Семь минут

      Звон будильника медленно выводит Тома из состояния блаженного сна. За окном еще темно. Медленно ворочаясь, парень отключает телефон и позволяет себе полежать еще две минуты, но тут же в голову бьет мысль о том, что уже сегодня настал этот день. День Рождения Ньюта. После их долгого общения, Томас осмелился бы назвать этого парня очень хорошим другом, если не лучшим.       Подскочив с кровати, брюнет побежал в ванную. Первый раз за очень долгое время он навел некое подобие порядка на своей голове и хорошо умылся. Этот день он считал очень важным. Позавтракав, Том пихнул в рюкзак всякие книжки и положил в самую толстую (для большей надежности) билеты, завернутые в красивую подарочную бумагу.       С улыбкой на лице Томас вышел на улицу.       Не согревающее, но достаточно яркое январское солнце освещало нападавший за ночь белесую землю. Изо рта парня выходили струйки пара, а щеки покраснели. Поскрипывая снегом под ногами, Том уверенно шел к школе.       Момент самого сильного волнения наступил у входа в здание. Сердце екнуло и куда-то провалилось. Брюнет задержал дыхание, взял себя в руки и открыл дверь. Раздевшись, он достал из рюкзака подарок. Идя по коридору, парень уже слышал смех и радостный голос Ньюта, которого поздравляли одноклассники. Пройдя несколько шагов, он повернул за угол. Возле кабинета истории стоял Ньют. В этот момент он выглядел необычайно. Светлые волосы были слегка зачесаны, но от этого не теряли эффекта того, что лежат они свободно. Широкая улыбка на лице парня и его блестящие глаза, казалось, заставляли и самого улыбнуться. Блондин был одет в аккуратный темно-красный свитер на белоснежную рубашку и мешковатые серые штаны.       Как только Ньют увидел Томаса, он замер. Том медленно подошел к другу смог сказать только краткое "С днем рождения, Ньют", протягивая подарок. Лицо блондина снова озарилось солнечной улыбкой и он взял из рук Томаса что-то немного напоминающее конверт. Заговорщицки посмотрев исподлобья, он спросил: — Мне можно открыть сейчас? — Конечно, если хочешь, — немного замешкавшись, ответил Том.       Ньют медленно и осторожно развернул упаковку. Вытаскивая билеты, он сперва увидел штрих-код, после чего сердце забилось сильнее, а потом и все целиком. Парень медленно провел рукой по волосам и открыл рот, приподнимая уголки губ. — О Боже, Том, — на лице его читалась безмерная радость.       Не говоря больше ни слова, Ньют подошел к другу и крепко обнял его, тихо шепча: "Спасибо. Спасибо, Томми".

***

— Пойдем, может, выпьем кофе? — спросил Ньют у Томаса, вышедшего из кабинета биологии, которая была последним уроком. — Конечно. Можем потом еще куда-нибудь зайти. Я сделал все на завтра. — Это чудно. Пойдем? — Ага.

***

      Горячий напиток согревал руку Томаса, пристально следившего за каждым движением друга. Ньют сидел на длинном красном кожаном диване напротив брюнета. Его куртка была расстегнута, а из-под нее виднелся неизменно бордовый свитер. Одна рука блондина лежала на столе, удерживая стаканчик с латте, а вторая в то время опиралась на диван. Ньют задумчиво смотрел в сторону, завороженно наблюдая за чем-то. Но Томас не хотел спрашивать его об этом, он просто сидел напротив, потягивал кофе и разглядывал каждый миллиметр лица парня.       Ньют внезапно обернулся, отчего Том дернулся и поднес стакан ко рту, но позже осознал, что кофе выпит. — Сходим в кино? Тут открылось недавно, прямо здесь. — Я не против. Пойдем.

***

— Будьте добры пожалуйста два билета на "Звездные войны". Да, спасибо, — попросил Ньют, протягивая кассирше купюру, но Томас перехватил его руку. — Я заплачу, — тихо сказал он. — Не надо, я же пригласил тебя, — сразу отказал блондин, но Том продолжил настаивать.       Кассирша исподлобья посмотрела на них с легкой улыбкой, и тогда Томас отдал ей деньги. Немного раздосадованный, но все равно радостный Ньют убрал купюру в карман. — То есть ты серьезно еще не смотрел эту часть? — спросил он. — Да. И если ты скажешь хоть слово про сюжет, я убью тебя, — грозно, но с усмешкой сказал Том, после чего блондин промолчал, улыбнувшись. — Купим попкорна? — продолжил Томас. — Давай. Какой ты любишь? Я угощаю. — Ни за что, я за все заплачу. Ты именинник. — Томас, нет. Я тебя пригласил и я заплачу, — сказал он совершенно строго и серьезно.       Для Томаса эти слова льдом разлились где-то внутри, поэтому он замолчал, хоть и оставался при своем. — Так какой ты любишь? — Классический. Соленый. — Я тоже. Дайте пожалуйста два больших соленых попкорна, — сказал он, обращаясь к продавщице, — спасибо, — закончил он, забирая попкорн и вручая один Тому. — Спасибо, — тихо поблагодарил тот.

***

      Фильм начался потрясающе. Томас с детства любил Звездные Войны, как и Ньют. На некоторых моментах он сидел неподвижно, внимательно вглядываясь в экран. Рука парня лежала на подлокотнике кресла, на котором он сидел. В особо напряженный момент Ньют внезапно накрыл его руку своей. Томас замер и ощутил тепло легкой и мягкой руки блондина. Мгновенно убрав ее, Ньют извинился с легкой улыбкой.       С этого момента Томас не мог продолжить спокойно смотреть фильм. Внутри него произошло что-то неописуемое. Он чувствовал себя предельно странно, но в то же время... приятно? Вглядываясь в лицо блондина, в его немного прищуренные глаза, замкнутый рот, напряженный лоб, он видел что-то невероятное. То, что нельзя описать словами. Какой-то странный процесс начался внутри него. В груди разлилось приятное чувство.