то лучше уж с невинным колдовством, чем с атакующими или травмирующими проклятиями. – Договорились, – произнес Северус, спускаясь по лестнице – зал был расположен ниже уровня земли, где легче установить защиту от разрушения помещения. – Гарри, мне помнится: когда-то ты изъявлял желание получить мастерство по боевой магии. Ты передумал? – Нет. Я все еще планирую приобщиться к вашему братству воинов. Просто к слову пока не пришлось. Надеюсь, ты не откажешься стать моим наставником? – Гарри поклонился, как того требовал обычай, несмотря на крайне вольную интерпретацию формулирования традиционной просьбы. – Это будет символично. Том обучил тебя, а ты – меня, – Гарри улыбнулся обоим партнерам, на миг приостановившись перед входом в просторную комнату, оборудованную сильнейшими артефактами, поглощавшими избыток магической энергии, направленной на стены во время тренировок. – Сочту за честь стать твоим наставником по боевой магии и научить тебя всему, что знаю сам, – Северус не стал отступать от правил и закрепил договор как положено, поклонившись в ответ. Магический поток уплотнился вокруг них, позволяя ощутить согласие Магии на ученичество своего очень особенного подопечного. – Замечательно! – Том приобнял Гарри, на мгновение прижав его к своей груди, а затем повторил то же самое и с Северусом. – Ты не надейся, что останешься в стороне, а мне одному доведется гонять нашего Гарри, – вполне серьезно предупредил его Снейп. – Как твой бывший ученик я имею право обращаться к тебе за помощью. А учитывая, что мне достался для обучения Источник, то предполагаю, может возникнуть масса вопросов, требующих нестандартного подхода. Так что твой опыт нам с Гарри пригодится. – Да я и не отказываюсь. Располагайте мной и моими умениями в полной мере. К тому же я тоже считаю, что Гарри придется готовить не совсем так, как прочих волшебников. Хотя бы потому, что ему наверняка не нужна волшебная палочка для начального и среднего уровня мастерства. С высшим колдовством посмотрите, – Том махнул рукой, намекая, что об этом пока рано говорить. – Давай потренируемся связывать друг друга, – обратился он к Северусу. – Тебе это понадобится, если ученик выйдет из повиновения, – Том усмехнулся, словно ему на ум пришло что-то забавное, а потом и вовсе рассмеялся, когда Гарри практически озвучил его мысли: – И в постели будет чем разнообразить игры. Да? – Жаждешь эффектных сцен? – фыркнул Северус, почувствовав, как от слов Поттера накатила волна возбуждения. – Мне нравится вами любоваться, – откровенно заявил Гарри, уже почти не смущаясь, и пожал плечами. – Ничего, еще немного – и я перейду к практике, – напомнил он и отметил, как на лицах партнеров отразилось неприкрытое предвкушение и желание. – А теперь, может быть, займемся делом? – он жестом пригласил Тома и Северуса на середину зала, успев во время разговора наколдовать там специальное покрытие для уменьшения травматизма при падении. Сначала, как и ранее во время занятий, Северус и Том, применяя волшебные палочки, продемонстрировали Гарри заклинания, которые планировали использовать, чтобы он смог запомнить узор чар, а затем приступили к отработке их беспалочкового аналога. Уже минут через двадцать Гарри заметил, что Том делает больше ошибок, чем Северус. Мелких и несущественных, его чары выходили посредственными и нестабильными, но это все же показалось подозрительным. Когда и спустя полчаса все осталось без изменений, Поттер скомандовал перерыв. – Том, выкладывай, что с тобой? – ходить вокруг да около Гарри не собирался. – Твои наколдованные веревки можно разрушить, всего лишь подув на них хорошенько. – Да ничего страшного, – отмахнулся Том. – Сегодня четверым убирал старые знаки связи. Видимо, слегка подустал. – Почему ты не сказал? – Северус нахмурился. – Тренировку нужно было отложить, – с укором отчитал он. – Так я же специально предложил простые заклинания отшлифовать – даже если бы ошибся или что-нибудь не получилось, то никаких опасных последствий это не вызвало бы, – Том терпеть не мог признаваться в слабости. – К тому же я сносно себя чувствовал, пока не начал работать с беспалочковыми чарами. – Конечно! – с нажимом произнес Гарри, бесцеремонно, но не грубо выпихивая Тома из тренировочного зала. – Ведь так гораздо сильнее приходится выкладываться, и потеря энергии у вас значительно больше, чем при обычном колдовстве. И так будет продолжаться, пока вы полностью не освоитесь с таким использованием своих магических способностей. Уж я в состоянии это подтвердить, потому что имею личный опыт. – Ладно-ладно… Я осознал и впредь не стану скрывать от вас столь важную информацию, как работа по удалению меток, – пообещал Том. – Опять на террасу? – поинтересовался он пожеланиями партнеров, где они предпочли бы расположиться. После тренировок они никогда не принимались за серьезные дела, давая себе время для отдыха. – Да. И попросим принести нам мороженое, которое я купил у Фортескью, – согласился с предложением Снейп. – А ты так и не планируешь убирать свой… рисунок? – Гарри, устраиваясь в плетеном кресле, вопросительно посмотрел на Северуса. – Нет. Я же сказал, что он мне не мешает. А что? Тебе он очень не нравится? – Художественная ценность сомнительная, – Гарри насмешливо фыркнул. – Если для тебя это так важно, то я абсолютно не против любоваться этим знаком на твоем предплечье. – Вот и отлично, – Северус подсел ближе к столику – Барри подал десерт: фрукты и мороженое. – Ты не единственный отказываешься. Люциус и Долохов тоже сообщили, что не собираются лишать себя такой «красоты», – Том интонацией намекнул, что не только Гарри оценил специфичность изображения магического знака. – Они заявили, что подождут, пока Дамблдор заплатит по счетам. – Вот видишь – это, – Северус похлопал себя по руке там, где была метка, – стало символом нашей борьбы с Альбусом. И не один я так думаю. Давайте лучше угощаться, – он ухмыльнулся и, потянувшись через стол, поднес ложечку с молочным десертом ко рту Тома. – Попробуй шоколадное. – Считаешь, что я не способен сам справиться? – заулыбался тот, но мороженое с ложки слизнул. – Надоело все серьезное. До тошноты… – беспечно пояснил Северус свое желание накормить с ложечки. – Однако не надейся, что я начну щедро делиться своим ванильным, – Том нарочито подтянул свою вазочку поближе к себе, разыгрывая жадность. – А на клубничное поменяешься? – Гарри повторил за Северусом, угощая Тома мороженым. – Ммм… Вкусно, – подтвердил Том. – Но – нет. Сам все съем, – он снисходительно улыбнулся на заявление в ответ: – Тогда и мы делиться не станем, – Северус, дурачась, принялся кормить Гарри, набирая мороженое по очереди то из своей вазочки, то из его, а заодно успевая и себя не обделить. Гарри специально промахивался мимо ложечки, таким незатейливым способом предлагая слизать и сцеловать со своих щек и губ сладкие потеки. И вкус у этих поцелуев был клубничный и шоколадный. Том с улыбкой наблюдал за их возней, но на все приглашения присоединиться отговаривался усталостью. – Предпочитаю быть липким от кое-чего другого, – ухмыльнулся он. – Прямо сейчас? – хитро усмехаясь, поинтересовался Северус, оторвавшись от глупой, но увлекательной забавы. Он выразительно подвигал бровями, намекая на занятия сексом на свежем воздухе. – Лучше уж в спальне, – последовал ленивый ответ. – Там, несомненно, будет удобнее.***
Позже вечером, устраиваясь на широкой хозяйской кровати, Северус припомнил намеки Тома, и Гарри без промедления приступил к «разогреву», ловко делая массаж. Том это очень любил. В последнее время Поттер старался выяснить, какие ласки каждый из его партнеров предпочитает, чтобы доставить им как можно больше удовольствия, так же как и Том с Северусом постепенно изучали вкусы Гарри. Они уже давно успели притереться и были знакомы с характерами друг друга. Это помогало теперь по малейшему движению, жесту или слову улавливать настроение и желание партнера. Период чувственных открытий приносил Гарри море наслаждения, и он даже был рад существовавшим ограничениям, сдерживавшим их страсть. Это позволяло посмаковать все неспешно и не утонуть в эмоциях, вызванных жаждой слиться с обоими партнерами и раствориться в них. Давало возможность узнать Тома и Северуса с ранее неизведанной стороны и в который раз убедиться – Магия сделала верный выбор, подтолкнув их к тройственному союзу. Разомлев под умелыми пальцами Гарри, Том попросил: – Сев, может, ты потрудишься сегодня? – он слегка подбросил бедра, намекая на желание сменить обычно активную позицию на пассивную. – А то Гарри подумает, что у нас жесткое распределение… – он довольно хмыкнул, так и не договорив, когда Северус, ухмыльнувшись, пообещал развеять любые сомнения в том, что он способен мастерски кое-кого ленивого отмассировать изнутри. Том блаженно застонал – Северус и Гарри без дальнейших слов приступили к более интимным ласкам, доводя его до состояния парения в невесомости от окутывавших нежности и заботы. Северус подготавливал партнера к соитию особенно тщательно, учитывая, что тот гораздо реже его самого бывал в позиции принимающего. Осторожно растягивая, разминая и раскрывая вход в тело Тома, Северус не забывал уделять внимание Гарри, отвечая на его поцелуи. Он мимоходом ненавязчиво пояснил, что ему нравится быть ведомым в сексуальных играх, но иногда он все же готов дать расслабиться и партнеру, взяв на себя активную роль. Том, дойдя до крайнего возбуждения, подтолкнул Гарри к спинке кровати, усаживая его, и, хитро усмехнувшись, выдохнул: – Смотри и не смей касаться себя, как и я… Встав на колени напротив Поттера, Том устроился так, чтобы глядеть ему в лицо, улавливая все эмоции и жадно впитывая его желание, светившееся во взгляде. А еще для того, чтобы поддерживать ментальную связь с ним. Он поднял бедра повыше, чтобы Северусу было удобно, и тот, догадавшись, что именно решил Том проделать, не заставил себя упрашивать. Он одним слитным движением вошел в ожидавшую его проникновения глубину и так же, как и Том, прикипел взором к Гарри, словно тот принял на себя управление действиями партнеров и стал мерилом их запредельного удовольствия. Толчки, равномерные, скользящие и будто ленивые вначале, постепенно становились более сильными и резкими, вынуждавшими Тома сквозь зубы постанывать после каждого прикосновения к чувствительному местечку в его теле, а Гарри вторить ему, практически ощущая почти то же, что и Том. Это сводило Северуса с ума – ведь он, по сути, владел обоими своими партнерами, обоим дарил незабываемые ощущения, срастался с ними сердцем и душой, давно разделив с ними магию, одну на троих. Том превратился в своеобразное связующее звено между Северусом и Гарри, в ментальный мост, объединивший их в одно целое, отыскав таким способом возможность обойти требование того, что физически им пока следовало избегать подобного. Это приносило ни с чем не сравнимое удовлетворение и стремление, чтобы так было вечно. Крепкая хватка рук Северуса казалась надежным гарантом защищенности, позволяя ослабить собственный контроль и полностью положиться на умения партнера, без оглядки отдаваясь ему и его жажде слияния. Полыхавшие страстью глаза Гарри, раскрасневшиеся щеки, точно это его сейчас самозабвенно брал Северус, магнитом приковывали к себе взгляд Тома. Поттер даже не подумал закрываться, когда почувствовал мягкое ментальное прикосновение Тома к своему сознанию, и сразу же лавина эмоций партнера захлестнула его, заставляя дрожать от предельного возбуждения и стонать от неиспытанного ранее удовольствия. Нет, Гарри не представлялось, что в нем находился член Северуса, но по телу прокатывались импульсы такого наслаждения, что впору было рассыпаться в реальности искрами страсти и желания. Гарри видел, как Северус все активнее двигался, вбиваясь в Тома, которому с трудом удавалось держать открытыми глаза, шалые от переполнявших приятных ощущений. Это действо завораживало, заставляло вскипать кровь в венах, подрагивать от жажды выплеснуть из себя избыток сладкого напряжения. Гарри не выдержал первым и отдался вихрю наслаждения, крича и выгибаясь на кровати, заливая грудь семенем и всхлипывая от тягучего чувства опустошения, когда прервался ментальный контакт, стоило только закрыть глаза. Том и Северус отстали всего на несколько секунд, любуясь молодым партнером. Казалось, оргазм Гарри поджег фитиль к их удовольствию, вспыхнувшему огнем сверхновой звезды. Магия вокруг них бушевала неистовым штормом, налетала шквальным ветром и ластилась нежным дыханием, разливаясь в теле живительной силой. – Вот это да!.. – хрипло прокомментировал Гарри, когда к нему возвратилась способность говорить. В ответ прозвучало два синхронных хмыканья – Том и Северус все еще не считали себя готовыми к связному выражению впечатлений, они продолжали блаженно улыбаться. – Да вам и дар Источника не нужен, чтобы превратить меня в пылающий костер, – Гарри взмахнул рукой, имитируя попытку разогнать видимые нити магии, словно они были дымом. – Теперь-то ты уже досконально изучил нашу с Северусом партнерскую связь? – чуть позже, лукаво усмехаясь, поинтересовался Том. – И не сомневайся, – в тон ему ответил Гарри, уютно устраиваясь под боком Северуса. – Мне не терпится приступить к обучению всем тонкостям приятного секса под чутким руководством таких специалистов, как вы. И я не иронизирую, – приподнявшись на локте, сонно уточнил он, – вам удалось заставить меня кончить без единого прикосновения ко мне. Фантастика! – он зевнул. – Спать хочу. – А ты меньше болтай, – Северус, к спине которого прижался Том, притянул Гарри к себе и, уткнувшись носом ему в макушку, пожелал: – Добрых снов.
