Кошачье бедствие

Адриану не раз приходилось принимать признания. Он ненавидел эти моменты: девушка, даже толком не зная его, прибегала, просила автограф, затем, раскрасневшись, признавалась в своих искренних чувствах.       Зачем?       Чтобы просто иметь симпатичное лицо, которое будет постоянно ходить рядом?       Чтобы похвастаться перед друзьями, что «Вот, посмотрите, у меня есть популярный красивый парень»?       Каждый раз у него портилось из-за этого настроение, но он был вынужден твёрдо держать улыбку на лице и максимально вежливо отказывать. А что ему остается? Встречаться с девушкой, с которой он едва знаком?       Впрочем, это была не единственная причина, по которой Адриан отвергал чувства своих фанаток.       Просто его сердце принадлежало другой, оно было навсегда взято в плен ею, он был навсегда влюблён в её небесные глаза и навсегда покорён её храбростью.       Он никогда не смотрел так на девушек, как на ту единственную — Ледибаг. Леди его мечты.       И у него было странное, но внушающее надежду чувство, что Ледибаг где-то рядом, очень близко… Однако Адриан был обделен дедукцией, а-ля Шерлок в Париже. И всё же он был уверен, что скоро найдёт её.       Кот запрыгнул на стол, начал ходить кругами, просто смотреть в потолок. Та Маринетт, которую он уважал, внезапно потускнела в его глазах.       Неужели все девушки одинаковы?       «Нет»       Верно, ведь есть еще Ледибаг. Такая упрямая, необычная, особенная девушка, запершая его сердце в тесной тюрьме.       У Адриана потеплело в груди. Он замурчал и потянулся на столе.       Он бы принял признание только от одной девушки, и, к сожалению, это не Маринетт.       «Эй, романтик, погляди на стену!» — сказал Плагг, и голова Адриана машинально повернулась к стене.       Она была обклеена фотографиями: от обычных, случайных и даже размазанных — до сделанных профессиональным фотографом; вырезанные из глянцевого журнала, общие вместе с классом, фотографии из интернета, некогда загруженные в социальные сети.       И на всех был изображён Адриан.       От неожиданной представшей картины кот пошатнулся.       «Это сделала Маринетт?..» — задал он риторический вопрос сам себе, но, к сожалению, его мысли читал Плагг и как назло ответил ему:       «А разве не очевидно? Я же говорил, что она сумасшедшая. И я был прав, — Квами усмехнулся. — Впрочем, я всегда прав!»       Адриан попятился и почувствовал, что нажал на что-то твёрдое. Именно нажал. Кот дёрнулся.       Раздался звук включающегося компьютера. Нуар, словно парализованный, глядел на экран. У него было плохое предчувствие… и оно оправдалось.       На рабочем столе виднелся яркий коллаж из разных фотографий, украшенный световыми сердечками и прочими эффектами.       Кот сглотнул комок. Адриан с трудом верил, что на всех этих фотографиях был он.       — А что дальше было?       — Она как всегда…       Смех, перешептывание, хихиканье и топот.       — Адриан! — послышался нежный девичий голос. Кот никак не отреагировал. — Боже, его непривычно так называть.       Кровь прилила к щекам Маринетт.       — Скоро привыкнешь. — Аля хлопнула её по плечу.       «Зачем ты влюбилась в меня, Маринетт? Я ведь принесу только боль», — хотел задать вопрос кот. С презрением, осуждением. Но тут же остыл. В любом случае, он никогда не будет услышан в этом облике.       Она не виновата в том, что влюбилась именно в него. Однако чрезмерное фанатство пугало и отталкивало. Он бы променял любовь всех этих девушек на сердце одной-единственной. Но, видимо, это его карма: он отвергает их, а Ледибаг — его.       — Иди ко мне, — Маринетт протянула руку к коту, однако Адриан тут же шикнул, его шерсть встала дыбом, и он отпрыгнул подальше.       Девушка сама испугалась реакции кота. И её лицо с удивленного сменилось на печальное.       — Что случилось? — спросила Аля, подойдя к Маринетт.       — Не знаю, видимо, я его разозлила.       Она опустила глаза и поникла головой.       — Да ладно тебе, это же коты. Они всегда такие… непостоянные, — попыталась успокоить подругу блогерша. — Всё-таки ты такая ранимая, Маринетт.       — Н-неправда! — девушка снова нацепила улыбку, затем отпустила шутку. Подруги рассмеялись.       Адриан внимательно наблюдал за ней. Он сам не понимал, почему так отреагировал на прикосновение Маринетт, почему она вдруг стала ему… противна. И всё же кот знал, что поступил неправильно. И хоть она сейчас улыбалась, он чувствовал, что всё-таки задел её.       «Ты печалишься из-за жалкого кота. Зачем?»       Вскоре Маринетт выпроводила подругу, и в комнате остались только они.       Адриан почему-то нервничал, словно и не был в кошачьей форме, словно стоял он в человеческом обличье и ждал чего-то, сам не понимая чего.       Маринетт молча подошла к кровати и плюхнулась на неё. Затем подняла голову и посмотрела на кота.       Она была хмурой, недовольной и в то же время грустной. Кот съёжился и повернул голову в другую сторону, в какой раз изучая светлую комнату в пурпурных тонах.       — Почему даже кот Адриан отвергает меня?       — Не грусти, Маринетт, — раздался очень писклявый голос. Нуар начал оглядываться, ища источник голоса. — Это же не настоящий Адриан.       Из сумки девушки вдруг вылетело нечто ярко-красное и подлетело к Маринетт.       Прищурившись, Адриан заметил что-то непонятное, похожее на игрушечную божью коровку. Но… говорящая божья коровка?       — Да знаю я! — устало ответила Маринетт, затем села на край кровати, снова посмотрела на кота и вздохнула с такой грустью, что Адриан внезапно почувствовал себя виноватым. — Но у меня такое странное чувство… такое странное и непонятное.       — Объясни нормально, — маленькая божья коровка села на плечо Маринетт.       «Что это такое?» — спросил Нуар у Плагга. Тот ничего не ответил, но кот почему-то знал, что Плагг пожал плечами.       — Я не знаю, как это нормально объяснить, Тикки.       Девушка встала и подошла к коту, потом села на корточки и смотрела на животное с пугающей внимательностью.       Адриан хотел убежать, но Маринетт схватила его и посадила к себе на колени.       — Аля была права, он очень сильно напоминает Адриана.       Она начала гладить кота. Он пытался вырваться, но попытки сбежать не увенчались успехом. Вскоре кот сдался.       Тикки подлетела к питомцу и начала его оглядывать, из-за чего он чуть не поцарапал Маринетт от испуга.       «Да что же это такое?»       «Мне откуда знать?!»       — У меня весь день было странное чувство, будто бы где-то рядом был Адриан.       — Из-за этого ты всё время смущалась?       Маринетт кивнула. Даже сейчас её щеки пылали.       — Думаю, это потому, что ты долго не видела своего возлюбленного, — проговорила Квами и вздохнула. — Какая же ты милая, Маринетт.       Девушка рассмеялась и с теплом в глазах посмотрела на Тикки.       Адриан всё это время наблюдал за ними. Он до этого момента чувствовал себя лишним зрителем.       Вдруг его посетила весьма странная мысль.       Не то чтобы странная, она просто была неуместна после всех «открытий» кота. Он до последнего отвергал эту мысль.       — Я надеюсь, что у Адриана сейчас всё хорошо.       Маринетт искренне улыбнулась Тикки. У неё в груди поселилось легкое, как перышко, чувство уверенности, что Адриан в порядке, и она скоро его увидит.       Адриан, наконец, смирился со своей абсурдной мыслью и подумал:       «Кажется, я согласен с этим непонятным существом… — Он сладостно замурчал и начал тереться об руку девушки, прося, чтобы она погладила его ещё. — Маринетт действительно очень милая»       Плагг тяжело вздохнул и скептично проговорил:       «О мой сыр, да вы оба какие-то сумасшедшие!»