Запах лаванды в моей голове

Когда Раф и Тэкито вернулись домой, их встретили король и королева, ожидающие хороших вестей. Оказавшись в кабинете, где обычно работает отец вампирши, она начала свой рассказ: — В том замке, куда мы направились, вампиров не было. Они знали, что мы явимся именно туда, но на обратном пути мы заметили старую тюрьму, которая давно заброшена. Помните дворец Альфреда Буршье? — родители девушки кивнули. — Там и скрывается клан Милтон. — Хорошо, — задумчиво протянул король, всматриваясь в одну точку на столе. — Что дальше? — подал голос Тэкито, который всё время рассказа принцессы пытался понять дальнейший план действий. — Нужно придумать план и напасть первыми. Но в нашем случае мы должны ещё учитывать мнение оборотней, как бы абсурдно это не звучало. Наша следующая встреча запланирована на сегодняшний вечер, там и решим, что делать, — ответил король. — Тэкито, позаботься о том, чтобы к двенадцати ночи около входа во дворец были Карлос, Пальмира и ты. — Я опять не иду? — с толикой злости вопросительно посмотрела вампирша на свою маму. — Мы не можем рисковать твоей безопасностью, — как можно мягче отозвалась Анжели. — Но вы не можете держать меня здесь вечно! — Можем, — спокойно произнёс король, прекращая разговор, не имеющий смысла. Раф поняла, что не сможет уговорить родителей взять её с собой, поэтому покинула рабочий кабинет отца и вернулась в свою комнату. Нет, она так просто не сдастся…

***

Сульфус и Кабирия, вернувшись к стае, устроили некое собрание в одном из центральных домиков, куда пришли все, кто были на встрече с вампирами вчера, и ещё несколько немаловажных оборотней, например, бывший лидер стаи (мало, кто может рассуждать так же хладнокровно, как и он). — Главный штаб клана Милтон находится в старой тюрьме вампиров недалеко от леса. Нужно готовиться к первой битве, — сообщил всем собравшимся Сульфус. — Через 3 часа у нас встреча с вампирами на границе территорий. Идут те же, кто были в прошлый раз. — А что будет после этого нападения? Они нападут на нас? — спросила желтоглазая девочка, выходя из тёмного угла комнаты. — Ты что здесь забыла?! — рыкнул на неё лидер стаи. — Вчерашний день, — фыркнула она. — Уходи, Элина, — глухо прорычал Сульфус, глядя на сестру. — Нет. — Кабирия… Темноволосая кивнула, аккуратно взяла Элину за руку и увела домой. Сульфус знал, что если он возьмётся отводить сестру домой, то скандала не избежать, и собрание не закончится. А вот Кабирия легко справлялась со вспыльчивым характером Элины. — Ты злой! — на полном серьёзе произнесла Элина, обратившись к брату. — Ты всегда так поступаешь. После того, как дверь с грохотом захлопнулась, Сульфус устало потёр рукой лоб, пытаясь успокоиться. Об этом они поговорят потом. Но почему-то слова сестры больно отозвались в сердце. — А ведь Элина права. Мы нападём, выиграем битву. Что потом? — подала голос Мелисса. — Это нам и надо обсудить сегодня с вампирами. Скорее всего, будем ждать ответного нападения. Играть на два фронта клан Милтон не будет, поэтому их первоочередной целью станут вампиры, — рассуждал брюнет. — Значит, война будет не на нашей территории? — удивился Эндрю. — Это не значит, что мы никого не оставим в защите нашего поселения, — закатил глаза Сульфус. Как же его всё это достало. — А где гарантия, что клан Милтон и клан Контэ не в сговоре между собой против нас? — спросил бывший лидер стаи. — У меня есть такая гарантия, — спокойно отвечал брюнет. — Я знаю клан Милтон намного лучше, чем многие из вас. Сотрудничество с кем-либо для них последнее дело. Они никогда ни с кем не сотрудничали… — Много о себе возомнили, — ненароком прервал речь друга Кларк. — Считая это признаком слабости, — закончил всё-таки свою фразу оборотень. После этих слов собрание было окончено, но перед уходом, когда в штабе остались два оборотня, один из них сказал другому: — Никогда не ставь свои личные интересы выше общественных, Сульфус. Ты играешь с огнём. Слова бывшего лидера стаи немного озадачили брюнета, но от плана решил не отступать. Он знал, что Рик сразу догадается, что задумал Сульфус (как-никак можно узнать ребёнка, пока растишь его). Вернувшись в особняк, брюнет увидел Кабирию, которая читала книгу, расположившись на диване на первом этаже. Заметив лидера стаи, она мотнула головой в сторону лестницы на второй этаж, потому что знала, что Элине и Сульфусу надо поговорить. Вайд бесшумно подошёл к комнате сестры и постучал туда. — Уходи, — послышалось из-за закрытой двери. — Элина, нам нужно поговорить. — Нет. Портить имущество совсем не хотелось, поэтому Сульфус откинул идею выбить дверь. Поняв, что говорить придётся, находясь в коридоре, он присел на пол, откинувшись спиной на стену, а глазами изучая потолок. — Элина, почему ты не хочешь понять меня? Я лишь пытаюсь защитить тебя, а ты лезешь туда, куда бы я и врагам не пожелал попасть. Ты ещё мала для того, чтобы участвовать в битвах. Тебя могут убить. — А тебя? — Это другое. — Так, может, ты попытаешься понять меня? — слегка прикрикнула девочка. — Ты боишься за меня, потому что я могу погибнуть. А я боюсь, что погибнуть можешь ты, как ни крути, у тебя больше шансов. Так почему ты не позволяешь мне помочь тебе? Я уже не ребёнок. — За себя бы лучше беспокоилась, — закрыв глаза и глубоко вздохнув, сказал Сульфус и затем спустился на первый этаж к подруге. — Помнишь, что ты вчера сказал королю и королеве вампиров об их дочери, Раф? — начала разговор Кабирия. — Ты спросил, как долго они будут считать эту блондиночку ребёнком. А теперь я спрошу тебя: как долго ты будешь считать Элину ребёнком?

***

Что же происходит? Почему так болит сердце, а душу будто выворачивает наизнанку, как только Раф вспоминает Сульфуса? Почему хочется и кричать, и радоваться одновременно? Не видя его образ, ухмылку, не слыша колкостей или, наоборот, каких-либо заботливых (?) слов, хочется просто-напросто убить его. Но когда перед глазами Сульфус собственной персоной, не хочется обнажать клыки и бросаться с когтями. Почему-то не хочется. Хочется поговорить, быть рядом. Ничего не надо. Лишь бы знать, что с ним всё в порядке. Этого вполне достаточно. Но почему это знание так необходимо? Почему без него становится страшно? Никогда раньше такого не было. Да что же происходит? Как же трудно признаваться в чём-то самой себе. Теперь она догадалась, что он имел в виду, когда посоветовал разобраться в себе. Так будет проще, если всё решишь хотя бы для себя. Но интересно, зачем ему это? Кажется, Раф догадалась, почему каждый раз, когда Сульфус рядом, рисунок на руке не срабатывал.

***

Ровно в назначенное время вампиры и оборотни вновь собрались по разные стороны от границы, которая разделяла территорию леса. — Что дальше? Вы нашли их главный штаб, — начал переговоры король вампиров. — Нам нужно нападать. Я уверен, что наш запах они учуяли, поэтому времени терять нельзя, — отозвался Сульфус. — Иначе они нападут первыми. — Что ты предлагаешь? — обратился к нему Тэкито. — Надо встретиться на нейтральной территории нам с вами, Ваше Величество, и Тэкито, чтобы составить план нападения, — сказал Эндрю. — В восточной части леса есть придорожное кафе, принадлежащее людям. Соберёмся там в 8 утра и скоординируем действия, — предложил тот. — Договорились. А план той тюрьмы у вас есть? — Есть. «Значит, нападение скоро» — подумалось белокурой особе, которая наблюдала за этим разговором. Вся эта компания будто излучала волны ненависти, которые так и давили на подсознание. Вампирша даже немного поёжилась, потому что неприятное ощущение не пропадало. Сульфус мельком бросил взгляд на деревья, за которыми спряталась Раф, но тут же обратил свой взор обратно на собеседников. Она искренне надеялась, что он её не заметил. Девушка находилась довольно-таки далеко от границы, но зоркие глаза могли видеть очень далеко, поэтому запах вампирши никто бы не учуял. — Предупредите свои войска, а мы свои о том, что атака начнётся завтра. Мы должны быть уверены в том, что всё получится так, как надо, — объявил король Малаки. «Исполнение моего плана начинается…»