Небесный Экзорцист

***       Путь в кабинет ректора он уже давно находит на автомате и поэтому сейчас думает о том какая миссия ему достанется. Возможно, больше одной. Часто такое бывает, что точки назначения находятся в непосредственной близости, и тогда Экзорцист выполняет сразу несколько миссий. Такое бывало и с ним, но Савада этого не любит. Как и не любит то, что сейчас происходит перед его глазами, хотя это являние представало пред карамельными очами Еши тоже частенько. На стуле Феля сидел Фуджимото, а на самом Широ сидел Мефисто и они смачно целовались. Эту позу Ёши видел впервые, так что он решил воспользоватья ситуацией. Он сфотографировал и скинул это Кирикагуре. В ответ пришло сообщение с текстом: «Ммм. Что-то новенькое. Буду ждать ещё ^_^». И вот за что она подсадила его на это? Не время для этого, время разрушать идиллию. Злобный Савада-кун не даст им насладится друг другом!       — Может, вы отлипнете друг от друга? Я-то ладно, привык, а вдруг кто другой зайдёт? — Игнор. Полный игнор. Хоть бы что, целуются дальше! Исправим. Савада отгибает перчатку на левой руке и надкусывает палец правой. Провести окровавленным пальцем по месту соединения предплечья с кистью, и, вуа ля! Адский Лев уже в комнате. — Натс, хороший мой, давно не виделись! Поможешь мне? — Кивок. Ещё бы! Фамильяры-то подстать хозяину, с таким же шаловливым и немного скверным характером. — Тогда на три рычи. Раз, два, три!       Какой Тсуна молодец, что тренировал Натса рычать. Прекрасный, громкий и угрожающий рык! Аж стекла задрожали и эти двое, о, чудо, отлипли друг от друга. Свершилось! Конечно, жаль, что эпичного падения не вышло, но и так сойдёт.       — Натс, можешь идти. Вызову тебя на задании вместе с Линой. — Лев исчез, а взгляд Ёши переместился на сына Сатаны и его, ставшего за столько лет родным, отца. Не по крови и не по документам, а по духу. Кроме его и Мефисто у него есть братья. Да, не родные, но братья. Братья по отцу. И Ёши расскажет, хотя, что уж там покажет им ориентацию отца. А пока стоит взять миссию и смыться. — Может, расскажешь суть миссии, и я пойду?       — Согласен. Один из священников в Италии обнаружил старую церковь и кладбище посреди леса. От той местности веет сильной тёмной энергией. Сто процентов, что там есть нежить. — Проинформировал седовласый мужчина Тсуну.       — Какой город? — это уже интересно. Он давненько не был в Италии.       — Палермо. Самолетом, или помочь?       — Помоги, — не любит Тсуна самолётов, ой не любит. Не то чтобы он боялся, просто не любит их и всё тут. — Уничтожаю, возвращаюсь, отчёт и к тебе?       — Отчёт упускаем, сразу ко мне. Будем решать вопрос с твоим возвращение в дом отчий. — Лицо Феля стало серьёзным, как и у Фуджимото.       — Не напоминай. — Скривился Тсуна. Как же он не хочет этого, но… Надо. — Между Японией и Италией ведь разница в восемь часов. У нас сейчас двенадцать часов дня. — Вслух рассуждал Тсуна. — Четыре часа утра. Прекрасно. Меньше проблем. Переноси давай. -Eins, Zwei, Drei, — фирменные слова, и Савада исчез в клубах дыма… ***       Появился он сразу в лесу. В красивом таком лесу. Кругом деревья разных видов. Тут тебе и оливы, и белые тополя, и прекрасные пинии, и величественные дубы, каменные и пробковые. Прекрасный зелёный лес! Ничто не освещает заросли деревьев, ведь солнце ещё не взошло. Тихий, тёмный лес. Навевает воспоминания… И пусть тогда время близилось к ночи, все равно очень похоже. Ему пора идти на задание, нет времени любоваться великолепием леса. Его, конечно, печалило, что возвращаться обратно придётся самолётом, но ничего не поделаешь. Да и стоит сделать этот лес более светлым. Стоит снять перчатки и провести прокушенными пальцем по печати. Вот они, его друзья и помощники. Лина улыбнулась, а Натс радостно зарычал.       — Натс, Лина, время веселиться! Готовы уничтожать? — Вроде серьезная миссия, а он веселится. Он никогда уже не исправится!       — Конечно, Тсу-кун. Кто на этот раз? — Лина всегда называла так с того момента, как поняла, что Ёши может понимать и говорить с ними. Натс тоже сильно обрадовался этому факту. Ведь мало кто их понимает из людей. А как они удивились, узнав, что он Видящий. Время они с тех пор проводили просто прекрасно.       — Видимо, Лич с личным войском нежити. Пойдём, нам туда. — Произнес Тсунаеши, махнув рукой в сторону.       Савада двинулся в глубь леса, откуда веяло сильной тёмной энергией. Но что-то постоянно сбивало его с пути. Что-то знакомое и одновременно такое неизведанное. Прямо как его пламя, но это определённо был человек. Тсу разберется с этим после. Сейчас ему нужно уничтожить Лича и его приспешников. Пройдя ещё дальше вглубь, Тсуна вышёл на поляну, сразу приметив старую церковь и надгробия. Никого не было вокруг кроме них. Подав Лине знак рукой, он двинулся к церквушке. Натс шёл за ним, а Лина, использовав свою силу создала большой сияющий шар. Она будет ждать, пока её призыватель не избавится от места скопления Тёмных сил. Это быстрый и не очень ёмкий ритуал для Савады, но откат будет. Он быстро управится. Экзорцист начал излучать свою энергию и, распространив в воздухе частицы святой воды, стал говорить:

Virtus hic est magnus, sed formidulosus. Virtute pulchra, sed prohibetur. Potentia in Tenebris est, et Loco hic. Sed illa hic, illa a advena hic. Ego respectu eius, et destructa eius!

      Место силы уничтожено. Обитатели места, почувствовав это, начали просыпаться. Они недовольны, они злы, они хотят убивать. Они сделают все, чтобы убить того, кто это сделал. В здании Тсуна отходит от отката, место силы было большим и мощным. Ему нужна минута прийти в себя. И Лина с Натсом дадут ему эту минуту. Щелчок пальцев Лины, и шар, паривший в небе разрывается на тысячи маленьких звезд. Они ослабляют и слепят вылезших на поверхность скелетов.       Здесь присутствует нежить четырех рангов. Рядовые с обычным оружием. Они не сильны, но их много. С ними разобраться легче лёгкого. Сержанты. Они уже сильнее, но все равно не проблема. У них более мощное оружие и они обладают каплей магии, с помощью которой создают щиты. Командующие. Их всего двое, но с ними проблем будет не меньше, чем с самим Личем. Они больше маги, чем воины. Их магия сильна, но по сравнению с Линой они так, слабоваты. Ей поможет Натс. Сначала они со Львом уничтожат всех Рядовых и Сержантов. А потом возьмутся за Командующих. А в это время шатен будет уничтожать Лича. Лич — сильное магическое существо, но и с оружием он обращаться умеет. За сегодня им предстоит уничтожить более тысячи врагов. Всех их создало это Место силы. Но время начинать.       Савада уже очухался от отката и понёсся на Лича. Лина запустила несколько десятков Звездных стрел, которые проткнули черепа Сержантам, из-за чего они рассыпались, а Натс, играючи, крушил Рядовых. Их было больше всего, но уже спустя десять минут их просто не осталось, как и Сержантов. Лич уже валялся у ног Савады и горел оранжевым пламенем. Быстро, однако, но Тсу заметил, что его милые друзья ещё не наигрались. Пусть продолжают. Их двое и игрушек тоже. Игрушки долго не живут и в этот раз. Одно заклинание, один пламенный рык…       — Повеселились? — Он уже давно научился читать их эмоции. И не только их. Всегда может. — Вижу, что да. Лина, будь добра, освяти место, а я уничтожу остатки развлечения.       Лина подняла руки к небу, и из них полился Звездный свет очищения. Пара минут и даже отпечатка тёмной ауры нет в этой местности. Освящение закончено, и Тсунаёши приступает к сожжению. Из его ладоней струей льется пламя. Оно сильно и опасно для всех окружающих, но не для хозяина этого пламени. Оранжевое, яркое и мощное. Лучшее оружие против врагов. Тсунаёши сжигает всё.       Его фамильяры молча уходят. Они видят, их друг впал в транс. Такое происходит редко и только в том случае, когда что-то важное для Савады находится рядом. Шатен в трансе уходит с кладбища, зная, что его пламя, ещё сжигающее кости, погаснет, как только уничтожит то, что должно и ни травинкой больше. Ему пора идти. Он должен быть там, просто обязан быть там. Его тянет туда, он должен быть там, сделать что-то там, куда его так манит. И он сделает. А когда он чуть придёт в себя, он будет стоять у особняка от которого веет силой. Но это не важно. Шатен будет понимать, куда идет и как идёт, но не будет понимать зачем. Он зашёл в особняк, ему ничего и никто не помешает — все обитатели ещё спят. Ёши идёт по коридору в правой части здания, спускается по лестнице и опять попадает в коридор. Много дверей, но японец знает какая именно нужна ему. Она в самом конце коридора. Под замком, но сталь ничто для его пламени. Стоит лишь прикоснутся пальцем и замок плавится. Савада приходит в себя, его больше не тянет невидимая сила.       Он на месте. Эта комната уже кажется необычной. Тут нет мебели, пол устлан алым ковролином, чтобы не было видно крови, но Савада знает, что здесь алой жидкости хватит заполнить бассейн. Факелы освещают комнату, на стенах висят картины. Их девять и на каждой из них семь человек. Люди, изображенные на первом и девятом холсте, кажутся знакомыми, но знакомыми по-разному. Человек с первого изображения кажется далеким и близким одновременно, как будто что-то связывает их. Какая-то нить, незримая и пока ещё тонкая. Но станет толще и прочнее со временем. На другом же холсте был изображен старик в окружении таких же не молодых мужчин. Он где-то видел его, но вот где… Вспомнить не может.       Но сейчас это не важно, а важно то, что или кто притянул его сюда. Долго ответ искать не пришлось. Причина стояла посреди комнаты. Человек, закованный в лёд. Чистый, не тающий лёд, похожий на кристалл. На поверхности отражались блики огней. И, что странно, он не видел ни ауры льда, ни ауры того, кто там находился. Но у японца не было времени рассматривать лёд, он чувствовал, что должен его растопить. Савада знал, что его пламя справится с этим заданием. Тсуна выпустит того, кого там заперли. Не стоит с этим медлить. Огонь зажигается на его руках. Пламя вырывается на свободу и повинуясь воле хозяина обвивает лёд. Но он не тает. Он ломается. Трещины распространяются и замерзшая вода откалывается кусочек за кусочком. Это слишком долго. Нужно больше силы, больше пламени… Дело пошло быстрее. Лёд стал откалываться большими кусками. Последний всплеск пламени и по льду идёт ещё больше крупных трещин. Кристаллическая тюрьма расспалась.       На пол упал высокий брюнет с короткими волосами и выбритыми висками. К волосам были прикреплены бусины и перья. Белая рубашка, черная куртка, такие же штаны и  высокие шнурованные ботинки. Аура мужчины начала появляться. Ещё бледная, но с каждой секундой все ярче и ярче. Сильная аура, сильная душа. Она фонит Гармонией и Разрушением, создавая неповторимый уравновешенный результат. Раз силен, скоро должен очнуться. Через две минуты аура восстановилась полностью и мужчина открыл свои алые глаза. Взгляд был расфокусированным, вероятно, он все видел расплывчатым и мутным. Насколько шатен знал, это должно пройти меньше чем за минуту, с его-то силой. Так и есть. Не прошло и двадцати секунд, как итальянец уставился на него. Как хорошо, что для изучения были обязательны два иностранных языка: итальянский и английский.       — Ты кто такой? И что ты тут делаешь? — грубо спросил брюнет со шрамами.       — Тсунаёши. Я бы и сам хотел знать, что я тут делаю. Меня сюда привёл ты. Да и куда — сюда? — Озадачился Тсуна.       — В особняк Варии. Мой особняк. Думаю нам стоит поговорить в моём кабинете.       Отвечать шатен не стал, так как тон собеседника был приказным. Быстро он очухался, однако. Его ждет разговор. Скорее всего, познавательный. Но есть одно но. Большое такое НО. Ему надо возвращаться в Японию, а разговор, по всей видимости, будет долгим. И что ему делать? Видимо, смириться. ***